Готовый перевод Brother, Your Wife Smells So Good / Аромат чужой любви: Искушение наследника: Глава 5

Блэр явно потерял интерес и равнодушно бросил:

— Вам лучше спросить напрямую у Линя, они очень близки. Я даже никогда не видел госпожу Тиэн.

Группа людей переглянулась с двусмысленным, внезапно пришедшим пониманием. Они зашептались:

— Цзиншэнь с детства хорош собой, неудивительно, что у него такая популярность среди женщин.

— И правда, такие молодые люди умеют угождать женщинам.

Вспомнив безумное десятилетие Линь Цзиншэня за границей, они мгновенно сообразили, каким именно образом он заполучил это сотрудничество.

В индустрии было прекрасно известно: попытаться заключить сделку с Тиэн — всё равно что дотянуться до небес.

Они никогда не объявляли открытых тендеров, а принятие решений скрывалось за кулисами. Бесчисленные гиганты индустрии выкладывали огромные деньги в надежде на сотрудничество, но не могли увидеть ни единого человека, принимающего реальные решения.

Если бы не этот контракт, как вообще Линь Цзиншэнь смог бы без помех войти в совет директоров?

— Адвокат Цзян, сегодня ваш удар совсем не годится!

Едва Линь Цзиншэнь отошёл с Чэнь Чубаем на некоторое расстояние, как спереди, чуть в стороне, донёсся самодовольный смех.

У края лужайки молодой парень со смелым, вызывающим выражением лица размахивал клюшкой, а рядом стоял мужчина средних лет.

Линь Цзиншэнь слегка замедлил шаг.

Цзян Вэйнань. Личный адвокат Чжэн Цижуна с более чем двадцатилетним стажем, а также человек, через чьи руки прошли то тайное завещание и траст.

В последнее время Линь Цзиншэнь пытался встретиться с Цзян Вэйнанем по самым разным каналам, но тот неизменно ссылался то на болезнь, то на отъезд в другой город. Его позиция была тверда, и видеться с ним он упорно не желал.

Линь Цзиншэнь взял у кедди деревянную клюшку, испытал её в руке и протянул Чэнь Чубаю:

— Попробуй.

Стоило Чэнь Чубаю взять её, как к ним тут же направился кто-то со знакомыми любезностями:

— Директор Линь! Давно о вас слышал, наслышан!

Переведя взгляд на Чэнь Чубая, он поинтересовался:

— А это?

— Архитектор, Чэнь Чубай, — представил Линь Цзиншэнь. — Мой жених.

Взгляды вокруг мгновенно стали угодливыми и тёплыми:

— О оказывается, господин Чэнь, и впрямь человек выдающихся талантов!

— В таком возрасте — и уже собственная студия, поистине устрашающая молодая поросль!

Чэнь Чубай вежливо улыбнулся:

— Я только что окончил Лондонский университет, многое ещё предстоит узнать.

— Лондонский университет — это прекрасно! Мой сорванец тоже хотел туда подать документы, да так и не смог.

Стоявший неподалёку Цзян Вэйнань повернул голову и посмотрел в их сторону.

Одна за другой посыпались визитки. Какой-то мужчина средних лет в безупречном костюме искренне произнёс:

— У меня есть частный музей, который нуждается в реставрации. Не знаю, будет ли у господина Чэня время в ближайшее время? Конечно, всё зависит исключительно от вашего графика.

Чэнь Чубай с удивлением принял карточку. Тот протянул ему ещё и личную визитку, держась ещё почтительнее:

— Если у господина Чэня в будущем возникнут какие-либо потребности, в любое время связывайтесь со мной, ни в коем случае не стесняйтесь.

Чэнь Чубай отлично понимал, ради кого именно проявляется всё это уважение.

Стоило окружающим узнать, что он является женихом Линь Цзиншэня, как их отношение резко переменилось на самое дружелюбное. Все эти улыбающиеся лица были лишь отражением Линь Цзиншэня, стоявшего рядом.

Сам же Линь Цзиншэнь сохранял неизменно холодное и отстранённое выражение лица — судя по всему, он уже давно привык к подобной лести.

Линь Цзиншэнь невозмутимо направился к ближайшей площадке для ти-шота, выглядя так, будто и вправду пришёл сюда исключительно ради отдыха.

Они находились совсем рядом, и Цзян Вэйнань физически не мог делать вид, что не замечает его присутствия.

Всё это привлекло внимание молодого человека, стоявшего рядом с Цзян Вэйнанем.

Чжэн Фэн опустил клюшку и с сияющей улыбкой направился к ним:

— Какая неожиданность, директор Линь тоже пришёл поиграть в гольф? Не желаете присоединиться?

— Я как раз только учусь, играть особо не умею. Не знаю, соблаговолит ли директор Линь уделить мне немного времени и дать пару советов?

Линь Цзиншэнь отреагировал так, будто ничего не услышал. Он слегка повернулся к Чэнь Чубаю:

— Колени чуть согни, руки расслабь.

