Готовый перевод Flirtatious Past Life / Смелый соблазн: Мой муж из прошлой жизни: Глава 6

Когда Цзинь Ван и Ли Сун закончили ужинать, убрали со стола и ушли, Е Иянь только тогда вышел из гардеробной: ярко-розовая футболка в горошек и короткие обтягивающие шорты смотрелись до безумия броско, словно зацвеневший в комнате цикламен.

Е Иянь остался весьма доволен собой. Ему нравились подобные цвета: красный, фиолетовый, синий — столь яркие и насыщенные оттенки поднимали ему настроение. В Да Лу редко удавалось получить столь чистые тона, а строгие правила дома и дворцовый этикет порой заставляли его сдерживаться. Одежду фиолетового, светло-желтого и бледно-зеленого цветов приходилось прячь на дно сундуков, и даже при въезде во дворец брать её с собой не разрешали.

Е Иянь еще не до конца разобрался в современной одежде, и порой, не заглянув на бирку, он не мог отличить мужскую одежду от женской — особенно когда дело касалось брюк, футболок и плащей. К тому же из-за своей худобы он мог носить женские размеры M и L, отчего сортировка одежды казалась ему еще более муторной.

Он прекрасно натянул эти женские шорты, если не считать того, что они немного врезались между ног… Впрочем, оставалось винить лишь то, что самые короткие мужские шорты доходили до колен и никак не удовлетворяли его запросов. А зачем он вообще их купил? Разумеется, чтобы привлечь Ло Сяо!

Если он хотел сойтись с Ло Сяо, то должен был заставить Ло Сяо полюбить себя, чтобы тот захотел попробовать построить с ним отношения. Но как заставить Ло Сяо полюбить его? По скудным познаниям Е Ияня в сердечных делах, первое, что приходило на ум — это соблазнение.

Пребывая в Да Лу, он случайно услышал, как дворцовые матушки судачили о том, что наложница Лю больше всего любит спать в коротком топе и узких панталонах, а императору Чэнчжэну как раз нравилось, когда она так одевается, благодаря чему она и пользовалась огромной милостью.

Поэтому, покупая сегодня вещи, он увидел, что многие девушки выбирают именно такие шорты, и у него родилась идея: если он походит перед глазами Ло Сяо с голыми ногами, не дрогнет ли у того сердце?

Отсюда и взялся его нынешний наряд.

Надень кто-нибудь другой такой костюм, выглядело бы наверняка нелепо, но на Е Ияне, хоть и непривычно, смотрелось вполне сносно. Наверное, в этом и заключалось преимущество красивого лица и хорошей фигуры. Сам Е Иянь в таких тонкощах не разбирался, руководствуясь лишь собственными вкусами и соображениями.

В столовой еще витал легкий запах куриного супа и уксуса, и Е Иянь, проявив сообразительность, открыл окно проветрить, изо всех сил стараясь создать видимость, будто он ничего не ел и безумно, просто ужасно голоден.

Через полчаса Ло Сяо вернулся с ужином, открыв дверь ключом.

Услышав звук, Е Иянь тут же подбежал к нему.

Ло Сяо сегодня был одет непринужденно: армейские зеленые хлопковые свободные брюки, тонкий худи цвета темной верблюжьей шерсти, черная бейсболка, а в руке — медицинская маска. Вид у него был человека, вернувшегося из дальней поездки.

Заметив наряд Е Ияня, Ло Сяо на миг прищурился, и взгляд его стал тяжелее. Это явно не походило на то, во что Е Иянь одевался раньше. Раньше, встречаясь с ним, Е Иянь кутался едва ли не мумией, словно страшно боялся, что тот учинит что-нибудь эдакое.

Ноги у Е Ияня были тонкими и белыми, но не дряблыми — тонкий рельеф мышц делал их подтянутыми, прямыми и невероятно красивыми. Для парня такой наряд не годился, но в глазах Ло Сяо он обретал особый шарм.

Е Иянь принял у Ло Сяо пакеты:

— Давай ужинать, я проголодался.

Ло Сяо с невозмутимым видом кивнул:

— Выписался, а здоровье уже в порядке?

Направляясь в столовую, Е Иянь ответил:

— Врач сказал, всё в норме, травмы можно долечить и дома.

— А амнезия? Когда пройдет? — Ло Сяо переобувался у входа.

— Наверное, уже никогда не вспомню. — Он изначально ничего не мог вспомнить.

Ло Сяо пару секунд пристально смотрел на Е Ияня, едва заметно выдохнул и отправился мыть руки.

Ло Сяо принес кашу, закуски к ней, две корочки с паром и несколько видов сладостей.

Они сели друг напротив друга, и Е Иянь, взяв ложку, принялся за еду.

