Готовый перевод The Fragile Beauty Offers Herself / Соблазн для генерала: Возрождение опального принца: Глава 2

— Великий генерал уже у ворот, весь Поместье государственного герцога оцеплено людьми из Великого судебного приказа!

— Ох, что же нам делать?

— !

Сердце Е Чуаньяо сжалось. То, что должно было случиться, в конце концов наступило.

Лин Чжоу растерянно посмотрел на него:

— Молодой господин, что нам теперь делать?

Будучи человеком, прожившим жизнь во второй раз, Е Чуаньяо обрел некую выдержку, которая необъяснимым образом успокаивала окружающих. Он прикусил губу и спокойно произнес:

— Лин Чжоу, бери людей и иди к боковой калитке. Какими угодно способами, но ты должен вывести отца и остальных.

— А как же вы, молодой господин? — срывающимся от слез голосом спросил Лин Чжоу.

Е Чуаньяо посмотрел на главные ворота, его персиковые глаза слегка дрогнули:

— Я пойду и задержу их.

— Нет, молодой господин! А если они не найдут их и заберут вас? — Лин Чжоу засуетился. — Я не уйду! Даже если мне суждено умереть, я буду рядом с молодым господином!

— Ты даже меня перестал слушать?

Е Чуаньяо помрачнел. Он крепко ухватил Лин Чжоу за плечи, невольно впиваясь пальцами в ткань:

— Не бойся, со мной они ничего не сделают. Иди, помоги отцу, я больше никому не доверяю!

Лин Чжоу с мукой посмотрел на своего господина, спустя мгновение шмыгнул носом и ответил:

— Тогда… берегите себя, молодой господин!

Е Чуаньяо слегка дернул уголком губ:

— Знаю, ступай.

Едва Лин Чжоу скрылся, как через главные ворота ворвался отряд стражников.

— Императорский указ!

Во главе стоял глава Великого судебного приказа Чжэн Юань.

— Собрать всех в переднем дворе! Провести тщательный обыск, не пропустить ни единого уголка!

— Слушаемся!

Служители Великого судебного приказа мгновенно рассредоточились. Слуг согнали в передний двор, отовсюду доносились рыдания, и в поместье воцарился хаос. Оставшиеся стражники выстроились в ряд с бесстрастными лицами.

Из-за их спин неспешно вышел мужчина. Ростом под восемь чи, с пронзительным взглядом и гордой осанкой, он был облачен в длинный черный халат, выглядя властно и величественно. Трудно было связать этот ослепительно прекрасный облик с тем самым грозным генералом-богом войны, о котором слагали легенды.

В другое время, встретив столь блистательного человека, Е Чуаньяо непременно постарался бы познакомиться с ним поближе. Однако сейчас от одного лишь вида этого мужчины его тело невольно содрогнулось.

Великий генерал Шэнь Сюань. Человек, в чьих руках сосредоточена огромная власть, стоящий выше трех высших сановников, единственный в Великой Дашэн князь не из императорского рода — он был вторым человеком после императора.

В прошлой жизни, в порыве отчаяния из-за случившегося, Е Чуаньяо осыпал Шэнь Сюаня проклятиями. Он называл его лицемером, бездушным и бесчестным человеком, который не видит разницы между добром и злом. Кричал, что лучшие чаи из Поместья государственного герцога были скормлены собаке. Он грозился, что однажды сотрет его в порошок, чтобы отомстить за разорение дома. Сколько времени стражники проводили обыск, столько он и кричал.

Но Шэнь Сюань, чья жизнь прошла на острие клинка, не обращал внимания на угрозы. Подобные вспышки гнева Е Чуаньяо для него ничего не значили. В тот день он увел Е Цинъюня и его брата, даже не взглянув на самого Е Чуаньяо.

Теперь, оглядываясь назад, Е Чуаньяо понимал, насколько наивно и смешно выглядел. Даже если бы он обругал Шэнь Сюаня последними словами, это никак не изменило бы исход.

