Готовый перевод Farming at the Villain's Home Interstellar / Звёздная ферма в логове злодея: Глава 9

Крупная ладонь с отчётливо выступающими суставами легко качнулась, и с кончиков пальцев Калуна сорвался бледно-синий пламень.

Это были зачаровывающие холодные языки пламени, таящие в себе невероятный, обжигающий жар. Именно за это, ещё до вступления в легион, он получил прозвище Серебряный Жнец. Обманчиво холодное и прекрасное, это пламя мгновенно обожгло бы любого, кто осмелился бы подойти хоть немного ближе. Опустив взгляд, он заметил, как Ванфэй с завороженным видом уставился на его огонь, и невольно чуть изогнул губы в улыбке. Лицо его озарилось гордостью, а в груди разлилось пьянящее чувство превосходства.

Теперь-то Ванфэй наверняка понял, насколько он силен!

И надо же было такому случиться — заставить его жарить яйца.

Глядя на огонь, возникший прямо из воздуха на кончиках пальцев Калуна, Нин Сиче неожиданно почувствовал какое-то почти научное родство.

Бледно-синее пламень — вылитая конфорка газовой плиты!

— Как именно жарить? — спроил Калун.

— В идеале мне нужно, чтобы пламя окутывало его со всех сторон, но не касалось самого противня, вот на таком примерно расстоянии, — Нин Сиче показал на пальцах, поскольку на кухне не было ни духовки, ни даже простейшей печи. — Сможешь что-нибудь придумать?

— Без проблем.

Калун взял противень и, выдержав требуемую дистанцию, заставил огонь окружить посуду, находясь в идеальном балансе — не слишком близко, но и не далеко.

Языки пламени лизнули его смуглую тыльную сторону ладони, словно лёгкий весенний ветерок, не оставив и следа.

Нин Сиче хотел было подобраться поближе, чтобы рассмотреть всё получше, но стоп-градусная жара быстро отбила у него это желание. Прогрев противень, он выждал ровно три минуты готовки и водрузил блюдо на кухонный стол. Пышные белоснежные белки пропеклись до нежно-голубого оттенка, края стали чуть темнее, а взбитые пики торчали в беспорядке, напоминая облака, случайно схваченные прямо с небес. Желтки остались полужидкими, а по кухне плыл роскошный аромат.

Поскольку в роли печи выступал живой человек и жар можно было регулировать в любой момент, это была самая удачная попытка Нин Сиче приготовить облачные яйца.

Он слегка присыпал блюдо перцем — вышло невероятно аппетитно на вид, цвет и запах.

В глазах Нин Сиче самые простые в приготовлении облачные яйца выглядели сейчас точь-в-точь как долгожданный пир для человека, проведшего три дня впроголодь.

Бульк.

Бульк.

…М?

Звук сглатываемой слюны повторился, и Нин Сиче обернулся, встретившись взглядом с Калуном.

Этот офицер с резкими, красивыми чертами лица с самого момента их встречи хранил каменное выражение лица, щеголяя той же неизменной физиономией гробовой плиты, что и у начальника штаба. Когда речь заходила о еде, он возносил питательные смеси до небес, по-видимому, не пробовав за всю свою жизнь ничего, кроме горького вкуса. Сейчас же он в упор пялился на тарелку с облачными яйцами, уставившись на них во все глаза. Всё его горячее желание поесть буквально читалось на лице, но ему мешали и собственные недавние громкие слова, и тот факт, что перед ним находился Ванфэй. Пусть даже и инородец, но всё же получлен королевской семьи, а разница в социальном положении обязывала — он не смел сам просить о еде.

Только вот…

Как же чертовски вкусно пахло!

Эти заурядные сталекрылые цветные курицы несли просто невероятно, дьявольски ароматные яйца!

Для Калуна, как и для многих аогуанцев, существовал лишь один критерий ценности Звездных зверей — их сила.

Чем сильнее был Звездный зверь, тем лучше получалось его звериное ядро, и тем мощнее оно проявляло себя, будучи внедренным в оружие.

Подобные слабые создания вроде сталекрылых цветных куриц, годившиеся разве что в качестве игрушечных боевых питомцев для малышей, не представляли ни малейшей ценности. Раньше, встретив их на рынке или в дикой природе, Калун даже не удостоил бы их взглядом. Но теперь, после обработки стараниями Нин Сиче, они превратились в нечто неотразимое, заставляющее даже его Духовную силу трепетать от слабых, неконтролируемых волн.

У Нин Сиче было три огромных яйца сталекрылой цветной курицы, но использовать их все для облачных яиц он не планировал.

