Готовый перевод My Ex-Boyfriend Won't Leave Me Alone / Спецзадание: вернуть бывшего: Глава 9

Лицо Чу Сюаньи казалось совершенно невозмутимым, но его взгляд на мгновение погрузился в бездну, тая в себе жуткую черноту.

Однако он не позволил Лян Ле заметить этого, опустил глаза и ответил:

— Хорошо.

Глядя на макушку Чу Сюаньи с торчащим вихром, Лян Ле невольно задумался, не слишком ли резко он выразился. Но ведь он расследовал дело, и если бы Чу Сюаньи не заводил постоянно разговор о посторонних вещах, он бы не стал разговаривать в таком тоне.

Притом было непонятно: Чу Сюаньи действительно не осознавал, что его подозревают, или же он был как-то связан с делом и отвечал так намеренно, чтобы сбить его с толку.

Лян Ле просто показал Чу Сюаньи фотографии остальных погибших:

— У тебя осталось какое-нибудь впечатление об этих людях?

Чу Сюаньи всё так же внимательно изучил снимки, а после переспросил:

— Эти люди тоже записывались ко мне на приём? И потом покончили с собой?

— Да.

Лян Ле порадовался, что Чу Сюаньи наконец задействовал мозги, и пристально всмотрелся в него, пытаясь понять, догадался тот сам или знал с самого начала.

В глазах же Чу Сюаньи отражалось лишь его лицо, когда тот произнес:

— Я к ним не причастен. Сегодня в шесть вечера сходи в подземный переход напротив северного выхода больницы, там ты найдешь нужные зацепки.

— Что ты знаешь?

Лян Ле мгновенно напрягся. Чу Сюаньи ответил так, что к нему было не подкопаться:

— Чтобы попасть на станцию метро, обязательно нужно пройти через подземный переход напротив северного выхода. Судя по времени приема этих людей и пройденным обследованиям, они должны были уходить из больницы как раз около шести часов вечера. Среди них есть студенты, вряд ли у них были собственные машины, так что единственное, что у них может быть общего — уходя из больницы, все они отправились на метро.

Лян Ле молча наблюдал за Чу Сюаньи. Даже желая порвать с ним, он на уровне инстинктов стремился оградить Чу Сюаньи от любых связей с этим делом — он верил, что Чу Сюаньи к нему не причастен.

Если исходить из предположения, что у Чу Сюаньи нет алиби подозреваемого, такое умозаключение выглядело вполне правдоподобным, но Чу Сюаньи говорил с такой уверенностью, что Лян Ле, напротив, заподозрил: а не знает ли он чего на самом деле?

Скупо прищурившись, он спросил:

— Если ты так хорошо всё помнишь, почему сразу сказал, что не помнишь?

— Я вспомнил, когда посмотрел на фотографии. Я помню только то, что касается моего парня, без твоего напоминания я бы не вспомнил.

— Я же просил больше не упоминать твоего парня, — выпалил Лян Ле, после чего поднялся. — Благодарю Доктора Чу за сотрудничество. На этом закончим, мы уходим.

Сяо Ян удивился: неужели всё? Но Лян Ле уже повернулся и зашагал прочь, так что ему пришлось поспешно последовать за ним, однако Чу Сюаньи опередил их.

Он обошел их, преградил путь к выходу и обратился к Лян Ле:

— Капитан Лян, могу ли я после окончания дела пригласить вас на ужин?

Дверь кабинета была полностью заслонена массивной фигурой Чу Сюаньи. Ресницы Лян Ле яростно затрепетали, прежде чем он поднял взгляд и встретился с глазами Чу Сюаньи.

Он никогда не забудет их первую встречу и те слова, которые сказал Чу Сюаньи в самом её конце.

Тогда он еще не был заместителем начальника отдела и вместе с коллегой отправился в больницу, чтобы составить протокол допроса Чу Сюаньи.

