Готовый перевод My Rival Is Beautiful and Sweet / Мой враг — само очарование: Глава 15

Плюшевая игрушка и грозный генеральный директор совершенно не подходили друг другу.

Чэнь Цзинь широко раскрыл рот и остолбенел на добрую половину минуты, прежде чем прийти в себя. Вэнь Я тут же произнесла:

— Наверное, у генерального директора Хэ дома есть ребёнок? Такая вещица отлично подойдёт малышу.

— Нет, — неожиданно ответил Хэ Сичжоу. — Я всё ещё холост.

Чэнь Цзинь перевёл взгляд на Шэнь Сюйфэя, а тот широко распахнул глаза с самым невинным видом.

Немного побродив по супермаркету, компания купила кое-какие предметы первой необходимости. Шэнь Сюйфэй нёс пакеты, а Хэ Сичжоу отвёз их домой на машине. Он довёз Шэнь Сюйфэя прямо до входа в жилой дом.

— Спасибо, — сказал Шэнь Сюйфэй.

Хэ Сичжоу окликнул его уже вышедшего из машины:

— Забыл игрушку на заднем сиденье.

Солнце клонилось к закату, и небо заволокло тонкой пеленой ослепительного алого зарева.

На лице Шэнь Сюйфэя промелькнуло изумление. Какое-то время он ошеломлённо смотрел на сидевшего в машине мужчину, который слегка наклонил голову, и наконец переспросил:

— Мне?

Хэ Сичжоу кивнул.

Шэнь Сюйфэй понятия не имел, что у того на уме. За последние дни этот бывший соперник в любви начал казаться ему всё более странным. Хорошенько всё обдумав и взвесив, он всё же отказался:

— Не заслужил — не принимай дар. Спасибо, что подвезли, генеральный директор Хэ. Раз уж это ваша любимая вещь, вам, конечно, стоит оставить её себе. Я пошёл наверх.

Хэ Сичжоу проводил взглядом его удаляющуюся спину через зеркало заднего вида.

Шэнь Сюйфэй был похож на крайне осторожного котёнка: стоило лишь чуть-чуть его подразнить, как он тут же с готовностью откликался, но как только стоявший рядом серый волк показывал зубы, с невероятной ловкостью прятался обратно в своё убежище.

Шэнь Сюйфэй разложил по местам все покупки и немного прибрался в квартире.

Сегодня генеральный директор Хэ вёл себя слишком странно. Сам Хэ Сичжоу представлял собой кровожадного и жестокого волка. В те дни, когда его звериная сущность не давала о себе знать, он неизменно оставался ледяным и обладал подавляющей аурой, источая вокруг себя отталкивающее предупреждение: «не подходи». Шэнь Сюйфэй искренне считал, что раз уж в своё время Чэнь Цзинь мог с ним дружить, то лишь потому, что сам Чэнь Цзинь был простоваст.

Поэтому Шэнь Сюйфэй бдительно защищался от всех возможных угроз, проявляя крайнюю осторожность именно из опасения, что эта злая волка утащит куда-нибудь его драгоценного Чэнь Цзиня.

Но в итоге наивный и глуповатый Чэнь Цзинь с молниеносной быстротой нашёл себе девушку, обручился и умчался прочь. Шэнь Сюйфэй столько лет бдительно нёс свою вахту, дрожа от страха, как бы Хэ Сичжоу не пустил в ход когти и не затеял какую-нибудь коварную интригу, однако противник вообще не стал нападать.

На самом деле Хэ Сичжоу уже приготовил красные розы и кольцо, но из-за его неожиданных действий Чэнь Цзинь даже не успел толком во всём разобраться и просто решил, что тот всего лишь шутит.

Шэнь Сюйфэй прилагал все усилия, чтобы изменить свою судьбу омеги: признавая существование природных инстинктов, он сохранял трезвость рассудка, стремясь отыскать настоящую любовь. Вот только в конце концов его сокрушило то, что сам партнёр ничего к нему не испытывал и не видел в нём никого особенного.

Даже сегодня, глядя на помолвку Чэнь Цзиня, Шэнь Сюйфэй понял, что и у него самого не осталось никаких чувств. Дружеская привязанность никуда не делась, но трепета в сердце больше не было. Раньше он думал, что они с Чэнь Цзинем просто слишком близко знают друг друга и больше похожи на родных людей, которые понимают друг друга с полуслова, поэтому и общались всегда спокойно, как братья, никогда не испытывая романтического волнения. Но, возможно, с самого начала это была вовсе не любовь, а лишь привязанность.

Шэнь Сюйфэй приготовил себе два простых блюда, и оба получились вполне вкусными.

В обычные дни у него было мало развлечений: закончив с работой, он смотрел фильмы или играл в видеоигры. Вечером, приняв ванну и высушив феном волосы, он взглянул на телефон и обнаружил несколько пропущенных вызовов от Отца Шэня.