— Линь Цзиншэнь, ты вообще слышишь, что я тебе говорю?!

Чжэн Фэн обладал вспыльчивым нравом. Оказавшись проигнорированным при всех, он решил, что Линь Цзиншэнь намеренно унижает его и не желает проявлять уважение. Цзян Вэйнань стоял полушагом позади него, и лицо адвоката выражало крайнее смущение.

Только после этого Линь Цзиншэнь опустил клюшку, перевёл прямой взгляд сквозь фигуру Чжэн Фэна и посмотрел на того, кто стоял за ним:

— Адвокат Цзян.

— Значит, ты намеренно притворялся глухим? Или ты делаешь вид, будто не слышишь только меня? — Чжэн Фэн в упор уставился на его лицо и вдруг зловеще усмехнулся. — Что такое, старший братец, моё существование так сильно тебя раздражает?

— Ты не дорос до того, чтобы со мной разговаривать, — холодно бросил Линь Цзиншэнь.

Произнеся эти слова, Линь Цзиншэнь даже не обернулся. Совершенно невозмутимый, он плавно взмахнул клюшкой. Белый мячик вычертил в воздухе красивую дугу и чётко приземлился на фервей в трёхстах ярдах от них.

— Директор Линь, великолепный удар! — не удержавшись, восхитился кедди.

Лицо Чжэн Фэна помрачнело. Он тоже вышел на площадку для ти-шота и изо всех сил замахнулся. Белый мяч полетел далеко, но ушёл в сторону и прямиком угодил в песчаную ловушку.

— Что за паршивая клюшка! — злобно выкрикнул он и швырнул её прямо в кедди, чтобы выплеснуть гнев.

Кедди получил удар в грудь, скривился от боли, но не посмел издать ни звука. Цзян Вэйнань поддержал его и успокаивающе произнёс:

— Наверное, ты неправильно держал клюшку…

Не успел Цзян Вэйнань договорить, как его нетерпеливо перебили:

— Я твоих советов просил? Почему ты молчал, когда здесь только что стоял Линь Цзиншэнь? Или ты считаешь, что я хуже него?

Цзян Вэйнань захлопнул рот.

Ему позвонили на телефон, и он, побледнев как полотно, пробормотал:

— Молодой директор Чжэн, в больнице тут кое-что случилось, я…

— Не докладывай мне, какая гадость, — не оборачиваясь, бросил Чжэн Фэн. — Лови такси сам, моя машина скоро понадобится.

В раздевалке Цзян Вэйнань переоделся в повседневную одежду и горько усмехнулся.

Когда-то он был правой рукой Чжэн Цижуна, но его сослали в подчинение к Чжэн Фэну. Тот отличался самонадеянностью и больше всего на свете ненавидел любые подсказки со стороны.

То ли дело этот давно не появлявшийся на горизонте Линь Цзиншэнь.

Снаружи всё было усено слухами о том, как тот беспутно транжирил жизнь и предавался разврату за границей все последние десять лет. Но сегодня, столкнувшись с ним лицом к лицу, он увидел человека, который, даже сталкиваясь с откровенными и завуалированными провокациями Чжэн Фэна, сохранял абсолютное внешнее спокойствие и не выказывал никаких эмоций.

Цзян Вэйнань прожил в водовороте светских интриг добрую половину жизни и редко ошибался в людях.

Линь Цзиншэнь был далеко не так прост, как казалось.

Но какое всё это вообще имело к нему отношение?

Цзян Вэйнань уже собирался вызвать такси, как вдруг перед ним упала тень.

— Адвокат Цзян, подбросить вас? — предложил Линь Цзиншэнь.

Цзян Вэйнаню следовало бы отказаться, но он всё же согласился:

— Тогда побеспокою вас. Но сразу оговоримся, директор Линь, сегодня мы не обсуждаем служебные дела.

— Разумеется, — Линь Цзиншэнь пошёл рядом с ним. — Я уж думал, вы собираетесь на пенсию.

Цзян Вэйнань вздохнул:

— В среднем возрасте, когда на руках и пожилые родители, и дети, просто не смеешь останавливаться.

— Ваша дочь тоже дошла до возраста поступления в университет, присмотрели учебное заведение?

— Лондонский университет, архитектурный факультет. Удастся ли туда поступить — большой вопрос.

— Какое совпадение, Чубай, пожалуй, сможет поделиться опытом, — обронил Линь Цзиншэнь и тут же поинтересовался: — А ваш младший сын? Ему получше?

Цзян Вэйнань в шоке поднял голову.

Его младший сын с самого рождения страдал врождённым иммунодефицитом и нуждался в долгом применении импортных дорогостоящих лекарств. Он никогда и никому об этом не рассказывал, и Чжэн Цижун вряд ли об этом знал.

Откуда Линь Цзиншэню было известно?

— Я знаком с одним специалистом, который узко специализируется на детских иммунных заболеваниях. Если возникнет необходимость, я могу помочь с рекомендацией.

