Готовый перевод Otherworld Entrepreneur's Guide / Бизнес-стартап в мире бессмертных: Путь к успеху и любви: Глава 3

Убедившись, что собеседница больше ни о чем не спрашивает, Фу Чжицин мысленно шумно выдохнула: в конце концов ей удалось отделаться от расспросов.

Ей было совершенно все равно, является ли та главой секты. Она отстала всего на несколько шагов лишь потому, что ей определенно предстояло пробыть в этой обители какое-то время, а если бы поползли слухи, что она идет наравне с главой секты, разве кто-нибудь захотел бы с ней водиться?

— Бессовестная, какая же ты бессовестная, — затянул в голове напевающий мотивчик голос системы, прекрасно знавшей нравы Фу Чжицин.

— Это называется тактикой.

Фу Чжицин посмотрела на шедшую впереди и продолжавшую знакомить её с окрестностями женщину и спустя короткое время с удивлением обнаружила, что они вернулись ровно на то место, куда она только что приземлилась.

Эта Секта Цинъюнь и впрямь крошечная. Не успела она мысленно побрюзжать, как Нин Даньцин заговорила первой:

— Это моя горная вершина. Остальные места... как насчет того, чтобы я попросила кого-нибудь провести тебе экскурсию?

Хотя это звучало как вопрос, спрашивающий мнения самой Фу Чжицин, в тоне собеседницы она не уловила ни малейшего намека на сомнение.

Она кивнула, показывая, что согласна.

Затем она увидела, как Нин Даньцин тоже кивнула, подошла к стоявшему во дворе стулу, села и принялась заваривать чай.

Фу Чжицин моргнула, глядя на неё:

— Как думаешь, она случайно не расстроилась? — обратилась она к системе.

— Можешь подойти, вырубить её ударом, а я замерю уровень её дофамина — понизился он или нет, тогда и узнаешь ответ.

Фу Чжицин мысленно ответила: «...»

— Смотри, как бы я твой главный блок не разобрала, — бросила Фу Чжицин и, больше не обращая внимания на систему в своей голове, направилась прямиком к Нин Даньцин.

Не успела она раскрыть рфот, как у входа послышался чей-то голос:

— Глава секты Нин.

Женщина в синем тренировочном костюме подошла к Нин Даньцин и почтительно поклонилась.

Нин Даньцин кивнула, а затем перевела взгляд на стоявшую рядом Фу Чжицин:

— Она проводит тебя осмотреть секту. Вы одного возраста, так что вам будет проще общаться без лишнего стеснения.

После этого она выпустила своего духовного журавля, передала его Фу Чжицин, бросила на ходу пару слов синеодетой девушке и вышла со двора.

Теперь Фу Чжицин окончательно убедилась: та определенно была чем-то недовольна.

Глядя на сиявшего рядом духовного журавля, Фу Чжицин внезапно почувствовала укол совести.

— Здравствуй, даоварищ, я Сюй Чжии.

— А я Фу Чжицин. — Фу Чжицин легко кашлянула, отгоняя мысли, и слабо улыбнулась Сюй Чжии.

— Даоварищ, куда бы тебе хотелось заглянуть?

— Есть ли здесь арена для поединков?! — лицо Фу Чжицин озарилось крайним восторгом. Кто же не хочет воочию посмотреть, как бьются два культиватора!

Сюй Чжии слегка растерялась. Как кто-то может в первый же день загореться желанием пойти на арену глазеть на состязания? Но раз уж поступило поручение от главы секты, ей оставалось только подчиниться. Не говоря больше ни слова, она шагнула вперед и пустила в ход полет на мече, намереваясь отвезти гостью к боевой арене.

Фу Чжицин посмотрела на стоящего рядом духовного журавля, глубоко вздохнула, залезла на него и вцепилась мертвой хваткой в шею птицы, смертельно боясь свалиться вниз.

Хотя в Секте Цинъюнь силу измеряли далеко не одной лишь культивацией, все они оставались культиваторами, и вряд ли нашелся бы хоть один человек, которому не хотелось бы узнать уровень своей боевой мощи.

В Секте Цинъюнь действовало правило: ученикам строжайше запрещалось подлетать на оружии или верхом на духовных зверях к местам обучения. Именно поэтому Сюй Чжии приземлилась за воротами и дальше шла до арены пешком.

