Готовый перевод Reborn, I Kidnapped My Ex's White Moonlight / После перерождения: я украл «лунный свет» своего бывшего: Глава 10

Горячая рука внезапно скользнула к поясу Чи Цюлиня, крепко прижимая его к себе. Лю Минчжоу поднял голову, вновь впился в губы Чи Цюлиня и углубил поцелуй. Чи Цюлинь, лишенный сил сопротивляться, уже было собрался вонзить свои острые клыки в язык Лю Минчжоу, но не успел он воплотить этот замысел в жизнь, как мягкие губы уже отстранились.

— Брат, я хочу тебя, — Лю Минчжоу тяжело дышал, глядя на Чи Цюлиня с отчаянным и с трудом сдерживаемым вожделением. Его голос, охрипший от возбуждения, звучал с нескрываемым искушением. — Очень, очень сильно хочу.

Чи Цюлинь остолбенел, не в силах вымолвить ни слова, лишь поднял взгляд, встретившись с черными, ярко сияющими глазами Лю Минчжоу.

Лю Минчжоу с серьезным видом спросил:

— Позволишь мне, хорошо?

Хоть это и был вопрос, прозвучал он как утверждение.

И действительно, не дожидаясь ответа, Лю Минчжоу поднялся. Не обращая внимания на промокшую от воды одежду, он подхватил Чи Цюлиня на руки и направился в сторону спальни, оставляя за собой извилистый след из капель воды.

Чи Цюлинь, съежившись в объятиях Лю Минчжоу, скрежетал зубами от ярости:

— Лю Минчжоу!

— Я здесь, — хрипло отозвался Лю Минчжоу. Он вошел в спальню и, ударив ногой, захлопнул за собой дверь.

Чи Цюлинь чувствовал, что сам вырыл себе яму. Ощутив мягкость постели и навалившийся на него тяжелый вес тела Лю Минчжоу, он невольно затаил дыхание.

Теплые губы Лю Минчжоу коснулись его лба, и он прошептал:

— Брат, братец.

Услышав звук расстегивающегося ремня, Чи Цюлинь наконец осознал всю серьезность положения. Он в смятении попытался приподнять свои ослабевшие руки и с безнадежностью посмотрел на этого зверя, оказавшегося так близко. Раз грубую силу применить нельзя, придется действовать хитростью.

— Сяо Чжоу, — Чи Цюлинь глубоко вздохнул и попытался договориться: — Брат сегодня устал, давай мы просто поспим, а?

Горячая ладонь легла на грудь Чи Цюлиня, обжигающее тепло стало медленно опускаться ниже, к его поясу. Почувствовав легкую дрожь Чи Цюлиня, Лю Минчжоу тихо произнес:

— Ничего страшного, брат. Ты не двигайся, я всё сделаю сам.

Что за бесстыдные речи! Чи Цюлинь отчаянно выругался:

— Лю Минчжоу, да имей же ты совесть, посмотри, что ты делаешь!

— Делаю тебя, — Лю Минчжоу расстегнул пояс и взялся за пуговицы рубашки, продолжая прерывисто шептать то, от чего кровь приливала к лицу: — Я хочу своего брата, ты ведь мой брат, верно?

Чи Цюлинь немедленно отрезал холодным тоном:

— Нет, не твой.

Лю Минчжоу тут же запечатлел поцелуй на этих ледяных губах, прошептав в промежутке между ними:

— Нет, ты мой. Ты же называешь меня Сяо Чжоу.

Чи Цюлинь хотел было возразить, но с изумлением обнаружил, что его тело отозвалось на ласки странной реакцией. В конце концов, они оба — взрослые мужчины, и случайная искра между ними вполне естественна. Вот только от мысли, что эта искра вспыхнула из-за его соперника в любви, который к тому же косвенно виновен в его прошлой смерти, Чи Цюлинь ощутил, как внутри всё закипает. Если бы у него были силы, он непременно разбил бы себе голову о стену.

Нет, если бы у него были силы, он должен был бы до смерти избить Лю Минчжоу.

Пока он пребывал в своих мыслях, Лю Минчжоу снова слегка прижался к нему, положив голову на грудь Чи Цюлиня, прислушиваясь к его участившемуся сердцебиению.

Чи Цюлинь машинально позвал:

— Лю Минчжоу?

Тот не ответил, лишь молча лежал, прильнув к груди.

Чи Цюлинь невольно подумал: почему Лю Минчжоу выглядит таким худым, но при этом такой тяжелый? Он перевел взгляд на него и заметил, что раны на теле того продолжают медленно сочиться кровью.

Сердце Чи Цюлиня снова смягчилось. Хоть он и понимал, что не должен жалеть своего соперника и убийцу, ничего не мог с собой поделать.

Колеблясь лишь мгновение, Чи Цюлинь с трудом поднял руку и осторожно коснулся раны Лю Минчжоу:

— Сяо Чжоу, больно?

Лю Минчжоу, казалось, только сейчас вспомнил о своих ранах и тут же ответил:

— Больно, брат. Обними меня, и если ты обнимешь, то сразу перестанет болеть.

Чи Цюлинь огрызнулся:

— Если больно — иди перевяжись, какая польза от того, что я тебя обниму?

— Польза есть, брат, — Лю Минчжоу посмотрел на него серьезно своими влажными глазами. Его намокшие волосы прилипли ко лбу, и он выглядел довольно жалко. — Обними разок, а потом я перевяжусь, хорошо?

— ... — Чи Цюлинь смирился с судьбой, поднял невероятно тяжелую руку и слабо обвил шею Лю Минчжоу. — Ладно, иди делай перевязку.

Не успел он закончить фразу, как Лю Минчжоу снова поцеловал его — мягкое прикосновение губ тут же исчезло, а горячее дыхание обожгло кожу на шее Чи Цюлиня:

— Брат, ты самый лучший.

Чи Цюлинь закатил глаза там, где Лю Минчжоу не мог этого увидеть.

Лю Минчжоу, разумеется, ничего не заметил и самостоятельно открыл прикроватную тумбочку, доставая аптечку.

***

Как только Лю Минчжоу замер, на Чи Цюлиня навалилась непреодолимая сонливость.

Лю Минчжоу осторожно спросил:

— Брат, ты хочешь спать?

Чи Цюлинь кивнул, всем своим видом показывая, что уже готов провалиться в сон. Лю Минчжоу подавил в себе беспокойные порывы, послушно задернул шторы, натянул на Чи Цюлиня одеяло и, воспользовавшись моментом, обнял его, тихо прошептав:

— Тогда давай спать.

http://bllate.org/book/26747/3203758