Готовый перевод The Scorned One Becomes the Group's Favorite in a Talent Show / Тиран на сцене: из изгоев в любимчики шоу: Глава 3

Раздался оглушительный грохот — кто-то с силой врезался в дверь, и снаружи посмерлись яростные ругательства.

После недавнего хаоса в отдельном кабинете царил полный разгром. Чжоу Син дрожащими руками натягивал одежду и испуганно смотрел на Чу И. Лицо же Чу И оставалось мрачным и ледяным; крепко схватив парня за руку, он напрямик бросился к чёрному входу. Когда разъяренный Ли Цзи вместе с подоспевшими официантами наконец выломал дверь, их взорам предстали лишь осколки фарфора, усыпавшие весь пол, да корчившийся и воющий от боли генеральный директор Ван.

— ...Чжоу Син, Чу И! — взревел Ли Цзи, его лицо посинело от гнева.

Чу И тащил за собой спотыкающегося Чжоу Син, и они бежали без оглядки, пока не выскочили из отеля — погоня и яростные крики доносились еще издалека. Добравшись наконец до обочины дороги, Чжоу Син стоял босиком, в разорванной одежде, а по лицу его струились слезы.

В панике и ужасе он вцепился в полу одежды Чу И:

— Что же нам делать, Чучу... Нас ведь просто сживут со свету!

Этого инцидента было не замять. Генеральный директор Ван пострадал от их рук слишком сильно, а Ли Цзи и вовсе свирепствовал сильнее прежнего. Чжоу Син живо представлял себе кошмар, который ждал их впереди: их обольют грязью, превратятся в презираемых всеми крыс шоу-бизнеса, и до конца дней им придется прятаться по темным углам.

Чу И с холодным выражением лица поймал такси и затолкал туда Чжоу Син.

— В Чжайсин Медиа.

— Чжай...?! — от страха у Чжоу Син подкосились ноги. Он дрожа повернул голову: — В Чжайсин Медиа?

Компания Синчэнь Уэртэйнмент, в которой они состояли, по сути являлась дочерним предприятием Чжайсин Медиа. В последние годы материнская компания стремительно развивалась, уверенно войдя в тройку гигантов индустрии развлечений, а ее крупнейшим акционером выступал прославленный актер, обладатель кинопремий в двух номинациях Шэнь Чаовэнь — место, о котором они в этой жизни не смели и мечтать.

Чу И пронзительно посмотрел на него:

— Жить еще хочешь?

Этот взгляд резанул, словно острый клинок, заставив Чжоу Син мгновенно задрожать от холода.

— Хочешь жить — слушай меня, — произнес Чу И.

Чжайсин Медиа показалась очень скоро, и Чжоу Син практически втащили в здание за руку. Его глаза покраснели от слез, на шее алели бросающиеся в глаза красные следы, привлекая изумленные взгляды встречных. К концу пути у него даже подкашивались колени.

Влетев в кабинет на верхнем этаже, Чжоу Син больше не удержался на ногах и рухнул на колени. Слезы градом катились из глаз, и он взмолился:

— Директор Янь, умоляю, помогите нам...

Не успел он договорить, как рыдания застряли у него в горле.

В кабинете на верхнем этаже было очень светло, шторы на панорамных окнах полностью раздвинули. Директор Янь Маньцю, отвечающая в Агентстве Чжайсин за работу с артистами, обычно трудилась здесь. Судя по воспоминаниям Чу И, она отличалась справедливостью и беспристрастностью — именно она с наибольшей вероятностью могла оказать им помощь.

Однако сейчас у окна стоял лишь высокий, стройный мужчина. Когда Чу И только ворвался внутрь, он тоже собирался заплакать, но не успел даже выдавить из себя слезинку, как незнакомец спокойно перевел на него взгляд.

У него было безупречное лицо; густые, длинные и слегка изогнутые ресницы отбрасывали глубокую тень. Взгляд казался таким бездонным, будто тонул в полумраке, а прямой нос выглядел идеальным — словно творение самого мастера, доведенное до совершенства.

