Готовый перевод Noble Academy Cannon Fodder's Survival Guide / Руководство по выживанию для аристократического злодея: Глава 4

– Не пойдет, не пойдет!

Тут он вспомнил, как кто-то в классе говорил о каком-то баскетбольном матче: стоило Пэй Чэнжую там появиться, как количество зрителей тут же возрастало до предела.

Он вовсе не хотел становиться знаменитым в школе, особенно из-за того, что его команда проиграет матч.

Уровни, иерархия и градации здесь были предельно ясными и строгими. Главное правило жизни простого человека — не привлекать к себе внимания. Дерзость позволена лишь тем, у кого есть на это средства.

– Думаю, тебя обманули, – успокоившись, произнес Ань Тан, голос его все еще дрожал. – Тебя определенно обманули, кто-то хочет тебе навредить.

– О? С чего бы это? – шаги Пэй Чэнжуя не замедлялись. Его силы было слишком много, так что у Ань Тана не оставалось ни малейшей возможности сопротивляться. Он видел, как шаг за шагом приближается к спортивному залу, а звуки восторженных криков уже доносились до ушей.

Он даже начал представлять, как через пять минут, стоя на баскетбольной площадке и не сумев забросить ни единого мяча, он станет главным героем всеобщих вздохов разочарования.

Ань Тан вздрогнул, пришел в себя и довольно решительно ухватил Пэй Чэнжуя за руку с такой силой, что тот действительно остановился.

Глубоко вздохнув, Ань Тан поднял взгляд на его глаза и серьезно, твердо произнес:

– Я не умею играть в баскетбол, совсем не умею.

Сказав это, он намеренно закатал рукав, обнажая белую нежную руку:

– Смотри, на моих руках вообще нет мышц, я не силен в спорте.

Ань Тан надеялся доказать это фактами, но никак не ожидал, что Пэй Чэнжуй действительно положит свою руку сверху и слегка ее сожмет.

– Напрягись.

Ань Тан машинально напрягся, рука стала лишь чуть-чуть тверже. Пэй Чэнжуй приложил немного усилия, а когда убрал руку, на ней, как и следовало ожидать, остались красные следы от двух пальцев.

– Ладно, похоже, ты и вправду не особо годен, – вынес вердикт Пэй Чэнжуй. Его голос звучал серьезно, и он снова закинул руку на плечо Ань Тана. – Но у нас есть только один запасной игрок, и если он выйдет на поле...

– Я буду носить вам воду.

Ань Тан поднял глаза и прямо встретился с улыбкой Пэй Чэнжуя. В тот же миг до него дошло, что над ним просто посмеялись. Смесь злости и обиды забурлила в груди, настроение переменилось.

Пэй Чэнжуй протащил его всю дорогу до раздевалки и под славным предлогом запасного игрока заставил переодеться в форму. Рукава были широкими, из-за чего Ань Тан даже боялся лишний раз поднять руки при ходьбе, опасаясь случайно сверкнуть лишним.

Стоя снаружи и поджидая Пэй Чэнжуя, Ань Тан уставился на огни на земле, погруженный в самые разные мысли.

– Пошли.

Опомнившись, он заметил, что Пэй Чэнжуй уже стоит рядом. Они отличались в росте примерно на полголовы, а свет падал так тускло, что даже взгляд сверху казался слегка пренебрежительным.

Ань Тан молча сжал руки в кулаки.

Короткий путь от темного коридора до ярко освещенного зала он преодолел, уже успокоившись. Он послушно уселся на то место, которое указал Пэй Чэнжуй: оно действительно предназначалось для того, кто носит воду, да к тому же находилось далеко от трибун.

Зрителей оказалось даже больше, чем он предполагал. Цветные светящиеся палочки сверкали, словно звезды, и свободных мест не было вовсе.

Огромный экран висел прямо посреди зала, демонстрируя текущий счет.

Ань Тан сидел на своем месте, сложив руки и плотно сдвинув ноги — вид у него был более чем послушный, но в мыслях он один за другим пересчитывал грехи Пэй Чэнжуя.

Угрозы, принуждение, шантаж — все это было неопровержимыми уликами.

Ань Тан от злости чувствовал боль в сердце и больше не хотел смотреть на мелькавшие на площадке фигуры. Однако, отведя взгляд, он не мог закрыть и уши: внезапно раздавшийся оглушительный визг громко и недвусмысленно давал понять, кто именно сейчас красуется на поле.

Он достал телефон, открыл вкладку сообщений, ввел номер Пэй Чэнжуя, и интерфейс чата мгновенно заполнился зеленым цветом.

