Готовый перевод I Am an Ancient Divine Herb / Древняя божественная трава: Мой старший брат не умрет: Глава 2

Сяо Лэ превратился в травинку. Если говорить точнее, его сознание пробудилось внутри стебелька.

Эта травинка выглядела совершенно заурядно: точь-в-точь как левый и правый листики из самых первых детских рисунков детсадовца, соединенные тоненьким стебельком посередине, — и больше ничего. Единственной необычной деталью, пожалуй, было то, что один листик чернел, а другой белел.

Размером с ладонь, она казалась настолько хрупкой, что стоило подуть чуть более сильному ветру — и ее переломило бы пополам. Вырасти она у обочины дороги, ее наверняка просто сорвали бы мимоходом, настолько неприметной она была.

Однако Сяо Лэ прекрасно знал: при всей заурядной внешности его нынешнее «травяное» тело отнюдь не являлось простым.

В конце концов, любой на его месте, едва открыв глаза, испугался бы до смерти, увидев жуткую змеиную голову размером с человеческую ванну, которая свисала над ним, высочив жало и с вожделением глядя на крошечный росток, пока с ее клыков капала слюна. От такого зрелища у него едва ли не от корней свовело бы зубы, словно он был не безликим сорняком, а величайшей чудодейственной пилюлей.

В первое мгновение после пробуждения Сяо Лэ оцепенел от этого жуткого зрелища. Если бы не превращение в обычную травику, он наверняка от гнева и ужаса испустил бы дух на месте.

Впрочем, нервы у него были толщиной с водосточную трубу. Пережив приступ удушья, он постепенно пришел в себя, перевел взгляд в сторону и обнаружил точно такую же громадную змеиную голову: четыре вертикальных желтых глаза, похожих на прожекторы, в упор пялились на него.

Сяо Лэ мысленно выругался: «…» Одного пугающего монстра было более чем достаточно, но появление второго, казалось, ничего не меняло. Раз уж суждено быть травой — оставайся спокойным, сохраняй невозмутимость.

К счастью, как бы змея ни глазела, нападать она не спешила. Он изо всех сил постарался расфокусировать взгляд и занялся самовнушением, чтобы успокоиться. Но когда его взор сместился чуть дальше, он внезапно заметил, что эти две чудовищные головы росли на одном-единственном туловище. И хотя толщиной тело не уступало колонне в просторном зале, а его извивающаяся длина поражала воображение, это неопровержимо доказывало: перед ним была двуглавая змея!

Сяо Лэ мысленно вздохнул: «…» Братец, ты вообще в курсе, что нарушаешь законы биологии?

Мысленно отвернувшись, Сяо Лэ был вынужден получше присмотреться к этому монстру.

Обе головы оказались абсолютно идентичными, за исключением того, что на каждой красовался высокий ярко-красный гребень, словно под кожей что-то зрело и рвалось наружу. Различались они лишь окрасом: одна голова была черной, а вторая — пепельно-белой. Такое странное сочетание цветов удивительным образом напоминало его собственные черный и белый листки.

Отведя взгляд от раскрытой пасти с подрагивающим раздвоенным языком и стараясь не смотреть на ядовитые клыки, отливавшие зловещей мертвецки-зеленой матовой зеленью, он проследил глазами вдоль обеих голов до места их соединения с туловом. Чешуя на теле повторяла расцветку голов — те же переплетенные черно-белые узоры. Она холодно поблескивала, казаясь твердой как железо, неуязвимой для мечей и клинков.

Еще более удивительным было то, что на змеиной спине проросла пара крыльев, которые сейчас были плотно сложены вдоль тулова. На брюхе же виднелись четыре бугорка: Сяо Лэ мысленно пересчитал их и интуитивно догадался, что это развивающиеся лапы. Похоже, эта двуглавая змея находилась на ключевом этапе своей трансформации.

Ей требовался всего лишь толчок, чтобы превратиться в истинного дракона.

Двуглавая змея еще долго сверлила его взглядом, как вдруг обе ее головы резко развернулись в противоположную сторону. Гребни на макушках стали ярко-алыми, и тогда черная голова разинула пасть, извергнув в небо струю густой черной жидкости, которая мгновенно превратилась в смертоносный снаряд, устремившийся прямо ввысь. На этом змея не остановилась: вскинув шею и вытянув язык, она испустила яростный рев. Крылья на ее спине с шумом распахнулись, превратившись в широкие, внушительные перепончатые крылья, а по брюху побежали вспышки черно-белого света, поднимаясь чешуйка за чешуйкой — верный знак скорого применения мощнейшей атаки.

