Готовый перевод Eight Degrees of Weightlessness: Mackerel and Fish Rain / Восемь градусов невесомости: Между нежностью и одержимостью: Глава 7

Цзян Шиюй, казалось, заметил, что всё внимание Кун Чжэ приковано к его фартуку.

— Это ведь ты мне его купил?

Смысл был очевиден: кто же, как не зачинщик, лучше всех знает, какой у этого фартука фасон.

Кун Чжэ не стал подхватывать его шутку, подошёл ближе и принялся теребить пальцами маленькие крылышки на плечах Цзян Шиюя.

— Очень мило.

Его взгляд скользнул по широким плечам Цзян Шиюя вниз. Линии крепкой спины очерчивали рельефные бугры мышц, которые неровно вздымались в такт движениям хозяина.

Такая фигура, от одного лишь вида которой кровь приливала к щекам, совершенно не походила на тело какого-нибудь киберспортивного затворника, целыми днями сидящего на одном месте.

Какое же чёрт побери притяжение!

В голове Кун Чжэ зародилась капелька зависти, а взгляд упал на выступающую часть тела чуть ниже впалой линии талии Цзян Шиюя.

Он задержался на этом месте слишком долго. Цзян Шиюй что-то почувствовал, прервал нарезку овощей, слегка нахмурился и обернулся к нему.

— Послушай, о великая звезда, у которой руки отродясь не знали никакой работы, если ты не можешь помочь, то будь добр, иди в столовую и спокойно жди, пока я подам на стол, ладно?

— Кто сказал, что я не могу помочь? — Кун Чжэ засучил рукава, явно загоревшись энтузиазмом.

Но Цзян Шиюй церемониться с ним не стал и лишь чуть качнул подбородком в сторону столовой:

— Иди жди.

Кун Чжэ надул щеки, отвёл взгляд, демонстративно фыркнул и зашагал прочь, размахивая руками из стороны в сторону — вылитый капризный ребёнок, не желающий подчиняться.

— Я не буду ужинать.

Зная, что в кулинарном деле ему тягаться с Цзян Шиюем бесполезно, Кун Чжэ развернулся и ушёл из кухни, однако это вовсе не означало, что в другом он готов был ему уступить.

Сзади донёсся голос Цзян Шиюя:

— Это не ужин, это поздний перекус.

Кун Чжэ решил упрямиться всем назло:

— Тем более не буду. Наешься на ночь — разнесешься как свинья.

В кухне больше никто не ответил.

Прождав целую вечность, Кун Чжэ так и не дождался ответа.

Странно поглядев на него, он повернул голову и бросил взгляд на кухню открытой планировки.

Мягкий свет с белоснежного подвесного потолка падал прямо на Цзян Шиюя.

Говорят, что беспощадное верхнее освещение беспристрастно обнажает любые недостатки лица или фигуры, но великая звезда Кун, мастерски выискивающий изъяны даже там, где их нет, прищурившись простоял так долго, но так и не смог найти ни единого изъяна.

Глядя на Цзян Шиюя сквозь оправу очков, он заметил, с какой сосредоточенностью тот за всем следит — прямо как учёный-исследователь, проводящий сложнейший эксперимент.

В какой-то момент Кун Чжэ, пожалуй, впервые по-настоящему понял, как именно следует понимать фразу о том, что мужчина привлекательнее всего, когда он увлечён делом.

Ночной перекус состоял из салатных рулетиков, овощного салата и чашки горячего молока.

Кун Чжэ с одного взгляда определил состав этого угощения: клетчатка, высококачественный белок, цельные злаки... Возразить было нечего, Цзян Шиюй всегда всё продумывал до мелочей.

— Молка слишком много, я не выпью.

Кун Чжэ подцепил палочками маленький салатный рулетик. Чтобы угодить его привычке отправлять в рот всё целиком за один присест, Цзян Шиюй приготовил миниатюрные, изысканные закуски, которые к тому же потрясающе выглядели и пахли.

— Не допьешь — оставь.

Кун Чжэ не смел поднять взгляд на сидящего напротив Цзян Шиюя и лишь тихо пробормотал:

— Оставлять — это перевод продуктов.

Цзян Шиюй терпеливо пояснил:

— Ничего не пропадёт, я допью.

Кун Чжэ протянул: «А-а», взял чашку и сделал глоток.

Температура была идеальной — ни слишком горячо, ни холодно. Проскользнув по пищеводу прямо в желудок, молоко согрело зябнувшего Кун Чжэ с ног до головы.

