Готовый перевод The Popular Villain Is Always Coveted / Всеобщий любимец: Злодей, ставший объектом страсти: Глава 9

Неудивительно, что стоило Су Линю уйти, как следом за ним приехал помощник родителей семьи Ли, чтобы забрать Ли Юйцю и Гу Шэна.

Ли Юйцю первым сел в машину, однако водитель долго не трогался с места. Перехватив его вопросительный взгляд, помощник тихо пояснил:

— Этот молодой человек, Гу Шэн, наш господин приглашает вас поехать с нами.

Гу Шэн нерешительно посмотрел на Ли Юйцю, всё еще толком не веря в происходящее, а тот небрежно бросил:

— Садись, посмотрим, правду ли он говорит.

В этот момент Гу Шэн еще не понимал, почему Ли Юйцю ни капли не боится и не паникует.

Когда они вернулись домой, родители ждали их в гостиной. Судя по всему, они только что спешно вернулись: верхнюю одежду и обувь еще не сменили, чемоданы стояли в прихожей. Они достали фотографии из клуба и выложили ему всю правду. И те оба прекрасно знали, что он похитил Гу Шэн.

Отец Ли в гневе швырнул фотографии перед Ли Юйцю, и его грозный окрик разнесся по комнате:

— Всё потому, что твоя мать вечно потакала тебе! Ты додумался из-за оценок издеваться над другим ребенком, да еще над кем — над Гу Шэном! Ты хоть понимаешь, что Гу Шэн — твой брат?!

— Гу Шэн, это тест на отцовство, можешь посмотреть, — Мать Ли подошла к Гу Шэну с мягким голосом. На ее лице был аккуратный макияж, под глазами залегли легкие тени от усталости, а длинные волнистые волосы ниспадали на спину — это была всё еще прекрасная, цветущая женщина. — Прости, мы и сами узнали правду только недавно... Все эти годы тебе пришлось нелегко.

Гу Шэн молча сжимал в руках результаты теста ДНК, едва сдерживаясь, чтобы не разорвать бумагу в клочья.

Черным по белому — справка из Первой народной больницы, такое не подделаешь. Пару дней назад он действительно сдавал кровь в донорском пункте у входа в Первую больницу, и подумать не мог, что из-за такой нелепой случайности вот так отыщет своих биологических родителей.

Мать Ли невольно смягчила голос:

— Если хочешь, переезжай жить к нам. С этого момента мы будем о тебе заботиться и наверстаем всё упущенное время.

Тем временем отец Ли долго отчитывал Ли Юйцю, и в конце концов наказанием для того стало лишение карманных денег сроком на один месяц.

Произнося этот приговор громким голосом, отец Ли исподлобья следил за выражением лица Ли Юйцю, словно смертельно боясь причинить ему боль.

У отца Ли были проблемы с репродуктивным здоровьем, вероятность зачать ребенка оставалась крайне мала, и он уже думал, что за всю жизнь у него не будет детей, как вдруг жена забеременела, поэтому он всегда без памяти любил этого ребенка. Тот стал для него неожиданным чудом, а потому по праву заслуживал особого обожания.

В детстве Ли Юйцю рос слабым, болел чуть ли не каждые несколько дней, и крошечному малышу постоянно приходилось ездить по больницам на капельницы и уколы — как молодые родители могли не переживать за него? Из-за этого они годами баловали Ли Юйцю, позволяя ему абсолютно всё и выполняя любые капризы.

Вложив в Ли Юйцю столько родительской любви, они даже после раскрытия правды о его происхождении и того, что мальчик на самом деле оказался круглым сиротой, не пожелали выгонять его из дома. В конце концов супруги единогласно решили растить Гу Шэна и Ли Юйцю вместе. В конце концов, семье Ли было вполне по силам содержать двоих детей.

Мать Ли, наблюдая за лицом Гу Шэна, поспешила сгладить углы:

— Сяо Цю с детства привык к вольнице, месяца без карманных денег ему хватит, чтобы сполна прочувствовать наказание.

