Готовый перевод My Cellmates Are My Bros / Тюремный авторитет: Мой срок растет от каждого вздоха: Глава 3

Ещё оставался Электрический Голос — тот самый, что притворялся мертвым, когда ему было удобно, и оживал, когда хотел. Вот только он был загадочным субъектом, а сам Чжу Юй, лишившись памяти, не представлял для него особой ценности. Тот точно не стал бы ничего делать ради него.

Неужели…

Чжу Юй с подозрением посмотрел на Бай Ши.

Неужели он встретил мужчину-бодхисаттву?

Стоило Чжу Юю так на него взглянуть, как в глазах Бай Ши промелькнула растерянность, а на щеках проступил еще более яркий румянец. Он отвел взгляд, словно испуганный котенок.

— Ой! То есть… я не имел в виду ничего такого! Просто я… я правда считаю, что у тебя очень красивое имя, я…

Ситуация становилась все более абсурдной. На мгновение Чжу Юю показалось, что он не в тюрьме, а на съемках какой-то мелодрамы.

— Э-э… спасибо?

— Я правда ничего такого не имел в виду…

Бай Ши прикусил губу. Его красивые нижние губы слегка побелели от усилия, но даже в этот момент он выглядел прекрасно.

Слишком прекрасно для места под названием тюрьма. Даже Чжу Юй, считавший себя человеком серьезным, под этим влажным, как у маленького олененка, взглядом поймал себя на порочной мысли: интересно, как бы Бай Ши выглядел, если бы заплакал?

Почему каждое его движение кажется тщательно отрепетированным, словно он пытается кого-то соблазнить?!

В конце концов, Чжу Юй решил сдать позиции:

— Я не пытаюсь тебя в чем-то обвинить. Просто ты заметил, что я ранен.

Бай Ши опустил голову:

— Я обратил на это внимание, как только впервые тебя увидел… Прости. На самом деле, я и подошел-то к тебе только потому, что ты ранен. Я подумал, что в таком состоянии… ты вряд ли причинишь мне вред.

Тон Бай Ши оставался ровным, выражение лица почти не менялось, но то, как он, словно ребенок, опустил голову, извиняясь, вызвало у Чжу Юя чувство жалости и легкой неловкости.

Все это становилось все страннее.

Впрочем, теперь Чжу Юй понимал мотивы Бай Ши.

— Ничего страшного. Просто… если ты пришел ко мне за помощью, боюсь, я ничем не смогу тебе помочь.

Бай Ши хотел что-то сказать, но промолчал. Так они молча доели свои порции питательной смеси.

Чжу Юй уже чувствовал, что людей вокруг становится все больше. Возможно, из-за того, что Бай Ши был слишком приметным, взгляды, устремленные на них, становились все неприятнее. Пришло время уходить.

— Бай Ши, я доел, пойду обратно.

Бай Ши будто очнулся и поднял голову. В этот раз его вид был еще более жалким, чем прежде. Глядя на Чжу Юя так, словно он готов был разрыдаться, он спросил:

— Чжу Юй, ты каждый день приходишь сюда в это время? И еще… моя камера в зоне X. У меня нет сокамерников, ты можешь приходить ко мне в любое время!

— …Хорошо.

Чжу Юй ушел.

Место, где он только что сидел, тут же занял другой заключенный. Мужчина жадно уставился на лицо Бай Ши и сглотнул, было ясно, что еда его интересует меньше всего.

— Красавчик, из какого ты сектора? Может, пойдешь со мной? Обещаю, будешь жить в роскоши!

Бай Ши продолжал смотреть вслед ушедшему Чжу Юю, не в силах оторвать взгляд. Даже когда мужчина напротив распинался перед ним, он оставался безучастным, словно потерявший душу.

Наконец, мужчина не выдержал. Он протянул руку, намереваясь схватить Бай Ши:

— Черт, не строй из себя недотрогу, не нарывайся!

В следующую секунду мужчина ощутил пронзительную боль — непонятно откуда в его руке появилась дыра размером с пулевое отверстие.

Откуда-то сбоку выскочили люди и намертво прижали его к обеденному столу.

— А-а-а-а-а!

Мужчина закричал, но через секунду обнаружил, что не может издать ни звука. Бай Ши наконец перевел взгляд на него и улыбнулся — все так же мягко и обиженно.

— Ты слишком шумный. Не мог бы ты вести себя потише?

Глаза мужчины расширились от ужаса, несколько рук намертво зажимали ему рот и нос. В момент, когда перед глазами все поплыло, он видел только прекрасное лицо Бай Ши. Ему даже показалось, что это лицо — всего лишь маска, надетая поверх чего-то ужасающего.

— Ах, какая некачественная работа. У меня совсем пропал аппетит. Вы ведь поможете мне избавиться от него, правда?

Эта жалоба, прозвучавшая почти как каприз, стала последними словами, которые мужчина услышал в своей жизни.

Глава 3. Объявление соревнований

Проведя в тюрьме несколько дней, Чжу Юй обнаружил, что неожиданно легко адаптировался к этой жизни.

Не считая того факта, что здесь полно отвратительных людей, это место было не таким уж плохим. Чжу Юй решил: раз уж он принял тот факт, что ему отсюда никогда не выйти, то тюрьма — это его последнее пристанище. Тут и кормят, и поят, и работу дают — чего еще желать?

Все это, разумеется, при условии, что не приходится иметь дело с другими заключенными.

Но, как бы он ни старался игнорировать реальность, она никуда не девалась. Чжу Юй думал, что делить камеру с Тан Эном и остальными идиотами — уже предел терпения, но кто мог подумать, что маленькая камера на шестерых окажется настоящим змеиным гнездом.

