Готовый перевод The Unworthy Galaxy Rabbit / Мой несносный брат: Запретная связь: Глава 11

В тот самый миг, когда их взгляды встретились, в Линь Цунфэне вновь пробудилась храбрость. Собравшись с духом и заставив себя перебороть страх, он заикаясь произнес:

— Здравствуйте, меня зовут Линь Цунфэн, мне восемь лет, в свободное время я люблю читать сборники рассказов, в дальнейшем рассчитываю на вашу поддержку.

Эта речь была заготовлена заранее. Юй Сио даже заставил Линь Цунфэна представить тетю Ли как свою одноклассницу, и они втроем репетировали множество раз, чтобы он смог выдать это на одном дыхании.

— Давайте поприветствуем нашего нового ученика! — учительница первой начала аплодировать, а сидящие внизу ребятишки дружно поддержали ее хлопками. Несколько самых бойких девчонок и мальчинок звонко закричали:

— Добро пожаловать!

Раньше, когда он ходил в школу, он всегда играл роль незаметной серой мышки, вечно оставаясь самым незаурядным учеником в классе. Это был первый раз, когда он стоял на возвышении перед учительской доской, принимая взгляды и аплодисменты абсолютно всех присутствующих.

Ему хотелось, чтобы Юй Сио увидел, как тепло его встретили, но, подняв голову снова, он обнаружил, что у окна больше никого нет.

…

Дети в классе оказались на редкость дружелюбными. Едва прозвенел звонок с урока, как все тут же обступили Линь Цунфэна со всех сторон с расспросами. Опасения Линь Цунфэна насчет того, что его будут сторониться, не оправдались вовсе.

Учительница посадила его за одну парту с настоящим болтуном. Они еще толком не успели познакомиться, а тот уже во время урока принялся перебрасываться с ним записками. Под руководством этого общительного соседа Линь Цунфэна заставили всего за одно утро перезнакомиться со всеми одноклассниками по очереди.

В младшей школе задают немного, и в первый учебный день учителя не стали грузить детей новыми знаниями, так что утренние часы пролетели для Линь Цунфэна довольно легко.

Как только раздался звонок об окончании уроков, ребятня, словно стайка обезьян, бросилась врассыпную из класса. Линь Цунфэн действовал строго по порядку: аккуратно собрал свои вещи и лишь после этого неторопливо поднялся с места.

Внутрь школьного двора родителям заходить не разрешалось, поэтому Линь Цунфэн вместе с потоком учеников вышел за ворота. Утром они с Юй Сио договорились о месте встречи — у небольшого магазинчика наискосок от школьного входа.

Юй Сио заранее презентовал хозяину лавки блок сигарет и попросил разрешить Линь Цунфэну дожидаться его там. Седовласый старик с улыбкой похлопал себя по груди, пообещав приглядывать за мальчишкой.

Линь Цунфэн думал, что дедушке придется какое-то время посидеть в одиночестве, но, едва взглянув в ту сторону, он заметил Юй Сио, стоявшего у входа в лавку и маневрирующего рукой в знак приветствия.

Среди толпы прохожих Юй Сио выделялся своим строгим черным двубортным шерстяным пальто в сочетании со светло-коричневым свитером с высоким горлом. Он напоминал прямую, устремленную ввысь сосну в утреннем тумане — свежий, изящный и излучающий природную благородную сдержанность.

Линь Цунфэн от неожиданности слегка замер, его глаза широко распахнулись от приятного удивления. Он ускорил шаг, и хотя вокруг стоял громкий шум улицы, он отчетливо услышал стук собственного сердца: тук-тук, тук-тук.

Стоило ему подойти к дверям лавки, как Юй Сио взял его за руку. Погода уже не казалась такой холодной, но ладошки Линь Цунфэна все равно оставались прохладными.

Рука Юй Сио была теплой и сухой, ее жар передавался через кожу, и испуганное сердечко Линь Цунфэна постепенно успокоилось.

Утром перед выходом тетя Ли напоминала ему захватить перчатки, но после Нового года температура заметно поднялась, а Линь Цунфэн почти не выходил из дома, поэтому надевать их ему категорически не хотелось.

Юй Сио вышел на работу сразу после праздников и посчитал, что на улице вполне сносно, а потому пошел на поводу у Линь Цунфэна и не стал заставлять его брать варежки.

— Подумать только, какие у тебя холодные руки. Нельзя было идти у тебя на поводу, завтра перед выходом не забудь по-хорошему надеть перчатки, — Юй Сио усмехнулся, полушутливо и мягко отчитывая его.

Линь Цунфэн послушно кивнул, и его глаза, темные и блестящие, словно обсидиан, с сияющей улыбкой смотрели на Юй Сио, а все его тело жадно впитывало тепло чужой ладони.