Однако старейшины, глава секты и прочие старшие наставники, разумеется, не подпадали под эти ограничения; не испытывал подобных стеснений и духовный журавль, принадлежавший самой главе секты.

Поэтому сообразительная птица, едва уловив, что конечным пунктом назначена арена, стремглав взмыла прямо во двор и, совершенно не считаясь с чувствами Фу Чжицин, устроила той грандиозное и шумное появление.

Фу Чжицин подумала про себя: «Позор на всю секту в первый же день — это сильно».

Окинув взглядом зевак, которые все как один уставились на неё, Фу Чжицин тихонько кашлянула, бросила журавля и бросилась к Сюй Чжии, только что переступившей порог.

К счастью, поглазев на неё еще мгновение, окружающие снова переключили всё внимание на происходящее на арене.

— Умоляю, пошли отсюда быстрее, — это были первые слова, которые выпалила Фу Чжицин, добежав до Сюй Чжии.

Ей совсем не улыбалось задерживаться подольше в месте своего позорного фиаско.

Сюй Чжии подумала: «Принимать гостей — это и правда труднейшая задача...»

Глава 3

Впрочем, в конечном счете обе девушки всё-таки остались у арены.

Причина заключалась в том, что на помосте разгорелся нешуточный бой. Впрочем, бились вовсе не рядовые бойцы — два мастера кузнечного дела затеяли жаркий спор.

И остались они там вовсе не ради привычного всем крутого блеска клинков и пересечения мечей, а потому, что никто в здравом уме не станет отказываться от возможности вживую посмотреть чемпионат по ковке оружия.

Фу Чжицин потащила Сюй Чжии к самому краю арены, и благодаря последней им достались превосходные зрительские места.

С одной стороны, они находились не настолько близко, чтобы обжигаться от исходящего жара, а с другой — не настолько далеко, чтобы упустить из виду тончайшие детали ковки.

— Что это они куют? — с любопытством разглядывая людей на помосте, тихо спросила Фу Чжицин у стоявшей рядом Сюй Чжии.

Не успела та ответить, как стоявáвший поблизости излишне восторженный юноша опередил её:

— Мечи на скорость куют!

Фу Чжицин повернула голову и увидела девушку в одеянии цвета гусиного пуха, которая обратилась к ней со словами:

— Да что тут сравнивать? Разве это не самые базовые навыки? — едва юноша умолк, как кто-то поблизости нахмурился и бросил реплику, в которой явственно сквозило презрение.

— Да что ты понимаешь?! Старшая сектантка соревнуется со старшей сестрой Ли в том, кто сможет точнее воссоздать оригинал, — беззастенчиво огрызнулся юноша, явно крайне недовольный чужими словами.

Прислушавшись к их перепалке, Фу Чжицин тут же загорелась любопытством и поспешно повернулась к той самой девушке, что ответила ей первой:

— Что именно воссоздать?

— Должно быть, двуручный меч гигантских размеров, который глава секты привезла из поездки на Запад. Когда она только вернулась с ним, один из старейшин попросил меч на время, чтобы показать остальным, после чего среди учеников поднялась настоящая волна подражания, — пояснила Сюй Чжии.

Девушка в желтом платье ничуть не обиделась, что её перебили, и кивнула обеим:

— Именно этот длинный меч. Старшая сектантка и остальные говорят, что проигравшая обязана будет отдать выкованный клинок сопернице.

С этими словами она даже вздохнула и посмотрела на помост:

— Интересно, когда же я стану такой же сильной...

Фу Чжицин тоже проследила за её взглядом и вернула внимание к сцене.

На помосте разворачивалась жаркая битва: обе мастерицы перешли к этапу проковки, и удары молотов звучали так, будто они исполняли какую-то бешеную рок-композицию без всякого намека на ритм.

— Хватит глазеть, хватит глазеть! Работа! Работа! Работа! — стоило Фу Чжицин увлечься зрелищем, как её тут же безжалостно затеребил голос системы в голове.

Фу Чжицин мысленно закатила глаза на этот выпад: с тех пор как Нин Даньцин обмолвилась, что на записке упомянута возможность поставить системе высший балл за работу, этот искусственный интеллект сделался невероятно исполнительным.

За какую-то жалкую половину дня он подгонял её чаще, чем за все предшествующие три месяца вместе взятые.

