Готовый перевод The Substitute Bride: Fierce Boar Unleashed / Генерал в шелках: Невеста поневоле: Глава 5

Император не убьёт его, но отец, скорее всего, забьёт до смерти. Стоило лишь представить, как в острых, словно у сокола, глазах отца промелькнёт глубокое разочарование, а матушку, которую и без того недолюбливают в доме, начнут травить слуги, как сердце его пронзила острая боль.

Сначала нужно скрыть истину!

Он сам испугался собственной дерзости и внезапно вытаращил глаза. Однако, как только эта решимость зародилась, она уже не желала уходить. Он медленно закрыл засов, глубоко вздохнул и оглянулся на своего верного друга Юй Чжанъюаня.

Стоило их взглядам встретиться, как тот сразу понял, что у него на уме.

Юй Чжанъюань проговорил: Заместитель командующего Цуй вышел из рядов палачей, методы у него невероятно суровые. Эти четыре девушки и два маленьких евнуха, попав к нему в руки, наверняка испытают страшные муки. А главное — они ведь действительно ничего не знают, их могут запытать до смерти.

Это была попытка дать Е Синцы возможность отступить. Слуги в ужасе задрожали, а Фу Цюань, только что пришедший в себя после полученных пощёчин, услышав про пытки до смерти, закатил глаза и снова лишился чувств.

Жизнь человеческая дороже всего, я ещё подумаю, пока не буду докладывать выше, — Е Синцы ухватился за предложенный путь к отступлению и тяжело опустился на стул.

Юй Чжанъюань посмотрел на шестерых слуг и тихо сказал: Молодой генерал Е милосерден, он взял на себя огромный риск, скрыв правду ради ваших жизней, чего же вы стоите, благодарите! — говоря это, он первым опустился на колени.

Шестеро слуг тут же пали ниц, и в их распухших от слёз глазах снова заблестели слёзы. Цзылин первой произнесла: Мы целиком полагаемся на господина, примите же решение, как нам быть в этой ситуации?

Дайте мне подумать, не окружайте меня, мне нечем дышать, — Е Синцы жестом велел им подняться и сесть на стулья. В этот момент снаружи послышался голос чиновника из Ведомства императорских конюшен: Докладываю Принцессе, экипажи готовы к отправлению.

Е Синцы посмотрел на Цзылин: Сходи и ответь им. — Та на негнущихся ногах подошла к дверям и громко произнесла: Поняли, ждите, Принцесса приводит себя в порядок. Чиновник отозвался и удалился.

Вскоре у Е Синцы созрел план, и он начал распоряжаться: Живо пересчитайте, что Принцесса забрала с собой, есть ли у неё деньги.

Четыре девушки принялись за дело. Они знали всё о драгоценностях и нарядах своей госпожи, поэтому быстро определили пропажу: У нас при себе денег не было, всё в приданом в задних повозках. Из личного у неё были четыре слитка по пять лян, Принцесса всё забрала. Также она взяла набор из восьми золотых заколок в форме цветов, пару золотых браслетов с тонкой резьбой и золотой нашейный обруч. Повседневную одежду она не брала, только два комплекта мужского платья.

Он кивнул и велел девушкам выстроиться в ряд. Заметив, что Цзылин самая высокая, но всё же значительно ниже Принцессы, он распорядился: Ты наденешь одежду Принцессы, подложишь что-нибудь в обувь, и мы продолжим путь, как ни в чём не бывало. Чиновники не знают лица Принцессы и не посмеют смотреть прямо на неё или её слуг. Даже если они заметят, что одной служанки не хватает, до тех пор, пока Принцесса молчит, никто не осмелится задавать лишних вопросов.

Цзылин замерла, указывая на себя, и в ужасе округлила прекрасные глаза: Молодой генерал Е, я... нет, это же преступление против ранга, я, я...

А что делать? Или ты хочешь, чтобы мы, здоровые мужики, переоделись в Принцессу? — Е Синцы развёл руками, покосился на своих подчинённых и криво усмехнулся: Или нам выставить наружу одежду Принцессы, насаженную на бамбуковые палки?

Цзылин стиснула зубы и вместе с тремя сёстрами ушла в боковую комнату приводить себя в порядок.

