Готовый перевод HATCH / Выход: Глава 27

— Судя по тому, как рьяно ты его защищаешь, вы с этим Хон Сонджэ, должно быть, довольно близки.

— Да нет у меня близких людей. Просто если я свалю всю вину на второго пилота, чтобы самому выйти сухим из воды, потом от стыда не смогу людям в глаза смотреть. Да и весь экипаж после такого перестанет мне доверять. Вы ведь бизнесмен, дедушка. Если бы подобное случилось с другим капитаном, вы бы потребовали ответа именно от него. Посмотрите на ситуацию объективно.

— И ты, прекрасно понимая всё это, всё равно устроил скандал?!

— Поскольку я тоже к этому причастен, вы бы в любом случае замяли дело. Я прекрасно знаю, как вы привыкли решать подобные проблемы.

— Ах ты…!

Старик замолчал, пытаясь справиться с яростью и восстановить дыхание. Затем снова впился в Тэджу колючим взглядом.

В любом конфликте преимущество в конечном счёте оказывается у того, кто больше заинтересован в его разрешении и потому первым готов уступить. Председатель Мун продолжал смотреть на внука так, словно тот был чем-то отвратительным, но в конце концов всё же признал поражение и жестом подозвал начальника Ана.

— Раз этот упрямец сам явился сюда, значит, тот сотрудник ему действительно дорог. Отмени приказ об отстранении Хон Сонджэ. Пусть отдел по связям с общественностью приложит все усилия, чтобы уладить дело с минимальным ущербом для компании. Ты ведь говорила, что у вас есть запись происшествия?

— Да, председатель.

— Смонтируйте её так, чтобы она выставляла нас в выгодном свете. Опубликуйте в интернете и передайте СМИ. Сделайте всё как следует. Посмотрим, на что способен начальник Ан.

Всё произошло именно так, как и предполагал Тэджу: дед решил уступить ему в этом вопросе, словно бросая кость, чтобы усмирить строптивого внука. Слово главы корпорации было законом, а начальник Ан к тому же был опытным и способным помощником, умевшим находить выход из сложных ситуаций.

Решив, что вопрос улажен, Тэджу коротко поклонился и направился к выходу. Но у самой двери его остановил хриплый голос старика:

— Обработай рану, прежде чем уйти. Нечего разгуливать в таком виде и позорить нашу фамилию.

Тэджу ничего не ответил и вышел из кабинета. Закрыв за собой дверь, он направился по коридору и за поворотом увидел бабушку. Она ждала его с тревогой на лице. Кровь на щеке ещё не успела засохнуть, и Тэджу, спохватившись, попытался отвернуться, но было уже поздно: бабушка заметила рану.

— Что у тебя с лицом? Это дедушка сделал?

— Нет, всё в порядке. Пустяки.

— Ну почему он не может просто поговорить?! Обязательно что-нибудь бросит. Когда же он наконец избавится от этой привычки?

— Разве вы забыли, что привычки с детства остаются на всю жизнь? Бабушка, смиритесь. Его уже не исправить.

Тэджу попытался отшутиться, но бабушка по-прежнему выглядела расстроенной. Она с болью смотрела на внука, однако не решалась прикоснуться к щеке, боясь занести инфекцию. Вместо этого лишь осторожно провела рукой в воздухе возле раны, словно пыталась погладить его, не касаясь кожи.

— Сначала нанеси мазь, потом уходи.

— Правда, ничего страшного. Мне нужно идти.

— Тебе настолько неприятно здесь находиться? Каждый раз приезжаешь и ведёшь себя так, будто не можешь дождаться, когда наконец уедешь.

— Я скоро приеду снова.

Тэджу не стал отрицать её слова. Казалось, бабушка и сама понимала, почему он не хочет задерживаться, поэтому молча пошла за ним. Когда она собралась проводить его до парковки, он решительно остановил её.

Парковка возле родового дома находилась снаружи, и отопления там не было. Бабушка выглядела нездоровой и сильно похудела — даже больше, чем в конце прошлого года. Тэджу не хотелось, чтобы она лишний раз выходила на холод и подвергалась порывам зимнего ветра.

— Не выходите.

— Ты уже навещал отца в этом году? Поздравил его с Новым годом?

— Собираюсь в ближайшее время.

— Наверное, хочешь съездить к годовщине его смерти. Верно? Ведь осталось совсем немного времени.

— Да.

— А в этом году ты опять поедешь в Америку? Не в колумбарий, где хранится прах твоего отца?

— Да. Думаю, теперь буду ездить туда и дальше.

— Почему? Ведь это так неудобно.

Тэджу не ответил. Он боялся случайно встретить там кого-нибудь из знакомых. Иногда, получив нечто слишком ценное для себя, человек вынужден отказываться от множества удобств, которые прежде считал само собой разумеющимися.

— Мне правда пора. Возвращайтесь в дом.

Тэджу явно не хотел продолжать этот разговор. Бабушка не стала расспрашивать его дальше и лишь ободряюще похлопала по спине. Он быстро покинул родовое поместье и сел в машину.

Посмотрев в зеркало заднего вида на рану на щеке, Тэджу почувствовал, будто силы окончательно покинули его. Он опустил голову на руль и долго оставался в таком положении.

✈ ✈ ✈

Сегодня вторым пилотом на рейсе Тэджу был не Сонджэ. Обычно при составлении расписания отдел планирования полётов учитывал предпочтения Тэджу и часто назначал их в один экипаж. Но на предполётный инструктаж вместе с ним пришёл другой второй пилот.

