Готовый перевод The Idiot Thought I Was a Robot / Дурачок решил, что я робот: Глава 7

Этот поступок по степени своего унижения мог сравниться разве что с тем, чтобы есть фекалии вниз головой посреди многолюдной площади.

Цзянь Чао думал, что на этот раз ему не спастись и извращенец наконец-то начнет проявлять всю свою мощь.

Но в итоге тот немного потыкал его там, а потом просто уснул.

Это заставило Цзянь Чао пребывать в полном недоумении от происходящего.

И одновременно посеяло сомнения в его собственной привлекательности.

В семье Цзянь сейчас царила паника, все были как на иголках, а в доме не было ни минуты покоя.

Сверху донизу все в последнее время ходили с помрачневшими лицами. Ни один из нанятых или отправленных на поиски людей не вернулся ни с одной надежной вестью, а Цзянь Чао словно растворился в воздухе.

Это почти окончательно подтвердило худшие предчувствия.

Глава семьи Цзянь сидел в кресле с закрытыми глазами и молчал, третий и четвертый братья сидели с левой стороны обеденного зала, не находя себе места, и никто не произносил ни слова.

Несколько младших членов семьи сидели напротив, храня полное молчание.

Если с Сяочао действительно что-то случится, мне не хватит лица смотреть в глаза второму брату.

Глава семьи тяжело открыл глаза. Третьему и четвертому братьям уже перевалило за середину жизни, и их глаза покраснели.

С тех пор как Цзянь Чао проявил поразительный коммерческий талант и взялся за управление корпорацией Цзянь, его уже редко кто называл Сяочао.

Своим нынешним процветанием семья Цзянь была обязана в первую очередь ему.

Можно сказать, что без Цзянь Чао не было бы сегодняшней семьи Цзянь.

Но две недели назад Цзянь Чао пропал без вести безо всяких предупреждений, словно растворившись в воздухе — ни живым его не видели, ни мертвым.

Даже долгожданного звонка с угрозами от похитителей так и не поступило.

Все надежды рухнули.

Черные тучи по мере того, как шло время, сгущались над особняком семьи Цзянь, грозя в любой момент пролиться ливнем.

Пока старшие поколения погружались в чувство вины и страх, они не заметили, как трое младших напротив в тревоге переглянулись. Ладони у них потели и дрожали, а сидели они как на иголках.

В следующем месяце отбор талантов для финансовых институтов, который организует Сяочао, все еще должен пройти по плану?

Третий немного перевел дух: дела все равно надо делать.

Набор талантов напрямую из учебных заведений планировался Цзянь Чао уже давно, к тому же к нему присоединились и другие публичные компании.

Основное внимание уделялось финансовым кругам, а главной целью было собрать вместе выдающихся студентов ведущих финансовых вузов, что фактически являлось завуалированным отбором кадров для корпорации Цзянь.

Таланты еще находились в колыбели, а семья Цзянь была плодородной почвой, которой вполне хватило бы для их бурного роста.

Это была взаимовыгодная двусторонняя селекция: хорошо всем и каждому.

Чтобы сделать мероприятие более зрелищным и широко известным, операционный отдел также пригласил председательствовать самых популярных профессоров из ведущих вузов.

Очень красивого, говорят, по фамилии Шэнь.

Шэнь Лан в последнее время каждое утро пробывал в превосходном настроении.

Хотя любовной услады ему не доставалось, в спальне теперь была не одна кровать на одну комнату, а рядом с ним кто-то лежал — да еще и дышал, — и от этого на душе становилось очень легко.

Чувствовал он себя словно вырвавшийся из одиночества пес, и хорошее настроение никак не удавалось скрыть.

Профессор Шэнь в последнее время прямо-таки сияет, неужели у вас какие-то радостные события?

Мужчина-преподаватель в офисе украдкой взглянул на Шэнь Лана и с улыбкой спросил:

Шэнь Лан, который как раз просматривал свою совместную фотографию с роботом, убрал телефон и с абсолютно серьезным видом ответил: Мероприятие проходит успешно, это вполне можно считать одним из радостных событий.

Определенно, определенно. — Преподаватель кивнул, а затем поинтересовался: — Одним из? Выходит, профессор Шэнь, у вас радость двойная?

Появилась девушка?

Как только прозвучали слова преподавателя, все состоящие и не состоящие в браке дамы и девицы в офисе разом навострили уши.

Сердца их замерли от тревоги, они боялись, что главный цветок их факультета внезапно окажется занят.

Шэнь Лан покачал головой: Девушка? Исключено.

А вот парень — да, имелся. Купленный, еще не использованный и пока не переведенный в основной состав.

Когда Шэнь Лан появился на кафедре для проведения открытой лекции, большая аудитория была забита до отказа.

Одна фигура на самом первом ряду проявляла особую активность: глаза сияли, а взгляд неотступно следовал за ним.

