Готовый перевод Dating a 2.5 Meter Alien / Любовь с двухметровым инопланетянином: Глава 9

Ли Чжунцю немного помедлил, но в конце концов принял решение. Хотя он всё ещё боялся Его Величество, он пообещает себе стать смелее и сильнее. В следующий раз, когда он увидит эту пугающе высокую фигуру, он точно не станет прятаться.

Приняв решение, Ли Чжунцю почувствовал неловкость. Обернувшись, он посмотрел на самый высокий и величественный замок из серого камня, из которого они только что вышли. Его необычайно острое зрение позволило с первого взгляда заметить на четвертом этаже высокую, статную фигуру, стоящую у окна. Несмотря на то что издалека человек казался маленьким и не внушал такого сильного трепета, как вблизи, Ли Чжунцю всё равно испугался и тут же отвернулся, чувствуя, как внутри всё дрожит.

Неужели этот человек... всё это время стоял у окна и смотрел на него? Ли Чжунцю покачал головой в ответ на немой вопрос Уэнди и, стараясь не отставать, перешел на легкий бег, но всё же не удержался и оглянулся еще раз. И точно: страшная фигура по-прежнему неподвижно стояла у окна. Даже с такого расстояния он чувствовал на себе взгляд этих холодных темно-зеленых глаз.

Не бойся! Я не боюсь! На самом деле он очень красив, просто аура у него пугающая, он не причинит мне вреда! Он только что поймал меня, чтобы я не упал с лестницы, и сам донес донизу. На самом деле он совсем не такой, как папа, который меня бил! Всё в порядке! Ли Чжунцю правой рукой крепко сжал пальцы Уэнди, а левую, сжатую в кулак, прижал к груди, пытаясь подбодрить себя.

— Что случилось, малыш? Сердце болит? Должно быть, энергия солнца оказалась для твоего тела слишком большой нагрузкой, немедленно возвращаемся! — Увидев, что Ли Чжунцю прижал кулак к груди, Уэнди мгновенно занервничала. Она остановилась и, собираясь подхватить его на руки, начала винить себя: — Мне не следовало в первый же раз так долго гулять с тобой под солнцем. Я видела, что ты не выглядишь уставшим, и подумала, что ты хорошо адаптировался...

Ли Чжунцю поспешно затряс головой, замахал руками и начал пятиться, суетливо пытаясь объяснить Уэнди, что с ним всё в порядке. Прошло немало времени, прежде чем они наконец поняли друг друга и Уэнди поверила, что он не болен. Она не стала брать его на руки, а снова взяла за руку. Однако теперь, шагая вперед, она бормотала себе под нос: — Даже если ты будешь смотреть на меня такими жалкими глазами, ничего не выйдет. Мы только взглянем на сад, а потом сразу вернемся в замок Его Величества. Тела инопланетных разумных существ слишком хрупкие!

Ли Чжунцю облегченно выдохнул. Вспомнив, как долго он настраивался на этот разговор, он снова обернулся к замку и на этот раз неожиданно уловил в глазах мужчины, стоявшего у окна, проблеск беспокойства и напряжения.

Он волнуется обо мне? Ли Чжунцю замер. Он постарался сосредоточиться и посмотреть снова, но увидел лишь холодное, красивое лицо и темные, спокойные темно-зеленые глаза. Тем не менее Ли Чжунцю доверял своей интуиции и своим глазам, которые почему-то видели так далеко. Он бережно спрятал этот мимолетный взгляд в глубине души, а затем поднял руку и поправил край шапочки на лбу.

На его лице, которое он старался держать высоко поднятым, читались нервозность и страх, но также и решимость. Ли Чжунцю изо всех сил подавлял первобытный ужас и, глядя на мужчину, стоявшего в окне, растянул губы в улыбке. Она вышла немного скованной и застенчивой, но очень теплой.

Его Величество Хирейлуфат, поднявшийся на верхний этаж замка сразу после наказания Тролда, стоял у окна в комнате с лучшим обзором, наблюдая за тем, как Уэнди ведет Ли Чжунцю через дворцовую площадь. Этот замок, в котором жили все сагские короли, возвышался над всем дворцом, позволяя видеть всё как на ладони. Это было очень удобно для нового короля Хирея, чтобы под предлогом государственных дел тайком наблюдать за этим маленьким трусишкой.

Зрение семизвездочного пилота меха, сравнимое со зрением сагаларского гигантского зверя, позволило Хирею отчетливо увидеть улыбку Ли Чжунцю. Он замер, а затем резко развернулся спиной к окну, сжимая правый кулак у груди.