Начальник отдела, судя по всему, уже слышал об отстранении Сонджэ и явно хотел расспросить Тэджу о случившемся. Однако тот не стал рассказывать, что лично уладил вопрос и что Сонджэ вскоре вернётся к работе.

Тэджу мог не интересоваться чужими разговорами, но прекрасно знал, откуда берутся слухи и где они распространяются. Всё было очевидно: офис отдела планирования полётов, через который ежедневно проходили десятки и сотни членов экипажей, был настоящим рассадником сплетен. Подбрасывать им новые поводы для обсуждения Тэджу не собирался.

— И ещё. На сегодняшнем рейсе будет пассажир с обширными ожогами всего тела. Он летит за границу на операцию по пересадке кожи. Просто сообщаю вам, чтобы вы были в курсе.

— Понятно. Хорошо.

— Капитан Хан, ещё один вопрос…

Тэджу, подписывавший журнал, мельком взглянул на начальника отдела. Тот встретился с ним взглядом, но так и не решился задать вопрос, лишь шевельнул губами. Тэджу сделал вид, что ничего не заметил, и вместо этого указал на настольный календарь.

— Какой у меня график полётов на эти даты?

— На следующей неделе… У вас запланирован рейс во Франкфурт на пять дней.

— Можете освободить мне всю неделю?

— Да, конечно. Мы можем поставить вместо вас другого пилота, если…

— Освободите. И ещё забронируйте мне билет до Нью-Йорка.

— Простите, у вас что-то случилось? Обычно вы никогда не просите менять расписание. Но всякий раз, когда заказываете билет до Нью-Йорка, просите освободить для вас целую неделю.

Тэджу не нравилось, когда кто-то слишком хорошо знал, куда он ездит и как проводит время.

Разумеется, начальник отдела должен был знать все подробности, связанные с полётами, и это было совершенно естественно. Но отмена рейсов ради личной поездки относилась уже к частной жизни Тэджу. Даже если человек запомнил какие-то подробности благодаря хорошей памяти, приличнее было бы сделать вид, что он ничего не знает.

Тэджу слегка наклонился вперёд через стол и многозначительно посмотрел на начальника отдела.

— Начальник отдела, вы, похоже, проявляете ко мне особый интерес. Хотите настолько сблизиться, чтобы мы могли перестать соблюдать друг с другом всякие формальности? Может, тогда сразу начнём встречаться?

Начальник отдела заметно вздрогнул.

— А… Простите. Я позволил себе лишнее.

— Рад, что вы это понимаете. Впредь не допускайте подобного.

— Извините. Тогда, как и в прошлый раз, забронировать место в первом классе?

Тэджу слегка кивнул.

— Подтверждение бронирования, как обычно, отправлю вам на корпоративную почту.

— Стоимость билета выставьте отдельным счётом.

Забрав фуражку и чемодан, Тэджу первым направился к выходу. Молчаливый второй пилот последовал за ним.

✈ ✈ ✈

Над взлётно-посадочной полосой раскинулось ясное голубое небо. Солнце стояло высоко, и всё вокруг было залито ярким светом.

Чаён наблюдал за самолётами через панорамное окно и проверил время. Затем перевёл взгляд на монитор, где отметки воздушных судов складывались в узор, напоминающий созвездия. Самолёт Korean Air, на борту которого находился Хан Тэджу, приближался к аэропорту Инчхон.

Надев гарнитуру, Чаён прислушался к радиообмену в ожидании запроса на посадку. Обычно с диспетчерской вышкой связывался второй пилот, но с тех пор, как Тэджу познакомился с Чаёном, он взял за привычку лично запрашивать разрешение на взлёт и посадку. Этот хитрец, похоже, прекрасно знал, как сильно Чаёну нравился его голос.

— Korean Air 272, только что прошли контрольную точку.

Это был Тэджу. Чаён невольно крепче сжал тангенту радиостанции, из которой доносился его бархатный голос. Последние несколько дней Тэджу провёл за границей, и теперь наконец возвращался туда, где находился Чаён. От этого у того отлегло от сердца.

— Диспетчерская вышка. Korean Air 272, посадка разрешена на ВПП 34 левая.

— Принято. Каковы погодные условия? Сообщите направление и скорость ветра.

— Ветер с направления 320 градусов, скорость 12 узлов.

— Понял. Захожу на ВПП 34 левая.

— Вас понял. Видимость хорошая, посадка разрешена.

— После посадки увидимся ненадолго.

— Ох!

Чаён испуганно прикрыл рот ладонью и поспешно огляделся. К счастью, коллеги были слишком заняты работой, чтобы обращать на него внимание.

Не отрывая взгляда от панорамного окна, Чаён отложил гарнитуру и взял бинокль. Словно заворожённый зритель перед прекрасной картиной, он смотрел на самолёт Тэджу, плавно и уверенно снижавшийся на глиссаде.

Члены экипажа могли покинуть самолёт лишь после того, как все пассажиры сойдут на землю. Поэтому слова Тэджу «после посадки» означали, что до встречи оставалось как минимум двадцать-тридцать минут.

— Ли Чаён, ты чего застыл?! В твоём секторе самолёты уже один за другим выстраиваются в очередь! Ты собираешься работать или нет?!

Услышав строгий окрик начальника смены, Чаён поспешно вернулся к своему рабочему месту и снова крепко взялся за оборудование.

http://bllate.org/book/25917/4483094