Будучи свидетелем на месте происшествия, Чу Сюаньи оказался замешан в устроенной убийцей автокатастрофе. Говорили, что когда его доставили в больницу, его сердце не билось уже больше двадцати минут, и то, что он выжил, было настоящим чудом.

Войдя в палату, Лян Ле прежде всего увидел спину Чу Сюаньи: тот прямо стоял у окна, идеальный, словно сошедший с картины. Когда он перевел взгляд, Чу Сюаньи как раз обернулся, и их глаза столкнулись.

В тот момент ему показалось, будто через его сердце действительно пропустили электрический ток, и он застыл, долгое время не в силах опомниться. Заметив это, коллега толкнул его локтем и спросил, что с ним, а он сам собой вымолвил:

— Какой он красивый.

Чу Сюаньи услышал это, и его самыми первыми словами к нему были:

— Человеческая внешность — всего лишь тленная плоть, она мимолетна.

Случись подобное в другом месте, он бы просто счел этого человека с придурью, но после слов Чу Сюаньи его голова была забита лишь одним: какой он особенный, какой он красивый, какой он очаровательный.

Вспоминая об этом теперь, он все еще думал, что тогда, по меньшей мере, сошел с ума. У него не было воспоминаний о жизни до десяти лет, не было родителей и родственников, а единственными близкими людьми до сего дня оставались приемные родители. После их исчезновения он больше не хотел ни с кем сближаться и даже помыслить не мог, что сможет кого-то полюбить.

Но в тот день он впервые в жизни так отчаянно захотел связать с кем-то свою судьбу, что, закончив составлять протокол, под предлогом похода в туалет вернулся и спросил Чу Сюаньи:

— Могу ли я после окончания дела пригласить вас на ужин?

Он не был уверен, помнит ли Чу Сюаньи этот случай, и спросил нарочно. Память Чу Сюаньи походила на коробку Шредингера: порой сказанное им он словно забывал в ту же секунду, а порой мог без запинки выдать номер экспресс-доставки четырехмесячной давности.

Какое-то время он не мог разглядеть ответ в глазах Чу Сюаньи, пока тот наконец не отказал:

— Простите, я на работе, у меня нет времени.

В глазах Чу Сюаньи промелькнуло непонимание, после чего он неизменно ответил одним словом:

— Хорошо.

Вот только выглядел он вовсе не хорошо: словно холодная металлическая статуя, он перегородил дверной проем, впившись взглядом в лицо Лян Ле так, будто собирался рассмотреть каждую пору.

Лян Ле немного испугался этого взгляда Чу Сюаньи — казалось, тот готов сожрать его живьем. Инстинктивно отведя глаза, он легко толкнул Чу Сюаньи в грудь и произнес:

— Доктор Чу, не могли бы вы немного отойти? Вы загораживаете проход.

Чу Сюаньи ни слова не говоря не сдвинулся с места, продолжая сверлить Лян Ле взглядом.

В дверном проеме оставалось совсем мало места, сдвинуть Чу Сюаньи с места Лян Ле не смог, а тот уступать не собирался. Поддавшись какому-то порыву, Лян Ле протиснулся в узкую щель между Чу Сюаньи и косяком двери, а Чу Сюаньи воспользовался моментом и схватил его за руку.

Словно ужаленный пчелой, он торопливо выдернул руку и вышел вон, делая вид, будто ничего не произошло.

Сяо Ян случайно заметил, как Доктор Чу схватил их капитана за руку, но ничего не понял: они вроде бы были знакомы, но держались как чужие.

Проводив взглядом уходящего Лян Ле, он невольно снова украдкой покосился на Чу Сюаньи, однако стоило его взгляду коснуться того, как он тут же отпрянул. Лицо Чу Сюаньи было невероятно красивым, но Сяо Ян почему-то невольно пугался, стоило лишь бросить на него взгляд.

Чу Сюаньи по-прежнему стоял в дверном проеме. Не осмеливаясь попросить его подвинуться, Сяо Ян лишь испуганно завопил в коридор:

— Капитан Лян, подождите меня!

http://bllate.org/book/27947/3386115