Даже при том, что Кун Чжэ охотно признавался самому себе в постоянных попытках помотать Цзян Шиюю нервы, он не мог не признать, что трапеза выдалась на редкость уютной.

Он быстро опустошил свою тарелку и придвинул к Цзян Шиую оставшуюся половину чашки с молоком.

Цзян Шиюй без колебаний взял чашку и поднёс к губам.

— Эй! —

Кун Чжэ невольно вскрикнул от такого поступка.

Цзян Шиюй ничего не понял и озадаченно посмотрел на него:

— Что опять?

Кун Чжэ легко кашлянул, уставившись на след от губ на прозрачной чашке, оставшийся от того раза, когда её наклоняли.

Ведь это место было точно там, где пил он сам! Что вообще творится с Цзян Шиюем?!

Но затевать разговор и прямо просить Цзян Шиюя соблюдать дистанцию — не слишком ли это раздувать муху из слона?

Кун Чжэ проглотил готовые сорваться с языка слова и неестественно произнёс:

— Ничего, ничего, я пойду в душ.

Цзян Шиюй опустил взгляд на отметину на чашке, не торопясь прижался губами к краю, слегка сощурил глаза и, запрокинув голову, залпом допил оставшееся молоко.

Глава 6

Звезда по имени Кун Чжэ сказал — звезда сделала: он честно пробыл в Городе Б. два-three дня.

Плотный график не ждал, и почти в самую глухую пору третьего дня, едва забрезжил рассвет, Кун Чжэ в суматохе и спешке улетел.

Жизнь Цзян Шиюя вновь вернулась к привычному маршруту дом-база: всё время, свободное от отдыха дома, он безвылазно проводил на тренировках.

К концу июля началось множество киберспортивных турниров, и Цзян Шиюю наконец перестало хватать тесного пространства Города Б. — он закрутился в череде разъездов по всей стране.

Город Х стал самой удаленной точкой в их маршруте: царившая здесь атмосфера спокойствия и уюта идеально сочеталась со славой кулинарной столицы.

И саппорт, и мидер оба были родом из тех краев, где принято всё доставлять по единому тарифу, поэтому сразу по прилёте в Город Х они чувствовали себя воодушевленно, но после пары дней чревоугодия и бурных возлияний оба слегли пластом, валяясь по углам.

— Цзян-Цы, у меня задница болит, — простонал саппорт, уткнувшись лицом в кровать.

Если бы рядом на кровати не лежал мидер, эта фраза могла бы навести на самые разные мысли.

Рассудительный и невозмутимый топер с каменным лицом протянул саппорту лекарство от желудка и стакан с водой.

— Сяо Фу, пора пить таблетки.

Звучало это ничуть не лучше, чем знаменитое давай, братец Далан, принимай лекарство.

Мидер очень хотел рассмеяться, но стоило ему улыбнуться, как живот пронзала боль, а вслед за ним отдавалось и в заднице.

— Ах... Да когда же этот кошмар закончится?

Воя от боли, саппорт взял лекарство и проглотил его залпом с таким героическим видом, будто отправлялся на плаху.

У капитана живот тоже побаливал, но, будучи уроженцем Города Х, он, конечно же, веселился.

— Я же говорил вам не налегать так на еду, а теперь что? Полегли все до единого.

— Мы же ели вместе! — возмутился саппорт и указал на Цзян Шиюя: — Цзян-Цы, а почему Цзян-Цы в полном порядке?

Все уставились друг на друга во все глаза, но так и не смогли найти разумного объяснения.

Мидер сохранил бесстрастное выражение лица и, сделав вид, что глубоко задумался, выдал железобетонный вывод:

— Наверное, потому что у него задница крепкая.

— У него задница крепкая? — взвыл саппорт. — А у меня, по-вашему, плохая?!

— Заткнитесь оба.

Цзян Шиюй швырнул подушку прямо в саппорта и, мастерски ухватившись за суть, добил контрольным в голову:

— Ты спрашиваешь мидера? То есть хочешь сказать, что ему лучше знать, какая у тебя задница?

Топер с лицом человека, увидевшего призрака, перевёл взгляд с саппорта на мидера, а его рот округлился до состояния буквы О.

Саппорт торопливо зажал себе рот руками, а мидер взревел на всю комнату:

— Чушь собачья! Не клевещи на меня!

Капитан невозмутимо поглаживал подбородок, держась с видом преисполненного мудрости старца:

— Между прочим, в нашем Городе Х с этим связаны определенные поверья.