В то же самое время змеиное тело обвилось вокруг Сяо Лэ защитным кольцом, словно показывая, что никому не позволено даже помыслить о попытке отнять его.

Сяо Лэ поднял голову и сквозь пелену плотного тумана разглядел гигантского черного орла, пикирующего вниз. Размахом крыльев он не уступал баскетбольной площадке; острые когти напоминали крючья, а перья на макушке топорщились короной, придавая птице поистине грозный вид. Каждый взмах ее крыльев порождал настоящий ураган, и с первого взгляда было очевидно, насколько она свирепа.

Заметив летящий в нее змеиный плевок, орел мгновенно взмахнул крыльями, создавая плотный барьер из ветра, столкнувшийся со струей яда. Мощная ударная волна была настолько сильна, что даже припавший к земле Сяо Лэ ощутил это столкновение стихий.

Ядовитый снаряд и ветряные лезвия взаимно уничтожили друг друга, но едкая жидкость рассыпалась в воздухе густым черным туманом. Орел шел на такой скорости, что увернуться уже не успевал. Стоило черному туману коснуться его похожих на стальные клинки перьев, как они тут же задымились и начали разъедаться. Оглушительный птичий крик пронзил небеса, и в панике птица резко взмахнула крыльями, уходя высоко в небо. Вырвавшись из кольца черного тумана, орел больше не смел спускаться вниз, выказывая изрядную долю опаски.

На большом расстоянии двуглавая змея и хищная птица замерли друг напротив друга. Наконец, заметив ярко-красные гребни и исполинские крылья чудовища, орел испустил протяжный крик, недовольно покружил на месте и улетел прочь.

Сяо Лэ отчетливо видел, что даже удаляясь, черный орел не сводил глаз с его травинки, снедаемый диким сожалением.

Лишь когда силуэт орла окончательно скрылся из виду, двуглавая змея опустила головы. Пепельно-белая мягко потерлась о нежные листья Сяо Лэ, зато черная голова держала алый гребень высоко поднятым; разинув пасть, она без лишних слов испустила потоки густого яда во все четыре стороны, предупреждая остальных скрывающихся впотьмах демонических зверей.

Сяо Лэ попытался перевести это на человеческий язык с горькой усмешкой: эта трава моя, и никому на нее даже смотреть не сметь! Хватит духу — выходи на честный бой один на один! Толпой навалитесь — я и тогда не испугаюсь!

Если бы к этому моменту Сяо Лэ все еще не понимал, куда именно его забросила судьба, все прочитанные за долгие годы романы в жанре сянься можно было считать прочитанными зря.

Там, где произрастают сокровища небес и земли, непременно обитают мощные демонические звери-стражи. И судя по всему, эта двуглавая змея была невероятно сильна — бескрайние просторы окружающих болот целиком и полностью являлись ее территорией.

Убедившись демонстрацией своей мощи, что больше никто из слабоумных смельчаков не посмеет сунуться сюда, змея медленно погрузила свое гигантское тело в трясину и продолжила медитацию.

Только теперь Сяо Лэ смог как следует оценить собственное простецкое, проще некуда, травяное тело.

Правда, он заметил, что, помимо двуглавой змеи, в этих топях не водилось других могущественных демонических зверей, да и никакой иной растительности поблизости тоже не наблюдалось — вокруг не росло ни единой травинки, он оставался в полном одиночестве, одинокий и заброшенный посреди бескрайней топи.

Однако вскоре он осознал кое-что еще: пусть над поверхностью болота возвышались всего два листочка, под водой его корневая система разрослась настолько широко, что покрывала абсолютно все доступные взгляду участки. Проникая в самые глубокие слои почвы, корни жадно пожирали всю окружающую духовную энергию.

Через ощущения корней он чувствовал присутствие двуглавой змеи, которая обвилась вокруг его главного корня и смиренно поглощала излишки источаемой им духовной силы для собственных тренировок.

Сяо Лэ подумал: «…» Судя по всему, он сам был далеко не так прост, как казалось на первый взгляд.

Солнце всходило на востоке и садилось на западе. Когда на землю опускались сумерки, вся духовная энергия болот успевала поглотиться Сяо Лэ, и тогда его белые листья начинали излучать тусклое, мягкое сияние, словно вся энергия небес и земли сконденсировалась на них.

Еще удивительнее было то, что с наступлением темноты и восходом луны из-под земли начинала сочиться темная ци, и клубящийся демонический туман вытеснял духовную энергию, окутывая топи целиком.

Трудно было вообразить, что за тайная обитель скрывала в себе место, где демоническая и духовная энергия сменяли друг друга в согласии с циклами солнца и луны.

Его корни оказались всеядными и без малейших колебаний впитывали даже демоническую энергию, вся она целиком поглощалась черным листом.

