Готовый перевод The Substitute Bride: Fierce Boar Unleashed / Генерал в шелках: Невеста поневоле: Глава 2

Да, этот вопрос поистине… — Он задумался и осторожно ответил: — Прошу прощения, но ваш покорный слуга — мужчина, мне трудно поставить себя на ваше место.

— А если бы у тебя была дочь, ты бы выдал её замуж за этого человека?

— Ваш покорный слуга и помыслить не смеет о таком.

Разве Е Синцы осмелился бы поставить себя на место самого Сына Неба? Это было бы равносильно преступлению. Хоть он и был молод, но из года в год нёс службу в Восточном дворце и прекрасно понимал такие простые истины.

— Почему же не сметь? В сущности, чья бы дочь ни отправлялась замуж, разницы нет. Лишь бы она обладала подобающим статусом и приданым, способным укрепить мир и согласие между государствами.

Принцесса слегка приподняла занавеску ковчега, бросила взгляд на пышные, похожие на розовые облака весенние цветы у дороги и тихо уронила вздох:

— Как хороша весна! Жаль только, что весенний ветер — лишь гость в мире людей.

Она, казалось, утомилась, и её голос затих на долгой ноте. Служанка услужливо опустила шторку, а Е Синцы, проявив такт, больше не заводил разговор и молча следовал за процессией на коне.

Он окинул взглядом извивающиеся впереди знамена и стягипы парадного эскорта, а затем оглянулся на кареты и всадников арьергарда. Свадебный поезд напоминал безмолвную парчовую змею, ползущую по грунтовой дороге.

Всего в свите насчитывалось чуть более двух сотен человек, хотя поначалу планировалось задействовать целых восемьсот. Принцесса же, помня о недавнем тяжёлом исходе войны и бедствиях простого народа, настояла на максимальной скромности. В качестве личной прислуги она взяла с собой лишь четырёх дворцовых дев и двух евнухов. У неё было доброе и сострадательное сердце: она не желала, чтобы слишком много слуг покидали родные места и разделяли с ней тоску по дому.

Огромное приданое уже отправилось в Бэйчан на шаг раньше. Одного только шёлка насчитывалось двести тысяч рулонов, не говоря уже о породистых скакунах, бесчисленных изделиях из фарфора и лака, чае, зерне и многом другом. Один только перечень свадебных даров растянулся на целый чжан, истощив немалую часть государственной казны. А главной героиней этого союза выступала жемчужина Великой Ци, кровная сестра Наследного принца, о чьей несравненной красоте ходили легенды по всей столице — Принцесса Юйчуань.

Таков был итог военного поражения и вынужденных мирных переговоров.

Собственное приданое принцессы, на которое она могла бы опереться на чужбине, ехало в обозе следом. Только чистейшего красного золота там было целых десять тысяч лянов, не считая редких и драгоценных сокровищ. Всё это должно было послужить опорой для принцессы на чужой земле.

— Господин внутренний страж!

Навстречу процессии во весь опор прискакал всадник. Чиновник из Министерства ритуалов приветственно сжал руки перед грудью, обращаясь к Е Синцы:

— Церемониймейстер Лу шлёт приветствие Ее Высочеству принцессе. Передовые гонцы донесли: уезд Иань полностью готов к встрече делегации, местный чжифу, ианьский чжисянь и все чиновники уезда ожидает вас за городом.

Из кареты раздался звонкий девичий голос, заменявшего принцессу:

— Её Высочество велит им возвращаться по своим местам и сидеть смирно. Мы прибудем только к вечеру, незачем попусту тратить время государственных дел.

В этот раз принцессу в далёкий Бэйчан сопровождали Церемониймейстер Лу, глава Приказа парадных церемоний и младший министр Цзунчжэнсы, ведавший делами императорского рода, а за безопасность отвечал Командующий Цуй из Управления столичной стражи. Е Синцы же вместе с четырьмя подчиненными из Управления внутренней стражи Восточного дворца отвечал исключительно за личную охрану принцессы.

Он занимал пост левого командира внутренней стражи — чиновника военного ранга шесть-б. Отец его был великим генералом, а сам он обладал почётным воинским званием генерала Юньхуэй ранга пять-а, поэтому знакомые уважительно звали его молодым генералом Е. По правде говоря, сам он никогда не бывал на поле боя. В этот раз он изо всех сил добивался у Наследного принца права сопровождать принцессу, и это была его первая поездка за пределы столицы.

В дороге они провели уже больше месяца, и новизна впечатлений постепенно заглушила тоску по дому и Наследному принцу. Е Синцы похлопал по крупу своего белого скакуна, мысленно похвалив его за усердие, и с увлечением принялся считать квадраты рисовых полей по обе стороны дороги. Солнечные лучи падали на воду, слепяще сверкая, точно глазурь на полихромной плитке.

Вдруг в придорожных зарослях раздался шорох, и откуда-то сбоку вынырнул чернявый детина! Конь Е Синцы испуганно шарахнулся, резко мотнув головой, и чуть не врезался в колесницу принцессы. Охранявшие периметр подчинённые мгновенно помрачнели влицах и тут же пришпорили коней.