Немного поразмыслив, Шэнь Сюйфэй всё же перезвонил.

…

Семья Шэнь изначально разбогатела на внезапно свалившихся деньгах.

Покойная жена Шэнь Лянпина, Чан Мэй, происходила из некогда гремевшей на всю округу семьи Чан с богатыми литературными традициями. Благодаря этому браку Шэнь Лянпин обзавёлся множеством полезных связей и значительно расширил круг знакомств. Позже, сколотив состояние на буме недвижимости благодаря вливанию достаточного капитала, он в один миг взлетел на вершину успеха и вошёл в ряды высшего света.

Разумеется, семья Шэнь не была родовитой аристократией. Высшее общество на самом деле было крайне закрытым, и чтобы пробиться туда, требовались не только деньги. Представители элиты образовывали собственные замкнутые круги общения и питали сильнейшее отвращение к чужакам, особенно к выходцам из крестьянских семей вроде клана Шэнь.

Всю свою жизнь Отец Шэнь отчаянно стремился ворваться в высший свет и стать всеобщим кумиром среди богачей.

Однако несколько дней назад из-за провала небольшого проекта и выхода из дела нескольких старых акционеров финансовая цепочка предприятия внезапно рухнула.

Шэнь Лянпин слишком торопился: оборотных средств компании оказалось недостаточно, а долгосрочные инвестиции нельзя было трогать, в результате чего продолжение последующих этапов работ застопорилось. За последние дни он измотал себя до предела, и всего за пару дней его лицо осунулось ещё сильнее, а на висках прибавилось седины.

Отложив в сторону контракт, он сидел в гостиной роскошного особняка и тяжело вздыхал:

— Если так пойдет и дальше, и нам не удастся привлечь средства, положение компании может стать ещё хуже.

Хотя сидевшая рядом Ли Цянь ничего не смыслила в делах, она прекрасно понимала, что слова Шэнь Лянпина охудшении ситуации были лишь мягкой оценкой, а самым страшным исходом станет банкротство фирмы.

Когда-то она приложила все мыслимые усилия и пошла на любые хитрости, лишь бы выйти замуж за Шэнь Лянпина, и всё ради его потенциала. По мере того как росло состояние Шэнь Лянпина, она тоже превратилась в богатую госпожу, которая могла похвастаться перед подругами своим высоким положением.

Она абсолютно не желала крушения семьи Шэнь.

Сделав паузу, Ли Цянь тактично произнесла:

— Лянпин, помнишь клан Юй? Их Юй Минюань уже в солидном возрасте, и в последнее время родители подыскивают ему пару. Требования у них довольно высокие, они хотят найти омегу.

Отец Шэня ответил:

— У клана Юй такое влияние, что стоит слухам разойтись, как толпы омег сами выстроятся у их порога.Ли Цянь также услышала об этом, когда пила послеобеденный чай с матерью Юй, и, услышав сказанное, лишь улыбнулась. Отец Шэня мгновенно понял, что она имела в виду.

…

Шэнь Сюйфэй вернулся домой уже на следующий день. Отец Шэня завтракал и, увидев его, произнес: Сначала присядь. Ты уже завтракал? Если нет, то садись и перекуси.

С тех пор как Шэнь Сюйфэй изменил свои планы на будущее и вместо управления бизнесом выбрал педагогику, Шэнь Лянпин был им крайне недоволен и никогда прежде не разговаривал с ним таким спокойным и доброжелательным тоном.

Вскоре отец Шэня уехал на совещание в компанию. Дома никого не осталось, и Шэнь Сюйфэй хотел выйти прогуляться, но его преградил путь дворецкий. Дворецкий сказал: Господин Шэнь сказал, что скоро вернется, прошу старшего молодого господина набраться терпения и подождать его дома.

Только тогда Шэнь Сюйфэй узнал, что у семейного бизнеса возникли проблемы с движением денежных средств.

С того момента, как он решил сменить специальность и стать учителем, он разорвал все связи со всеми компаниями под управлением семьи. Дела Семьи Шэнь были ему не под силу, да он и не хотел в них вмешиваться. Шэнь Сюйфэй поднялся, собираясь уйти, но был остановлен телохранителями, которых отец Шэня предусмотрительно расставил у дверей.

Шэнь Сюйфэй нахмурился, плотно сжав губы. Его взгляд был свирепым и холодным — эта холодность отличалась от отстраненного, высокомерного величия Хэ Сичжоу. Это был холод, расползающийся от самых пят по всему телу, подобно обвивающейся вокруг жертвы ядовитой змее.

В его характере отчетливо проступали решительность и хладнокровие — шрамы, оставленные сценой самоубийства матери и тем, что отец женился снова спустя всего полгода, бесконечное множество раз вызывали в нем отчаяние.

