Готовый перевод The Salted Fish Carried the Overachiever's Child / Ленивый наложник и амбициозный тиран: Миссия по захвату мира: Глава 11

Бай Юань не стал его слушать: — Эй, кто там, уведите его и бросьте в темницу!

Бай Юань намеренно поднял такой шум, что об этом узнал весь княжеский огород.

Сяо Чэнь изначально лишь велел перехватить ответное письмо, но, услышав, что Бай Юань лично отправился туда с людьми, решил взглянуть на происходящее.

И как раз успел на это захватывающее зрелище.

Син Чжу уже впал в панику. Заметив Сяо Чэня, он резко бросился вперед, заливаясь слезами: — Ванъе, ванъе, спасите меня! Низкий раб лишь помутнять рассудком посмел, когда передавал послания молодому господину Вану и наследному принцу! Все это было сделано по наущению самого молодого господина, умоляю, верьте мне!

Бай Юань произнес леденящим душу голосом: — Ты явно втайне переписывался с наследным принцем, замышляя вред против хозяина, да еще и пытаешься переложить вину на меня? Я не имею никаких дел с наследным принцем. Даже если прежде был введен в заблуждение, теперь, пережив многое, я во всем разобрался. Син Чжу, зря я так доверял тебе изо дня в день. Если ванъе не верит, можете отправить людей на расследование.

Прежний хозяин тела всегда общался с наследным принцем через Син Чжу. В нынешнюю эпоху никаких камер видеонаблюдения не существовало, так что пока Бай Юань всё отрицал, виноват оставался исключительно Син Чжу.

В конце концов, если бы он сам отдал такой приказ, стал ли бы он с таким шумом и со столькими людьми лично являться на задержание?

Лучшего доказательства и не сыскать.

К тому же, произнеся эти слова сегодня на весь свет, он неминуемо порывал с наследным принцем, что одновременно служило и залогом верности Сяо Чэню.

— Этот ван, разумеется, верит княгине-супруге. — Сяо Чэнь, очевидно, тоже додумался до этого и, даже не став ничего расспрашивать, прямо выразил свою позицию, приказав увести Син Чжу в подземелье.

Син Чжу был вне себя от ярости, и его пронзительные вопли еще долго не умолкали.

Бай Юань протянул письмо Сяо Чэню со словами: — Ванъе, рассудите сами. Прежде я действительно питал чувства к наследному принцу, но после того случая прозрел и увидел его истинное лицо — больше я с ним никогда не свяжусь. Можете взглянуть на это послание, здесь нет моего указания.

Он и не думал лгать: сам он этого письма действительно еще не читал, и Сяо Чэнь, должно быть, это понимал.

Сяо Чэнь взял письмо, но даже не взглянул на него — лишь велел сжечь и вновь повторил: — Этот ван верит княгине-супруге.

Он, разумеется, прекрасно видел, что Бай Юань разыграл перед ним целый спектакль, дабы показать: отныне между ним и наследным принцем нет ничего общего. Сяо Чэнь платил ему тем же.

Отныне они находились по одну сторону баррикад.

Сказав это, Сяо Чэнь устремил взгляд на Бай Юаня, желая посмотреть на его реакцию.

Однако тот лишь равнодушно бросил в ответ: — Благодарю ванъе за доверие. У меня еще есть дела, я пойду.

Окончив фразу, он круто развернулся и ушел вместе со своими людьми.

Общаться с Сяо Чэнем у него по-прежнему не было ни малейшего желания.

Сяо Чэнь, намеревавшийся заговорить с ним о системе обогрева полов, на мгновение остолбенел, а затем умолк.

Спустя мгновение он отдал приказ: — Разузнайте, куда сегодня отлучалась княгиня-супруга.

С чего это он вдруг стал к нему так великодушен?

Духовное поле

На самом деле, после того как он выплеснул гнев на Син Чжу, на душе у Бай Юаня стало гораздо легче.

Еще сильнее его радовало то, что приветственный набор для новичков наконец-то одобрили. Главная система вышла на связь, сообщив, что в расчетной системе баллов действительно произошел сбой — сейчас ведутся ремонтные работы, которые скоро завершатся.

Сообщая об этом, 007 гордился безмерно: — Благодаря неустанным стараниям нашей крошки, главная система наконец-то выделила нам подарочный набор для новичков!

— Какая прелесть. — Судя по такому тону, речь шла вовсе не о баллах, но получить хоть что-то было лучше, чем ничего, и Бай Юань с предвкушением спросил: — Что там внутри?

007 в волнении распечатал подарок и продемонстрировал его Бай Юаню: — Та-да, вот оно!