Во рту у Цзян Вэйнаня появился горький привкус. Он прекрасно понимал истинную цель Линь Цзиншэня — всё это сводилось к тому самому трасту. Стиснув зубы, он напомнил:

— Директор Линь, сегодня я не хочу говорить о делах.

— Я думал, это личный вопрос, — мягко произнёс Линь Цзиншэнь. — Дядя Цзян, вы ведь работаете на моего отца уже двадцать лет, верно? Помню, в детстве я постоянно видел, как вы приходили к нам домой и оставались на всю ночь.

— Директор Чжэн оказал мне огромную честь, заметив меня.

— Честь быть замеченным, — повторил Линь Цзиншэнь. — Сейчас это слово редко услышишь. Но, по-моему, людям всё же стоит быть реалистичнее: выгода куда осязаемее любой благодарности, не так ли?

Цзян Вэйнань не посмел ответить.

— Если благородный скакун не встретит знатока лошадей, любые таланты пропадут даром, — вздохнул Линь Цзиншэнь. — И надо же такому случиться: британскому филиалу компании Хуэйлун требуется консультант, прекрасно разбирающийся в законодательстве Азиатско-Тихоокеанского региона. Жалованье в десять раз выше вашего нынешнего, и акционеры изо всех сил пытаются протащить туда своих людей. Если бы мой отец не был тяжело болен, это место несомненно досталось бы вам.

— К сожалению, он лежит в больнице без сознания. Вы же знаете тех людей из совета директоров — они лучше всего умеют рубить сук, на котором сидят, и убирать мост, как только перешли реку.

Цзян Вэйнань больше не мог сохранять хладнокровие.

Он слишком хорошо понимал, на что намекает Линь Цзиншэнь.

Столько лет он выполнял всю грязную работу за Чжэн Цижуна и Хуэйлун. Стоило Чжэн Цижуну пасть, как дерево, на которое он опирался два десятка лет, рухнуло бы в мгновение ока. На Чжэн Фэна положиться было нельзя, а совет директоров тем более не стал бы заботиться о его выживании.

Они шли молча.

Прямо впереди находилась парковка, и Линь Цзиншэнь остановился:

— Дальше я вас не провожу. Дядя Цзян, счастливого пути.

Цзян Вэйнань ошеломлённо обернулся.

Над небосводом висела удушливая, неотступная дымка, проливая скудный дневной свет.

Линь Цзиншэнь стоял на стыке света и тени, бледный и отрешенный. Свет падал на него, отражаясь лёгким сиянием, отчего присущая ему холодная сосредоточенность проступала ещё отчётливее.

Это вызывало невольное уважение и одновременно заставляло желать следовать за ним.

Цзян Вэйнань стоял неподвижно, пока помощник Рэй тихонько не поторопил его. Лишь тогда, приняв окончательное решение, он быстрым шагом бросился догонять Линь Цзиншэня.

— Директор Линь, есть вещи, о которых, я считаю, вам необходимо знать.

— Что касается распределения активов вашего отца и оригинала того самого траста…

— Адвокат Цзян, — прервал его Линь Цзиншэнь, спокойно добавив: — Мы же договорились: сегодня мы не обсуждаем дела.

Линь Цзиншэнь остановился у террасы.

Впереди поднимались и струились водяные струи фонтана, напоминая замедленную съёмку в кино. Подняв глаза, он встретился взглядом с Лай Миньцзэ.

Лай Миньцзэ непонятно когда появился неподалёку. Сколько времени он уже шёл следом и сколько успел услышать?

— Директор Линь, какая встреча.

— Вы тоже пришли сюда покурить?

Словно ни капли не удивившись появлению Лай Миньцзэ, Линь Цзиншэнь ни в лице, ни в поведении не изменился.

Рэй быстрыми шагами подошёл к нему и тихо доложил:

— Директор Линь, Цзян Вэйнань хочет договориться о встрече.

— Скажи ему, что я занят.

Рэй невольно вырвалось:

— Почему?

Джой тут же бросил на него предостерегающий взгляд. Сообразив, что сболтнул лишнее, помощник опустил голову и замолчал.

Последнее время Линь Цзиншэнь много раз звал Цзян Вэйнаня на встречу, но неизменно получал отказы. Теперь же, когда тот сам изъявил желание встретиться, разве им не следовало ковать железо пока горячо и обсудить вопрос с оригиналом траста? Никто не мог гарантировать, что Цзян Вэйнань не передумает в будущем.

И тем не менее Линь Цзиншэнь отклонил предложение о встрече.

Линь Цзиншэнь никогда не объяснял мотивы своих решений, какими бы неожиданными те ни казались на первый взгляд. В конечном итоге результаты всегда доказывали его правоту.

Но на этот раз Линь Цзиншэнь сделал исключение.

— Моё терпение не безгранично.

— И пока я отношусь к нему по-человечески, ему следовало бы ценить это отношение куда сильнее.

http://bllate.org/book/25820/3085956