Мысли Е Чуаньяо за доли секунды пронеслись сквозь сотни вариантов развития событий. Одной ошибки было достаточно. В этот раз он не будет таким импульсивным и безрассудным, как прежде. Только холодный расчет и постепенные шаги могут изменить предначертанную судьбу.

Е Чуаньяо подавил желание отступить. Набравшись храбрости, он поднял руки и на глазах у всех преградил Шэнь Сюаню путь. В тот же миг к его горлу приставили острый клинок.

Е Чуаньяо затаил дыхание, но не отстранился.

Кого они пытаются напугать?

Взгляд Шэнь Сюаня скользнул по лицу юноши, не выдав ни радости, ни гнева. Спустя мгновение он махнул рукой. Меч вернулся в ножны, и Е Чуаньяо невольно выдохнул. Этот живой яма, как же он пугает!

Чжэн Юань посмотрел на юношу, его поразила неземная красота молодого человека, но он быстро опомнился:

— Дерзость! Императорский указ прибыл, чего же ты медлишь? Пусть Е Цинъюнь немедленно выходит и принимает указ!

Е Чуаньяо не посмотрел на Чжэн Юаня. Он медленно опустил руки, с уважением склонился перед Шэнь Сюанем и, не выказывая ни раболепия, ни высокомерия, произнес:

— Великий генерал, моего отца сегодня нет в поместье. Не позволите ли А-Яо принять указ вместо него?

— Нет в поместье? — усмехнулся Чжэн Юань, издевательски протянув: — Какое совпадение! Неужели он заранее пронюхал о чем-то и сбежал, испугавшись наказания?

Е Чуаньяо не удостоил его ответом. А что, надо было остаться и ждать ареста?

Шэнь Сюань слегка прищурился, глядя на стоящего перед ним юношу. Тот казался покорным, но в его ослепительной красоте сквозило сдержанное негодование и растерянность. Все же он был еще слишком молод, чтобы справляться с подобными ударами судьбы.

— Значит, Наследник.

Он задержал взгляд на лице Е Чуаньяо и равнодушно произнес:

— Ты осознаешь, что это за указ, раз осмеливаешься принимать его вместо отца?

Е Чуаньяо поднял голову и прямо встретил взгляд генерала:

— Хоть я и не обладаю большим умом, но по нынешней обстановке могу догадаться о многом. Однако раз отца нет, я обязан принять указ.

Сказав это, он сделал шаг назад и опустился на колени, выражая свою решимость. Шэнь Сюань перевел взгляд вниз, помедлил и промолчал, что означало молчаливое согласие.

Чжэн Юань взглянул на Шэнь Сюаня и развернул свиток:

— Волей Неба император провозглашает: Поместье государственного герцога, пользуясь милостью покойного императора и высокими титулами, должно было верно служить государству. Однако дошло до сведения, что Герцог Вэй, Е Цинъюнь, злоупотребляя властью, присвоил сто тысяч лян серебра, предназначенных для помощи пострадавшим в Хунцзяне. Посему приказываю Великому судебному приказу провести тщательное расследование, а Поместье государственного герцога временно опечатать в ожидании вердикта. Такова воля императора.

Зачитав указ, Чжэн Юань свернул его и холодно произнес:

— Раз герцога нет, пусть тогда Наследник проследует с нами. А когда герцог вернется, обменяете его в Великом судебном приказе!

Сердце Е Чуаньяо сжалось. Чжэн Юань решил сделать его заложником, чтобы заставить отца появиться! Неизвестно, удалось ли отцу и дяде благополучно покинуть поместье. Ради спасения отца он готов отправиться в темницу. Он уже не тот изнеженный Наследник, что привык к роскоши. Раз он уже умирал однажды, то какие страдания могут его сломить?

Однако он случайно слышал от отца, что Чжэн Юань — человек Шестого принца, Цзи Ханя. Если он попадет к нему в руки, участь его будет куда страшнее, чем в прошлой жизни.

