Готовый перевод Cat Guide Wants to Attack Once [Rebirth] / Кошачий проводник жаждет доминировать: Перерождение: Глава 8

Кто пожелает, чтобы его собственная смерть стала острой бритвой, вонзившейся в грудь возлюбленного?

Но они всё равно будут жаждать надежды, жаждать свободы жить.

В полумраке тенистой зоны отдыха огромный златогривый лев послушно склонил голову в сторону юноши и потерся пушистой макушкой о его кончики пальцев.

Хо Сяньюэ слегка замер: он не привык к столь нежным проявлениям, поэтому убрал руку.

Духовная настройка в большинстве случаев требует физического контакта, однако он не очень любил прикасаться к незнакомцам. Духовное тело он еще кое-как мог стерпеть, по крайней мере понимая, что оно виртуальное.

Обдумав всё и взвесив за и против, юноша в конце концов решил, что лучше уж пожать лапу духовному телу.

Опустив взгляд и несколько неохотно протянув правую руку перед золотым львом, юноша сквозь зубы тихо произнес:

— Лапу.

В полузабытьи Цзи Жун увидел, как его духовное тело без малейших колебаний опустилось на брюхо и вытянуло пушистую переднюю лапу.

Он смутно испытал некоторую стыдливость, словно сам совершил точно такое же движение.

Но стоявший перед ним юноша от начала и до конца не выказал ни малейшего намерения дрогнуть, казалось, на него совершенно не влияло буйство чужой духовной силы, отчего Цзи Жун невольно тоже расслабился.

Белокурый страж прислонился к стеллажу с инвентарем в комнате отдыха и попытался открыть преграду своего духовного пейзажа, чтобы впустить щупальца духовной силы юноши, которые благодаря рукопожатию могли беспрепятственно проникнуть вглубь.

В тот самый момент, когда он высвободил все свои чувства и сделал так, чтобы действия юноши не встречали никаких преград,

едваразличимый звук шагов прорезал стены, двери, окна и бесчисленные слои преград Третьего зала №3 и легкой вибрацией передался по земле издалека с западной стороны, направляясь в эту сторону.

Это была почти та предельная дистанция, которую Цзи Жун, будучи стражем класса Супер-А и сняв собственные преграды духовной силы, когда его пять чувств обострились до предела, вообще был способен обнаружить.

Но была ли эта дистанция предельной для того, кому принадлежали эти шаги?

Цзи Жун, в чей пейзаж ворвалась неистовая и жестокая духовная сила, больше едва ли мог сохранять способность мыслить, ощущая лишь то, как всё его сознание будто сковывает поднявшаяся до небес метель.

Болезненные, обжигающие — все ощущения были связаны ледяными цепями.

Единственное, что удавалось чувствовать на фоне этой жуткой мощи — это неминуемый страх и покорность.

Хо Сяньюэ закрыл глаза, стараясь как можно тщательнее отыскать подозрительные места и очаги буйных эмоций в духовном пейзаже белокурого стража.

Это был его первый практический опыт проникновения в духовный пейзаж стража для проведения настройки.

В отличие от атак на тех троих зачинщиков, на сей раз он действовал ради диагностики, а потому не мог вести себя излишне грубо и был обязан аккуратно исследовать каждый уголок.

Духовный пейзаж белокурого стража представлял собой странную и бескрайнюю пустошь с богатой растительностью, непохожей ни на одно реально существующее растение, что прекрасно подходило для активности духовного тела — льва.

Тем не менее, Хо Сяньюэ смутно заметил, что вдали на пустоши, среди густых и хаотичных зарослей, некая искажающая пространство сила незаметно поглощала духовную энергию из окружающего воздуха.

Его сознание шаг за шагом продвигалось вглубь пейзажа, приближаясь к этому пространственному искажению при сохранении абсолютной бдительности.

Хо Сяньюэ еще не успел добраться до самой глубины, как вдруг послушный и мирный лев-духовное тело после мгновенного оцепенения отчаянно забился.

Пустошь духовного пейзажа вслед за этим тоже затряслась, а растительность стала смазанной и нечеткой.

Что происходит? Он почувствовал легкое раздражение: оставалось еще совсем чуть-чуть, и он смог бы понять устройство этой странной пространственной аномалии.

Не открывая глаз, Хо Сяньюэ лишь волевым усилием нарастил давление духовной силы, собираясь в последний момент, пока образ духовного пейзажа окончательно не разрушился, докопаться до сути проблемы собеседника.

Дневной свет медленно проникал сквозь занавеску, падая в комнату отдыха в углу тренировочного зала.

У полуприкрытой двери комнаты отдыха стояла фигура против света: стройный силуэт, плавные и идеальные линии мышц скрывались под черным обтягивающим верхом.

Вэй Су молча стоял у входа, прижимая к груди спортивную сумку, где лежало тщательно подобранное тренировочное оружие. Как он ни размышлял, а на сборы ушло слишком много времени, из-за чего он добрался только к половине девятого.

Но когда он столкнулся взглядом с полным борьбы взором Цзи Жун и заметил рядом крупное невидимое, но угадываемое духовное тело, он понял: судя по всему, перед ним распростерся припавший к земле лев.

Вэй Су вдруг почувствовал, что ему вовсе не обязательно подавать голос.

По сравнению с ним самим, чей духовный пейзаж зиял пустотой и, возможно, никогда не сорвется в безумие, но при этом уже не сможет соединиться с проводником. Его собственное духовное тело в виде сгнивших и мутировавших лиан отражало его внутренний мир — бездонную и кромешную тьму.Быть может, ему требовалось лишь крошечное пространство, чтобы перевести дыхание. Всего лишь, как в прошлой жизни, после того как юный проводник засыпал, украдкой отыскать уголок в комнате, прислушиваться к его дыханию и свернуться калачиком во тьме.