— Тебе что, совсем неинтересно, кто победит?

— Две девицы лупят молотами по железу туда-сюда? Какая первобытная картина! Я ведь создание высоких технологий... О божечки, только посмотри на это!

Фу Чжицин торопливо глянула на помост: женщина справа как раз погрузила длинный меч вертикально в стоящую рядом кадку, и оттуда с шипением взметнулся сноп искр, заплясавший в воздухе.

— Кто первый поднял огонь, тот и победил, ставлю на эту, — не успела система договорить, как женщина слева проделала абсолютно то же движение, закалив клинок, и пламя взлетело вновь.

Система: «...»

— Победа твоя или моя — ничто по сравнению с взаимовыгодным сотрудничеством, — издевательски протянула Фу Чжицин в адрес системы.

После такой пикировки у системы пропало всякое желание гнать Фу Чжицин обратно к работе, и они вдвоем продолжили с огромным интересом наблюдать за противостоянием на сцене.

— А сейчас начнется самое интересное, — подала голос девушка в желтом платье.

Не успела Фу Чжицин даже переспросить, как увидела, что женщина на помосте отступила на два шага назад, взмахнула рукой вперед — и длинный меч взмыл в воздух, окутавшись полосой золотистого сияния, после чего в тишине разнесся гудящий звон.

Будучи искушенной зрительницей чемпионатов по ковке, Фу Чжицин прекрасно понимала: идет полировка клинка.

В её родном мире на этом этапе почти всегда задействовали механизмы, но, судя по сиянию над помостом, здесь для полировки и подгонки формы клинка на девяносто процентов использовалась духовная сила.

Зеваки вокруг выглядели чрезвычайно возбужденными, похоже, этот этап нравился им больше всего.

Однако внимание Фу Чжицин привлекло совсем другое.

Дело было даже не в том, что ей не терпелось узнать результат работы мастериц; просто мгновением раньше она заметила, как двое людей поднялись на помост и унесли кадки с закалочной жидкостью.

Проводив взглядом удалявшихся с кадкой рабочих, Фу Чжицин невольно почувствовала любопытство.

Ей было интересно вовсе не то, что плескалось внутри — обычная то вода или масло. Куда больше её занимал вопрос об изменении свойств этой жидкости.

Тут ей вспомнился собственный мир: вода после закалки, конечно, не дотягивала до звания ядовитых отходов, но её химический состав определенно претерпевал изменения, и если сбрасывать её без очистки, это вполне могло нанести вред экологии.

Что же касается мира бессмертных — она пока не знала, обстоят ли здесь дела точно так же, но вот эта кадка с водой могла бы дать ответы на её вопросы.

Фу Чжицин уже собралась было последовать за теми двумя рабочими, как вдруг спереди раздалось несколько испуганных возгласов.

Её взгляд тут же приковало обратно к сцене: та женщина, что закалила клинок второй, уже полностью закончила ковку своего длинного меча.

Клинок был идеально прямым, от него исходил леденящий душу холодный блеск, а для рукояти мастерица выбрала кусок черного дерева, что придавало оружию поистине грандиозный вид.

Фу Чжицин мысленно воздала ей должное, но когда она снова повернула голову в прежнем направлении, носильщики с кадкой уже растворились в толпе.

Оставалось лишь отказаться от затеи догонять их ради образца воды и вернуть всё внимание к помосту.

В конце концов, ей предстоит провести здесь еще немало времени, так что исследовать эту воду она успеет в любой момент.

Тем временем меч второй мастерицы тоже был полностью готов. В отличие от предыдущего, этот клинок, оставаясь столь же прямым и гордым, получил рукоять из золотистого дерева, на самом торце которой сверкал вставленный красный рубин, придавая оружию роскошный вид.

Судя по одному лишь внешнему виду, оба клинка смело можно было назвать шедеврами, и выбрать между ними было невероятно сложно.

— Старшая сектантка! Старшая сестра Ли!

Стоило мечам явиться миру, как девушка в желтом платье вскинула обе руки и принялась ими размахивать, привлекая внимание. Заметив это, обе мастерицы сошли с помоста и направились к ним.

— Младшая сектантка Юэ, — подойдя ближе, они приветливо поздоровались с девицей, а заметив неподалеку Сюй Чжии, тут же добавили: — Старшая сестра Сюй.

http://bllate.org/book/28719/3472562