— На, погрейся, — произнес Юй Сио, выпуская его руку, и извлек из кармана бутылочку теплого молока, протягивая мальчику.

Температура молока была идеальной: оно не обжигало пальцы и отлично подходило для того, чтобы согреться.

Покупателей в лавке было немного. Хозяин сидел в стороне, греясь у электрического обогревателя-солнышка, и добродушно произнес:

— Это твой родной старший брат? Что-то вы не особо похожи. Но заботится он о тебе и правда здорово — перерыл у меня весь ящик с молоком, пока не отыскал самую горячую бутылочку.

Юй Сио с кислым выражением лица обернулся и бросил на старика взгляд, а Линь Цунфэн заговорил первым, прозвучав так серьезно, будто приносил клятву:

— Мой брат лучше любого родного.

Старик рассмеялся:

— Ого, да вы сводные! Ну тогда тебе, малыш, крупно повезло. Учись прилежно, а когда вырастешь, обязательно отплати брату за добро!

Юй Сио с улыбкой подшутил в ответ:

— Мой ребенок рожден для того, чтобы жить в свое удовольствие. У меня руки-ноги на месте, так что обо мне беспокоиться не нужно. Ладно, дедушка, не будем задерживаться, а то если мы засидимся, моему сокровищу снова захочется есть, мы пошли.

Линь Цунфэн шагал рядом с Юй Сио, прижимая к груди бутылочку с горячим молоком, и хотя осенний или зимний ветер дул довольно зябко, на душе у него было так тепло, будто там разлился целый поток горячей воды.

Когда они вернулись домой, тетя Ли уже закончила приготовления к обеду. Едва дверь открылась, как она принялась расставлять тарелки.

— Сяо Фэн вернулся, беги скорее мыть руки и садись за стол. После обеда сможешь немного вздремнуть.

Линь Цунфэн по дороге в машине то пил молоко маленькими глотками, то останавливался, и теперь был уже напоеден. Однако, глядя на уставленный угощениями стол, он не осмелился ничего возразить и лишь виновато поплелся мыть руки.

Теперь обеды сильно отличались от прежних. Линь Цунфэн уже полностью влился в эту семью: он больше не тянулся за едой с такой же опаской, как в первые дни, когда ел лишь то, что стояло ближе всего к нему. Теперь, если ему чего-то хотелось, он спокойно просил об этом тетю Ли.

Тетя Ли заботилась о нем так долго, что успела изучить все привычки мальчика. Можно сказать, что теперь любые его мелкие хитрости не могли ускользнуть от ее пронзительного взгляда, а уж правило питаться строго три раза в день и вовсе стояло в ее личной иерархии едва ли не наравне со святым писанием.

Разумеется, не успел Линь Цунфэн опустить палочки на стол, как раздался слегка озадаченный голос тети Ли:

— Сяо Фэн, ты что, перекусил в школе сладостями? Почему съел так мало?

У Линь Цунфэна внутри все сжалось. Он отвел взгляд, который в конце концов виновато опустился на Юй Сио, после чего мальчик и вовсе уставился в пол. Тетя Ли, проследив за направлением его взгляда, с недоумением посмотрела на Юй Сио, словно требуя объяснений.

Юй Сио молча положил палочки, проглотил последний кусочек, изящно вытер рот салфеткой и прищурившись уставился на Линь Цунфэна.

В этот момент паршивец уже и думать забыл о защите старшего брата — он был полностью поглощен тем, что усердно ковырял пальцы на собственных руках.

Не дождавшись от мальчика никакой реакции, Юй Сио мысленно горько усмехнулся: надо же, как этот сопляк мгновенно сдал его с потрохами.

Просто невероятно…

Юй Сио демонстративно кашлянул, прочищая горло:

— На улице холодно, по дороге домой я купил ему бутылочку молока, чтобы согреть руки. По пути Сяо Фэн выпил все до капли. Дети есть дети, желудок у него вон какой крошечный, а молоко заняло все место, так что на другую еду места уже не осталось.

Тетя Ли тоже опустила палочки, ее взгляд посуровел. Юй Сио напрягся, почуяв неладное. Линь Цунфэн же мастерски умел улавливать малейшие изменения в настроении окружающих: сообразив, что он успешно перевел стрелки на старшего брата, мальчик решил, что теперь может спокойно ретироваться.

В сердце Линь Цунфэна не шевельнулось ни единого укола совести. С ангельским выражением лица он произнес:

— Тетя Ли, я наелся, я пойду вздремну.

— Иди, иди скорее, будильник можешь не заводить, я разбужу тебя, когда придет время, — поторопила его тетя Ли, излучая сплошное радушие.