А двуглавая змея тем временем менялась местами: прижималась к его корням уже черной головой, а ее чешуя полностью чернела — очевидно, она точно так же использовала демоническую энергию для культивации.

День за днем, год за годом. Сяо Лэ впитывал энергию со страшной силой, но при этом ни на дюйм не рос в высоту и не выпускал новых листьев. И вот наконец он почувствовал, как на самой макушке проклюнулся крошечный побег, отчетливо намекая на скорое появление бутона!

Наблюдая, как двуглавая змея кружит вокруг него круг за кругом в диком восторге и даже по-дурацки зачерпывает болотную воду, чтобы поливать его макушку, Сяо Лэ испытывал глубочайшее уныние от вида этого нетерпеливого рвения.

Неужели их мирным дням бок о бок приходит конец?

Демонические звери, охраняющие сокровища небес и земли, вовсе не работают благотворительными фондами. Если этот змей и не подпускал к нему других обитателей топи, то исключительно ради того, чтобы дождаться полного созревания и цветения растения, а затем сожрать его целиком, дабы совершить прорыв и превратиться в дракона.

Сяо Лэ с грустью посмотрел на небо. Он чувствовал, что его бутон вот-вот раскроется, но с горечью осознавал: с самого момента пробуждения в теле этой травы у него так и не представилось возможности хоть разок взглянуть на мир за пределами болот.

Раз в этом мире существуют могущественные демонические звери, значит, здесь непременно должны быть и бессмертные практикующие: те, что легко и непринужденно ступают по летящим мечам, способны переворачивать горы и моря и живут с размахом и свободой. Интересно, похожи ли они на героев романов из его прошлой жизни?

Сяо Лэ страстно желал увидеть это своими глазами, и это стремление заставляло цветочный бутон развиваться с еще большей скоростью.

Бутон сформировался за одну-единственную ночь. Стоило ему появиться, как от цветка исхитрился распространиться сладковатый аромат чистейшей духовной энергии. Соблазнительный запах мгновенно всколыхнул казавшиеся мирными топи: самые разные демонические звери, привлеченные ароматом, начали высовывать головы по краям топи в поисках подходящего момента. Некоторые особо дерзкие даже пробирались в трясину, но каждого ждала незавидная участь — все они были разорваны двуглавой змеей.

Какое-то время болота стояли пропитанные густым запахом крови. Развитая корневая система Сяо Лэ инстинктивно впитывала остатки тел всех этих зверей до последней капли.

Время, проводимое двуглавой змеей в медитациях под водой, становилось все короче и короче. Все чаще она всплывала на поверхность, чтобы забить очередного зверя и проглотить его целиком. Такая спешка выдавала стремление накопить как можно больше энергии в предвкушении решающего рывка перед пожиранием Сяо Лэ и последующим обращением в дракона.

Высосав соки из всех окрестных зверей, бутон Сяо Лэ налился до предела, а манящий аромат рассеялся. Теперь ему требовался лишь последний толчок, колоссальный приток силы, чтобы наконец распуститься.

Увы, эту недостающую энергию обычные звери предоставить уже не могли. Долгое ожидание изрядно потрепало нервы двуглавой змеи, сделав ее раздражительной.

Наконец в один из дней в эти погруженные в мертвую тишину топи пожаловали двое.

Один из них был практиком демонического пути, владевшим пространством кровавой резни — Миром Демонов, кишащим бесчисленными мстительными душами и пропитанным густой темной ци. Другой же являлся культиватором меча, сжимавшим в руке меч Лунъинь, вокруг которого клубилось уплотнившееся праведное поле меча, источающее ослепительную чистоту и непоколебимую решимость.

Второй преследовал первого прямо по воздуху, влетая в пределы болот.

Стоило им только остановиться на значительном расстоянии друг от друга, как столкновение их ужасающих доменов заставило небо и землю содрогнуться. Бушующие потоки энергии давили на окружающее пространство так сильно, что казалось, будто оно готово стереть в порошок абсолютно все живое — по одному этому можно было судить о чудовищном уровне их культивации.

Все демонические звери разбежались прочь при появлении этих двух великих мастеров, и даже владыка болот — двуглавая змея — дрожал в исступленном ужасе, забившись глубоко под его корни.

Обширные, бескрайние топи, наводненные потоками демонической и духовной энергии, казавшиеся совершенно пустынными, идеально подходили на роль поля битвы для их грандиозного поединка.

Сяо Лэ поднял голову: он знал, что его шанс наконец настал.

