Готовый перевод The Bitter Melon's Sweet Thirst / Горький плод на десерт: Глава 14

Цюй Чэнкэ подпер подбородок рукой и пробормотал:

— Никакого вкуса.

Гуань Цзюнь перевел взгляд и тут же предложил план:

— Если хочешь, можешь пойти купить, непроданные экспонаты до сих пор лежат в научно-техническом музее. Только сбор средств уже закончился, вырученные деньги, наверное, отдадут автору.

Глаза Цюй Чэнкэ внезапно загорелись.

В научно-техническом музее была кладовая, доверху заставленная работами учеников с выставки искусств. В тот день многое раскупили, часть из непроданного ученики забрали по домам, а остальное так и свалили в кладовой.

В тот день Цюй Чэнкэ разыскал учителя, заведующего музеем, и уговорил его выудить из огромной связки ключ от той самой кладовой. В конце концов в самом дальнем углу он отыскал масляную картину, завернутую в пластиковую пленку.

Главным героем полотна было старинное, слегка потрепанное пианино. Его поместили не в парадный зал, не на морское побережье и не в какое-нибудь уютное, романтичное помещение, а в самую глушь дремучего леса.

Глубокие оттенки зеленого сгущались до черноты, уходя в бесконечную, бездонную даль.

Цюй Чэнкэ выложил за эту картину кругленькую сумму — немалую для старшеклассника — и повесил ее у себя в спальне.

Цюй Ваньцян, которая в ту пору еще училась в начальной школе, узнав об этом, с видом знатока презрительно бросила:

— Братец, с каких это пор ты решил удариться в искусство? Да и вкусы у тебя отвратительные.

Цюй Чэнкэ щелкнул ее по лбу:

— Иди-иди, что ты понимаешь.

Цюй Ваньцян обиженно надула губы, прикрыла лоб ладонью и удалилась.

Цюй Чэнкэ окинул взглядом картину у изголовья кровати: мазки у Тань И были слегка грубоватыми, общая атмосфера еще куда ни шло, но вот техника оставляла желать лучшего. Даже такой дилетант, как Цюй Чэнкэ, с первого взгляда мог понять, что Тань И никогда не занимался профессионально.

Будь то техника живописи или настроение, Цюй Чэнкэ просто поражало то, как Тань И выражает свои чувства через картины.

Тань И был слишком необычным. Для Цюй Чэнкэ он походил на коробку-сюрприз: с тех пор как они познакомились, его неизменно сопровождало томительное чувство предвкушения и острый интерес к тому, что же обнаружится при следующей распаковке.

Интерес к Тань И разгорался в нем все сильнее.

С той памятной ночи в библиотеке Гуань Цзюнь наотрез отказывался участвовать в ночных вылазках Цюй Чэнкэ. Да и сам Цюй Чэнкэ обленился настолько, что перестал шататься где попало: все заслуживающие внимания места в школе были исхожены вдоль и поперек, а нос к носу подбиравшийся семестровый экзамен требовал забросить прогулы, чтобы на родительском собрании не скончаться от стыда.

Его жизнь погрузилась в пучину бесконечной скуки.

Главной причиной тому послужило то, что Тань И после окончательного отказа принимать любые подарки перестал обращать на него внимание. Рассуждая здраво, Цюй Чэнкэ потер любовное поражение, что было равносильно гибели до начала похода.

— Он не взял? — склонив голову набок, переспросил Цюй Чэнкэ.

Учитель из научно-технического музея кивнул:

— Тот ученик сказал, что его работа создавалась для благотворительного сбора, так что эти деньги просто следует зачислить на счет следующего пожертвования.

Купив картину Тань И, Цюй Чэнкэ при новой встрече неожиданно услышал от него:

— Эта картина не стоит столько.

Цюй Чэнкэ внутренне обрадовался и с улыбкой ответил:

— С чего бы ей не стоить? Ты прекрасно рисуешь. К тому же берешь-то ее все равно не ты, отдашь потом на благотворительность.