Ло Сяо вел себя тихо; Е Иянь не понимал, то ли у того совсем не было тем для разговора, то ли он не хотел говорить, то ли придерживался принципа не разговаривать во время еды.

Но если не болтать, как же тогда затянуть трапезу? А без затягивания как потом переходить к дальнейшим шагам?

И тогда Е Иянь решил действовать сам, отыскав тему для беседы:

— Вчера вечером ко мне приходил некий Фу Цзи, сказал, что он мой друг. Ты его знаешь?

Ло Сяо положил себе еще одну булочку, сохраняя бесстрастное выражение лица:

— Знаю.

— Он и правда мой друг?

— Да.

— Но мне кажется, что он странный. Я столько дней пролежал в больнице, а от него не было ни единого звонка. А когда пришел, только и расспрашивал, правда ли я потерял память. Какое вообще имеет значение, потерял я память или нет? Визиты к больным должны как-то иначе выглядеть: придя, стоит хотя бы сначала поинтересоваться самочувствием, а не допытываться беспрерывно, действительно ли у меня амнезия.

— Я не в курсе ваших детальных отношений, но прежде вы действительно были очень близки. В прошлом году он получил звание лучшего актера, а незадолго до этого разорвал контракт с Шэнъюй и открыл собственную студию.

Шэнъюй была развлекательной компанией, принадлежавшей семье Ло Сяо. Е Иянь числился там подписанным артистом. Ло Сяо раньше тоже состоял в ней, но два года назад отделился и основал собственную студию.

— Лучший актер — это круто?

— Неплохо. Ему двадцать семь, и забрать эту награду в таком возрасте — уже большой успех.

— Почему же мы были так близки?

— Не знаю. — Лицо Ло Сяо оставалось непроницаемым.

Е Иянь кипел от вопросов. Честно говоря, Фу Цзи ему не нравился: конкретной причины он назвать не мог, но некоторые люди просто не вызывали симпатии. Близость и дружба возникают либо от схожести характеров, либо из-за взаимной выгоды. Е Иянь не чувствовал, что они с Фу Цзи подходят друг другу по темпераменту, а если тут замешана выгода — всё становилось куда сложнее.

— Ладно, как-нибудь спрошу у брата Цзи. — Сегодня он весь день суетился и совершенно забыл про Фу Цзи, вспомнив о нем только сейчас, когда лихорадочно подбирал тему для разговора.

Разговор заглох, а Ло Сяо не спешил проявлять инициативу, и в столовой повисла звенящая тишина. В ней чувствовалась тоска людей, встретившихся после долгой разлуки и ставших чужими. Е Иянь чувствовал себя так, словно в одиночку бродил по осеннему императорскому саду: вроде бы и не сказать, что вокруг красота, но приходилось делать вид, что наслаждаешься этой унылой желтизной, и продолжать невозмутимую прогулку по опавшей листве.

Ло Сяо положил Е Ияню палочками маринованные стебли лотоса. Е Иянь обожал лотос — зажаренный ли он с мясом или нарезанный кусочками для супа, Е Иянь всегда съедал гораздо больше обычного. При виде стеблей лотоса в пиале царившее минуту назад тягостное одиночество мгновенно испарилось. Непроизвольный жест Ло Сяо принес ему утешение: возможно, всё то, что было между ним и императором Чэнчжэном, еще не стерлось бесследно.

Ободрившись, Е Иянь уплел лотос за обе щеки, поднял голову и произвел:

— Слушай, а ты не хочешь переехать обратно?

Ло Сяо поднял взгляд; его глубокие глаза, казалось, стремились пронзить саму душу Е Ияня.

Зрачки Е Ияня были светло-янтарными, что придавало его облику мягкую, нефритовидную простоту.

От этого пристального взгляда Е Ияню стало слегка не по себе, но желание жить вместе с Ло Сяо пересилило подступающую панику, и он упрямо уставился в ответ.

— Зачем? — тихо спросил Ло Сяо.

— Мне, потерявшему память, жить здесь одному как-то боязно, чувствую себя незащищенным. — Это была заготовленная заранее отговорка; само слово безопасность являлось величайшим изобретением — стоило применить его, как любой довод обретал железобетонную убедительность.

Ло Сяо помолчал немного:

— Если я перееду, тебе может быть не совсем удобно.

— Чего это вдруг неудобно?

— Мои сопровождающие сотрудники станут часто бывать дома, тебя могут тревожить, когда ты захочешь поспать подольше. Мне придется перевезти сюда много вещей, они займут уйму места. Когда ты решишь побыть в тишине, я, возможно, буду слушать музыку, а когда ты захочешь почитать в кабинете, я стану обсуждать в гостиной рабочие вопросы…

— И что тут такого? — Прежде во дворце его окружало столько народу — наложницы, слуги сновали туда-сюда, но он не находил это утомительным, ведь главное — чтобы на душе был покой.