Эта битва оказалась мрачной, затмившей солнце, и тянулась необычайно долго. Под непрерывные, лишенные всякой пощады волны убийственного намерения обоих мастеров духовная и демоническая энергия вычерпывались до дна, превращаясь в разрушительные удары, способные двигать горы и осушать моря. Пронзительные крики призраков и леденящий душу холод мириадов пронзающих мечей вскипятили болотную воду, обнажив повсюду всплывшие кости погибших зверей. Воздух наполнился тяжелым смрадом смерти.

И тем не менее никто из них не догадывался, что внизу, среди этого безумия, прячется самая обычная двустворчатая травинка, которая оставалась абсолютно невредимой. Стоило любым волнам демонической мощи или убийственной энергии меча коснуться двух листочков, как они тут же, следуя по мягким прожилкам, беспрепятственно уходили глубоко в болото.

Грозовые тучи клубились в небесах, фиолетовые молнии полосовали воздух, придавая этому сражению сил света и тьмы, достойному войти в легенды, поистине трагический и величественный оттенок.

Наконец практик демонического пути пошатнулся, владения Мира Демонов вокруг него начали слабеть, призраки замерли в нерешительности, объятые глубоким страхом. А его противник — культиватор меча — гордо возвышался, стоя на клинке божественного меча Лунъинь в окружении пронзительного массива мечей, непоколебимый, подобно исполинской горной вершине.

Кто вышел победителем, было очевидно без лишних слов.

Однако потому демонические отступники и вызывали всеобщее презрение, что даже в честном поединке они пренебрегали правилами чести.

— Уважаемый господин, мы спешим к вам на помощь!

Неизвестно откуда по краям топи беззвучно материализовались еще четверо практикующих демонический путь. Заняв позиции по четырем сторонам, они уступали главному злодею в силе, но все равно оставались грозными бойцами. Их совместная атака из засады мгновенно явила свою мощь: призрачные тени множились, окутанные густой темной ци, и с бешеной скоростью устремились прямо на культиватора меча.

Даже для этого мастера подобная мощь представляла немалую угрозу. Окруживший его массив мечей взмыл в небеса, рассыпаясь мириадами сияющих звезд. Под волю меча Лунъинь они устремились потоком падающих звезд, пробивающих небеса, и со страшной силой вредились в построение врагов. Энергия потрясла все вокруг, и все четверо магов одновременно испустили жуткие вопли.

Однако тот самый отступник, прижимавший руку к груди, вдруг громко рассмеялся. Издав яростный рев в небеса, он резко увеличился в размерах, на его голове выросли гигантские рога, а все тело объяло демоническое пламя. Возглавляя легионы подземных асурав и злых духов, он пошел в лобовую атаку на культиватора меча.

Взгляд культиватора меча похолодел. На мгновение он сам обратился в исполинский гигантский меч, пронзающий небо и землю, соединившись с оружием воедино ради уничтожения всего сущего, и призвал небесную молнию навстречу чудовищному демону...

Эта душа меча, способная уничтожить небеса и землю, внушила Сяо Лэ такой панический ужас, что его листики инстинктивно сжались, намертво укрывая бутон на макушке, а в голове пронеслось: мне конец, это абсолютный конец.

Однако боль так и не пришла, а сознание не рассеялось. Подняв голову, Сяо Лэ с удивлением обнаружил, что двуглавая змея, которая с самого появления грозных мастеров пряталась от страха глубоко под его корнями, вдруг закрыла его своим хрупким телом, принимая этот страшный удар на себя.

Хрупким... Да уж, по сравнению с этим мастером меча боевая мощь двуглавой змеи не стоила ровным счетом ничего, а ее тело было не прочнее бумажного листа. Шкура разорвалась наотмашь, чешуя разлетелась клочьями, и змею буквально разорвало надвое. Обе головы издали прощальный жалобный стон, после чего рухнули прямо перед Сяо Лэ, жалко глядя на него снизу вверх.

— Верный братец! — Сяо Лэ был растроган едва ли не до слез. Пусть этот змей и охранял его все это время лишь ради того, чтобы дождаться цветения и сожрать, но за этот поступок ценой собственной жизни он готов был простить ему все.

Переведя взгляд на небо, он увидел, что жуткое громадное демоническое чудовище исчезло, полностью обратившись в ничто под ударами культиватора меча.

Сам же победитель камнем рухнул с небес, приземлившись ровно перед Сяо Лэ. Меч Лунъинь издал скорбный звон, едва удерживая хозяина от падения.

Лишь тогда культиватор меча заметил крошечную двулистную травинку перед собой и ошеломленно произнес:

— Инь-Ян Парные Цветки...

И верно: Сяо Лэ наконец зацвел.

http://bllate.org/book/26384/3157838