Получив разрешение, Линь Цунфэн встал из-за стола и, не оглядываясь, направился в свою спальню. Затворяя дверь, он успел услышать ворчание тети Ли:

— Господин Юй, вы же прекрасно знали, что скоро обед, зачем было давать Сяо Фэну молоко? Из-за этого он плохо поел, а к полудню снова проголодается.

— Я купил ему молоко, чтобы он согрел руки, а не для того, чтобы он выпивал все до конца… — оправдания Юй Сио звучали довольно слабо.

— Вот именно поэтому с утра нужно было отправить Сяо Фэна в перчатках, но вы же сами сказали, что в них нет необходимости, и запретили их брать.

Юй Сио остался безмолвным. Всегда и везде чувствующий себя как рыба в воде, он редко когда выглядел столь удрученным — казалось, все жизненные неудачи он терпел исключительно из-за этого пацана.

Он бросил взгляд в сторону спальни Линь Цунфэна и столкнулся нос к носу с самим Линь Цунфэном, который подглядывал в оставленную приоткрытой щель…

Заметив взгляд Юй Сио сквозь узкий зазор, Линь Цунфэн без малейших колебаний захлопнул дверь с громким стуком.

Юй Сио: …

Глава 10. Настоящая наседка

Время летело стремительно. Не успел моргнуть глазом, как наступило Первое мая. …

Время летело стремительно. Не успел моргнуть глазом, как наступило Первое мая.

Спустя полгода взаимной притирки Линь Цунфэн уже полностью освоился в новом классе.

Перед самыми майскими праздниками во всей школе прошли промежуточные экзамены. После череды испытаний голова Линь Цунфэна гудела от напряжения. Он всегда относился к учебе предельно серьезно, однако учеба, похоже, отвечала ему взаимностью далеко не всегда.

Он внимательно слушал учителей на уроках, прилежно повторял материал дома, а классные проверочные работы, которые устраивали пару раз, заставляли его надеяться, что он не слишком отстает от остальных. Но реальные результаты экзамена вернули его с небес на землю.

Он прекрасно понимал, что разрыв между ним и остальными учениками колоссален, поэтому на высокие баллы в середине семестра особо и не рассчитывал.

Самого Юй Сио оценки Линь Цунфэна волновали мало. Куда больше успеваемости его заботило здоровье мальчика и то, счастлив ли тот каждый день. В его глазах школа ничем не отличалась от обычного детского сада.

Перед праздниками Юй Сио пообещал взять Линь Цунфэна на пару дней за город развеяться. И хотя Линь Цунфэн внешне старался казаться равнодушным, в глубине души он уже давно и с трепетом ждал Первомая. Кто же знал, что в самый последний момент Юй Сио окажется вынужден срочно лететь в столицу на корпоративное совещание.

За пару дней до начала каникул Юй Сио то и дело принимался смотреть на него с немым выражением на лице, словно собирался что-то сказать, но не решался. Линь Цунфэн, обладавший тонкой душевной организацией и склонный накручивать себя по пустякам, в страшном волнении передумал обо всех возможных несчастьях.

Тому, чему суждено случиться, не миновать. В полдень накануне первомайских праздников Юй Сио все-таки воспользовался моментом за обедом, чтобы во всем признаться.

Ему было безумно жаль мальчика. Он отложил палочки, немного подумал и произнес:

— Сяо Фэн, в эти праздники мне придется уехать в командировку, так что съездить куда-нибудь отдохнуть, боюсь, не получится.

Настроение Линь Цунфэна мгновенно рухнуло на самое дно. Впрочем, он тут же глубоко спрятал свое разочарование, изобразил на лице беззаботное выражение и кивнул:

— Ничего страшного. Я как раз останусь дома и займусь уроками, на эти каникулы задали довольно много.

На самом деле все задания он расписал давным-давно. Учителя прекрасно знали: если нагрузить детей горой упражнений прямо перед отдыхом, эта банда непосед ни за что не осилит заданное.

Проявив дальновидность, преподаватели выдали домашнюю работу еще за три дня до каникул, так что самые усердные ученики могли спокойно разделаться с ней заранее и наслаждаться полноценными мини-каникулами.

Линь Цунфэн входил в число таких отличников. Получив список заданий, он принялся строчить с бешеной скоростью и уже на следующий день выполнил почти все, рассчитывая всласть набегаться с братом. Кто бы мог подумать, что когда все было готово к поездке, планы Юй Сио рухнули.

Послушный вид Линь Цунфэна резанул Юй Сио по сердцу, словно острый нож.

Он положил мальчику в тарелку куриное крылышко и проговорил примирительным тоном:

— На этот раз брат нарушил слово. Вернусь — обязательно придумаю, как все исправить. Я сам подойду к твоему классному руководителю и отпрошу тебя на пару дней, хорошо?

http://bllate.org/book/25759/3079973