— Ты не привыкнешь.

— Не попробуешь — не узнаешь? Я не хочу жить один. — Е Иянь продолжал гнуть свою линию.

У Ло Сяо разболелась голова. Посмотрев на Е Ияня, он произнес:

— Если я въеду, то съезжать больше не стану, так что подумай хорошенько.

Е Иянь только об этом и мечтал:

— Тогда переезжай завтра! Нет, оставайся уже сегодня вечером!

Ло Сяо ничего не ответил, взял палочки и продолжил есть.

Е Иянь услужливо подцепил булочку, обмакнул её в уксус и положил на тарелку Ло Сяо.

Ло Сяо бросил на него взгляд, Е Иянь расплылся в улыбке. Словно сломленный этим напором, Ло Сяо в ответ положил ему порцию лотоса:

— Ешь давай.

— Угу!

После ужина Ло Сяо позвонил помощнику, спустя двадцать минут спускался вниз, а возвращаясь, принес с собой сменную одежду.

Е Иянь поразился такой расторопности, но Ло Сяо ничего объяснять не стал. Его помощник всегда работал с космической эффективностью, к тому же жил Ло Сяо совсем недалеко.

Прислонившись к косяку ванной и прислушиваясь к шуму льющейся воды, Е Иянь ощущал умиротворение. Он изначально думал, что вернуть Ло Сяо домой потребует немалых усилий — в конце концов, брак был по расчету, и делить кров им не полагалось, — но он никак не ожидал, что Ло Сяо согласится так быстро.

Окинув взглядом собственные голые ноги, Е Иянь тихонько хмыкнул: надо же, этот трюк с соблазнением, подсмотренный у наложницы Лю, и впрямь сработал.

Хм, стойте-ка… Разве император Чэнчжэн не чурался всех наложниц? С чего бы ему так благоволить наложнице Лю лишь за то, что та носила откровенные наряды?

Ложь! Император приблизил наложницу Лю, скорее всего, подозревая, что та является человеком Вдовствующей императрицы, и использовал это мнимое фаворитство для баланса сил с ней!

Тогда к чему был весь этот сегодняшний цирк? Чем он тогда отличается от уличных девок?!

Чем больше он думал об этом, тем сильнее раскалывалась голова. Е Иянь чувствовал, что перегнул палку с вольностями: вдруг Ло Сяо теперь решит, что он особа легкого поведения?

При этой мысли Е Иянь собрался бежать вниз, чтобы переодеть шорты. Не успел он сделать и пары шагов, как из ванной вышел Ло Сяо.

Ло Сяо был по пояс голым, а снизу на нем красовались пижамные штаны. Линии грудных мышц, пресса и рук поражали воображение своей идеальной гармоничностью: ничего лишнего, но мощи было не занимать.

— Куда собрался?

Е Иянь, всё еще коря себя за глупость, уныло ответил:

— Никуда, переодеться хотел.

— Не дури, иди отдохни после душа.

Е Иянь находил возмутительным, что Ло Сяо, прекрасно понимая, как глупо он выглядит в таком виде, не проронил ни слова, заставив его самого дойти до этого только сейчас. Нельзя же было позволять одному себе испытывать неловкость, нужно заставить Ло Сяо разделить её с ним.

Поэтому Е Иянь выпрямился, уставился на Ло Сяо и с серьезным видом спросил:

— Скажи, мне идет этот наряд?

Ло Сяо не продемонстрировал смущения, которого так ждал Е Иянь, и ответил с абсолютной естественностью:

— Если хочешь носить шорты, хлопчатобумажные будут гораздо удобнее. Дома лучше носить что-то свободное, так тело лучше расслабляется.

— И всё? — Е Иянь предполагал, что Ло Сяо назовет их уродливыми, но постесняется прямо сказать, загнав обоих в тупик, однако тот подошел к вопросу исключительно с практичной стороны комфорта.

— А что еще? Жарко ведь, одеваться полегче — это нормально.

На сердце у Е Ияня отлегло. Раз здесь в жару дома одеваются полегче, значит, всё в порядке. Если поразмыслить, никакой вульгарности в этом не было.

Повеселев, Е Иянь расплылся в улыбке:

— Тогда я в душ.

Ло Сяо кивнул и направился в гостевую спальню.

В коротких шортах ноги Е Ияня и впрямь выглядели отлично. А фасон… ну, порой это не так уж важно, те же знаменитости часто практикуют смешанные стили, особенно с нейтральным верхом. Что же до той вырвиглазной розовой футболки в горошек на Е Ияне, то Ло Сяо прикинул, что материал неплох: хоть сама вещица и неказиста, но на Е Ияне сидит нормально, да и ему самому, судя по всему, нравится. Раз так, то и ладно, незачем забивать себе голову лишним.

http://bllate.org/book/25666/3061871