Готовый перевод Amnesia and Romance: He Hua Returns / Амнезия: Как влюбить в себя того, кто забыл всё: Глава 5

Тан Цзюнь причмокнул:

— Тоже верно, если он вдруг станет слабоумным, это будет уже невыгодно.

Шан Цюэ:

— […]

У Тан Цзюня язык и вправду был без костей. Шан Цюэ поднял голову, собираясь его обругать, но тот уже сам откупорил банку с газировкой, и кольцо с глухим звуком «пшик» вскрылось прямо между ними. Сделав глoток ледяного напитка, этот бессердечный тип тут же выбросил из головы только что услышанные слова, протяжно выдал «а-а-х» и снова принялся раздавать советы:

— Может, намекнешь ему?

Шан Цюэ проглотил рвавшуюся с языка ругань и вместо этого нерешительно спросил:

— Намекну? Как?

Тан Цзюнь с абсолютно серьезным лицом ответил:

— Сначала признайся в своей ориентации, а потом — в том, кто твой избранник.

— […]

Шан Цюэ молча смотрел на него добрых полминуты, затем встал, с бесстрастным видом взял Тан Цзюня за воротник и указал на дверь:

— Проваливай.

Тан Цзюнь замахал руками:

— Эй-эй-эй! Я же помочь тебе пытаюсь, Шан Цюэ!

Вытащенный с дивана Тан Цзюнь попытался говорить тише и, ухватившись обеими руками за руки Шан Цюэ, проникновенно произнес:

— У тебя уже нет пары, неужели ты хочешь лишиться еще и друга?!

Шан Цзюэ волоком вытолкал Тан Цзюня за дверь, вышел следом и без колебаний с грохотом захлопнул входную дверь.

Шан Цюэ:

— Говори здесь, ты слишком шумишь.

Тан Цзюнь возмущенно погрозил ему кулаком:

— Мои снеки вообще-то остались у тебя дома!

— Считай, что навестил больного, — Шан Цюэ ухватил его за руку и силой потащил прочь с этажа: — Спускайся вниз, составишь мне компанию в супермаркете, а потом вали домой.

— Я вошел всего две минуты назад! — возмущенный рев Тан Цзюня заполнил лестничную клетку. Толку от этого было мало, но орал он громко: — Шан Цюэ! Ты бессердечный!

***

Цзянь Жань проснулся, когда солнце уже село, и вечернее небо окрасилось в мрачно-серые тона с чернильным отливом. Зажглись уличные фонари, проносящиеся мимо автомобильные фары мелькали, словно падающие звезды, а улицы сияли, подобно Млечному Пути, теряясь в безграничной мглистой дымке.

В гостевой спальне царила зловещая тишина, с улицы доносились смутные звуки голосов прохожих и гул машин, наглухо отрезая эту крошечную комнату от внешнего шума.

Цзянь Жань открыл глаза и какое-то время лежал неподвижно. Когда привычная пустота в голове отступила и сознание прояснилось, страх перед одиночеством и незнакомым миром тоже нахлынул обратно. Он задним числом испугался, хотя паникой это еще назвать было нельзя — ведь он знал, что в квартире находится не один.

Цзянь Жань сделал несколько глубоких вдохов, прежде чем встать с постели. Не обращая внимания на легкое головокружение после сна, он распахнул дверь гостевой спальни, отчаянно надеясь сразу же увидеть в гостиной Шан Цюэ. Как обычно, тот сидел бы на диване с документами, разговаривал по телефону в кабинете или время от времени задумчиво прислонялся к окну на балконе. Одной лишь мысли о том, что Шан Цюэ занимается какими-то привычными делами в этой квартире, было достаточно, чтобы на душе у него воцарилось безмолвное спокойствие.

Но там никого не было.

Балконная дверь была распахнута настежь, врывавшийся внутрь ветер раскачивал занавески, в гостиной стояла абсолютная пустота, и даже свет не был включен.

Цзянь Жань зябко поёжился от залетевшего с балкона ветра и машинально позвал:

— Шан Цюэ?

Никто не откликнулся. Его голос пусто прозвучал в тишине и одиноко угас.

Сильное и неотвязное беспокойство впилось в его нервы, и Цзянь Жань тут же бросился в кабинет:

— Шан Цюэ!

Тоже никого.

То ли ему показалось, но Цзянь Жаню показалось, что едва затягивающаяся рана на животе снова заныла, а легкие будто сжало тисками, так что стало трудно дышать. Не раздумывая ни секунды, он тут же вернулся в спальню, схватил лежавший на тумбочке телефон и набрал единственный номер в списке контактов.