Крупнейший акционер Чжайсин Медиа, молодой обладатель наград в двух актерских номинациях — Шэнь Чаовэнь.

— Брат Шэнь! Генеральный директор Ван он... — слезы Чжоу Син хлынули с новой силой, он цеплялся за него, как утопающий за соломинку. Однако Чу И среагировал мгновенно и зажал ему рот ладонью. В его холодных глазах читалось очевидное удивление: он никак не ожидал появления постороннего.

Шэнь Чаовэнь молча наблюдал за ними, по обрывкам фраз и жалкому виду обоих уже примерно догадавшись обо всем.

Спустя мгновение он подошел прямо к Чу И. Из-за разницы в росте возникло незримое давление, от которого у Чу И помимо воли зашевелились волосы на затылке. Он резко напряг спину, а пальцы, до боли сжатые в кулаки, побелели.

— Директор Янь скоро подойдет, — Шэнь Чаовэнь на его глазах набрал номер Янь Маньцю, а затем наклонился, стараясь смотреть ему прямо в глаза. Напускная настороженность и напряжение мгновенно испарились.

Он словно терпеливо ждал одобрения:

— Что-то еще нужно сделать?

Чу И пристально смотрел на него, и на какое-то мгновение ему показалось, что его действительно успокоили. В темных, безмятежных глазах собеседника отражался только он сам, словно приглашая озвучить любые, даже самые разумные требования.

Его собственные ладони до боли впились в кожу от напряжения, а разум и хладнокровие висели на волоске.

— Мы хотим сменить агента, — чеканя каждое слово, произнес он.

Выйдя из кабинета, Чу И чувствовал, как спина покрылась тонким слоем пота.

Шаги же Чжоу Син казались невероятно зыбкими — он будто блуждал в каком-то иллюзорном сне и дрожащим голосом произнес:

— М-мы что, правда преуспели?.. Брат Шэнь ведь и правда нам поможет, да?

Чу И крепко сжал губы.

На самом деле он не был до конца уверен: прошлый горький опыт не позволял ему слепо доверяться кому-либо. Но ни Янь Маньцю, ни Шэнь Чаовэнь были лишь первым шагом в этом деле, и даже если бы они потерпели неудачу, это не помешало бы ему пойти с генеральным директором Ван до конца.

— Пошли, — как раз подоспел лифт, в зеркальных створках отразились его темные, острые глаза. — Теперь пойдем за ножом.

С момента пробуждения Чу И беспрерывно анализировал информацию в своей голове. Этот никчемный смазливый парень был абсолютно нищим, без какой-либо опоры и поддержки — ситуация до боли напоминала его собственную жизнь опального принца в холодном дворце в прошлой жизни, а потому сейчас он не колеблясь пускал в ход любые методы.

Вот только стоило им дотащить тесак для разделки мяса до кассы, как интернет взорвался новостями.

Сначала в объективы попали генеральный директор Ван и Ли Цзи, в крайне потрепанном виде появившиеся у входа в Чжайсин Медиа. Лицо первого было сплошь покрыто синяками, а одежда разорвана в клочья — выглядели они так, будто только что пережили встречу с грабителями.

Не успели пользователи сети пуститься в догадки и обсуждения, как Чжайсин Медиа с молниеносной скоростью обнародовала их грязные делишки. Выяснилось, что они не только принуждали начинающих артистов из их подчинения делить с ними постель, но и беззастенчиво поливали грязью тех, кто сопротивлялся до конца, а затем с чистой совестью продолжали травить новых жертв.

Вся Синчэнь Уэртэйнмент заходила ходуном: чистки, расторжения контрактов — поднялся невероятный шухер. Бесчисленные хейтеры, что раньше поливали Чу И грязью, получили звонкую пощечину, но тут же пошли в яростную контратаку, уверяя, что Чу И сам лег под других толстосумов, а теперь просто отмывает репутацию. В сети разгорелась ожесточенная перепалка с остальными пользователями.

Пока директор Янь Маньцю из Чжайсин Медиа лично не опубликовала пост.

http://bllate.org/book/26469/3167837