Это... он улыбается мне?

Хирей быстро отошел от окна и поспешными шагами покинул комнату. Оказавшись в пустом широком коридоре, он сделал глубокий вдох, чтобы подавить улыбку, которая становилась всё более заметной на его холодном лице.

Пока Его Величество Хирейлуфат пытался вернуть себе ледяное, суровое выражение лица, Ли Чжунцю разочарованно опустил голову и сосредоточился на том, чтобы идти следом за ничего не подозревающей Уэнди.

Может, я ему не нравлюсь? Конечно, папе всегда не нравилось, когда я улыбаюсь. Он постоянно говорил, что моя улыбка выглядит жалко, что от неё тошнит и хочется ударить по лицу... А может, он просто не разглядел, что я улыбнулся, и просто ушел по делам? Ли Чжунцю нервно размышлял, пытаясь сдержать подступающие слезы.

***

Сагцы не обладали такой тонкой и чувствительной нервной системой, как люди с Земли, поэтому Уэнди не заметила перемен в настроении Ли Чжунцю. Она решила, что он приуныл из-за того, что его организм плохо переносит яркий солнечный свет.

Она невольно ускорила шаг, желая поскорее дойти до маленького сада и вернуть бедного малыша в замок. Ли Чжунцю было трудно поспевать, поэтому ему стало не до грусти — он изо всех сил перебирал своими короткими ножками, стараясь не отстать.

Эта внушительная площадь на самом деле была намного больше, чем казалась. Они шли вдоль края по каменной дорожке целых полчаса и всё еще не обошли этот небольшой тренировочный полигон, о котором упоминала Уэнди.

Еще через полчаса Ли Чжунцю наконец увидел тот самый сад. Он был действительно крошечным — размером примерно со школьный стадион, и по сравнению с огромными замками и площадью вокруг не стоил упоминания.

Вокруг сада тянулись такие же каменные перила, как и на площади. Внутри не было большого разнообразия растений — там росли только темно-фиолетовые розы, очень похожие на земные розы сорта Людовик XIV. Они буйно цвели под солнцем, заставляя восхищаться их благородством, стойкостью и гордостью. Каждый куст в этом саду обладал твердым характером, а каждый распустившийся цветок напоминал величественного монарха.

— Малыш, нравится? Это цветы славы. Только величайшие герои империи достойны их. Если в семье нет высокопоставленных офицеров или дворян, внесших выдающийся вклад в дела империи, у них нет права выращивать такие цветы, — сказала Уэнди. Она осторожно повела Ли Чжунцю по каменной дорожке среди зарослей, не глядя на него, и подняла руку, чтобы связаться со своей дочерью Рушей по персональному терминалу и позвать её.

Ли Чжунцю всё еще был погружен в море темно-фиолетового цвета. Он вспомнил, как каждый раз по дороге из школы домой проходил мимо цветочного магазина с красивой витриной. Раньше он думал, что букеты за стеклом — это самое прекрасное, что он когда-либо видел. Иногда он тайком мечтал, что кто-нибудь подарит ему хотя бы самый маленький цветок из букета, даже если он уже завял и от него остались лишь лепестки — он был бы счастлив просто потрогать его и вдохнуть аромат.

Стоя сейчас среди прекрасных фиолетовых цветов, Ли Чжунцю чувствовал, будто спит, и был так счастлив, что не знал, куда деть руки. Он завороженно смотрел на цветок славы, гордо распустившийся перед ним, как император среди цветов, и внезапно в его голове всплыли холодные, безмятежные темно-зеленые глаза. Этот человек и этот цветок... они были так похожи.

С другого конца дорожки показались две фигуры. Впереди шла высокая, стройная женщина-саг. Её тело было обтянуто серебристо-белым военным мундиром, короткие темно-золотые волосы едва прикрывали заостренные уши. У неё были резкие черты лица и очень красивая, но пугающая внешность, от которой веяло холодом.

По сравнению с этой властной женщиной, обладавшей невероятно сильной аурой, молодая женщина, идущая следом, с обычными чертами лица и мягким взглядом, легко терялась. У неё была длинная золотистая коса, перекинутая через плечо, и такое же платье, как у Уэнди, но сама она была значительно ниже ростом.

Увидев их, Уэнди тут же выпустила руку Ли Чжунцю, выпрямилась, нервно склонилась перед женщиной с короткими волосами и почтительно произнесла: — Здравствуйте, госпожа графиня.

