Готовый перевод Eight Thousand Light-Years Later / Предначертанная встреча: Восемь тысяч световых лет: Глава 2

Машина уже въехала на территорию усадьбы посреди полугоры в Хуайчжоу. Старейшина Фу приоткрыл глаза и принялся поправлять воротник, а Фу Челинь перевёл телефон в беззвучный режим и больше к нему не притрагивался.

Он тоже опустил голову и для вида пригладил запонки на запястьях — просто чтобы создать видимость, будто он тоже привёл себя в порядок, лишь бы дед снова не начал придираться к нему почем зря.

Фамилию Вэньжэнь Фу Челинь слышал только в детстве. Позже, когда в шестнадцать лет он уехал за границу, это имя больше не упоминалось.

Хуайчжоу находится не так далеко от Шанхая, и по логике вещей Фу Челинь, будучи парнем из известной и уважаемой семьи того же возраста, так или иначе должен был хотя бы пару раз пересечься с ними. Но с этой конкретной семьей Фу Челинь столкнулся лицом к лицу впервые в жизни.

Даже перед тем как машина остановилась, Фу Челинь был уверен, что брать в жёны или мужи ему предстоит кого-то из младших в хуайчжоуской семье Юй.

У ворот уже кто-то ждал — старик примерно одного возраста со Старейшиной Фу, за спиной которого стояло несколько слуг. Судя по всему, это и был глава семьи Вэньжэнь.

Не дожидаясь подсказки, Фу Челинь вежливо и учтиво слегка поклонился и поздоровался: «Дедушка». И хотя тон его звучал отчуждённо и прохладно, приличия были соблюдены сполна.

Фу До же тепло пожал собеседнику руку и назвал старика дядей, а тот в ответ ласково похлопал Фу До по плечу. Судя по всему, это лишь Фу Челинь чувствовал себя здесь чужаком, тогда как отец и дед были частыми гостями в этом доме, а значит, этот брак, должно быть, был решён ещё раньше, чем предполагал Фу Челинь.

Пока все направлялись к особняку, обмениваясь любезностями, один лишь Фу Челинь незаметно осматривал усадьбу. Классическая архитектура в стиле провинции Аньхой: белые стены, серая черепица, а на нескольких старинных деревянных столбах вырезаны сложнейшие узоры.

Фу Челинь чуть приподнял уголки губ — а эти люди оказались с причудами. Суметь отхватить кусок земли на полугоре и выстроить здесь такой особняк — значит, этот род явно обладает какими-то возможностями. Неудивительно, что даже несмотря на наличие у парня мужского пола, Семья Фу всё равно намерена ввести его в дом в качестве супруга.

Он неторопливо шёл позади двух стариков, мимоходом поддерживая разговор. Речь шла о пустяках: привык ли он за границей, адаптировался ли уже к работе по возвращении.

В Фу Челине словно ужикались две разные маски. За глаза друзья утверждали, что он ничем не отличается от бешенной собаки — готов вцепиться в любого, действует и говорит без оглядки на правила, начисто лишённый рамок. Но стоило ему оказаться в приличном обществе, как он мгновенно превращался в изящного и благородного молодого господина Корпорации Доцзэ.

Среди старшего поколения не было никого, кто бы его не любил. Каждый раз, упоминая Фу Челиня, его ставили в пример как чужого ребёнка, призывая собственных отпрысков поучиться у него. Фу Челинь настолько безупречно разыгрывал эту внешнюю роль, что как бы ни бесились младшие, пытаясь доказать его истинное безумие, им никто не верил.

Вот и сейчас он преспокойно играл свою роль. Они ещё даже не дошли до главного зала, а Старейшина Вэньжэнь уже был им абсолютно очарован. Он безостановочно тянул Старейшину Фу за рукав, нахваливая его и заявляя, что с таким внуком тот теперь заживёт припеваючи.

Старейшина Фу бросил косой взгляд на стоящего позади внука — высокого и широкоплечего — и с гордостью человека, наконец-то выполнившего тяжёлую задачу, похлопал друга по тыльной стороне ладони: — Если он станет чуточку серьёзнее, Сюй тоже сможет немного отдохнуть, да и ты успокоишься.