— Не неси чушь! — изо всех сил отбивался мидер. — В Город Х в последнее время приехали не только мы одни. Если верить твоим словам, то стоило Кун Чжэ переступить порог аэропорта, как с ним тоже должно было случиться что-то такое.

Ни от кого не зависящий Цзян Шиюй приподнял бровь:

— Кто?

— Кун Чжэ, — ответил капитан. — Если бы у сестрицы Лан не было связей в авиакомпании, нам бы пришлось добираться до Города Х на поезде.

Сестрицей Лан звали их командного менеджера Вэнь Лай.

— Популярные знаменитости — это просто ужас, — проворчал саппорт. — Если бы из-за него мне пришлось трястись в поезде больше десятка часов, я бы, наверное, возненавидел его.

— Во сколько он прилетает? — поинтересовался Цзян Шиюй.

Мидер склонил голову набок:

— Кто?

— Кун Чжэ.

— А, говорят, что сегодня, — мидер словно что-то вспомнил. — Благодаря сестрице Лан мы не только билеты на самолёт урвали, но нам ещё и посчастливилось поселиться в том же отеле, что и эта суперзвезда.

— Только чур это инсайдерская информация, никому ни слова.

Цзян Шиюй пробормотал про себя:

— Какое совпадение.

— И не говори, какое совпадение, — у саппорта заблестели глаза. — Я просто обязан взглянуть на эту небесную звезду с божественной внешностью, которую называют лучшим лицом современности.

Мидер тут же окатил его ушатом холодной воды:

— Забудь. Даже если мы его увидим, вряд ли удастся рассмотреть лицо — звёзды вечно закутываются с ног до головы.

Саппорт презрительно скривил губы:

— Мы в киберспортивной сфере тоже на хорошем счету, почему бы нам не устроить кроссовер.

— Нечего лезть со свиным рылом в калашный ряд, тем более ты сам сказал — он же гений хайпа, — мидер развёл руками. — Впрочем, кое-кому везёт как утопленнику в хорошем смысле, так что, может, всё само собой и совпадёт.

Мидер так разозлил саппорта, что тот попытался перевернуться и врезать обидчику, но малейшее движение тут же отозвалось резкой болью, заставив его скорчиться.

Стоило в комнате стихнуть, как все отчетливо услышали гул и визг толпы за окном и в едином порыве вскинули головы, резко выпрямившись.

— Это же семнадцатый этаж, верно? — возбужденно затараторил саппорт. — Голоса у фанатов просто звериные.

Те немногие, кто был способен передвигаться на собственных двоих, тут же бросились к окнам, чтобы посмотреть вниз.

Топер окинул взглядом бурлящее людское море под окнами и выдал редкую для него реплику:

— Звериные у них не только голоса. В каком-то смысле способность отыскать отель — это тоже своего рода талант.

Саппорт пополз по кровати, извиваясь змеей, пытаясь протиснуться к окну, но мидер с другого края безжалостно ухватил его за ногу.

Цзян Шиюй смотрел на самую серединку толпы внизу, которая расступалась в обе стороны: впереди дорогу расчищали семь-восемь охранников в чёрном, а в самом центре, окруженный плотным кольцом сотрудников, шёл Кун Чжэ, направляясь прямиком внутрь отеля.

Капитан, не отрывая глаз от телефона, оповестил команду:

— Свежие новости: Кун Чжэ разместился на восемнадцатом этаже, он выкупил там весь этаж целиком.

— Ого, да я никогда еще не был так близко к суперзвезде — нас разделяет всего одно межэтажное перекрытие.

Саппорт скомандовал мидеру:

— Быстро пробей мне дыру в потолке, я сегодня же намерен делить постель с великой звездой.

Мидер взмахнул рукой и отвесил ему увесистый подзатыльник.

— Рассчитывать, что я за пару часов проломаю потолок, — это всё равно что просить сестрицу Лан достать тебе нужные связи.

— Точно! — саппорт внезапно просиял, резко повернулся в сторону соседней комнаты и во всю мочь завопил: — Сестрица Ла-ан! —

Пока внизу творился балаган, Цзян Шиюй уже созвонился с Кун Чжэ, и теперь ассистент провожал его на восемнадцатый этаж.

Они не виделись каких-то полмесяца, но стоило им предвкушать встречу, как Цзян Шиюй почему-то начал нервничать.

http://bllate.org/book/28163/3405480