Е Синцы перевёл взгляд на Юй Чжанъюаня и отдал чёткий приказ: А-Юань, ты останешься здесь. Как только свадебная процессия отъедет подальше, найди местного Чжисяня и скажи ему, что любимая служанка Принцессы сбежала, велев ему собрать людей на поиски. Ради репутации Принцессы не поднимай лишнего шума. Искать нужно человека приятной наружности, возможно, переодетого в мужчину, на белом коне, при котором двадцать лян серебра, золотые украшения и поясная бирка Управления внутренней стражи. Обыскивать все постоялые дворы и деревенские лавки, проверять каждый дом! Если встретите юношу с нежными чертами лица, обязательно потяните за уши, чтобы проверить, проколоты ли они. В каждом ломбарде расставьте людей: если кто-то попытается заложить изящные золотые заколки или браслеты — немедленно задерживайте.

Юй Чжанъюань с серьёзным видом ответил: Слушаюсь!

Е Синцы подумал и добавил: Если кто-то будет тратить или сдавать в ломбард переплавленные золотые слитки или самородки — тоже допрашивайте. Независимо от того, будут новости или нет, скачите следом и докладывайте мне.

Глава 7: Принесите одежду Принцессы, я примерию

Вскоре свадебная процессия тронулась в путь. Развевались знамёна, охрана шествовала с торжественной строгостью, как и всегда.

Утренний свет падал на позолоченные карнизы огромного экипажа, и прекрасное сияние разливалось по рукам Е Синцы. Он смотрел на этот слабый ореол, чувствуя, как внутри всё переворачивается от тревоги. Он ехал верхом на коричневом почтовом коне, который тоже вёл себя беспокойно: то и дело дёргал головой и орал, точно осёл.

Помимо их личной охраны и слуг, никто не знал о подмене в карете Принцессы. При посадке Цзылин так нервничала, что пошатнулась. Е Синцы подхватил её за руку и тихо успокоил: Не бойся, я рядом.

Слова-то он сказал, но сердце его так и не успокоилось. Ему хотелось найти уединённое место, разрыдаться, бить себя в грудь. Сам напросился на почётное поручение, а в итоге всё провалил, опозорился на весь свет.

Однако показывать слабость было нельзя: сейчас всё держалось на нём, и в его руках было десять жизней. Он смутно слышал, как из кареты доносятся всхлипывания — это четыре девушки плакали. Кучер из Ведомства императорских конюшен тоже что-то заподозрил и постоянно оглядывался.

Е Синцы был вынужден напомнить: Я понимаю тоску Принцессы по родным краям, но берегите здоровье, не стоит так убиваться.

Всхлипывания стихли.

Е Синцы тихо вздохнул. Только теперь он запоздало понял, почему прошлой ночью Принцесса предлагала отдать их ему — она боялась, что, сбежав, навлечёт беду на слуг. Он отказался, но она всё равно сбежала, что доказывало: сочувствие к слугам не могло перевесить её решимость к побегу.

Он оглянулся на заднюю повозку и увидел, что Фу Цюань и Фу Цянь, те двое симпатичных маленьких евнуха, тоже выглядывают наружу с полными тревоги глазами.

Вспоминая поведение Принцессы, он понял — она готовилась к побегу давно.

Когда перед отъездом она требовала всё упростить — она хотела сбежать. Когда он умолял Наследного принца дать ему задание сопровождать её, а она сказала: Пусть молодой генерал Е едет с нами, мы ровесники, будет с кем поболтать — она хотела сбежать. Когда кортеж покинул дворец и прощался с Императором и Императрицей — она хотела сбежать. Когда просила его каждый день сопровождать её верхом и помогать совершенствовать навыки верховой езды — она хотела сбежать.

И вот, в одну из ночей, когда всё сложилось удачно, она наконец вырвалась из так называемой шахматной партии. Оставив после себя партию, ведущую к поражению, и разбросав по доске фигурки, приговорённые к гибели.

Ах, Принцесса. Неужели моя жизнь показалась вам слишком скучной, что вы решили добавить в неё остроты...

Когда наступила ночь, кортеж прибыл в уезд Цинцюань.

Почтовая станция в уезде была слишком ветхой, поэтому остановились в пустующем постоялом дворе. На улицах ввели комендантский час, их тщательно подмели и присыпали жёлтой землёй. Из двухэтажных домов по обе стороны улицы выглядывали любопытные, охая при виде роскошного кортежа и сияющих хрустальных фонарей на изогнутых рукоятках.