Графиня Наташа Джоз остановилась. Её рост в два метра сорок сантиметров позволял ей смотреть на Уэнди и маленького Ли Чжунцю сверху вниз. В её холодных изумрудных глазах не было ни капли эмоций. Услышав приветствие Уэнди, она слегка кивнула, а затем перевела холодный, пронизанный ледяной жаждой убийства взгляд на робкого Ли Чжунцю.

— Госпожа графиня, это инопланетное разумное существо, которое привез Его Величество. Это очень послушный и умный землянин, Его Величество его очень любит, — поспешно объяснила Уэнди, в её голосе сквозило глубокое почтение. — Я принесла его в сад, чтобы он привык к обстановке. Простите, что потревожили вас.

— Ничего, — голос Наташи был таким же холодным и резким, как её характер, но в нем слышались нотки сексуальности, присущие зрелой женщине. Она повернулась к Руше: — Выполни то, о чем я просила, до вечера. Я заберу это до заката.

— Не волнуйтесь, я подготовлю для вас самый красивый цветок славы в этом саду, — ответила Руша мягким голосом, глядя прямо в острые, как клинок, глаза Наташи.

Получив желаемый ответ, Наташа еще раз глубоко взглянула на Ли Чжунцю. В её изумрудных глазах блеснул холод, выражение лица стало нечитаемым. После этого она гордо вскинула голову и зашагала прочь. Её прямая спина в мундире идеально сочетала в себе женскую привлекательность и холодную жесткость военного.

Когда Наташа Джоз скрылась из виду, Руша продолжала смотреть ей вслед, а в её мягких глазах читались обожание и фанатичное восхищение. Уэнди тихо вздохнула: она прекрасно знала, как сильно её дочь хочет стать военным, как мечтает командовать отрядом боевых мехов и сражаться бок о бок с Его Величеством, охотясь на сагаларских гигантов.

Ли Чжунцю тоже смотрел вслед высокой женщине. Он хлопал глазами, на его лице застыли недоумение и страх. Вспомнив тот ледяной взгляд, он слегка вздрогнул. Ему было страшно и непонятно — почему он почувствовал враждебность от этой женщины? Может, потому, что он не поздоровался?

Он хотел спросить Уэнди об этой пугающей женщине, но не знал, как выразить свою мысль, поэтому просто потянул её за юбку. Уэнди посмотрела вниз, увидела его озадаченное лицо и, улыбнувшись, погладила его по голове. Она решила, что малыш всё равно ничего не поймет, поэтому позвала Рушу: — Руша, хватит смотреть, графиня Наташа уже ушла. Подойди сюда, познакомься с нашим милым малышом.

Руша очнулась от своих мыслей и увидела маленького мальчика в изысканном белом пальто, брюках и ботинках. На голове у него была белая фуражка с черной каймой, а из-под неё выглядывали мягкие черные волосы, обрамлявшие личико с большими янтарными глазами. Сердце молодой сагской девушки, только недавно ставшей взрослой, мгновенно растаяло: — Мама, какой же он милый!

Ли Чжунцю смутился, опустил голову и начал теребить свой пояс. Его щеки покраснели, и он совсем забыл о своих недавних тревогах.

Оставшееся время Руша и Уэнди водили Ли Чжунцю по саду, держа его за руки. Они гуляли по тропинкам, разглядывая цветы славы, и о чем-то болтали.

— Руша, кстати, разве графиня Наташа не вернулась из города ББ-12 только вчера? Как она оказалась здесь? — с любопытством спросила Уэнди. Нападение мощнейшего красноголового золотого зверя на город ББ-12 привлекло внимание столицы, и графиню Наташу отправили туда с отрядом S1. Она вернулась лишь на днях, чтобы присутствовать на церемонии коронации нового короля Хирейлуфата. Разве она не должна была отдыхать в своем поместье?

Руша аккуратно сорвала засохший лист с куста славы и протянула его Ли Чжунцю, чтобы он мог поиграть: — Графине нужен был бутон цветка славы, чтобы я пересадила его в горшок и подготовила для неё. Думаю... — она помедлила, — думаю, графиня хочет подарить его Его Величеству в честь коронации. В её поместье никогда не росли цветы, поэтому она и пришла ко мне.

— Неудивительно. Мать Его Величества больше всего любила цветы славы, да и сам Его Величество их любит. Графиня Наташа хочет преподнести цветок, чтобы выразить свои чувства. Кто бы мог подумать, что такая суровая и сильная женщина способна на такую нежность...