Тань И замер, кивнул и уже собирался уходить. Цюй Чэнкэ, не упуская возможности, тут же сунул руки в карманы, последовал за ним и между делом бросил:

— Тань И, а ты умеешь играть на пианино?

Безобидный на первый взгляд вопрос заставил лицо Тань И перемениться. На его обычно бесстрастном лице проступило заметное мрачное выражение — Цюй Чэнкэ никогда прежде не видел его таким, и все дальнейшие слова застряли у него в горле.

Тань И холодно бросил:

— Не твое дело, — и быстрым шагом удалился.

Цюй Чэнкэ подпер подбородок, глядя на торопливый силуэт Тань И, и, не меняя выражения лица, о чем-то задумался.

Встречались они считанные разы — и исключительно благодаря стараниям Цюй Чэнкэ, который вечно подстраивал случайные столкновения. После инцидента с пианино и эта призрачная вероятность сошла на нет.

Спустя неделю Цюй Чэнкэ вновь столкнулся с Тань И, причем в совершенно неожиданном месте.

Приближались семестровые экзамены, и Цюй Чэнкэ, то и дело витавший в облаках на уроках, был вызван классным руководителем в учительскую. Хотя в глазах окружающих Цюй Чэнкэ прочно закрепилось амплуа никчемного мажора, на самом деле из первой десятки учеников своего класса он никогда не выпадал.

В общей учительской работали и завучи, включая Директора Лю. Тань И стоял прямо перед столом Директора Лю; судя по всему, тот куда-то вышел, и Тань И в полном одиночестве тихо ждал на месте.

Увидев его, Цюй Чэнкэ сначала опешил, а затем, пока классный руководитель отчитывал его, то и дело украдкой бросал на Тань И взгляды.

Заметив его рассеянный вид, классный руководитель издал недовольный звук:

— Цюй Чэнкэ, ты куда смотришь? Ты вообще слушал, что я тебе только что сказал?

Цюй Чэнкэ торопливо закивал, отделываясь дежурными кивками, а сам тем временем гадал, когда же вернется Директор Лю — ему не терпелось узнать, зачем Тань И вызвали в учительскую.

Такие ученики, как Тань И, чья успеваемость безупречна и которым не нужно выполнять поручения учителей, могли годами не появляться в этом кабинете. То ли дело сам Цюй Чэнкэ, для которого визиты сюда стали привычным делом.

Наконец, под конец беседы Цюй Чэнкэ с классным руководителем, Директор Лю вернулся.

Директор Лю славился своим зычным голосом — его знал каждый ученик во всей параллели второго года старшей школы, — однако сейчас, разговаривая с Тань И, он почему-то говорил вполголоса.

— ...Твой отец звонил мне, он очень переживает за тебя...

Цюй Чэнкэ тут же навострил уши.

Тань И очень тихо произнес:

— Мм.

Директор Лю продолжил:

— Я хотел бы узнать причину... Ты ученик с безупречной репутацией, я не верю, что ты стал бы нарушать правила и дисциплину. Если у тебя есть какое-то тяжелое на сердце, расскажи нам, мы решим это вместе.

Какую причину? Нарушение правил и дисциплины? Что же натворил Тань И?

Цюй Чэнкэ был готов изгрызть себя от любопытства, но в этот момент классный руководитель бросил:

— Ладно, ступай обратно и как следует готовься к экзаменам.

Цюй Чэнкэ рассеянно кивнул и поплелся к выходу, переставляя ноги так, словно они были измазаны клеем.

Проходя за спиной у Тань И, он услышал спокойный голос:

— Никакой причины нет. Просто не хочу возвращаться домой.

Директор Лю излил целый поток участливых и мягких уговоров, но Цюй Чэнкэ не услышал из них ни слова — в памяти застряли лишь слова Тань И о том, что он не хочет идти домой.

Тань И не ночевал дома, и родители разыскали его прямо в школе.

Сначала Цюй Чэнкэ посчитал это полным абсурдом, но, внезапно вспомнив их первую встречу на библиотечной крыше, подумал, что в этом не было ничего удивительного.

http://bllate.org/book/27578/3352867