Цинь Хэн сидел на кровати, оглядывая заставленную вещами комнату, его выражение лица было мрачным и холодным.
Вечером, после ужина, Шан Янь, дождавшись, пока за Цинь Хэном никто не присматривает, прокрался в спальню Отца Шан и Матери Шан.
Отец Шан, увидев его, отложил газету:
— Янь-янь, что случилось?
Мать Шан приподнялась с коврика для йоги:
— Янь-янь, ты хочешь нам что-то сказать? Цинь Хэн обидел тебя, пока нас не было?
Она подошла и взяла Шан Яня за руку, повернувшись к Отцу Шан:
— Может, все-таки отправим его жить отдельно?
С точки зрения Шан Яня, его родители, зная, что он не их родной ребенок, все равно относились к нему как к родному, боясь, что он хоть в чем-то будет ущемлен, — и он был тронут до глубины души. Но с точки зрения Цинь Хэна ситуация выглядела совсем иначе. Неудивительно, что в романе Цинь Хэн в итоге озлобился и пошел по темному пути.
Шан Янь поспешно произнес:
— Папа, мама, Цинь Хэн меня не обижал.
Отец Шан ответил:
— Значит, карманных денег не хватает? Хорошо, завтра утром я переведу тебе на карту еще три миллиона.
— Спасибо, папа! — Глаза Шан Яня засияли, его натура маленького любителя денег проявилась во всей красе. Лишь поблагодарив, он вспомнил, зачем пришел. — Папа, мама, я пришел не просить денег. Я просто думаю, что Цинь Хэн столько лет страдал там, снаружи, и теперь, когда он наконец вернулся в семью, я хотел бы, чтобы вы не были с ним так холодны. Я знаю, вы боитесь, что я буду лишнее придумывать, но теперь мы все одна семья. Только когда в доме царит мир, лад и радость, я буду по-настоящему счастлив.
Мать Шан нежно посмотрела на него:
— Янь-янь, ты и правда вырос, стал таким понимающим.
Отец Шан вздохнул:
— Трудно тебе. То, о чем ты просил, мы с мамой услышали, но помни: если тебя кто-то обидит, обязательно нам рассказывай.
Шан Янь послушно кивнул, а вернувшись в свою спальню, не удержался и повалился на мягкую кровать, кувыркнувшись пару раз. Он ведь самый настоящий маленький ангел! Он не верил, что после такого Цинь Хэн все еще сможет стать злодеем.
На следующее утро Шан Яня разбудило уведомление о зачислении средств на банковский счет. Он сонно глянул на телефон и, увидев пятерку, за которой следовала целая череда нулей, мгновенно проснулся. Пять миллионов! Отец снова перевел ему на карту пять миллионов!
Цинь Хэн утром, как обычно, вовремя встал и поел. Он думал, что это утро ничем не отличается от предыдущих, но внезапно Отец Шан и Мать Шан заговорили с ним не только о предостережениях. На мгновение он был поражен.
Отец Шан:
— Те два дня мы обделяли тебя вниманием. Если что-то нужно, говори управляющему Го. Ты должен помнить того управляющего, который вместе с водителем ездил встречать тебя.
Мать Шан добавила:
— Сынок, ты столько натерпелся. — Ее глаза при этом увлажнились. В конце концов, это был их родной ребенок, как они могли его не любить?
Цинь Хэн лишь усмехнулся и спустя долгое время тихо ответил:
— Угу.
Родители еще немного поговорили с ним и ушли. Цинь Хэн доел и лег на кровать. Огромная люстра на потолке слепила глаза. В этой жизни все действительно шло иначе, но он не верил, что родители, столь жестокие к нему в прошлой жизни, вдруг стали добрыми в этой.
Около одиннадцати утра, перед обедом, Шан Янь затащил Цинь Хэна в торговый центр. Он собирался угостить его рыбой в угле, которая стала очень популярна в интернете, но не ожидал, что в ресторане встретит своих друзей — тех самых ребят из чата «собутыльников».
Как раз подошла очередь Лу Юаньхана и остальных. Время было обеденное, посетителей много, и после короткого обсуждения они решили сесть за один стол. Перед этим Шан Янь, опасаясь, что Цинь Хэн будет чувствовать себя неловко, спросил его, но тот проявил удивительную широту взглядов, улыбнувшись:
— Слушаю старшего брата.
Лу Юаньхан и остальные еще не слышали от Шан Яня подробностей о семейных делах и пока не знали Цинь Хэна.
Лу Юаньхан спросил:
— Этот парень… твой младший брат?
Линь Хайцзюнь приветливо помахал:
— Привет, младший!
Затем он повернулся к Шан Яню:
— Нехорошо, брат Янь, даже не заикнулся нам об этом.
Цяо Юйвэй поинтересовался:
— Как зовут братишку? Выглядит примерно нашего возраста.
Шан Янь ответил:
— О, просто не было подходящего момента рассказать. История довольно запутанная, если вкратце: меня в свое время перепутали в роддоме, а вот он — настоящий молодой господин Клана Шан, родной сын моих родителей.
— Пфф! Кх-кх-кх!
Цяо Юйвэй выплюнул глоток газировки.
Лу Юаньхан не мог поверить своим ушам:
— Ты шутишь?
Линь Хайцзюнь оставался более спокойным. Он посмотрел на Цинь Хэна:
— Младший, это правда?
Цинь Хэн слегка изогнул тонкие губы:
— Все именно так, как сказал мой брат.
Трое напротив дружно замолчали. Они не могли поверить, что такой банальный сюжет, который встречается только в сериалах и романах, произошел в их собственной жизни. Троица обменялась многозначительными взглядами, решив, что нужно будет выведать у Шан Яня все детали, как только представится случай.
Лу Юаньхан сухо кашлянул:
— Младший, у меня пересохло в горле. Не сходишь вниз за молочным чаем для меня?
Линь Хайцзюнь подхватил:
— Мне тоже.
Цяо Юйвэй:
— И мне.
Шан Янь, не поняв их маневра, сверкнул глазами:
— Не издевайтесь над ним. Мой брат только пару дней как вернулся, у него даже телефона еще нет.
Услышав слова Шан Яня, все трое застыли в полном недоумении. Какое сейчас время, а у него даже телефона нет?!
Обед прошел в тягостном молчании — главным образом потому, что троица друзей не понимала, что происходит и о чем можно говорить, а о чем лучше промолчать.
К счастью, в середине трапезы Цинь Хэн отошел в туалет, оставив их наедине.
— Что у тебя происходит?
— Он правда родной сын твоих родителей?
— Да не жуй ты, скажи хоть слово, старший!
http://bllate.org/book/27357/3320876
Сказали спасибо 0 читателей