По мере того как замолкал голос 007, перед глазами Бай Юаня замерцал клочок полупрозрачной черной почвы.

Прочитав описание рядом с этим черноземом, Бай Юань наконец всё понял: перед ним лежало Духовное поле.

Площадь — десять му, требует полива с помощью Духовного источника, пригодно для выращивания Духовных растений, подлежит вторичной модернизации.

Улыбка на лице Бай Юаня мгновенно увяла: — И это всё?

— Хозяин, откуда у тебя этот пренебрежительный вид?! — взволнованно воскликнул 007. — Это же товар высшего класса, к тому же с возможностью вторичной модернизации! Высший класс среди высшего класса! Если бы не скидка, как на батат, мы бы его и за баллы не получили! Кто бы мог подумать, что оно достанется нам просто так — чистая баснословная прибыль, понимаешь?

Бай Юань безмолвно уткнулся лицом в маленький столик на кушетке: — Тогда дай мне баллов, чтобы купить Духовное растение и Духовный источник? И вообще, куда эту землю девать? Неужели у меня появится какой-нибудь карманный пространственный мирок, где я должен сам копаться в грязи?

Уж лучше бы он вернул этот подарок обратно.

— Ну… — волнение 007 тут же поутих. — Теоретически предполагается, что возделывать землю должен сам хозяин, ведь речь идет о Духовных растениях…

Бай Юань холодно произнес: — Верни назад.

Чтобы ленивая рыба собственной персоной занималась земледелием — об этом не могло быть и речи.

— Нельзя вернуть! — отчаянно завопил 007. — На самом деле, крошка считает, что растить может кто угодно! Обычные люди тоже вполне справятся, просто эффект окажется чуточку хуже, чем если бы ты выращивал их лично…

Бай Юань приподнял веки: — Чуточку?

— Наверное… Хотя мы еще не пробовали так делать с хозяином, но… — голос 007 становился всё тише и тише.

Но если судить по его ленивому хозяину, выглядело это вполне закономерно.

Бай Юань сменил позу, небрежно вытащил мандарин и принялся его чистить: — И что, для него еще придется искать клочок земли? Как хлопотно. Если не вернуть, его можно продать?

— Придумай какую-нибудь другую историю, ладно? Его действительно нельзя ни вернуть, ни продать, — у 007 волосы на голове зашевелились от стресса. — Зато выращенные Духовные растения можно напрямую обменивать на ценные вещи, включая голографическую игровую консоль! Хозяин, разве ты не мечтал поиграть в игры?

— О? — Бай Юань слегка заинтересовался. — И это можно обменять?

— Угу-угу-угу! — пиксельный человечек отчаянно закивал, опасаясь, что если ответит хоть на секунду позже, Бай Юань тут же бросит всё и откажется от затеи. — Обменять можно вообще всё! Видишь цель — действуй, хозяин!

Закончив есть целый мандарин, Бай Юань скрестил ноги, сел ровно и очистил следующий: — Выведи на экран страницу товаров, я хочу посмотреть цены на Духовный источник и Духовные растения.

007 поспешно вывел каталог.

Как и ожидал Бай Юань, Духовный источник и Духовные растения стоили баснословно дорого, и оба относились к товарам высшего класса.

Пожалуй, с учетом того, что у новичков не хватало баллов, на Духовный источник сейчас действовала скидка, и его можно было приобрести даже без разблокировки товаров высшего класса.

Однако цена всё равно оставалась за пределами возможностей Бай Юаня.

Со скидкой один литр стоил целых пятьсот баллов. Бай Юань внезапно подумал, что игровая консоль, пожалуй, не так уж ему и нужна.

Впрочем, это Духовное поле в сочетании с Духовным источником вполне могло сократить цикл созревания урожая, причем независимо от холодов и жары. И пусть обычные люди справятся с ним хуже, чем он сам, это всё равно будет куда лучше, чем не сажать ничего.

Похоже, от этого Духовного поля всё-таки была некоторая польза.

…

В Западном флигеле стражники то заходили, то выходили вместе с рабочими, замешивающими глину. Одна любопытная служанка поинтересовалась: — Что это вы тут делаете?

Стражник бодро ответил: — Ванъе велел построить отапливаемую лежанку кан для покоев княгини-супруги.

Служанка завистливо вздохнула: — До чего же ванъе добр к княгине-супруге.

Остальные слуги тоже оживленно зашушукались:

— Еще бы, я слышал, после свадьбы княгиня-супруга несколько дней провела вне дома, а когда вернулась, ванъе не стал ничего ей выговаривать и даже ночует с ним на одной постели каждую ночь.