Посмотрев на только что приготовленные облачные яйца, он мысленно обратился к системе: [Можно ли убирать уже приготовленную еду в пространственное хранилище?]

Система ответила: [Да. Как только вы поместите её туда, система одновременно внесет рецепт в межзвездную кулинарную книгу и выдаст соответствующую награду в виде баллов.]

Услышав это, Нин Сиче аккуратно переложил два облачных яйца в миску и спрятал их в пространстве.

Калун: «!»

Пять штук вмиг уменьшились до трех, и он одновременно испугался и искусал все локти от зависти.

Это было настоящее мучение: его стальная воля подверглась жесточайшему испытанию за всю историю, и он поспешно отвернулся, чтобы не бередить душу — с глаз долой, из сердца вон.

Система: [Блюдо [Облачные яйца] внесено в каталог, награда в виде баллов начислена.]

Нин Сиче бегло взглянул на экран — в списке межзвездной кулинарной книги и вправду загорелся новый пункт.

[Облачные яйца]

Ингредиенты: одно яйцо сталекрылой цветной курицы, щепотка перца и соли

…

Способ приготовления в точности повторял только что проделанные им манипуляции.

Ранее полностью обнуленные баллы вернулись к жалкому числу 50. Закрыв системную страницу, Нин Сиче аккуратно зачерпнул ложкой одно облачное яйцо, переложил его в пиалу и поднял взгляд на Калуна.

Перед ним виднелась лишь упрямая, крепкая спина.

Он невольно усмехнулся и ткнул Калуна в плечо:

— Поворачивайся давай.

— Каковы будут указания Ванфэя?

Повинуясь приказу, Калун развернулся. Его голос звучал жестко, по слогам, но вовсе не из-за того, что он нарочно изображал холодность.

Он боялся расслабить язык и случайно пустить слюни.

Запеченный аромат желтков висел в воздухе и не думал рассеиваться. Обостренные чувства аогуанца заставляли его чувствовать себя так, словно он угодил в ад недоступных его жажде яичных желтков. В его голове уже мелькала мысль: а нельзя ли яйца сталекрылых цветных куриц есть сырыми? В следующий раз, отправляясь на карательное задание в Безмолвный Лес, надо будет обязательно попробовать сырыми.

— Держи, попробуй. Спасибо, что побыл моим телохранителем сегодня.

Нин Сиче сунул в руки опешившему Калуну пиалу с облачным яйцом, а сам, не говоря больше ни слова, уселся за свою порцию.

Он быстро зачерпнул еду палочками и отправил в рот, не придавая блюду статуса какого-то редкого деликатеса.

Облачные яйца были просты в приготовлении и красивы внешне, но на вкус — ничего особенного. Пик их вкуса приходится на самый момент готовки, а лучше всего они сочетаются с поджаренными тостами.

Эх, ладно, сойдет и так.

После перемещения в книгу это была его первая нормальная еда, так что он уже был доволен.

Приняв из рук Ванфэя глубокую фарфоровую пиалу, Калун замер на месте, словно пораженный молнией.

Впрочем, организм аогуанца обладал такой выносливостью, что удар молнии толщиной в человеческое тупило ничем не отличался для него от электрического спа-салона: ни боли, ни зуда, даже приятно. Сжимая пиалу в руках, разум твердил ему, что нужно вернуть еду назад — ведь он только что в открытую высмеивал неуклюжие движения Ванфэйя при взбивании яиц, считая подобную кулинарию с её ничтожной питательной ценностью полной бессмыслицей…

Но как же безумно хотелось есть!

Его честное тело уже само собой зачерпнуло ложкой кусочек пышного белка и отправило в рот.

Обычно питательную смесь просто вливали в горло, не тратя время на сам процесс еды. Изредка, отправляясь в дальние экспедиции и страдая от нехватки пайка, они прямо зубами разрывали плоть Звездных зверей и пили кровь вместо воды, измазавшись ею с ног до головы… И если другие планеты считали их дикарями, пьющими кровь и пожирающими сырое мясо, то в этом действительно была доля правды. Готовым на огне запекали лишь мясо, предназначавшееся для королевской семьи; военным не к чему было проявлять такие изнеженности, эффективность превыше всего.

Настоящая же еда требовала не только правильного вкуса, но и текстуры, которая играла важнейшую роль.

Помимо аромата, крупицы черного перца добавляли мягкой текстуре белка пикантные нотки покалывания.

Стоило слегка вдохнуть, как слегка вздернутый край белка скатывался прямо на язык.

У Калуна округлились глаза, а бушующая Духовная сила окатила сидевшего рядом слабого Ванфэя столь мощной волной, что Нин Сиче даже закашлялся.

