Готовый перевод Soul Transmigrated into a Doll, Then Obsessed Over by the Cold Campus Prince / Плюшевый пленник: Мой холодный одноклассник не выпускает меня из рук: Глава 12

Гу Чэнь почувствовал, как в горле пересохло:

— Кажется, я не слышал, чтобы Политика и остальные упоминали об этом.

— Разумеется, — Биология сложил руки на груди, приняв вид умудренного опытом старожила. — В то время их здесь еще не было. Если не хочешь закончить так же, как она, просто послушно жди год.

Гу Чэнь вспомнил, что Биология в свое время трижды успешно перемещался сквозь миры, и не терял надежды:

— Вы проводили исследования? Если человек подвергается сильному воздействию, какова вероятность возвращения и какова — летального исхода?

— Ты — первый, кого я вижу, кто вернулся сегодня, — перебил его Биология. — Смертность девяносто девять и девять десятых процента.

Выйдя из комнаты Биологии, Гу Чэнь собирался было направиться к себе, но вдруг услышал из гостиной скрежет зубов Политики:

— Ты не можешь выражаться хоть немного мягче?

Гу Чэнь замялся, но все же повернул в сторону гостиной. Завернув за угол коридора, он неожиданно наткнулся на что-то твердое. Подняв голову, он увидел перед собой крупное, красивое лицо Лу Сюня.

Заметив, что малыш у его ног ошарашенно смотрит на него, Лу Сюнь медленно присел:

— Испугался?

Его голос звучал тише, чем обычно, вызывая странное ощущение нежности.

— Что? — мысли Гу Чэня немного блуждали.

— О том, что случилось днем, — пояснил Лу Сюнь.

Гу Чэнь пришел в себя и покачал головой:

— Сойдет. Просто не знаю, было ли ей больно перед тем, как она вернулась.

В конце концов, машина сначала переехала ногу Химии, и лишь потом ее душа покинула тело.

Лу Сюнь промолчал. Он поднял руку и очень осторожно погладил Гу Чэня по голове. Тот замер, не успев даже среагировать, а Лу Сюнь уже убрал руку.

Он повернулся:

— В какой филиал он ходил в прошлый раз вместе с Химией?

Политика, стоявший позади, ответил:

— В тот, что на улице Канфу.

Лу Сюнь не стал вставать, а так и присел рядом с Гу Чэнем, листая что-то в телефоне. Гу Чэнь увидел, что тот открыл страницу одного из филиалов сети кондитерских.

Гу Чэнь вдруг вспомнил, что География, кажется, очень любит сладкое:

— Как там маленький География?

Политика тяжело вздохнул:

— Убивается горем. Раньше о нем всегда заботилась Химия.

Даже понимая, что Химия просто вернулась в нормальный мир, семилетнему ребенку, чей истинный дух был еще совсем мал, было трудно смириться с внезапной разлукой. Тем более что сам способ ее возвращения был до жути кровавым.

Гу Чэнь вспомнил, как География всхлипывал по дороге домой, и его взгляд опустился. Но вскоре он словно что-то вспомнил и поднял голову:

— Химия знает адрес этого места? Если она снова станет человеком, она придет навестить нас?

Политика сразу оживился:

— Я как раз об этом говорил! А потом вот этот человек… — он указал на Лу Сюня, который переписывался с поддержкой магазина, — заявил ребенку, что это «не факт».

Лу Сюнь, не отрываясь от печатания, ответил:

— Я сказал правду.

Политика замолчал. На самом деле он и сам понимал: случай с Химией беспрецедентен. Вернувшись, она может даже не вспомнить о них, да и сможет ли она увидеть их, став человеком — большой вопрос. Но его все равно это раздражало:

— Ты должен был сказать «возможно», а не «не факт».

Лу Сюнь молчал, пальцы порхали по экрану все быстрее. Краем глаза Гу Чэнь заметил сообщение магазина: «Извините, уже слишком поздно, доставка невозможна».

Лу Сюнь напечатал: «Пятьсот юаней за доставку, привезете?»

Гу Чэнь: «?»

Если он не ошибался, кондитерская находилась всего в восьми километрах отсюда.

