Готовый перевод Only You Lyria / Только ты: Правило одного сердца: Глава 8

Нин Цунвэй не хотел больше болтать с Тун Жуй о флаконе с порошком для шлифовки. Он вернул ей телефон и тут же предупредил:

— Готово. Будешь свободна — заглядывай иногда в трансляцию с камер наблюдения в моём доме. Если со мной что-то случится, ты станешь первой, кто об этом узнает.

Услышав такое, Тун Жуй резким движением выпрямилась:

— Братец, неужели ты подхватил какую-то страшную болезнь?

— Абсолютно здоров.

Чтобы доказать свою отменную физическую форму, Нин Цунвэй достал из ящика журнального столика прошлогоднюю справку о медицинском осмотре и швырнул её на диван.

Тун Жуй принялась листать результаты обследования. Он не соврал: все показатели действительно были в полном порядке, без единой отклоняющейся в сторону стрелки.

Тогда поведение Нин Цунвэя выглядело несколько странным. Поразмыслив над этим так и этак, она нашла лишь одно возможное объяснение:

— На тебя что, нацелились какие-то преступники?

Нин Цунвэй мысленно подумал, что эта девчонка пальцем в небо попала, а ведь угадала. Однако всё, что он делал сейчас, было лишь мерой предосторожности, и он понятия не имел, действительно ли у этого больного Вэнь Юя были злые умыслы.

Он кое-как отмахнулся:

— Всё не так серьёзно, перестань фантазировать, просто перестраховываюсь.

— Ладно уж, будь аккуратнее. Если и вправду случится что-то ужасное, спасти тебя я, конечно, не смогу, но набрать экстренные службы сил хватит. Пожарных или скорую — без разницы.

В городском районе Лучэн из младшего поколения жили только Тун Жуй да Нин Цунвэй, так что они вдвое поддерживали друг друга, словно оставшиеся сироты на чужбине. Случись с Нин Цунвэем беда, Тун Жуй ни за что не бросила бы его в беде.

Пообещав Нин Цунвэю быть начеку, Тун Жуй перешла к собственной просьбе:

— В следующие выходные у нашей компании будет мероприятие, составь мне компанию.

В любое другое время Нин Цунвэй сначала бы расспросил, что это за мероприятие, и только потом стал бы думать, отказываться или нет, но услышав, что придётся пожертвовать выходными, он даже думать не стал — слова сами сорвались с языка:

— Не пойду.

Хотя Тун Жуй и Нин Цунвэй общались всего около года, она уже давно раскусила его характер и тут же пустила в ход тяжёлую артиллерию:

— С меня ужин в следующем месяце.

Нин Цунвэй даже не запнулся — тут же переобулся:

— Идёт.

Узнав позже причину, по которой Нин Цунвэй перестал ходить обедать в ресторан, Вэнь Юй бросил:

— У тебя что, мания преследования?

Раскрытый со всеми своими тайными помыслами Нин Цунвэй надулся:

— Да ты сам лицом не похож на порядочного человека!

В начале сентября солнце всё ещё палило вовсю. Нин Цунвэй в аккуратном костюме стоял на лишённой какой-либо тени площади и уже внный раз мысленно вопрошал себя, почему это он не устоял перед искушением бесплатного ужина и согласился на эту дурацкую просьбу Тун Жуй.

При тридцатиградусной жаре на просторной, совершенно открытой площади у озера не дул ни малейший ветерок. Девушки ещё могли позволить себе платья с короткими рукавами или без них, но мужчины поголовно были закованы в рубашки, костюмы и брюки. Нин Цунвэй чувствовал, что пот на его лице вот-вот смоет тщательно наложенный Тун Жуй тональный крем, а незнакомое липкое ощущение доставляло жуткий дискомфорт.

Он подозревал, что тогда его и впрямь попутал чёрт. Теперь же, оглядываясь назад, он понимал: условия, предложенные Тун Жуй, абсолютно не стоили тех мучений, что он сейчас терпит. Он невольно задавал себе вопрос: неужели среди бела дня в выходной не было ничего лучше, чем сидеть дома под кондиционером и уплетать арбуз? Сможет ли он в следующий раз проявить стойкость и не прогнуться ради пяти мер риса?

Однако отступать от данного обещания было нельзя — как бы ни был он сам несовершенен, слова свои он всегда держал, и за всё, на что соглашался, нёс ответственность.

Делать было нечего. Нин Цунвэю оставалось лишь терпеть изнуряющую жару и щеголять в превосходно сшитом, но не совсем по фигуре костюме. Стоя неподалёку от Тун Жуй, которая лучезарно улыбалась в объектив, он исполнял роль живого аксессуара.