Старейшина семьи Вэньжэнь на мгновение замер, в его глазах мгновенно блеснула влага. Он медленно вытащил из кармана шёлковый платок, промокнул глаза и, кивнув, поддакнул: — Верно, верно. Больше всего на свете я переживаю за Сюя, но теперь, когда я вижу, какой у тебя замечательный внук, я смогу уйти на покой со спокойной душой.

Неизвестно, что именно он имел в виду, но из уст трёх поколений семьи Фу это прозвучало так, будто старик перед смертью поочерёдно вручает им сироту на попечение. Все трое мужчин семьи Фу до смерти испугались и тут же принялись наперебой утешать его. Старик, у которого ещё не высохли слёзы, вдруг рассмеялся и заверил, что просто слишком счастлив, ничего страшного. В старости люди всегда склонны накручивать себя и суетиться о младших, только так они могут обрести душевное спокойствие.

Хотя Фу Челинь был единственным ребёнком в семье, оба его родителя были трудоголиками, и до отъезда за границу он не особо ощущал тепло семейного очага. А уехав за рубеж ещё в юности, он так привык к одиночеству за столько лет, что ему было трудно понять эту липкую, неразрывную связь между кровными родственниками.

Увидев, как дед из семьи Вэньжэнь может расплакаться из-за будущего своего внука, он хоть и продолжал мягко и кротко успокаивать старика на словах, в глубине души уже вовсю покатывался со смеху.

Самого виновника торжества ещё даже и близко не было, а обе семьи уже в слезах и соплях утвердили брак. Подумать только, какая нелепость! Как тут не рассмеяться Фу Челиню, и как вообще такой человек, как он, может воспринимать брак всерьёз?

Он вдруг вспомнил: как звали того парня? Сяо Сюй? Какой ещё Сюй? Сюй от восходящего солнца? Или мягкий и ласковый сюй? Какое же банальное имя. Раз уж у них нашлось столько праздности и досуга, чтобы вырезать драконов и фениксов на собственных балках и колоннах, почему нельзя было как следует порыться в словаре при рождении ребёнка и выбрать нормальное имя?

Фу До вместе со слугой семьи Вэньжэнь помогли их дедушке усесться в массивное кресло тайши в центре зала. Лишь когда все заняли свои места, кто-то внезапно вспомнил: а почему сегодня отсутствует второй главный участник? И тут же поинтересовался: — А где же Сюй? Разве не говорили, что его уже выписали из больницы?

Слуга подал чай. Старейшина сделал глоток и хриплым голосом ответил: — Сейчас подойдёт. Вообще-то он собирался вместе со мной выйти встречать вас, но последние пару дней чувствовал себя неважно, и я не стал разрешать ему выходить на сквозняк.

Что ещё за принцесса на горошине? До чего же изнеженное создание. Лицо Фу Челиня слегка омрачилось. Высказывать недовольство при старших было неуместно, но он уже предчувствовал, что после свадьбы ему придётся несладко — он вовсе не из тех, кто станет потакать чьей-то капризной избалованности.

Чайник свежего лунцзина из сырья до Праздника чистых света дал прозрачный настой. Фу Челинь медленно прихлёбывал чай из пиалы, молча слушая, как два старика, чей суммарный возраст приближался к двум сотням лет, увлеченно расписывают его будущую совместную жизнь с Вэньжэнь Сюем.

Черт побери, до чего же слащаво! Откуда у них такая бурная фантазия? Если они продолжат в том же духе, то скоро начнут грезить о том, как через три года у них родится двое детей.

Не в силах больше выносить этот бред, Фу Челинь допил полпиалы чая и наконец прервал их: — Эм... Может, стоит послать кого-нибудь проверить, почему Сюй до сих пор не идет? Вдруг он еще не до конца оправился после больницы? Если ему действительно нездоровится, я могу нанести визит в другой день.

Его слова только затихли, как снаружи зала послышались неторопливые шаги. Издалека они приближались, становясь всё отчетливее. Вместе с шагами раздавался скрип колёс, катящихся по земле.

Старейшина семьи Вэньжэнь тотчас широко улыбнулся: — А вот и он, разве нет?

http://bllate.org/book/26831/3225371