Шэнь Лан был полностью сосредоточен на лекции и ничего не заметил.

Лишь когда пришло время вопросов, он увидел незнакомое лицо: этот человек тянул руку изо всех сил едва ли не подпрыгивая на месте при каждом вопросе.

Хотя незнакомым его назвать было нельзя — они уже виделись однажды.

Младший двоюродный брат старшеклассник с вечеринки по случаю дня рождения Дуань Сяобая — Дуань Баобао.

Шэнь Лан слегка нахмурился, но из-за обилия студентов не стал задавать вопросов напрямую.

После окончания лекции, когда толпа рассеялась, он посмотрел на старшеклассника, все еще сидевшего в кресле и смотревшего на него. Взгляд преподавателя был предельно холодным: Кто разрешил тебе войти?

Хотя здесь всегда хватало студентов из других учебных заведений, которые приходили послушать лекции тайком, подобные студенты из чужих вузов, которые душой были явно где-то в другом месте, да еще и занимали места на первом ряду, заставляли его чувствовать неуважение к своему предмету.

Если бы этот парень не приходился двоюродным братом Дуань Сяобаю, он бы давно позвал охрану разобраться и не стал бы тратить на него ни единого слова.

Шэнь Лан хотел выяснить, неужели университетская охрана так запросто пускает кого попало, куда это годится.

Лицо Дуань Баобао слегка покраснело, явно возбужденное тем, что Шэнь Лан заговорил с ним: Меня провел младший дядя со стороны моего второго дяди.

Он вице-ректор.

Шэнь Лан внезапно вспомнил слухи в их кругах о том, что он смог поступить в престижный вуз благодаря тому, что Дуань Сяобай прикрыл его по знакомству. Именно так оно и было.

Не говоря больше ни слова, Шэнь Лан развернулся и ушел.

Дуань Баобао проявил молниеносную реакцию и тут же увязался следом:

Брат Лан, ой нет, учитель Шэнь, слушал вашу лекцию впервые, это просто невероятно!

Юноша смотрел на него полными восхищения глазами, неотступно следуя по пятам и ничуть не скрывая своего благоговения.

Проходившие мимо преподаватели и студенты не удивлялись — они давно уже привыкли к подобному.

Шэнь Лан остановился: Не ходи за мной.

Если бы он познакомился с этим юношей в обычных обстоятельствах, он бы счел его просто искренне восхищающимся им и жаждущим знаний парнишкой и, безусловно, был бы с ним приветлив.

К сожалению, при их первой встрече от того исходил легкий запах алкоголя, в глазах играли легкомысленные искорки, а каждое движение источало профессионально натренированное соблазнение, из-за чего он никак не мог воспринимать его как простого студента, стремящегося к учебе.Не говоря уже о старшеклассниках, сейчас даже дети в средней школе созревают рано.

Но чтобы до такой степени — такое он видел впервые.

— Что такое, братец Лан, это Баобао вас разозлил?

У паренька были алые губы и белые зубы, а в огромных наивных глазах стояла обида. Он покосился на талию профессора Шэня, а затем провёл взглядом ниже, на ноги.

Ростом он был невысокий, на голову ниже Шэнь Лана. Возможно, тело еще до конца не сформировалось, хрупкий и нежный, он выглядел этаким мужским воплощением Линь Дайюй.

Среди девушек такие парни, пожалуй, не внушают чувства безопасности и не пользуются особой популярностью.

Но в глазах любителей доминировать он был похож на колышущийся в ночи самый яркий цветок, сорвать который хотелось каждому.

Дуань Баобао, конечно, прекрасно знал о своем обаянии.

С обиженным видом прижимая к груди учебник, он перевел на Шэнь Лана взгляд — полный то ли немого упрека, то ли робкой боязни.

Шэнь Лан даже не посмотрел на него.

Честно говоря, ему было стыдно. Этот сорванец наверняка уже познал плотские радости: раньше Дуань Сяобай вечно ставил в пример своего несовершеннолетнего двоюродного брата, приговаривая, мол, посмотри на ребенка — в четырнадцать лет уже завел парня, в пятнадцать сменил целую охапку партнеров и давным-давно лишился девственности.

А теперь взглянем на него самого.

Шэнь Лан изначально не испытывал по поводу собственной невинности никаких особых чувств, даже слегка гордился этим, но со временем, под постоянным моральным давлением Дуань Сяобая, постепенно начал думать, что, пожалуй, возможно, в конце концов, наверное... ему больше не хочется оставаться девственником.

Если бы Шэнь Лан открыто заявил о своей ориентации и о том, что он не универсал и не омега, то толпа преследующих его красавцев наверняка заполнила бы всю улицу.

Однако он не хотел этого.

Внешне он выглядел бесстрастным аскетом, но в душе лелеял крайне романтичные фантазии о любви.

Никаких свиданий вслепую — только случайные встречи.

Он был слишком занят работой и не имел времени.

Замкнутый круг.