Все это были те сообщения, что он отправил прошлой ночью, и собеседник не ответил ни на одно.

Нахмурившись, Ань Тан открыл собственную фотографию, чтобы рассмотреть ее поближе. Снимок был неплох, а обработка и вовсе безупречна — неужели он совсем не интересуется девушками?

Но сейчас он открыл телефон вовсе не для того, чтобы проверять наличие ответа: если бы тот ответил, это смахивало бы на фильм ужасов.

Ань Тан поднял голову, уставившись на мелькающее на поле пятно вызывающего розового цвета.

Вжух — трехочковый бросок в корзину.

Пальцы послушно набрали в поле ввода три слова: я тебя ненавижу.

[Сообщение отправлено.]

Не прошло и минуты, пожалуй, прошло всего несколько десятков секунд — бам, двухочковый.

– Ненавижу!

Мяч перешел к другой команде. Пэй Чэнжуй стоял под кольцом, не совершая лишних движений, но вскоре его товарищ по команде перехватил мяч и перепас его Пэй Чэнжую.

Глухой стук — бросок сверху, очки засчитаны.

– Нен!

Пэй Чэнжуй был абсолютным лидером баскетбольной команды, и большинство мячей пасовали именно ему. По мере того как росло количество забитых мячей и увеличивался счет, Ань Тан тоже начал ощущать сладкое опьянение местью. Он уже не мог оторвать глаз от парня, глядя на него во все глаза и даже не моргая.

Внезапно Пэй Чэнжуй перевел взгляд и направился прямо к скамейке запасных, где сидел Ань Тан.

Ань Тан испуганно вздрогнул и панически заблокировал экран.

– На что смотришь?

– Ни-ни на что.

– Снимаешь меня?

– Мм? Мм.

Пэй Чэнжуй чуть слышно усмехнулся:

– Дай мне воды.

– Хорошо, – послушно отозвался Ань Тан и воспользовался моментом, чтобы сунуть телефон в карман. У Пэй Чэнжуя была своя особая бутылка для воды, розового цвета — этот парень, казалось, питал какую-то особую слабость к розовым вещичкам. Протянув бутылку, Ань Тан задержал взгляд на его розовых волосах.

Кондиционеры в зале работали на полную мощность, но это не могло спасти от жара всеобщего энтузиазма, и лоб Пэй Чэнжуя покрылся испариной, к нему прилибли тонкие пряди волос.

– Держи полотенце. – Ань Тан уже бессчетное количество мысленных раз ругнул его, но сейчас, видя, до чего тот замученный, он испытал еще большее злорадство. Парень показался ему даже более симпатичным, так что предложить такую мелочь было несложно. – Сотри пот.

Пэй Чэнжуй на секунду замер взглядом, а затем его губы изогнулись в улыбке:

– Какая забота, ты такой хороший, Тантан.

Ань Тан: «…» Как же тошно. И вправду, не стоило проявлять к этому человеку хоть капельку доброты — так ему и надо, пусть сварится здесь заживо.

Он отвел взгляд, уставившись на шов на полу, ожидая, пока тот напьется и смоется, чтобы можно было продолжить ругань.

Кто бы мог подумать, что этот тип просто возьмет и усядется рядом.

– Ох, ну и умотался же я, сил нет.

Ань Тан недоверчиво повернул голову, его круглые миндалевидные глаза были полны удивления.

– Что такое? – Пэй Чэнжуй расслабленно откинулся назад, поддразнивая его. – За то, чтобы сесть на это место, нужно платить налог?

– Ты... – подбирая слова, выдавил Ань Тан. – Разве тебе больше не нужно на поле?

– Ха-ха, – усмехнулся Пэй Чэнжуй и протянул руку, указывая на табло.

66:29

Ань Тан: «…» Ладно, при разнице в сорок очков играть действительно уже было необязательно.

Он сменил тактику:

– Раз вы все равно отдыхаете, я могу идти?

Ань Тан выпрямился, развернувшись всем корпусом в его сторону, и умоляюще замахал рукой, хлопая ресницами:

– Я еще не до конца разобрал материал на сегодня, мне нужно решить несколько вариантов тестов.

Пэй Чэнжуй с минуту разглядывал его, а потом весело хмыкнул:

– Ладно, давай-ка обменяемся контактами. Сервис на высоте, в следующий раз снова тебя позову.

Ань Тан был готов вернуться в прошлое и дать пощечину своей руке, которая так некстати протянула полотенце. Вот и доигрался, теперь на него положили глаз.