Нужно придумать, как защитить себя. А чтобы запугать Чжэн Юаня и его пособников, ему нужен покровитель посерьезнее. Е Чуаньяо посмотрел на Великого генерала, неспешно расхаживающего по двору, и его глаза блеснули. Все равно он уже умирал, так чего бояться сейчас? Была не была!

***

Люди из Великого судебного приказа продолжали обыск по всему поместью. В прошлой жизни, после того как особняк опечатали, Е Чуаньяо вместе с домочадцами жил на усадьбе за городом. Место было скромным, но хоть какое-то укрытие. Однако вокруг было полно тех, кто желал унизить их и воспользоваться чужим горем.

Когда Поместье государственного герцога пало, дело еще не было закрыто, но нашлись охотники до красавца, про которого ходили слухи, что он первый красавец в столице. Юный Наследник, одаренный талантами и утонченной внешностью, превосходящей женскую, вызывал у развратных сынков богачей такое возбуждение, что они были готовы рисковать, лишь бы прибрать его к рукам.

В то время Е Чуаньяо изматывали поиски улик и постоянные домогательства этих наглецов. Но самым страшным кошмаром был Шестой принц, Цзи Хань, пользовавшийся благосклонностью императора. При воспоминании о нем Е Чуаньяо бросало в дрожь. Чтобы не попасть в руки Цзи Ханя, в прошлой жизни он пробовал все, но, к несчастью, в итоге…

Он не позволит больше никому унижать себя и не даст Великому судебному приказу забрать его в заложники. Е Чуаньяо лихорадочно соображал, его мозг работал на пределе, а в глубине глаз промелькнула решимость идти до конца.

Великий генерал, простите, потерпите немного.

Он посмотрел на Шэнь Сюаня, глубоко вздохнул, сделал два шага вперед, бухнулся на колени и крепко обхватил ноги мужчины, вцепившись так, будто боялся, что тот убежит.

Слеза медленно скатилась по щеке, и он заговорил скорбным, надрывным голосом:

— Брат Сюань…

Слезы красавца — зрелище, которое никого не оставило бы равнодушным. Все присутствующие уставились на двух молодых людей посреди двора. Служанки перестали плакать, и в поместье воцарилась гробовая тишина.

Е Чуаньяо, припав к ногам Шэнь Сюаня, рыдал так горько, что казалось, у него разрывается сердце:

— Брат Сюань, как ты мог так со мной поступить? Разве мы не договаривались, что в следующем месяце, когда я достигну совершеннолетия, ты придешь в поместье свататься?

Взгляды всех присутствующих скрестились на них. Е Чуаньяо поднял заплаканные глаза на человека, возвышавшегося над ним, и, моргнув, продолжил:

— Неужели ты хочешь бросить меня в темницу и больше не желаешь видеть?

Этот дрожащий, но отчетливо прозвучавший вопрос заставил всех вытаращить глаза. Что здесь происходит? Когда это их Наследник успел завести тайную связь с Великим генералом? Но если это так, почему генерал сам пришел арестовывать их семью?

В не меньшем замешательстве был и сам Шэнь Сюань. Глядя на чистые, прозрачные слезы, дрожащие на длинных ресницах, он начал всерьез сомневаться, не потерял ли он какую-то часть собственной памяти.

Спустя долгое время над головой раздался низкий голос:

— Наследник, если мне не изменяет память… мы с вами раньше никогда не встречались.

— …

Слезы Е Чуаньяо на мгновение замерли. Он сильно ущипнул себя за ладонь, и его лицо исказилось от невообразимой боли, а слезы потекли с новой силой.

— Брат Сюань, ты… хочешь откреститься от меня?

Шэнь Сюань молчал, его глубокий взгляд оставался холодным и непроницаемым. Руки Е Чуаньяо еще крепче сжали ноги генерала, и он прошептал, захлебываясь рыданиями:

— Я знаю, я не достоин тебя. Теперь, когда отца обвиняют в преступлениях, если его признают виновным, я стану сыном государственного преступника. И у меня совсем не останется права находиться рядом с тобой.

http://bllate.org/book/28505/3446311