Готовый перевод The Protagonist Can't Get Enough of Me / Главный герой не может меня отпустить: Одержимая любовь: Глава 14

Чэн Сюй смотрел на Сун Ци, который выглядел так, словно его душа покинула тело, и внутри у него возникло странное недоумение. Он спросил 101: Что с ним такое?

101 ответил: Он решил, что ты сирота, и случайно задел твою больную тему. Теперь он чувствует, что совершил нечто непростительное.

Груша вкусная? Ешь быстрее, доедай и пошли, а то сейчас кто-нибудь придет, — Чэн Сюй мельком глянул в сторону спортивной площадки.

Увидев, как спокойно Чэн Сюй перевел тему, Сун Ци не только перестал чувствовать сладость груши, но и ощутил, как его сердце, словно кусок теста, сжимает и мнет чья-то огромная рука.

Сун Ци стоял, не шевелясь. Во рту пересохло, слова застревали в горле, он не мог выдавить из себя ни звука. Ему хотелось сказать прости, хотелось сказать, что он будет хорошо к нему относиться, но он не знал, в каком тоне и в каком качестве это произнести.

Спустя долгое время, набравшись храбрости, он открыл рот: Я...

Вы двое! Что вы там делаете!

Пожилой мужчина с голосом, подобным раскату грома, стоял неподалеку с сумкой для мячей за спиной. Он прищурился, оглядывая их, и его взгляд задержался на груше в руке Сун Ци, а затем на его лице.

Чэн Сюй посмотрел в небо, потом на землю, чувствуя беспомощность — он же просил уйти поскорее.

Десять минут спустя.

Оба парня стояли в кабинете секретаря вслед за стариком. На большом столе из черного дерева стояла табличка с надписью «Ци Синхуай».

Секретарь Ци взял термос, налил себе чаю и начал допрос «преступников».

Имя и номер группы!

Финансы, группа один, Чэн Сюй. Учитель Ци, грушу сорвал я, к нему это не имеет никакого отношения, — искренне произнес Чэн Сюй.

Услышав это, секретарь Ци усмехнулся: Ну да, за тот короткий промежуток времени, пока я вел вас в кабинет, он успел доесть грушу. Значит, радости и беды вы делите пополам, а ответственность берешь на себя только ты?

Сун Ци в душе тяжело вздохнул и невозмутимо произнес: Учитель Ци, я Сун Ци из первой группы финансов. Мы уже осознали свою ошибку и позже пришлем вам объяснительную.

Такое происшествие здесь случалось впервые. Хоть это дерево и росло в Т-университете двадцать лет, обычно лишь выдающиеся выпускники, навещая альма-матер, просили кого-нибудь с лестницей сорвать пару плодов ради ностальгии. Студенты никогда прежде не рвали здесь фрукты. Во-первых, это не такая уж редкость, хочешь грушу — сходи в магазин. Во-вторых, это общественная собственность, и лишних проблем никому не хотелось. В-третьих, даже если кто-то сорвет плод, вряд ли будет настолько глуп, чтобы беспечно стоять рядом и жевать его, пока его не поймает преподаватель. В-четвертых, дерево росло слишком высоко — чтобы полакомиться грушей, нужно было еще умудриться на него забраться.

Как только секретарь Ци услышал фамилию Сун Ци и еще раз взглянул на его лицо, он многозначительно улыбнулся и перевел взгляд на Чэн Сюя: Молодой человек, ловко же ты лазаешь по деревьям. В следующий раз покажешь мастер-класс.

После этого обоих отпустили.

Чэн Сюй с любопытством спросил Сун Ци: Разве в Т-университете проводятся соревнования по лазанию по деревьям?

Откуда в Т-университете соревнования по лазанию по деревьям? Хотя вуз и выступал за всестороннее развитие талантов, подготовки специалистов по покорению верхушек деревьев в программе не значилось.

Сун Ци снова начал вздыхать. Как и ожидалось, в тот же вечер он получил сообщение.

Сун Чанцин: Цици, почему ты не сказал папе, что любишь груши? [смеется, прикрыв рот]

QI: Не называй меня Цици!

Глава 7. Хочу быть с Сун Ци

В первый же день занятий Чэн Сюй нашел это дело необычайно интересным и с энтузиазмом потащил Сун Ци в первый ряд.

Позже он обнаружил, что содержание лекций либо слишком поверхностное, либо состоит из основ знаний для подростков эпохи Межзвездья, поэтому слушать их он перестал. Обычно они с Сун Ци выбирали последние ряды и коротали там время до конца пары.

За эти дни Сун Ци уже привык к физическим касаниям Чэн Сюя, хотя, если кто-то другой касался хотя бы края его одежды, он спешил в общежитие, чтобы принять душ и сменить вещи.

В первой группе финансов парней было немного. Хотя и больше, чем на факультете иностранных языков, где учился Чжан Сяошуай, но это было ничто по сравнению с факультетом математики и физики, где учился Ван Тяньцзэ.

Парни любили сидеть кучками, окруженные со всех сторон девушками, из-за чего маленькая группка студентов мужского пола казалась особенно беззащитной.

Однако и среди парней-студентов были выдающиеся личности.

Например, Чэн Сюй, который лежал на парте, прикрыв глаза, и Сун Ци, который сидел рядом и завороженно смотрел на длинные ресницы Чэн Сюя. Сун Ци выглядел отчужденным и на людях был скуп на слова, лишь с Чэн Сюем он говорил чуть больше. Чэн Сюй же, наоборот, был полон меланхолии, но, болтая с Сун Ци, часто улыбался, и на его щеках появлялись две ямочки — в такие моменты он из грустного прекрасного юноши мгновенно превращался в солнечного и жизнерадостного парня.

Чтобы помочь Чэн Сюю получше изучить общепринятые нормы человеческой жизни, Система в этот момент транслировала ему в ментальное море современный сериал.

Один человек и одна система наслаждались просмотром в полной гармонии.

Эта героиня совсем не любит своего мужа, — уверенно заявил Чэн Сюй.

Как такое возможно! — 101 поспешно возразила. — Она столько настрадалась ради мужа, оставалась дома и терпела издевательства злой свекрови.

Наблюдая, как героиня терпит насмешки свекрови и, не смея ответить, лишь произносит: Вы правы, матушка, я заслужила урок, 101 достала платочек и утерла слезы: Какая бедняжка! Это и есть любовь! Когда же уже этот мерзавец поймет, как ему повезло с ней?!

Чэн Сюй безразлично протянул: Даже если поймет, что толку? Она его, этого покойника, вообще не любит.

101 только собралась возразить.

На экране героиня с изящным макияжем проронила слезу. Она резко подняла голову и уставилась на женщину перед собой. Свекровь, величественная и благородная, смотрела на нее как на муравья. Несмотря на средний возраст, она отлично выглядела, и невозможно было угадать ее настоящие годы.

Героиня проговорила сквозь рыдания, ломающимся голосом: Когда же вы наконец поймете? Мои чувства к вам?

У свекрови расширились зрачки.

У 101 тоже расширились зрачки, и данные в системе мгновенно смешались.

Я люблю вас! Это не просто уважение младшей к старшей! Это чувство женщины к женщине! Вы слышите? Я с самого начала влюбилась в вас! — взволнованно выкрикнула героиня и схватила свекровь за запястье.

101 закричала в панике: А-а-а, я не хочу это смотреть!

Свекровь на экране тоже была в ужасе: Что ты несешь!

Чэн Сюй быстро вышел из ментального моря и заблокировал 101, чтобы уберечь свои нервные клетки от разрушения.

http://bllate.org/book/28697/3469336