Готовый перевод What Happens in the Mountains / Жизнь в горах: Путь к спокойствию: Глава 2

Ван Цзи поднял голову: А?

Ван Иян добавил: Ого, хозяйка, у вас такой бойкий бизнес, что лиц клиентов не разобрать, а вы всё помните.

Хозяйка рассмеялась: Такой красавец, да и манеры вежливые — конечно, я запомнила его с первого раза. Думала, в следующий раз положу ему побольше утиной крови в тарелку.

Хозяин, неужели ты не ревнуешь? — в шутку крикнул Ван Иян.

Хозяин, вытягивающий лапшу, расхохотался.

Ван Цзи слегка покраснел и опустил глаза, вылавливая из чаши дымящуюся лапшу.

Бульон из утки на вид был лёгким, но на вкус оказался необычайно насыщенным, с глубоким ароматом мяса. Лапша ручной работы, упругая и гладкая, пропитанная бульоном, согревала с каждым кусочком. Эта горячая еда мигом прогнала утреннюю сырость дождливого дня.

Ван Иян шумно втягивал лапшу, а Ван Цзи, обжегшись горячим бульоном, слегка приоткрыл рот, чтобы остудиться.

Он взял маленькое блюдце и принялся смешивать соус для пельменей — побольше уксуса, поменьше перца, а затем по привычке приготовил ещё одно для Ван Ияна.

Ван Иян повторил его действия и проговорил: Благодарю за заботу.

Ван Цзи тут же отвесил ему подзатыльник палочками.

Тот хихикнул: Ты так долго работал в офисе, что у тебя уже не вытравить этот корпоративный жаргон.

Ван Цзи подцепил пухлый пельмень: Почти десять лет отдал работе, так просто это не исправить.

Он рано пошёл в школу, в двадцать три года после магистратуры попал в крупную компанию, а сейчас ему тридцать два, и он уже успел вкусить все прелести взрослой жизни.

Осторожно откусив кусочек, он втянул густой ароматный бульон изнутри. Ван Цзи удовлетворённо прищурился, а когда закончил с бульоном, обмакнул тесто в соус с уксусом и маслом чили и отправил в рот.

Несмотря на зрелый возраст, он выглядел молодо, почти как студент. Время оставило след лишь на его душе, не посмев коснуться лица.

Две порции лапши и корзинка пельменей были съедены дочиста. Расплатившись, двое мужчин направились в соседний сетевой супермаркет.

Дом Ван Цзи в родных краях пустовал с тех пор, как три года назад умер его дед. Родители Ван Ияна, узнав о его возвращении, ещё несколько дней назад начали наводить там порядок: электричество, вода, интернет и газ были подключены, мебель и техника — на месте, чистота наведена. Ван Цзи оставалось лишь докупить бытовые мелочи.

Заполнив две полные тележки товарами, они загрузили пакеты в машину и поехали в Юньлин.

Горная дорога вилась по склону: с одной стороны возвышались скалы, с другой — обрыв. В пасмурную погоду горы были окутаны влагой, облака и туман лениво стелились между пиками, создавая дымчатую пелену.

Ван Цзи смотрел в окно, погрузившись в свои мысли. В машине царила тишина. Ван Иян взглянул на него и спросил: Ну что, жалеешь?

Ван Цзи покачал головой: Нет.

Ван Иян заметил: Сожалеть — это нормально. Всё-таки Шанхай, большой город, престижная компания, доход за год превышает наш заработок за несколько лет. Не то что в деревне, даже среди наших одноклассников никто бы не отказался от такой жизни.

Ван Цзи усмехнулся: Правда, не жалею.

Он провёл пальцем по стеклу, рисуя что-то рассеянное, и серьёзно добавил: Слишком устал. Хочу отдохнуть.

Полгода назад к нему подошла его непосредственная начальница Аманда.