Сегодня его потревожили бесцеремонным флиртом и преследованием со стороны старшеклассника, и, вспомнив обо всем этом, он почувствовал себя как на иголках.

Встретить кого-то, в кого влюбишься с первого взгляда, было, пожалуй, трудно, а вот утолить собственное любопытство — вроде бы не так уж сложно.

Тот, кто дома, возможно, годился для этого рискованного эксперимента.

Шэнь Лан вспомнил про своего робота.

Силы робота по имени Цзянь Чао в значительной степени восстановились: раньше он приходил в себя только к полудню, а теперь мог открыть глаза вскоре после того, как извращенец уходил.

Тело все еще чувствовало усталость, но периоды бодрствования постепенно увеличивались.

Судя по всему, всего через несколько дней он сможет выходить на улицу самостоятельно.

Воспользовавшись тем, что никого нет рядом, он включил телевизор, убавил звук до нуля и вгляделся в субтитры. Не имея при себе мобильного телефона или средств связи, телевизор оставался для него единственным способом узнать, что происходит во внешнем мире и как обстоят дела с его исчезновением.

Телевизор не подвел.

Стоило только включить его, как в эфире передали громкую новость двухнедельной давности об исчезновении президента корпорация Цзянь.

И это еще по телевизору — в интернете комментарии и летящие реплики уже давно бы заполонили весь экран.

Например:

Да вы хоть фотографию пропавшего покажите! Черный квадрат и огромный вопросительный знак посередине — даже если у меня будет желание помочь и предоставить зацепку, от чего отталкиваться?

Цзянь Чао слушал мрачный репортаж.

Казалось, не хватало лишь официального некролога.

То, что его не нашли — это одновременно и плохо, и хорошо.

Он сам не знал, где сейчас находится, но совершенно точно — в пределах страны.

Дядя и остальные наверняка изо всех сил пытались его отыскать, но вот те двое — далеко не факт.

При мысле о том, что его нынешнее положение с наибольшей вероятностью было делом рук именно той компании, в глазах Цзянь Чао мелькнула убийственная холодность.

Дверь открылась.

Шэнь Лан вернулся раньше времени.

Войдя в гостиную, он похлопал себя по карману, словно принимая судьбоносное решение, и не раздумывая направился в спальню.

Период бодрствования Цзянь Чао на этот раз наступил раньше, но вот фаза отключки оставалась прежней: стоило векам поддаться команде таймера о разрядке батареи, как они становились тяжелыми, как тысяча цзиней, и разомкнуть их уже не удавалось.

Судя по звукам снаружи, вернулся кто-то один, и его напряженное сердце немного расслабилось.

Вспоминая всё, что этот извращенец вытворял в последнее время... кажется, ничего по-настоящему ужасного тот так и не совершил.

Хотя нет, мерзостей он натворил с избытком, но по сравнению с извращенными фантазиями, роившимися в его собственной голове, это казалось относительно безопасным.

При этой мысли в самом центре груди вдруг слегка зачесалось.

Противные такие, липкие щекочущие ощущения.

Мужская рука прикасалась к этому месту — сам он никогда особо там ничего не трогал, разве что во время мытья быстро окатывал водой, до чего же отвратительно.

К счастью, еще через несколько дней он незаметно для всех отсюда выберется, а потом вернется, чтобы поквитаться за перенесенное унижение.

Он как раз утешал себя тем, что повстречавшийся ему извращенец не отличался особой жестокостью в своих извращенных методах и замашках, как вдруг одеяло резко откинули.

Шэнь Лан вытащил купленную в маске коробочку, крепко сжал зубы и вскрыл упаковку.

Звук раздался совсем близко, прямо над ним, и только что успокоившееся сердце Цзянь Чао мгновенно подскочило к самому горлу.

Шэнь Лан на этот раз принял окончательное решение: именно сегодня он собирался попробовать.

От такой высокотехнологичной вещицы вряд ли у каждой штуки есть брак с утечкой тока.

К тому же этот презерватив был пластиковым, значит, по идее, должен быть изолятором?

Сначала нужно проверить.

Вжик —

Звук разрываемого жесткого пластика.

Сердце Цзянь Чао, только что взлетевшее вверх, достигло предела.

Вчера раздавался точно такой же звук, за которым последовал стыдный до крайности неприличный предмет нижнего белья, этот звук...

Цзянь Чао изо всех сил попытался открыть глаза, изо всех сил напрягся, и его усилия вознаградились: в поле зрения вновь туманно проступил крошечный уголок.

Квадратная маленькая синяя упаковка, по краям зубчики, сверху рисунок.

Если бы и теперь не дошло, что это такое, особенно когда мужчина достал оттуда мягкое колечко со смазкой, которое медленно растягивалось, точно воздушный шарик...

Да любой дурак понял бы.

Дело труба.

У Цзянь Чао перед глазами потемнело.

http://bllate.org/book/26355/3155163