Наконец, нащёлкавшись вдоволь в одиночку, Тун Жуй потащила Нин Цунвэя делать парные снимки. Если поначалу Нин Цунвэй ещё выдавливал из себя подобие улыбки, то после пары кадров его лицо окончательно окаменело.

Но сидевшая рядом Тун Жуй продолжала тянуть его фотографироваться без конца. Не выдержав, он наклонился к её уху и прошипел:

— Тебе всё мало? Разве там нет других пар молодожёнов? Нехорошо вот так в одиночку монополизировать нанятых вами фотографа и оператора.

— Они ещё не готовы.

Тун Жуй снова улыбнулась в камеру, а фотограф защёлкал затвором. Сама она не видела в своём поведении ничего дурного, зато принялась командовать Нин Цунвэем:

— Сделай лицо поживее! Сегодня свадьба, а у тебя вид такой, будто я тебя насильно под венец тащу.

Нин Цунвэй холодно усмехнулся:

— Разве не так?

С этими словами он выдернул руку из локтя Тун Жуй, сделал несколько шагов в сторону и вышел за границы кадра.

Тун Жуй уперла одну руку в бок, а второй поманила его обратно, всем своим видом изображая капризное очарование:

— Вернись же! Для вида, сделай ещё пару кадров.

Нин Цунвэй проявил железобетонное упрямство и с места не сдвинулся, пока Тун Жуй сама не подлетела к нему и не притащила обратно за шкирку.

— Жених, улыбнитесь! — крикнул фотограф в их сторону.

Нин Цунвэй пропустил призыв мимо ушей и сохранил кислую мин. То, что он вообще согласился прийти на помощь, уже было величайшим одолжением Тун Жуй; если бы не её вполне сносные условия, ни за какие коврижки он бы на это не поддался.

Теперь же он считал, что продешевил. Бесплатные ужины в течение месяца едва ли покрывали его стояние на солнцепеке в костюме, а если они хотели, чтобы он ещё и позировал с улыбкой — извольте доплачивать по новому тарифу.

Без доплаты рот не раскроется.

Впрочем, Тун Жуй понятия не имела, что творится у него в голове. Судя по её многозначительному знакомству с Нин Цунвэем, она решила, что он просто «от природы лишён склонности улыбаться». Ну и ладно, в конце концов, даже с хмурым лицом Нин Цунвэй выглядел вполне себе суровым и привлекательным парнем, в этом была своя изюминка.

А вот фотограф взбунтовался.

Этот фотограф не числился в штате их компании — ради такого мероприятия фирма не пожалела денег и выписала мастера со стороны, специализирующегося на выездных свадебных фотосессиях, чьё имя гремело на весь город. Ради качественных снимков для будущей рекламы компания действительно раскошелилась по-крупному.

Будь на его месте штатный сотрудник, он бы знал, что Тун Жуй приводит вовсе не парня, ведь о её одиночестве знали все. Но заезжий фотограф пребывал в неведении и при взгляде на эту пару никак не мог отделаться от ощущения фальши.

Невеста пылала энтузиазмом, нет, скорее даже её эмоции выглядели чересчур будоражащими. За свою практику он повидал немало свадеб, и среди невест хватало экспрессивных девиц, но обычно их чувства разделялись надвое, и около половины из них пускали слезу, тогда как чистейший восторг, как у сегодняшней героини, встречался крайне редко.

Что же касалось жениха — тут всё выглядело ещё страннее. Хотя покойником он не выглядел, но в нём не чувствовалось ни капли радости человека, в чьей жизни наступило счастливое событие; казалось, ещё секунда — и он сбежит прямо из-под венца. Разве могут получиться хорошие снимки при таком раскладе? Если подобные фотографии разойдутся в сети, он просто испортит себе репутацию.

Он даже не подозревал, как близко подошёл к истине.

Нин Цунвэя действительно принудили и заманили обманом на эту свадьбу, где он числился одним из девяти фиктивных женихов.

Фотограф снова крикнул им, требуя, чтобы Нин Цунвэй изобразил на лице больше радости.

— Ой, ну улыбнись ты разок, — заметив, что выражение лица Нин Цунвэя остаётся непроницаемо-суровым и в нём нет ни намёка на улыбку, Тун Жуй решила взять дело в свои руки: она уперлась большими пальцами обеих рук в уголки его губ и принялась с силой тянуть их вверх.

Спустя пять секунд Тун Жуй сдалась и объяснила фотографу:

— У него зубы некрасивые, давайте так снимать.

Нин Цунвэй по-прежнему не улыбался, но тихо процедил сквозь зубы:

— И не стыдно тебе распускать про меня такие слухи?