Ван Цзи проработал в компании девять лет. В своё время, будучи выпускником престижного вуза, он попал на нетехническую должность. За три года дослужился до следующего уровня, ещё через три — до следующего. Продвижение шло быстро, но не будет преувеличением сказать, что он буквально выгрызал его, не жалея сил и здоровья. А потом — застой.

Все говорят, что следующий уровень — потолок для обычного человека, и Ван Цзи отделял от него всего один шаг. Но за три года на нынешней позиции ни повышения, ни индексации, а о смене отдела даже мечтать не приходилось. Видя, как коллеги того же ранга постепенно поднимаются вверх, он не мог не признать, что его карьера сложилась печально: многообещающее начало и топтание на месте.

Снова пять дней сверхурочных, бесконечные совещания. Осушив сегодня уже неизвестно какую по счёту чашку эспрессо, он смотрел на выразительные губы Аманды, но уже перестал понимать, что она говорит.

Наверное, опять поучала, что нужно уметь подстраиваться под начальство и хвататься за каждую возможность ради повышения.

Ван Цзи чувствовал себя как разрядившаяся батарейка. За несколько секунд до того, как окончательно перегореть, он наконец расслышал слова Аманды: Ван Цзи, мы сейчас в несущемся на полной скорости поезде. Либо ты активно цепляешься за него и едешь, либо тебя выбрасывает за борт, и ты глотаешь пыль позади поезда...

Результаты медосмотра на прошлой неделе были неутешительными. Прижав ладонь к неритмично бьющемуся сердцу, Ван Цзи в тот момент решил: он станет тем, кого выбросило за борт.

Юньлин — небольшая деревушка в волости. Сама волость была маленькой и небогатой, состояла всего из трёх деревень, сгрудившихся в одном месте.

Ван Цзи и Ван Иян сначала доехали до управления волости, откуда до их деревни оставалось ещё минут пятнадцать пути.

Всю дорогу тянулись жилые дома, и лишь на улице у управления появились магазины и школа. Раньше Ван Цзи не обращал внимания, а сейчас, присмотревшись, обнаружил, что ассортимент на этой крошечной торговой улочке довольно неплох, хотя из-за расположения в сельской местности масштабы магазинов были скромными — самый большой супермаркет занимал всего три секции.

В волости у каждой семьи есть свой участок, зачем тогда овощи продают? — с любопытством спросил Ван Цзи.

Сейчас уже не каждая семья в деревне занимается хозяйством, многие уезжают на заработки, и немало земли запустело, — сказал Ван Иян и взглянул на него. — Взять хотя бы твою.

Значит, будет чем заняться, — Ван Цзи размял затёкшую шею, прикидывая, как начать освоение целины.

Да нет, ты что, правда собрался землю пахать? Если нужны овощи, приходи на мой огород — у меня их столько, что девать некуда.

Раз уж решил вернуться к земледелию, то вернусь. Зайду к Дядюшке Вану и тётушке Ван, попрошу семян и рассады.

Ван Иян решил, что он просто шутит, и кивнул: Ладно.

Деревня Юньлин примостилась у зелёного холма. Изначально в ней было три производственные бригады, но после реформ их переименовали в три группы, названия которым дали простые и понятные: Сялин, Чжунлин и Шанлин, если идти от подножия к вершине.

Дома Ван Цзи и Ван Ияна находились в Шанлин.

Тридцать лет назад, когда дед Ван Цзи был секретарём парткома волости, многие советовали ему перенести дом поближе к подножию. Даже отец Ван Цзи, Ван Юньцзян, настаивал на этом — мол, земля всё равно государственная, так хоть не придётся каждый день карабкаться по размытым тропам. Но дед был человеком честным и бескорыстным, он не хотел брать у государства ни иголки, а уж тем более землю. Из-за этого Ван Юньцзян часто спорил с ним, и лишь когда деда перевели на работу в уезд и предоставили служебную квартиру, жалобы прекратились.

http://bllate.org/book/28522/3448139