Через две минуты пришел ответ: «Простите, дорогой, ингредиенты для этого десерта как раз закончились. Может, выберете что-то другое? (╥﹏╥)»

Лу Сюнь тихо цыкнул.

— Не получилось заказать? — спросил Политика.

Лу Сюнь покачал головой.

— География хочет сладостей? — спросил Гу Чэнь.

— Он хочет сладости со вкусом Химии, — ответил Лу Сюнь.

— Какой еще вкус химии? — Политика уже не мог этого выносить. — Тебе действительно стоит подтянуть Литературу. Мальчик хочет десерт со вкусом маминой заботы.

В конце концов, Химия всегда относилась к Географии как к собственному сыну.

Гу Чэнь энергично закивал. Лу Сюнь слегка приподнял бровь:

— Ты тоже хочешь десерт со вкусом маминой заботы?

Гу Чэнь, который продолжал кивать, внезапно остановился, словно машина, у которой внезапно кончилось горючее. Помолчав, он произнес:

— Тебе бы самому стоило подтянуть Литературу.

Лу Сюнь посмотрел на него какое-то время, затем отвернулся:

— Ты не умеешь делать то, что обычно готовила Химия?

Политика недовольно нахмурился:

— У каждого человека есть то, что у него не получается.

Лу Сюнь снова посмотрел на Гу Чэня, его тон был ровным и неспешным:

— Слышал?

— … — Гу Чэнь тихо вздохнул, стараясь совладать с эмоциями. — Это те лепешки с цветами, которые ты приносил мне в комнату вчера?

Политика кивнул, несколько беспомощно:

— Семья Химии живет в Юньнани, она зарабатывала на жизнь продажей этих лепешек. Только она умела их делать, мы…

Гу Чэнь посмотрел на Лу Сюня:

— Можно мне воспользоваться кухней?

У Лу Сюня было три кухни, но в ходу была лишь одна маленькая, площадью около двадцати квадратных метров, где обычно готовила приходящая домработница. Гу Чэнь достал из холодильника пакет муки и банку меда. Шкафчики со специями находились над рабочей поверхностью. Гу Чэнь запрыгнул на стол, встал на цыпочки и открыл дверцу — и сразу увидел маленькую баночку свиного жира.

Пошарив взглядом по полкам, он обнаружил в углу большую бутылку оливкового масла. Она была выше самого Гу Чэня. Он изо всех сил потянулся, встал на самые кончики пальцев, вложил всю свою силу — но не достал.

Гу Чэнь выдохнул, собираясь подпрыгнуть, но тут над его головой появилась чья-то белая тонкая кисть и без всяких усилий сняла бутылку.

Гу Чэнь обернулся и увидел Лу Сюня, который стоял позади с корзинкой для цветов, полной свежесрезанных красных роз с крыши. Капли воды на лепестках сверкали, подчеркивая яркую красоту цветов и придавая обычно холодному образу Лу Сюня некую свежесть.

Гу Чэнь медленно моргнул.

— Что такое? — спросил Лу Сюнь.

— Ничего, — Гу Чэнь осознал, что слишком пристально смотрит, и, отведя взгляд, улыбнулся. — Просто ты сейчас похож на человека, сошедшего со страниц альбома с художественными иллюстрациями.

Глава 11. Какую перчатку?

Лу Сюнь поставил бутылку с маслом и корзинку рядом с Гу Чэнем, уголки его губ приподнялись:

— Люди в альбомах не делают домашку по Литературе.

Гу Чэнь замер, поняв, что Лу Сюнь его неправильно понял, и с улыбкой покачал головой:

— Я просто сказал правду.

Сказав это, он развернулся, чтобы взять инструменты и замесить тесто.

Раньше дома Гу Чэнь часто готовил сладости, и процесс замешивания теста знал досконально. Сначала ему казалось, что здесь нет ничего сложного, но он забыл о своем нынешнем теле.

Его руки были слишком короткими для миски с мукой, он не мог дотянуться даже до дна, поэтому пришлось воспользоваться подручными средствами.