Гу Шэн еще не успел толком осознать внезапно открывшуюся правду о своем рождении и возвращение в богатую семью, как неожиданно услышал о столь суровом наказании со стороны отца Ли.

Услышав это, Гу Шэн тут же перевел взгляд с сочувственного лица Мати Ли на Ли Юйцю, который даже не думал униматься и дерзко огрызался на отца:

— Брат? Да не нужен мне такой брат! Почему это я не родной мамин и папин сын?!

В глазах Гу Шэна эти слова выглядели проявлением высокомерия и зависти, но для родителей вопрос Ли Юйцю звучал как боль и обида. Да, почему он не их кровный ребенок? Столкнувшись с таким ужасным известием, этот избалованный и хрупкий мальчик наверняка переживал случившееся куда тяжелее, чем они сами.

Голос отца Ли мгновенно смягчился:

— Юйцю, не принимай это близко к сердцу, ты по-прежнему наш сын, и мы всегда останемся твоими родителями.

Так вот почему Ли Юйцю ни капли не боялся?

Совершив столь отвратительный поступок и прекрасно зная об их истинном происхождении, он в качестве наказания лишился лишь карманных денег на месяц — и только-то.

Слухи о безумной родительской любви семьи Ли к своему сыну не врали.

Хотя теперь, подумал Гу Шэн, к этому утверждению стоило добавить одно уточнение: слухи о родительской любви семьи Ли именно к Ли Юйцю не врали.

Роскошное и величественное убранство дома заставляло Гу Шэна в его дешевой одежде чувствовать себя чужаком. Сложная и вычурная хрустальная люстра отбрасывала неестественно холодный и слепящий свет. Ли Юйцю тоже перевел на него взгляд — уголки его красивых глаз лучились улыбкой, уголки рта невольно приподнялись, а манеры оставались безупречно элегантными.

Мысленно он безмолвно произносил: «Добро пожаловать в ад».

Гу Шэн уже научился читать это выражение лица — в нем сквозили спесь и презрение, словно ему давали понять: даже сменив статус, отделаться от Ли Юйцю ему не удастся.

В школе они враждовали из-за оценок, а вернувшись домой, вновь оказались по разные стороны баррикад.

Гу Шэну это казалось абсурдом — словно они родились заклятыми врагами, самой судьбой обреченными вечно противостоять друг другу.

Их судьбы были предначертаны переплестись, и тень Ли Юйцю неизбежно легла бы на всю его жизнь.

Гу Шэн прижался кончиком языка к нёбу, в ушах настойчиво звенел гул возбуждения. Изначально он был обречен оставаться игрушкой в руках Ли Юйцю, но теперь, судя по всему, всё могло измениться.

По крайней мере, они оказались на одной стартовой линии.

Помощник быстро распорядился перевезти прежние вещи Гу Шэна, причем спальня для него нашлась как раз по соседству с комнатой Ли Юйцю. Причем выбор пал именно на это помещение с подачи самого Ли Юйцю:

— Хм, пусть живет в соседней комнате, чтобы потом не жаловался, будто папа с мамой к нему несправедливы.

Медовые речи, коварные замыслы. Нетрудно было догадаться, что молодой господин поселил его рядом лишь для того, чтобы было удобнее помыкать им и унижать.

И ведь родители с легкостью на это согласились.

В их представлении Ли Юйцю был ребенком с холодноватым снаружи, но горячим внутри сердцем — пусть иногда озорным и проказливым, но в целом послушным. Их розовые очки сидели настолько плотно, что даже после возвращения Гу Шэна в семью Ли и обретения им равного с Ли Юйцю статуса, он всё равно не смел относиться к Ли Юйцю легкомысленно.

Причина крылась вовсе не в слепой и ничем не обоснованной родительской любви к Ли Юйцю, а в его надежном покровителе — женихе Су Лине. Именно они составляли ту самую опору, которая позволяла Ли Юйцю безнаказанно творить любые злодеяния.

http://bllate.org/book/28651/3464268