Сохраняя на лице вежливую, но фальшивую улыбку, Ань Тан подобострастно вбил в телефон контактные данные, которые протянул Пэй Чэнжуй.

– А ты телефон с собой не взял?

Конечно взял, но та картинка на экране блокировки — как он мог ее показать!

Ань Тан едва сдерживал улыбку, на ходу придумывая оправдание:

– Мой телефон как раз разрядился, я забыл поставить его на зарядку вчера вечером.

Пэй Чэнжуй:

– Ну ладно, буду ждать твоей заявки в друзья.

Хотя парень улыбался, Ань Тан отчетливо чувствовал, что в этой улыбке нет ничего доброго. Ему казалось, что его раскусили от и до, и от этой тревоги на душе он поспешил ретироваться, уходя быстрым шагом и не оглядываясь.

Пэй Чэнжуй проводил его взглядом, еще немного посмотрел на баскетбольную площадку, а затем от скуки начал ковыряться в телефоне. Стоило ему разблокировать экран, как перед глазами предстала целая куча одинаковых сообщений с явной личной оценкой в его адрес.

Он с интересом пересчитал их и тихо рассмеялся.

Выйдя из баскетбольного зала, Ань Тан помассировал уставшие за последнее время уши. В учебном корпусе было тихо. Взглянув на часы, которые он надел совсем недавно, он понял, что урок уже подходил к концу. Возвращаться сейчас — значит привлечь к себе лишнее внимание, так что лучше было где-нибудь переждать.

Учебный корпус Морси имел форму буквы «U», в каждом году обучения набиралось ровно по шесть классов, расположенных друг напротив друга. Ань Тан учился в классе «А», который как раз противостоял классу «S», где обитали представители четверки F4. Словно императорский дворец и небесные чертоги — разделенные лишь стеной, они были подобны небу и земле.

До появления той книги Ань Тан не придавалF4 особого значения. Теперь же, наспех нагоняя материал за целую неделю, он обнаружил некоторые пробелы в знаниях — например... он понятия не имел, как выглядит Цзи Суюн из F4.

В отличие от остальных троих, чьи фотографии красовались на доске почета, представители F4 редко появлялись в школе, поговаривали из-за слабого здоровья.

Ань Тан припомнил сюжет: неужели тот парень, что ради главной героини штурмовал горы, занимался автогонками и прыгал с парашютом, был лишь подставным лицом?

Довольно жалко, ццц.

Он без всяких угрызений совести мысленно критиковал бездумные поступки F4, в конце концов, этот тип страдал неизлечимой любовной лихорадкой и первым начал преследовать его собственную персону.

Ань Тан мысленно фыркнул: только пусть ему подвернутся возможности, он уж точно... обязательно отомстит.

Стараясь держаться подальше от учебных корпусов, Ань Тан пошел по вымощенной плиткой дорожке в сторону небольшой рощи. В самом ее конце пряталось маленькое озеро, где обитало несколько бродячих кошек. Не заходя сюда пару дней, он гадал, окотилась ли уже Хуахуа.

В последний раз, когда Ань Тан видел ее, живот кошки был уже пугающе большим. Хуахуа не боялась людей, ластилась ко всем и мяукала, живя в школе припеваючи и ни в чем не нуждаясь. Но носить в таком крошечном животике столько котят — Ань Тан все равно за нее переживал.

– Хуахуа? – тихо позвал он.

Раздвинув кусты, он увидел выбежавшую навстречу полосатую кошку.

– Серая, – присел на корточки Ань Тан, протягивая руку, чтобы почесать ее под подбородком, а затем погладил по голове и тихо спросил: – Ты не знаешь, где Хуахуа?

Кошка издала из горла несколько мурлыкающих звуков, потерлась о его руку и двинулась вперед, время от времени оглядываясь, чтобы проверить, следует ли Ань Тан за ней.

Они вернулись на дорожку, и Ань Тан медленно побрел следом, внимательно поглядывая по сторонам.

Мур-мур — Серая остановилась.

Ань Тан наклонился, подхватил ее на руки, слегка прикоснулся пальцами к стволу дерева и осторожно выглянул из-за укрытия.

Хуахуа кто-то гладил. Ее живот заметно уменьшился, значит, роды уже прошли. Переведя взгляд выше, он на мгновение замер.

Какой-то... ребенок?

Расстояние было приличным, и Ань Тан неуверенно потер глаза, думая, что должно быть ошибся — в конце концов, систему пропусков в Морси охраняли строжайшим образом, с чего бы сюда пускать ребенка?

http://bllate.org/book/28234/3413320