Когда телефон зазвонил, Шан Цюэ находился в супермаркете на первом этаже. Его тележка была наполовину заполнена, причем большую часть составляли овощи и фрукты.

Он нащупал в кармане телефон и ответил:

— Алло? Цзянь Жань?

— Ты где?!

Голос Цзянь Жана был прерывистым и взволнованным, через динамик доносилось его тяжелое дыхание, которое оглушило Шан Цюэ и заставило испугаться. Сообразив, в чем дело, Шан Цюэ немедленно зашагал к кассам и на ходу спросил:

— Я внизу, в супермаркете, а что случилось, Цзянь Жань?

В трубке какое-то время царила тишина, слышно было лишь дыхание. Шан Цюэ переспросил еще несколько раз, и лишь на последний вопрос Цзянь Жань с трудом выдавил из горла:

— Дома никого…

Шан Цюэ мчался обратно в квартиру на максимальной скорости. Когда электронный замок пискнул, возвещая об открытии, Цзянь Жань сидел на корточках у самой двери; услышав звук, он поднял голову и во все глаза уставился на расширяющуюся щель.

— Цзянь Жань!

Едва толкнув дверь, Шан Цюэ увидел Цзянь Жана, который сидел на корточках, обхватив колени руками, и смотрел на него из-за слишком длинной члки. Его взгляд казался жутко мрачным, но в то же время неуловимо жалким.

Похоже было на брошенного дождливой ночью бездомного щенка.

Шан Цюэ опустился на корточки, тяжело дыша. Положив пластиковый пакет на пол, он немного перевел дыхание и медленно произнес:

— Прости.

Цзянь Жань долго-долго смотрел на него, не произнося ни слова. Под конец он с усилием зажмурился и выдавил из себя лишь одну фразу:

— Когда уйдешь в следующий раз, предупреди меня.

Шан Цюэ ответил:

— Хорошо.

Цзянь Жань продолжал сидеть на корточках, свернувшись в клубок, похожий на большой черный шар. Шан Цюэ очень хотел обнять его, но все же слегка помедлил. Поборов колебания, он протянул руку и мягко опустил ладонь ему на макушку.

Шан Цюэ:

— Прости, я думал, ты поспишь подольше.

Цзянь Жань шевельнут кадыком, словно собираясь что-то сказать, но в итоге промолчал и лишь молча закрыл глаза, легко потеревшись щекой о ладонь Шан Цюэ.

Движение было едва заметным, почти бессознательным, но Шан Цюэ все равно почувствовал его. Щекотка на ладони передалась прямо в сердце, оно забилось — тук-тук, тук-тук, — с каждым его легким касанием отзываясь сильными ударами в груди.

Шан Цюэ протянул вторую руку и, уже не сомневаясь, обхватил за крепкую талию этого крупного бездомного пса, который ростом был выше его самого на полголовы, прижимая к груди.

Он без устали повторял извинения:

— Прости, это моя оплошность, я забыл, что ты болен… Больше такого не повторится.

Цзянь Жань на мгновение замер — то ли дыхание, то ли что-то еще внутри него остановилось. Он просто вдруг почувствовал, как его порхавшее до этого сердце наконец-то опускается на свое законное место, а затем начинает гулко и удивительным образом биться в грудной клетке.

Он уткнулся лицом в плечо Шан Цюэ и глухо произнес:

— Ни… ничего страшного…

Глава 5

Цзянь Жань опустил глаза и глубоко вдохнул аромат, исходивший от плеча Шан Цюэ. Он чувствовал, как его сердце опускается дюйм за дюймом, а удары о грудную клетку дарили ему невыразимое спокойствие.

Он понятия не имел, почему с ним такое творится — наверное, это снова были проделки той самой пустой памяти, раз уж он умудрился развить непреодолимую зависимость от Шан Цюэ. У него совсем не было воспоминаний, и он не мог судить, нормально ли это, но чужой мир и абсолютная пустота в голове заставляли его доверять Шан Цюэ — доверять только ему, порой даже больше, чем самому себе.

Он крепко обнял Шан Цюэ, сжав руки так сильно, что на черной куртке Шан Цюэ остались глубокие заломы.

Лишь когда в животе у Цзянь Жана дважды громко заурчало, Шан Цюэ пару раз похлопал его по плечу и разжал руки, сказав:

— Ну всё, иди посиди на диване, я приготовлю ужин.