Уэнди продолжала говорить, но Ли Чжунцю уже не слушал. Он держал в руках сухой лист, который был больше двух его ладоней вместе взятых, и витал в облаках. Значит, этот человек любит эти красивые фиолетовые цветы? А если я тоже подарю ему цветок, может, он перестанет меня ненавидеть?

Несмотря на то что Ли Чжунцю был еще мал, у него были свои маленькие хитрости. Хоть он был не очень сообразительным, он понял из поведения Уэнди, что высокий, пугающий мужчина, которого называют Его Величеством — самый главный здесь. Он не хотел возвращаться домой, где его бил отец, и хотел остаться здесь. Поэтому он решил, что не должен позволить этому человеку еще больше возненавидеть себя. Если его отправят обратно, он предпочел бы умереть.

С этой тайной мыслью Ли Чжунцю почувствовал стыд. Он никак не мог осмелиться попросить у Уэнди цветок. Он послушно плелся рядом, сгорая от стыда и боясь поднять голову, чтобы указать на цветы.

В конце концов, когда Уэнди прощалась с Рушей, Ли Чжунцю осторожно прижал к себе сухой лист, расправил каждую прожилку и бережно протер его ладонью. Он нервничал: у него ничего не было, и он не осмелился попросить цветок. А если он подарит Его Величеству этот лист, не разозлится ли он?

***

По дороге назад Ли Чжунцю бережно охранял лист в своих руках, боясь повредить его. Уэнди, видя, как он любит эти листья, улыбалась — она была уверена, что решение прийти в сад было верным.

Когда они обошли тренировочный полигон и приблизились к замку, где жил король, золотое солнце уже начало садиться.

Увидев издалека огромную каменную арку, Ли Чжунцю замедлил шаг. С каждым шагом он смотрел на лист в своих руках, и его сердце колотилось всё сильнее, он даже прикусил нижнюю губу до следов от зубов.

Его Величество точно не оценит лист. Может, он даже разозлится. Этот лист не сравнится с теми красивыми цветами, да и местами он пожелтел. Может, не стоит дарить? — тайком думал Ли Чжунцю. Он хотел оставить лист себе, но боялся, что если преподнесет его как подарок, Его Величество разгневается из-за того, что подарок недостаточно хорош.

Не успел он принять окончательное решение, как увидел у ворот замка, помимо двух стражников, высокую фигуру. Несмотря на все приготовления, первой реакцией Ли Чжунцю было желание спрятаться за спину Уэнди. Этот инстинктивный страх перед Хирейлуфатом был укоренившимся психологическим барьером, который он пока не мог контролировать.

Уэнди тоже заметила высокую фигуру у ворот и, потянув за собой Ли Чжунцю, быстро подошла ближе. Она поклонилась, приветствуя мужчину.

Ли Чжунцю был так напуган, что не мог сдвинуться с места. В голове всё смешалось, он забыл обо всем, кроме подарка. В порыве отчаяния он вдруг вырвал руку из ладони Уэнди, подбежал к Хирею и, не глядя ни на что, схватил его за правую руку, вкладывая туда лист.

Сделав это, он тут же отскочил назад, как кролик, и спрятался за широкую спину Уэнди. Он выглядывал лишь крошечную часть головы, не сводя глаз с мужчины, чтобы увидеть его реакцию.

Хирейлуфат, который внешне казался спокойным, холодным и величественным, на самом деле застыл. Он смотрел на сердцевидный лист в своей правой руке. Его лицо оставалось невозмутимым, но покрасневшие кончики ушей, выглядывающие из-под коротких волос, выдавали его чувства.

Прошло много времени, а он всё смотрел на лист, не поднимая головы. Ли Чжунцю начал дрожать от страха, и на его глазах выступили слезы.

Может, ему не нравится? Он злится, что я такой неуклюжий? Конечно, он считает мой подарок мусором, ведь никто не дарит засохшие листья! — Ли Чжунцю изо всех сил старался не заплакать, но нос предательски защипало. Он чувствовал себя таким никчемным. Зачем он придумал эту глупую идею? Неудивительно, что все вокруг всегда его ненавидели и называли маленьким мусорщиком!

Прошло еще немного времени, а Хирейлуфат всё так же смотрел на свою ладонь. Ли Чжунцю не выдержал. Закусив губу, он со слезами на глазах дернул Уэнди за одежду.

Уэнди, которая сама была в замешательстве, очнулась и посмотрела на Ли Чжунцю.

http://bllate.org/book/25648/3060189