— Будь я на месте ванъе, я бы тоже о нем заботился! Какая же княгиня-супруга писаная красавица! А эта кожа — сияет белизной, точь-в-точь бессмертное божество!

— Наш ванъе тоже хорош, до чего же статен!

— Ой, да ты совсем стыд потеряла, девчонка!

— Ванъе и княгиня-супруга поистине идеальная пара!

— Мало того что кан будет, ванъе собирается провести для княгини-супруги теплые полы и возвести теплые стены. Говорят, таким пользуется лишь столичная знать в Цзиньане, я даже вживую не видала ничего подобного.

— Я тоже о таком не слыхивала, но раз ванъе дарует это княгине-супруге, значит, это лучшее из лучшего!

Нравы в Юнчжоу отличались суровостью, однако те слуги, что чаще общались с Сяо Чэнем во внутренних покоях, прекрасно знали, что их ванъе вовсе не так жесток и кровожаден, как болтают в народе. Поэтому прислуга в резиденции привыкла жить вольготно и судачить обо всём на свете.

В мгновение ока все до единого позавидовали княгине-супруге, а также уяснили, сколь высоко ванъе ценит своего супруга. Те же, у кого на уме были тайные замыслы, тут же поспешили умерить свои амбиции.

Эта новость очень быстро долетела до ушей Бай Юаня.

Пусть по ходу пересудов она обросла изрядной долей небылиц, стоило лишь чуть-чуть расспроситьзнающих людей, как выяснялось: слухи о том, что Сяо Чэнь приказал обустроить для него кан и теплые стены, — чистая правда.

Похоже, у этого человека все же осталась совесть.

Бай Юань спустился с кушетки, обулся и, засунув за пазуху парочку мандаринов, спросил: — Где ванъе?

Стоявший у дверей стражник ответил: — В это время он должен быть в кабинете.

Этот трудоголик.

Мысленно выругавшись, Бай Юань закутался в плотную белую шубу-чаньи и вышел наружу.

Когда он добрался до кабинета, Сяо Чэнь как раз обсуждал с чиновниками вопросы помощи пострадавшим от бедствия.

К тому моменту простых людей, пострадавших от нашествия саранчи в различных уголках Юнчжоу, в основном удалось расселить и устроить. Однако оставшихся запасов продовольствия почти не осталось: чиновники сбивались с ног, выпрашивая зерно повсюду, но эти крупицы были каплей в море.

В нынешнем году во всем Даяне урожай не задался, бедствия следовали одно за другим, а регион Яньнань ко всему прочему пострадал от резкого похолодания — многие посевы погибли от заморозков, не успев даже дозреть.

— …Мои подчиненные провели разведку: в Яньнаньском крае в этом году действительно приходится тяжко. Наследный принц перекрыл все пути со стороны императорского двора, зерно для помощи запаздывает, а в Юнчжоу еще нужно кормить тридцать тысяч воинов. Боюсь, наших излишков продовольствия надолго не хватит.

Докладывавший чиновник тяжело вздохнул, и его охватившее глубокое чувство бессилия повисло в воздухе: — Боюсь, в этом году Юнчжоу придется пережить великое бедствие.

Один из генералов с силой сжал кулаки и злобно выругался: — Будь проклят этот наследный принц! Сметь вредить государственным интересам ради личной мести! Я…

Не успел он договорить, как сослуживец предостерегающе дернул его за рукав, заставив умолкнуть.

Бессильно наблюдать, как твой собственный народ и верные воины голодают, замерзают, а то и гибнут от голода, холода и болезней, не имея возможности ничего изменить — это было тяжелей всего на свете.

Над головами присутствовавших сгустилась мрачная туча.

Брови Сяо Чэня были точно так же нахмурены, на душе скребли кошки, а голову раскалывало от невыносимой боли.

Казалось, его недуг снова давал о себе знать.

В последнее время приступы стали повторяться всё чаще.

Во взгляде исподлобья постепенно закипала свирепая аура, и весь его облик погрузился во мрачные тени.

Те, кто хорошо его знал, уже начали трепетать от страха, однако мгновение спустя — заметив что-то за окном — эта убийственная аура вдруг резко рассеялась.

Сяо Чэнь увидел белого пушистого зверька.

Тот стоял за окном и, страшась холода, сжался в комок под просторной шубой, являя миру лишь пару живых, выразительных глаз.

Заметив, что на него смотрят, он даже топнул ножкой — видимо, рассердившись, что его оставили мёрзнуть на улице.

Капризный. Хоть Сяо Чэнь и произнес это про себя, его брови и уголки губ сами собой расслабились.

http://bllate.org/book/28334/3425810