Теперь Чжу Юю приходилось быть настороже даже в туалете, чтобы никто не пялился на его зад.

В этой тюрьме что, одни только тупые агрессивные самцы и гомосексуалисты?!

Чжу Юй на самом деле не знал, нравились ли ему мужчины до потери памяти, но он был уверен в одном: эти приставучие кретины — точно не в его вкусе!

Кстати говоря, за это время он сдружился с Бай Ши. А что поделать? Кто сможет устоять перед красавцем, который каждый день проявляет столько заботы? Неужели я и правда… такой?

Как раз когда Чжу Юй подумал: может, стоит самому проявить инициативу, пока Бай Ши кто-нибудь не увел, он внезапно осознал: хотя у Бай Ши лицо нежного красавца, он же выше его! А-а-а-а!

— Несколько дней не виделись, а ты уже дошел до такого?

Это был ты, вездесущий Электрический Голос — мастер загадок!

Чжу Юй уже натренировал себя сохранять невозмутимость, что бы ни случилось, но даже с его способностью к адаптации он не мог понять, зачем ему понадобилось прикладывать столько усилий, чтобы загреметь в эту дыру до того, как он потерял память.

— Ты что, меня так хорошо знаешь?

— Не сказал бы, но, кажется, потеря памяти действительно способна изменить человека.

— …Ты ведь не ради этого меня побеспокоил, верно?

— На самом деле, я уже пожалел, что связался с тобой. Но раз уж я здесь, то кое-что расскажу.

— Угадаю: здесь скоро что-то изменится?

— О? С чего ты взял?

Когда Электрический Голос объявился, Чжу Юй как раз был на прогулке. Он спрятал руки в рукава тюремной робы и бесцельно бродил по тесному пространству.

Прямо перед ним из толпы возник черный силуэт — мускулистый мужчина, который явно часто занимался спортом.

Тот молчал, но Чжу Юй слышал хруст костяшек его пальцев и видел вызывающий, пренебрежительный взгляд.

Где-то вдалеке Бай Ши с тревогой наблюдал за ним.

Остальные заключенные, тоже находившиеся на прогулке, быстро начали стягиваться к ним. Они были похожи на акул: даже в бездонной пучине океана они способны первыми почуять запах крови.

Нет… скорее на гиен, почуявших падаль.

— Чжу Юй…

Бай Ши нервно сжал края одежды — его пугало столпотворение и взгляды окружающих.

В душе Чжу Юя поднялось невыносимое раздражение. Почему ничего не идет так, как он хочет?

Мерзкий противник, мерзкие взгляды, мерзкая толпа — неистовое раздражение прорвало плотину разума, которую он так старательно выстраивал.

Разум твердил: терпи.

Проклятый Электрический Голос еще не договорил.

Вокруг полно тех, кто ждет зрелищ.

Вернешься — Тан Эн, этот безмозглый идиот, снова будет насмехаться над ним своим поганым ртом.

Адам, этот негодяй, тоже не скажет ничего хорошего, а остальные отбросы будут бесконечно болтать всякую чушь во время игры в карты.

Но…

С какой стати?

С какой стати он должен терпеть?

Если проглатывать обиды в этой паршивой тюрьме было желанием Чжу Юя до потери памяти, то он лучше…

Чжу Юй нанес удар!

Ему было плевать на Электрический Голос, на какие-то цели, на Бай Ши, на Тан Эна — все это не имело никакого значения!

Сейчас!!!

Ему нужно было просто уложить этого кретина!

Мужчина опешил и подсознательно взглянул на Бай Ши в толпе, но в следующую секунду Чжу Юй сбил его с ног ударом ноги.

— На кого ты смотришь?

Чжу Юй чувствовал, как в голове кипят мозги, кровь вот-вот закипит от этого безымянного гнева. Не давая мужчине подняться, он быстро подошел к нему, крепко зажал его мощный торс ногами, а затем голыми руками сломал ему большой палец.

У Чжу Юя не было воспоминаний о драках, но тело действовало инстинктивно. «Хрусть» — и раздался звук ломающейся кости.

Мужчина, который еще мгновение назад кричал и ругался, больше не мог проронить ни слова.

Окружающие заключенные начали насмешливо гудеть:

— Ты что, слабак? Дали побить себя какому-то смазливенькому!

— Тряпка!

— Вставай и бейся дальше! Раз вырос таким здоровым — жрал что ли одно дерьмо? Если не можешь справиться с ним, лучше сдохни!

Однако безумие, вызванное всплеском адреналина, не могло полностью компенсировать разницу в комплекции. Осознав это, мужчина тут же перешел в контратаку.

Бам!

Тяжелый удар пришелся Чжу Юю прямо в живот. Он почувствовал, как кипящая кровь продолжает выплескиваться наружу. Он предельно ясно осознал: еще один такой удар — и он здесь умрет.

Боль принесла ясность, а ясность породила чудовищную ненависть.

Если бы Чжу Юй мог увидеть себя со стороны, он бы, наверное, воскликнул, что человек на фото в личном деле — это действительно он.

Его глаза, налитые алой кровью, горели, словно адское пламя.

В полузабытьи он внезапно услышал какой-то тонкий шорох, который становился все громче и громче, пока не превратился в оглушительный гул, подобный раскатам грома.

Чжу Юй не мог разобрать, что это за звук, но было очевидно, что мужчина его не слышит. Он сам чувствовал себя роботом, собранным из механизмов: шестерни сцеплялись, подшипники вращались, маятник метался взад-вперед.

Тот тихий звук внезапно усилился в тысячи раз, и наконец Чжу Юй понял: это не механический шум. Это звук его собственного бьющегося сердца… и кое-что еще…

http://bllate.org/book/28669/3466522