— С чего бы? Он же тебя совсем не знает, — не преминула язгливо парировать Тун Жуй. — Хочешь доказать свою «чистоту» — улыбнись сам!

Нин Цунвэй охарактеризовал поведение Тун Жуй всего двумя словами:

— Детский сад.

Фотосессия подходила к концу. Тун Жуй, приподняв подол свадебного платья, подбежала к фотографу взглянуть на результат и осталась чрезвычайно довольна, особенно своими сольными кадрами — если сегодня вечером немного поработать над ретушью и выложить их в сеть, они гарантированно привлекут всеобщее внимание к официальной странице компании.

Тут же сделав селфи на телефон, Тун Жуй сунула отретушированный снимок прямо перед носом Нин Цунвэя:

— Ну как, я сегодня хороша?

— Угу, — рассеянно бросил Нин Цунвэй, даже не взглянув на экран — его внимание привлекла парочка новобрачных, шагавших издалека.

Заметив его рассеянность, Тун Жуй оскорбилась и легонько ущипнула его за тыльную сторону ладони:

— Нин Цунвэй, соизволь вспомнить о своей сегодняшней роли! Прояви хоть каплю профессиональной солидарности! Ладно тебе моя фотография неинтересна, но как можно пялиться на кого-то ещё?

Лицо Нин Цунвэя осталось бесстрастным, но в долгу он не остался и с мелочной мстительностью ущипнул её в ответ:

— Между прочим, я врач, и мой профессиональный долг — спасать умирающих и исцелять больных, благодарю покорно.

— Куда это ты уставился?! — повысив голос, взвизгнула Нин Цунвэю прямо в ухо Тун Жуй, в её манере прорезались ревнивые нотки ссорящейся парочки.

Нин Цунвэй отвёл взгляд, потравленное ухом место и небрежно бросил:

— Никуда.

Но стоило Тун Жуй проследить за траекторией его взгляда, как её лицо мгновенно переменилось: уголки глаз и брови искривились от неприязни — сразу стало понятно, что на горизонте появился человек, которого она терпеть не может.

— Ой, Сяо Жэнь объявилась, — в голосе Тун Жуй прозвучало открытое недовольство. Она потянула Нин Цунвэя подальше в сторону, заявив, что нужно освободить дорогу, хотя на самом деле они никому не мешали. Ей просто хотелось выказать своё отвращение к этой самой Сяо Жэнь. А раз уж она сама не переносила этого человека, то и Нин Цунвэй, состоявший в её фан-клубе поддержки, не имел права на симпатии к ней.

На самом деле Нин Цунвэй вовсе не заглядывался на эту девицу — его интересовал мужчина рядом с ней. Но видя такую реакцию Тун Жуй, было бы странно не проявить участие и не поинтересоваться причиной их давней вражды, поэтому он подыграл её настроению:

— Знаешь её?

— Из нашей компании.

— Оу.

Услышав, что девушка — коллега Тун Жуй, Нин Цунвэй внутренне расслабился и перевёл разговор на мужчину, шедшего рядом с ней:

— Выходит, парень рядом с ней тоже нанят по объявлению?

К Сяо Жэнь у Тун Жуй имелись жуткие претензии, и каждое её слово сочилось ядом:

— А кто его знает!

Нин Цунвэй прекрасно знал скверный характер своей двоюродной сестры: язычок у неё был острый, мало кто питал к ней тёплые чувства. Однако она не принадлежала к тем людям, что ненавидят окружающих на пустом месте — наверняка между ней и этой Сяо Жэнь произошло что-то неприятное.

Если он не выпытает всё прямо сейчас, Тун Жуй продержит эту обиду в себе весь день, время от времени отпуская едкие замечания, и тогда покоя не видать и ему самому. И хотя Нин Цунвэй совершенно не горел желанием лезть в чужие дрязги, ради её же душевного спокойствия он всё же спросил:

— Чем же она тебе насолила?

— То свадебное платье, что на ней надето — это же новинка из нашей сезонной коллекции, оно вообще-то должно было достаться мне!

При одной мысли об этом Тун Жуй заскрипела зубами от злости. Увидев, как фотограф побежал снимать Сяо Жэнь, она с удвоенным бешенством принялась колотить Нин Цунвэя кулаками по плечу, сопровождая удары утробным воплем.

— Редкий случай, когда ты способна разозлиться до такой степени.

В словах Нин Цунвэя сквозила насмешка, но это была чистая правда. В их семье из поколения в поколения передавалась привычка говорить с подковыркой, из-за чего они вечно задевали других, сами того не замечая. Но в таком состоянии Нин Цунвэй видел Тун Жуй впервые.

http://bllate.org/book/25803/3084314