— Ты кто такой?! — сдвинув брови, сурово крикнул Е Синцы.

Смуглый здоровяк посильнее затянул узел на плече и прорычал злобным голосом:

— Бей, бей, бей…

Разбойник? Е Синцы в душе даже обрадовался: столько дней в пути, и наконец-то попались грабители! Настал черёд показать себя во всей красе! Он вскочил в стремена и вихрем соскочил с седла, блеснул холодный металл — копьё взметнулось, словно взлетевший дракон!

Сверкающий наконечник копья заставил чернявого громилу выдать оставшуюся часть фразы. Тот заикался от страха:

— Подскажи… как дойти до… де-деревни Ли?

Очевидно, он вовсе не понял, что перед ним свадебный поезд принцессы, и принял их за обычных проезжих торговцев.

— Не знаю! — разочарованно бросил Е Синцы, вскочив обратно в седло, и велел этому дурню поискать дорогу в другом месте. Посмей он ещё раз потревожить принцессу — и от него останется лишь дырка от копья.

Чернолицый мужик в ужасе бросился наутёк.

— Молодой генерал Е, что на этот раз? — донёсся из кареты сонливый голос принцессы.

— Прохожий дорогу спрашивал, Ваше Высочество, не извольте беспокоиться.

— Как бы мне хотелось поменяться с ним местами и пройтись по тем местам, куда он направляется, — снова вздохнула принцесса. В последнее время она то и дело вздыхала. — Если еще кто-нибудь спросит дорогу, не прогоняй их. Пусть идут за нами следом, послушаю деревенские байки, хоть развею тоску.

— Слушаюсь, Ваше Высочество, отдыхайте дальше.

Опасность миновала слишком быстро, так что Е Синцы даже не успел применить ни единого приёма из семейной техники владения копьём, отчего испытал лёгкое чувство досады. Он ведь уже принял идеальную позу для защиты августейшей особы, а в итоге всего лишь какой-то путник заблудился.

Он втайне жаждал чего-нибудь необычного, но не слишком опасного, чтобы проявить свои таланты. И чтобы до слухов об этом дошёл его отец и обронил скупую похвалу: мда, неплохо справился.

За семнадцать лет отец ни разу не похвалил его. Ни единого раза.

Мать утешала его по этому поводу:

— Хвалил, просто ты тогда ещё соображать не умел.

Тогда он радостно переспросил:

— И за что же?

Мать ответила:

— Ого, ну и молодец же сынок, как далеко струя долетает!

После услышанного он молчал очень долго.

Глава 3 Странный альбом с картинками

— Как только устроимся на постой в почтовой станции, составишь мне компанию на конной прогулке. Потом такой возможности уже не представится, — тоскливый голос принцессы изнутри кареты прервал размышления Е Синцы.

— Слушаюсь, — чётко ответил он. И верно, после прибытия принцессе предстояло жить в глубоких дворцах чужой страны, и больше у неё не будет подобных шансов.

В конце часа петуха закат на краю неба полыхал так ярко, будто его подожгли, и ослепительное зарево заливало всё вокруг. Свадебный кортеж вместе с вышедшими за город чиновниками остановился у почтовой станции уезда Иань.

Е Синцы спешился и поднял взгляд на высокие парадные ворота. Казалось, это здание возвели совсем недавно: белоснежные стены, свисающие ветви зелёных ив, облик настоящего поместья, а на свежо покрашенных алых воротах не было ни единой трещинки или изъяна.

С начала пути это была уже вторая новая почтовая станция, в которой им предстояло остановиться. И эта выглядела ещё роскошнее той, где они ночевали двадцать дней назад. Остальные же станции по большей мере были просто тщательно вычищены и подлажены.

— Какой красивый сад, — пробормотал себе под нос Е Синцы.

Слух у стоявшего рядом чжисяня оказался отменным, он тут же почтительно согнулся в поклоне:

— Отвечая господину генералу, станция отстроена заново, в ней ещё никто не жил, она ждала лишь столь высокого гостя, как Ее Высочество.

Параллельно с этим пышная колесница принцессы остановилась, и из задней повозки выпрыгнули двое аккуратных маленьких евнухов, каждый из которых бережно прижимал к груди подставку для ног. Опоздав на пару шагов, они резво подбежали к карете и ловко соорудили подобие ступенек. Первыми из экипажа появились четыре прелестные дворцовые девы в одинаковых зелёных шёлковых платьях, с похожими прическами и украшениями. Они выстроились по обе стороны и протянули руки, поддерживая ту, что выходила последней.

Принцесса Юйчуань легко опустила руку на запястье ближайшей служанки и почти бесшумно, грациозно ступила на землю. На ней была шляпа с широкими полями, закрытая со всех сторон бледно-лиловой вузью, спускавшейся до самой талии. Ростом она была высока, почти не уступая обычным мужчинам. Косые лучи заката пробивались сквозь легкую ткань, едва обозначая черты поистине несравненной красоты.

Чиновники и прислуга дружно опустились на колени, громогласно скандируя пожелания долголетия принцессе. Е Синцы также опустился на одно колено, придерживая копьё, и услышал мягкий голос принцессы:

— Встаньте.