Цзянь Жань кивнул, уткнувшись ему в плечо, послушно поднялся на ноги, но не стал послушно садиться на диван, а тенью увязался следом за Шан Цюэ на кухню.

Шан Цюэ:

— Что такое?

Цзянь Жань покачал головой. Ничего не говоря, он тем не менее и не думал сдвигаться с места, пристроившись за его спиной, словно вбитый в землю столб. Шан Цюэ посмотрел на него пару раз и оставил в покое: открыл холодильник, сложил туда купленные овощи, затем завязал фартук, вымыл в раковине яблоко и протянул Цзянь Жану:

— Перекуси пока.

Цзянь Жань взглянул на яблоко и взял его, но есть не стал. Вместо этого он уперся большими пальцами в углубление на верхушке плода, с усилием нажал, и с глухим хрустом яблоко разломилось надвое.

Одну половину он протянул Шан Цюэ и неуклюже бросил:

— Держи.

Шан Цюэ:

— […]

С каких это пор у него появились такие способности?

Шан Цюэ дернул уголком глаза, забрал предложенную ему половину яблока, тут же вгрызся в нее зубами и, зажав фрукт во рту, принялся мыть овощи.

Шан Цюэ нечасто готовил: после того как они сошлись, у плиты почти всегда стоял Цзянь Жань. Даже кухонный гарнитур при заказе подгоняли под рост Цзянь Жана, а Шан Цюэ в лучшем случае стоял рядом, облокотившись на тумбу, пока Цзянь Жань готовил, и время от времени получал поцелуй от отвлекшегося партнера.

Шан Цюэ потребовалось немного времени, чтобы привыкнуть к расположению кухонной утвари, все это время Цзянь Жань неотступно следовал за ним по пятам, словно тень. Пока Цзянь Жань хрустел своей половиной яблока, Шан Цюэ между делом успевал откусывать от своей части, продолжая зажимать ее в зубах; откусывал — и снова зажимал… Под этот непрекращающийся хруст конфорку наконец выключили, и три блюда с супом были с триумфом готовы.

Цзянь Жань помог отнести еду на обеденный стол, и они плотно поужинали. Стрелка часов указывала на восемь вечера. У Шан Цюэ еще оставалась несделанная работа, поэтому, закинув грязную посуду в посудомоечную машину, он не засиделся в гостиной и сразу ушел в кабинет.

Цзянь Жань продолжал липнуть к нему: стоило тому подняться, как Цзянь Жань тут же подрывался и следовал за ним в кабинет.

Заметив это, Шан Цюэ не стал его останавливать, лишь напомнил, что в кабинете нет лишнего стула. Тогда Цзянь Жань вернулся в комнату и притащил оттуда вращающееся кресло от своего компьютерного стола. В дверном проеме угол кресла зацепился за косяк, но Цзянь Жань, боком протиснувшись вместе со стулом, втиснулся внутрь, водрузил кресло ровно рядом с массивным деревянным стулом Шан Цюэ, довольно похлопал себя по сиденью и уселся.

Шан Цюэ поделился с ним диванной подушкой. Цзянь Жань прижал ее к груди, положил голову на угол письменного стола Шан Цюэ и принялся смотреть, как тот выдвигает ящик и извлекает оттуда очки в черной оправе размером с пол его лица, которые затем привычным движением водрузил на нос.

Цзянь Жань:

— ?

Цзянь Жань шевельнул лежавшей на подушке головой, выбирая более удобный ракурс, и спросил:

— Ты близорукий?

— Защита от синего света, — ответил Шан Цюэ.

Цзянь Жань протянул:

— А-а.

Шан Цюэ открыл ноутбук и принялся разбирать накопившиеся в почте документы. Краем глаза он заметил, что Цзянь Жань все так же лежит на столе, не мигая глядя на него своими необычайно яркими глазами.

Опасаясь, что тому станет скучно, Шан Цюэ опустил мышку и спросил:

— Где твой телефон?

Цзянь Жань ответил:

— Не знаю.

— Поищи.

— Угу.

Цзянь Жань поднялся со стула и отправился на поиски. Едва выйдя из кабинета, он обнаружил свой смартфон в прозрачном чехле прямо на ковре в гостиной. Даже не присев и не сбавив шага, он на ходу сгреб телефон, развернулся и вернулся назад, уселся в кресло и протянул его Шан Цюэ. Шан Цюэ по привычке разблокировал аппарат, зашел в магазин приложений и скачал ему игру номер один среди головоломок: три-в-ряд Candy Crush.

http://bllate.org/book/25636/3058301