— Ах, простите! Я, я, я… я не рассчитал…

Калун сыпал извинениями, поспешно пряча Духовную силу так глубоко, чтобы не выдать и малейшего луча.

Нин Сиче отмахнулся, показывая, что не сердится.

Подумав о том, что этот парень почти всю жизнь пил горькую питательную смесь, он проникся к нему сочувствием — дело житейское.

Поблагодарив Ванфэя за снисходительность, Калун с шумом сглотнул слюну и зачерпнул еще ложку, на этот раз захватив полужидкий желток. Во рту растеклась обжигающая волна, словно на губах и языке прошел ливень из пурпурных звезд. Еда была настолько нежной, что он чуть не проглотил собственный язык — желток оказался даже вкуснее белоснежных краев!

Это было просто…

Сокровище, спрятанное среди белоснежных снегов.

Раньше он презирал жесткие крупинки черного перца за то, что они царапают язык, но сейчас эта легкая шершавость вовсе не причиняла боли. Напротив, казалось, что мягчайшее облако обнажило свои молочные зубки, а необычные вкусовые ощущения заставляли Калуна терять голову. Ложка за ложкой — о пресыщении не было и речи, ему отчаянно хотелось добавки!

Но крошечная пиала облачного яйца была до смешного мала.

Даже поедая его с предельным трепетом, Калун опустошил её в мгновение ока.

Уставившись на затылок Нин Сиче и полагая, что со слабыми силами Ванфэя тот ни за что не заметит происходящего за спиной…

Калун поднял пиалу и кончиком языка принялся тщательно вылизывать остатки яичной смеси со дна.

Он не оставил на стенках ни единой песчинки перца.

Нин Сиче ел не с таким трепетом. Утром он не пил питательную смесь, а после полуденной прогулки потратил уйму сил, и теперь, проголодавшись донельзя, управился со своими облачными яйцами в два счета. Обернувшись к Калуну, чтобы сообщить о подготовке к следующему блюду, он в самый неподходящий момент застал того за вылизыванием дна пиалы.

Калун: «…»

Нин Сиче: «…»

До него дошло: его застали за постыдным занятием — вылизыванием тарелки!

Огромная волна стыда пронеслась по его позвоночнику электрическим разрядом, и на макушке и спине тут же выскочили заостренные звериные ушки и пушистый хвост.

Ну всё, теперь позор был полным.

Даже истинную звериную сущность испугом выбило наружу.

— Эм… вкусно? — не выдержал Нин Сиче.

— …Вкусно, тквк, — выдавил Калун.

— У тебя тут ушки…

Не успел Нин Сиче договорить, как пара мягких черных звериных ушей и хвост на голове Калуна в тот же миг исчезли без следа. Мрачным голосом он бросил:

— Простите… об этом нельзя говорить пришельцам с других планет.

Только что поев чужой еды, он уже был вынужден скрывать от дарителя тайны, и на душе у него скребли кошки.

Нин Сиче не придавал этому особого значения — он и сам оставался здесь чужаком, к тому же у каждого имелись свои секреты.

— Ничего страшного, тогда не будем об этом. Давай лучше займемся следующим блюдом.

— Следующим?

Услышав, что впереди ждет еще одна готовка, Калун вытаращил глаза.

Если присмотреться, можно было заметить, как его абсолютно черные зрачки начали сужаться, превращаясь в тонкие вертикальные щелочки:

— Оно будет таким же вкусным?!

Нин Сиче задумался. Среди блюд из яиц облачные яйца выглядели эффектнее всего, но по части вкуса звезд с неба не хватали.

Он начал с них исключительно из-за простоты и скорости приготовления.

Улыбнувшись, Нин Сиче сказал:

— Вкуснее этого.

Зрачки Калуна окончательно превратились в тонкие линии.

Вкуснее предыдущего? Разве такое возможно?

То блюдо было лучшим из всего, что он когда-либо пробовал!

— Скорее делай, я буду помогать.

С этими словами Калун в качестве демонстрации выпустил на кончиках пальцев синее пламя.

Его послушный и покладистый вид напоминал покемона, только что пойманного в мастербол. Не удержавшись от любопытства, он спросил:

— А что еще… можно приготовить из яиц сталекрылой цветной курицы?

Заметив сверхъестественное предвкушение на лице Калуна, Нин Сиче вдруг сообразил, что название «Помидоры, обжаренные с яйцами» звучало не слишком-то изысканно.

Поразмыслив пару секунд, он вспомнил интернет-мем из какого-то паблика в WeChat, прочитанный еще до попадания в книгу:

— Я приготовлю французские сладко-кислые ломтики томатов с гранулами масляного яйца.

http://bllate.org/book/26269/3146597