Телохранители тоже почувствовали страх, ведь перед ними был старший сын Шэнь Лянпина, как ни крути, старший молодой господин Семьи Шэнь.

В этот момент вернулся Шэнь Лянпин. Нахмурившись, он бросил: Что за истерики на пороге? Быстро заходи внутрь.

Шэнь Лянпин достал из портфеля несколько отчетов с совещаний и, приведя их в порядок, как бы невзначай спросил: Сюйфэй, ты ведь уже не ребенок. Я нашел для тебя подходящую партию, что скажешь о клане Юй? У них развлекательный бизнес, и у них есть сын-альфа по имени Юй Минюань.

Шэнь Сюйфэй сидел на диване, его выражение лица оставалось ледяным, а на губах заиграла насмешливая улыбка: Я не стану выходить замуж за того, кто мне не нравится.

Отец Шэня ответил кротко и ласково: Чувства придут со временем, стоит лишь начать общаться, разве нет?

Шэнь Сюйфэй посмотрел на него и заметил, что отец Шэня действительно выглядит хуже, чем прежде, и у него прибавилось седых волос — очевидно, из-за недавних хлопот. Он сказал: Не буду тратить время на пустые слова. Вы ведь хотите, чтобы я заключил этот брачный союз, верно?

Отец Шэня вытаращил на него глаза: Что? Опять не хочешь меня слушаться?

Шэнь Сюйфэй насмешливо ответил: А когда я вообще вас слушался?

Его лицо было красивым, но из-за своей яркости казалось слишком острым, словно колючим. Люди часто находили его поведение чересчур вызывающим. Сейчас он смотрел на отца Шэня, а уголки его губ кривились в презрительной ухмылке.

Отец Шэня мгновенно пришел в ярость: Ты… ты никогда меня не слушаешь, я зря тебя растил!

Отец Шэня внезапно вскочил и бросился к нему. Шэнь Сюйфэй дернулся и поспешно отскочил в сторону, опрокинув и разбив стеклянную чашку на краю стола. Шум поднялся такой, что вернувшиеся Ли Цянь и Шэнь Хуахао поспешили наверх, чтобы разнять их.

Отец Шэня, хватаясь за сердце от гнева, тяжело дышал, поддерживаемый Шэнь Хуахао и Ли Цянь.

Дело вовсе не в том, слушаюсь я или нет.

Шэнь Сюйфэй был беспощаден. Его холодное лицо не дрогнуло ни на миг, а красивые глаза оставались пустыми, словно у фарфоровой куклы. Он отчеканил каждое слово: Даже не думайте использовать меня как инструмент для прокладывания пути вашей бизнес-империи, я не согласен. Даже если придется удалить железы и лишиться репродуктивной системы, я не выйду замуж за чужого мне альфу.

Важность желез для омеги была очевидна: их удаление означало навсегда лишиться феромонов и периодов течки, что неизбежно вело к резкому истощению организма и даже смерти. Не говоря уже о репродуктивной системе.

Он давно решил: если отец Шэня действительно вздумает использовать его ради выгоды, он пойдет на крайние меры, пусть даже ценой собственного разрушения.

…

Шэнь Цзе проходила стажировку в филиале Корпорации Хэ в городе С. Крупная компания не собиралась проявлять снисходительность или доброту только из-за того, что она была из богатой семьи. В итоге за неделю Шэнь Цзе и другие стажеры совершенно выбились из сил, а их самооценка была растоптана в пух и прах.

Шэнь Цзе каждый вечер засиживалась допоздна за работой, а по утрам, едва успев прийти, тут же получала от начальника новую кипу документов. Шэнь Цзе, обнимая стопку бумаг, побежала вниз, чтобы сделать копии, но в холле ее остановили: Большой босс пришел, не бегай тут попусту!

Хэ Сичжоу каждую неделю приезжал в филиал на собрание акционеров. Его одежда была безупречна, волосы гладко причесаны, открывая широкий лоб. Лицо с четкими контурами и резкими чертами казалось пугающе красивым: прямой нос, жесткая линия губ. В дорогом костюме, с длинными ногами, он излучал мощную и властную ауру.

Шэнь Цзе утром так торопилась, что почти не накрасилась, даже помаду не нанесла, волосы просто стянула назад, а ее рубашка после вчерашнего вечера выглядела помятой. Она подняла голову из толпы и почувствовала себя замарашкой-Золушкой.

А человек напротив был красив, как принц на белом коне, сильный и зрелый.

Пока Хэ Сичжоу заходил в лифт, сотрудники холла забегали, принимаясь за работу. Шэнь Цзе поспешила к девушке на ресепшене и спросила: Скажите, а кто это был… только что, этот большой босс?

Девушка на ресепшене ответила: Это же господин Хэ из головного офиса. Он недавно вернулся из-за границы с проверкой, ты, наверное, не слышала, он сейчас глава клана Хэ.

http://bllate.org/book/26320/3151583