Пусть никто его не видит, пока он может охранять другого — разве этого не достаточно?

Но почему же сейчас, в этот самый момент, его сердце пронзила такая боль, словно оно заново обрело плоть и кровь?

На мягком матах юный проводник, чье сознание только что погрузилось в духовный пейзаж, вдруг отнял правую руку, сжимавшую звериные когти.

Он открыл глаза, торопливо протянул руку, ухватил за плечи блондина-стража и с силой толкнул того к центру мата.

Цзи Жун, застигнутый врасплох, высвободился из-под давления духовной силы, тяжело ру навзничь на мат и нос к носу столкнулся с Вэй Су.

Он уже давно заметил человека у входа, но не мог произнести ни звука.

В этот миг буйство духовной силы заметно утихло, и контроль над собственным телом вернулся к нему. Он тут же тревожно заговорил:

— Вэй Су, всё совсем не так, как ты думаешь, он...

Хо Сяньюэ повернул голову и тоже увидел неподвижную фигуру темноволосого стража. Он заранее рассчитывал, что Вэй Су скоро появится, и это была одна из причин, почему он осмелился полностью погрузиться в духовный пейзаж стража прямо в комнате отдыха.

Он протянул руку, прижал золотоволосого стража к мату и одним резким движением разорвал на его груди черную обтягивающую форменную рубашку, обнажив кожу.

Лицо Хо Сяньюэ было холодно. Достав из наплечного чехла острый армейский нож, он оглянулся на замершего темноволосого стража, и его голос прозвучал низко:

— Вэй Су, помоги мне удержать его. Я хочу вытащить яйцо из его животиков.

Темноволосый страж скосил глаза и посмотрел на лежавшего на матах, растрепанного, с полуголым торсом и испуганным лицом Цзи Жуна.

Звериные ушки в золотистых прядях испуганно дрогнули, точно его обидели сильнее некуда.

Яйцо? Чье? Неужели в его животе вынашивается чье-то яйцо?

Юный проводник говорил так, словно видел перед собой рыбу на разделочной доске, и на его лице не было ни тени колебаний или жалости.

При этом обращался он к нему, к самому Вэй Су, и помощи искал вовсе не у кого-то другого, а именно у него, с кем они договорились вместе потренироваться.

Это отчетливо показывало разницу в их положении.

Вэй Су уловил в этой странной логике проблеск надежды, встряхнулся и изо всех сил приготовился помогать проводнику в операции.

Что бы там ни таилось в животе у Цзи Жуна, раз уж речь зашла о детеныше, он всё равно поможет удержать буяна.

Вэй Су слегка подался вперед, проигнорировав полный шока и борьбы взгляд Цзи Жуна, нажал на его второе плечо и, глядя в профиль проводника, мягко и нежно произнес:

— Что случилось? У тебя какие-то неприятности?

Излишне снисходительное отношение заставило Хо Сяньюэ слегка опешить, и его левая рука, прижимавшая стража, напряглась и замерла в неловкости.

Но, перехватив испуганный и недоуменный взгляд Цзи Жуна, он мгновенно вспомнил ту сцену, которую только что прочувствовал в его духовном пейзаже.

Лицо Хо Сяньюэ снова стало холодным. Его пальцы коснулись обнаженного живота стража, смоченные только что принесенным из комнаты отдыха дезинфицирующим спиртом, они начертили крестообразную метку:

— Его духовная сила больше не в силах поддерживать и питать то невесть откуда взявшееся яйцо, что находится внутри. Только что я пришел в Тренировочный зал №3 пораньше и случайно застал вспышку его духовного буйства.

Похоже, он просто отдыхал в комнате один и не тратил больших объемов духовной силы, но тем не менее у него случился столь тяжелый срыв, да еще и проявились звериные уши.

Взгляд Вэй Су слегка потемнел. Он вспомнил, в каком скверном состоянии в последнее время находилось несколько стражей из Боевого отдела, и припомнил смутные обрывки из далёкого прошлого, касавшиеся последнего периода жизни Цзи Жуна.

Высокоуровневые стражи Боевого отдела всегда были расходным материалом: перенеся несколько тяжелых приступов духовного буйства, они неизбежно гибли на поле боя по самым разным причинам.

Положение Цзи Жуна, судя по всему, было именно таким. Вэй Су помнил, как однажды случайно узнал, что тот в одиночку, избегая других стражей и проводников, сдерживал буйство духовной силы.

Даже он сам всегда понимал, что тело S-рангового стража гораздо выносливее тел обычных людей, и любые тяжелые раны заживают на нем на удивление быстро.

Однако он неизменно ощущал, что в один прекрасный день его силы иссякнут до самого дна.

В прошлой жизни Вэй Су и сам не раз испытывал подобные беспричинные вспышки духовного буйства.

Только он никогда не придавал им значения. Если бы не то провальное задание и тяжелейшее ранение, едва не приведшее к смерти мозга, возможно, он бы никогда и не задумался об этих изменениях в своем теле.

Все эти странности вызваны каким-то яйцом?

Вэй Су подсознательно перевел взгляд на живот юноши и напрягся:

— Ты чувствуешь то, что находится внутри него, и потому можешь извлечь это, верно?

Хо Сяньюэ с удивлением посмотрел на него, никак не ожидая, что тот так быстро поверит в столь небылицы.

http://bllate.org/book/28506/3446415