Он взял палочку для еды, которая была длиннее его самого, и опустил ее на дно миски. Чтобы приложить больше силы, он обеими руками ухватился за палочку и начал яростно вращать ее по кругу.

Не успел он сделать и трех оборотов, как у него закружилась голова. Он споткнулся и повалился вперед, но тут кто-то слегка потянул его за воротник сзади.

Лу Сюнь одним пальцем поставил шатающегося Гу Чэня на ноги:

— Ты решил сам стать начинкой?

Гу Чэнь перевел дух и смущенно пробормотал:

— Немного не рассчитал силы.

Лу Сюнь взял миску, посмотрел на еще не сформировавшееся тесто и спросил:

— Достаточно просто перемешать?

Гу Чэнь не ожидал, что Лу Сюнь поможет, замер на мгновение, а потом кивнул.

Делать цветочные лепешки оказалось несложно. С помощью настоящего человека, у которого были нормальные руки и ноги, объем работы Гу Чэня сократился вдвое. Он налил в миску подсоленную воду, погрузил туда свежие цветы, только что срезанные с крыши, застелил противень пергаментом. Повозившись какое-то время, он обернулся и обнаружил, что Лу Сюнь все еще месит тесто.

Гу Чэнь посмотрел на него: тот крепко вдавил обе руки в стол, плечи подняты выше, чем у тяжелоатлета, а то, что получалось в итоге…

Гу Чэнь моргнул:

— Ты пытаешься сделать лепешки в форме креветок?

Лу Сюнь: «…»

Заметив, как Лу Сюнь медленно перевел взгляд на него, Гу Чэнь понял, что случайно сказал правду, которая прозвучала не слишком лестно, и поспешно добавил:

— Попробуй сменить точку опоры.

Лу Сюнь посмотрел на сморщенное тесто под своими ладонями и двинул основанием ладони.

— Так? — спросил Лу Сюнь.

— М-м… Попробуй надавить ближе к центру, — ответил Гу Чэнь.

Лу Сюнь сдвинул центр тяжести ладоней:

— Здесь?

— Почти, — Гу Чэнь присмотрелся и указал на участок теста. — Вот сюда, и приложи больше усилий.

Лу Сюнь помедлил, нажал в указанном месте, и вскоре тесто, которое до этого напоминало сплющенную подушку, стало обретать форму.

— Опытный, — заметил Лу Сюнь. — Часто готовил раньше?

— Бывает. Давно не делал. — Раньше он часто готовил для Ло Синюаня. Увидев, что Лу Сюнь освоился, Гу Чэнь обернулся к духовке и обнаружил, что она почти прогрелась. — Есть одноразовые перчатки?

Лу Сюнь поднял голову:

— Какую перчатку?

Духовка издала шипящий звук. Гу Чэнь убавил мощность, и когда звук стих, хотел было повторить, но Лу Сюнь, кажется, внезапно понял.

— У меня в комнате есть. — Пару дней назад он заказывал доставку курицы, и в ресторане забыли положить перчатки, поэтому он забрал их себе в комнату.

Лу Сюнь закончил месить тесто, вымыл руки и направился за перчатками. Как только он открыл дверь, его шаги замерли.

Гу Чэнь удивился, увидев, что Лу Сюнь остановился у двери, и тут услышал голос девочки — тихий, но очень сладкий:

— Добрый вечер.

— Добрый вечер, — ответил Лу Сюнь, склонив голову, и, обойдя ее, вышел.

Гу Чэнь увидел, что у двери стоит кукла такого же роста, как он сам. Это была девочка с водопадом золотистых волос до пояса, текстура которых отличалась от всего, что он видел раньше: под светом они сияли, как шелк. У нее были изящные черты лица, бледная кожа и серебристо-серые глаза.

— …Здравствуй, — Гу Чэнь заметил, что девочка не сводит с него глаз, и решил поздороваться первым.

— З-здравствуй, — девочка маленькой ручкой сжала край своего белого платья с пышной юбкой и прошептала: — Я… Математика.

— А я… — Гу Чэнь помедлил, вынужденный следовать местным порядкам, — я Литература.

http://bllate.org/book/28027/3393740