Затем она задумчиво вздохнула:

— Я же говорила: всё должно быть максимально просто. К чему такие траты на новопостроенную почтовую станцию, это слишком роскошно.

— Ваше Высочество — особа царской крови, ваши подданные не смеют проявить небрежение, — поднялся с колен чжифу, продолжая стоять в согнанном поклоне и не смея поднять глаз на лик принцессы. — Эта усадьба возведена по личному приказу князя Хао под строгим надзором наместника, а нижним чинам было велено лично проконтролировать строительство. Князь наказал: до пересечения границы остаётся всего несколько дней пути, поэтому приём должен быть безупречным. Ужин уже готов, прошу Ваше Высочество изволить перебраться в беседки Цуйди.

— Благодарю Августейшего брата за заботу, — бесстрастно произнесла принцесса, вошла в усадьбу и пересела в паланкин.

Е Синцы подумал: вот оно что, оказывается, приказал построить князь Хао. Что ж, он проявил чуткость. Хотя князь и не ладил с Наследным принцем, к сестре он относился прекрасно — перед отправкой осыпал её бесчисленными сокровищами и рыдал навзрыд.

Придерживая длинное копьё наперевес, Е Синцы зашагал вслед за служанками. Усадьба поражала тишиной и живописностью: пышные деревья образовывали густую зелень, а все дорожки во дворах были вымощены круглыми белыми голышами.

Рядом с беседками Цуйди, где принцессе предстояло отужинать и отдохнуть, возвышалось причудливое и крутое искусственное нагромождение камней, обвитое диким виноградом и лианами, чьи листья блестели после ночного дождя. У подножия горки раскинулся чистый пруд, где лениво плавали огромные красные карпы.

Е Синцы мысленно подивился: помолвку заключили прошлой осенью, сейчас же шёл третий месяц года — прошло меньше полугода, а они успели за столь короткий срок отстроить столь огромный сад!

Лишь проводив принцессу до ужина и отдыха, Е Синцы отправился трапезничать сам. Вообще-то принцесса звала его разделить с ней еду, но он вежливо отказался. Принцесса соблюдала пост, а он жизни не мыслил без мяса. Только съев за раз целую свиную рульку, можно было обрести силы для охраны августейшей особой!

В соседней комнате для гостей его подчиненные уже закончили ужин.

В воздухе витал лёгкий водочный дух, четыре головы сгрудились над столом, то и дело издавая приглушённые смешки:

— Вот это вещь! Всё-таки на воле куда свободнее, чем во дворце!

— И когда только раздобыл?

— Я видал и получше этого.

— Чего это вы тут обсуждаете? — Е Синцы тоже протиснулся к столу и сквозь просветы между головами разглядел красочный альбом. Тонкие линии в стиле гунби изображавали борющихся мужчину и женщину. Битва шла не на жизнь а на смерть, лица у обоих были перекошены от напряжения, а обувь и вовсе куда-то отлетела.

Заметив его появление, все четверо с виноватым видом спрятали альбом. Юй Чжанъюань, с которым у него были самые близкие отношения, первым открыл походный ларец с едой и принялся расставлять на столе оставленные для него блюда:

— Всё ещё горячее, ешь давай.

— Что вы тут разглядывали? Какое-то секретное боевое искусство? — Е Синцы прислонил копьё к дверному косяку, ополоснул руки в медном тазу, ухватил зажаристую куриную ножку и принялся рвать её зубами, после чего приложился к горлышку кувшина с вином. Он и вправду сильно проголодался, а вокруг были свои ребята, так что церемониться не стоило.

— Наш молодой генерал совсем в этом ничего не смыслит.

— И как он только жениться собрается, ха-ха! — переглянулись остальные трое, перейдя на шёпот, и дружно захихикали.

— Чего вы там мелите? Я вообще-то состоял при Наследном принце чтецом, книг прочёл куда больше вашего, — отмахнулся Е Синцы, занятый наполнением желудка.

Все они были молодыми людьми примерно одного возраста, поэтому за закрытыми дверями вечно стоял такой шум и гам.

Расправившись с куриной ножкой, онт вытер рот и отдал распоряжения насчёт ночной стражи:

— Аюань, Сун Чжо, ваша смена — первая и вторая стражи. Чжэн Кунь, Си Сянь, вы вчера выспались отлично, так что сегодня потрудитесь за третью и четвёртую, а с началом пятой я заступлю сам.

— Слушаемся, — посерьёзнел тотчас кивнули четверо.

Подкрепившись, Е Синцы направился в другую комнату, которую станционный смотритель приготовил специально для него. Мебель и утварь сияли чистотой, на кровати аккуратно лежало свежее постельное бельё, а на письменном столе стояли всё необходимое: бумага, тушь и кисти. Он уселся за стол, растёр тушь, взял кисть и, обдумывая слова ясными глазами, аккуратным почерком вывел: «Дорогому отцу на коленочки: давно не виделись, бесконечно тоскую…»

http://bllate.org/book/28321/3423270