Е Синцы от тревоги не сомкнул глаз, ожидая Юй Чжанъюаня.

Тот сообщил, что Чжисянь уезда Иань отнёсся к пропаже служанки очень серьёзно: поднял на ноги сотни людей из управы и городской стражи, но пока результатов нет. Сам он тоже обошёл множество мест и бесчисленное количество раз расспрашивал людей.

Я боялся, что Принцесса изменила облик, поэтому лично ощупал мочки ушей сотни мужчин, даже прослыл любителем мужской ласки. Один из них упёрся, что я к нему пристаю, и вытянул из меня пять цяней серебра, — Юй Чжанъюань только руками развёл.

Е Синцы велел ему продолжать поиски теми же силами и доложить завтра вечером.

Так прошло три дня, но безрезультатно.

Е Синцы подумывал написать Наследному принцу и спросить совета, но медлил. Он всегда возлагал призрачные надежды на завтрашний день: может, как только рассветёт, Принцесса найдётся? К тому же Наследный принц находился за тысячи ли, и, кроме тревоги, ничего бы не почувствовал. Принц и так был человеком угрюмым, если из-за него случится что-то недоброе, вина Е Синцы станет ещё тяжелее.

Пережив ещё одну бессонную ночь, полную душевных мук, Е Синцы сидел на краю кровати, массируя ноющие виски. Умывшись ледяной водой из колодца, он кое-как взбодрился.

Он переоделся в более строгий облачно-синий шёлковый халат с узкими рукавами, сшитый по фигуре, с узором из бамбуковых стеблей, вышитых тончайшей серебряной нитью, которые были заметны лишь на солнце. Около полудня они должны были миновать Заставу Чунъюнь, где планировалась короткая встреча с отцом, Вторым братом и четвёртым старшим братом.

Первоначальный маршрут кортежа пролегал через реку Юань прямо на территорию Бэйчана, а оттуда по суше до самой столицы Шуньду. Это был и путь следования приданого, доехать можно было за десять с лишним дней. Но Принцесса пожелала напоследок полюбоваться видами родной страны, поэтому они поехали на запад, через северо-западную Заставу Чунъюнь, и только потом направились в Бэйчан, совершив огромный крюк.

Теперь-то ясно, что это была часть подготовки к побегу. Чем длиннее путь, тем больше возможностей.

Как бы ни было тошно, но пропускать трапезу нельзя. Е Синцы съел тарелку каши с лепёшками и фунтом тушёной говядины, после чего отправился с подчинёнными к четырём девушкам в покои.

Кортеж был готов, но они всё не выходили. Е Синцы не выдержал и постучал: Ваше Высочество, пора в путь.

Дверь приоткрылась, Юнь Лин высунула половину лица с нахмуренными бровями и прошептала: Молодой генерал Е, сестрица Цзылин собралась повеситься!

Что?! — Е Синцы в ужасе ворвался в комнату, крича: Живо снимите её!

Это наша вина, что плохо объяснили, её уже спасли, — крикнула Юнь Лин, вбегая следом.

В спальне Цзылин сидела у кровати, две дорожки слёз стекали к её маленькому изящному подбородку, капля за каплей падая на простыню, лежащую на коленях. Простыня была скручена в верёвку, рядом валялся расшитый табурет — очевидно, это и были орудия самоубийства.

Евнухи Фу Цюань и Фу Цянь тоже были там, они растирали ей шею и помогали дышать, всхлипывая и уговаривая: Сестрица Цзылин, ну как же можно до такого доходить.

Они вшестером много лет служили у Принцессы, и их связывали глубокие чувства.

Е Синцы вздохнул, присел перед ней на корточки и мягко спросил: Что же тебя так гложет, девушка?

Генерал, мы вот-вот выйдем за заставу, — Цзылин смахнула слёзы и честно призналась: Как только мы пройдём Заставу Чунъюнь, начнётся Государство Чан, там нас встретят их ван и чиновники. Ещё десять дней пути — и мы во дворце! Если выяснится, что я выдавала себя за Принцессу, казню не только я, пострадает вся моя семья. Мои родители точно не выживут, а младшей сестрёнке всего шесть, её отдадут в рабство. Умру я сейчас — так хоть их не потяну за собой.

http://bllate.org/book/28321/3423273