Готовый перевод Stop Acting So Cute / Хватит строить из себя пай-мальчика!: Глава 10

Речь шла даже не о полноценной комнате, а просто о том, чтобы выделить ему спальню.

Цзинь Чжоу лишь глухо усмехнулся:

— Хорошо, тогда я буду ждать.

Сун Шуян откашлялся. Хотя на камеру телефона попадали лишь их лица ниже губ, вести трансляцию впервые было немного волнительно, к тому же зрителей оказалось вовсе не так много, как он себе представлял.

Досадливо обернувшись, он спросил:

— Неужели я плохо выставил свет и декорации?

Цзинь Чжоу с улыбкой ответил:

— Разве стать популярным так просто?

Он настроил гитару и спросил Сун Шуяна:

— Что будешь петь?

— Пой ты, а я подыграю.

Взяв гитару, Сун Шуян по мышечной памяти заиграл вступление к Сильверу.

Цзинь Чжоу с первых же нот узнал мелодию, а когда закончилось вступление, безупречно попал в такт, и его низкий, бархатный голос под мягкие звуки гитары полился по маленькой спальне.

Потерявшись в твоих глазах, я ищу следы Млечного Пути...

В трансляции начали постепенно появляться зрители.

Ух ты, какой сокровище-новичок!

У паренька, который играет на гитаре, такие красивые руки!

А ведущие — пара? *[звёздочки в глазах]*

Сун Шуян был полностью поглощен игрой и не следил за чатом, а Цзинь Чжоу лишь улыбнулся экрану и покачал головой.

Он продолжил тихо петь:

— Сколько еще нужно пройти, чтобы проникнуть в твое сердце, сколько еще ждать, пока мы сблизимся, человек, который так близко, но к которому невозможно прикоснуться...

Песня неожиданно оборвалась, Сун Шуян тоже перестал играть, повернулся к Цзинь Чжоу и спросил:

— Что такое?

Цзинь Чжоу ответил:

— Ничего, давай другую.

В итоге к концу трансляции пиковое число зрителей едва достигало десятка. Посмотрев на статистику, Сун Шуян сильно расстроился:

— До того, как я заработаю кучу денег и куплю тебе новую спальню, еще очень далеко.

Цзинь Чжоу в одиночку убирал вещи и с улыбкой произнес:

— Ничего страшного, считай, просто поиграли.

— Я пойду спать, ты тоже ложись пораньше.

— Угу, спокойной ночи.

Тело старшего брата пробудило у Цзайцзая ориентацию, и за одну ночь он осознал, что мужчинам не положено телесно сближаться друг с другом.

Всем тоже спокойной ночи~ «Спокойной ночи» значит «я люблю тебя»~

Глава 9. Провести чёткую границу

Болезнь настигла Сун Шуяна очень вовремя: стоило ему поправиться, как все прежние обиды и недомолвки с Цзинь Чжоу испарились сами собой. От нечего делать он снова заявился к нему в комнату, чтобы подразнить, но Цзинь Чжоу этого не понимал:

— Есть в моей комнате что-то такое, от чего ты без ума? Хочешь поменяться?

Сун Шуян жалел свою полутораспальную кровать, а еще больше — его классную бамбуковую циновку с эффектом прохлады:

— Губа не дура.

Вспомнив, как Цзинь Чжоу помогал ему стирать простыню, — а все эмоции давным-давно улеглись, ведь он был человеком легкомысленным и толстокожим, — Сун Шуян теперь даже сам завел разговор:

— Эй, а ты умеешь *вот так*?

— Как это — так?

Он сложил правую руку в колечко и стал водить вокруг указательного пальца левой руки, изображая крайне непристойный жест, и бесстыдно произнес заветное слово.

Цзинь Чжоу играл в какую-то ритм-игру, его длинные пальцы молниеносно порхали по экрану, не удостаивая гостя даже взглядом:

— Конечно умею, любой мужик умеет. Хочешь, научу?

Сун Шуян напрочь пропустил мимо ушей пошлую шуточку, которые тот отпускал раз в сто лет, уселся на край кровати и спросил:

— А такое ты смотришь?

Цзинь Чжоу ответил чуть более раздраженным тоном:

— Такое — это какое? Только и слышу от тебя: «то», «се».

— Ну, то самое, где всего два актера.

— Городские диалоги?

— Да нет же! Про мужчину и женщину.

— Цэньцзюань?

Сун Шуян занервничал и топнул ногой у постели.

Цзинь Чжоу вышел из игры, поднял на него взгляд, и уголки его губ медленно изогнулись в недоброй усмешке.

Стоило ему так улыбнуться, как Сун Шуян сразу понял, что тот замышляет какую-то гадость. Попытка закрыть ему рот рукой уже опоздала, и Цзинь Чжоу выпалил:

— Вообще-то актеров там необязательно двое, и они вовсе не обязательно разнополые.

Сун Шуяну стало одновременно и неловко, и любопытно:

— А если двое парней, то как они...

Цзинь Чжоу двинул его ногой в спину:

— Понятия не имею, вали отсюда.

Сун Шуян со злости ухватил его за щиколотку:

— Ну вот, ты опять злишься! Я же просто спросил!

— Так ты смотришь такое или нет? — снова допытывался он.

Цзинь Чжоу раздраженно бросил:

— Не смотрю. Твой покорный слуга страдает фригидностью.

Потерпев неудачу в обсуждении вопросов физиологии и гигиены со средним представителем мужского пола в их доме, Сун Шуян с полным трюмом уныния покинул его комнату, но перед уходом не забыл напомнить:

— Сегодня в восемь вечера снова стрим из твоей комнаты.

— Знаю.

После ужина Сун Шуян от безделья слонялся по двору. Сун Нянь прекрасно понимал толк в красивой жизни, поэтому на пустом участке земли обустроил цветник, сплошь засаженный плетистыми и кустовыми розами. Некоторые плети разрослись до такой степени, что перекинулись за забор, и теперь пестрели цветами, привлекая прохожих, которые останавливались, чтобы сделать фото.

Посмотрев на бурно цветущие розы, он снова принялся донимать Сун Няня:

— Мам, а давай на улице качели повесим?

Сун Нянь не поддался на его уловки, ткнул сына в лоб и разоблачил:

— Повешу я тебе качели! А ну помнишь, как в детстве ты канючил, чтобы тебе купили гамак? Брат тогда столько сил и времени потратил, сам его сделал, а в итоге? Пару раз попользовался, и он теперь на чердаке пыль собирает.

— В этот раз я точно буду качаться каждый день! Ну пожалуйста, мамочка, мамочка~

Сун Нянь не выдержал его ласкового нытья, оттолкнул его и сказал:

— Иди к брату. Если он разрешит, тогда и сделаем.

Как раз в этот момент из дома вышел Цзинь Чжоу:

— На этот раз какую пакость удумал?

Сун Шуян мгновенно сменил объект для уговоров, заглянул в глаза Цзинь Чжоу с сияющим видом и закинул руку ему на плечо:

— Братец, сделай мне качели, а?

На этот раз Цзинь Чжоу согласился на удивление легко:

— Ладно.

Но тут же добавил:

— Только ты должен выполнить одно мое условие.

— Говори, что угодно! Пока твоему младшему брату это по силам, я хоть в огонь, хоть в воду!

Цзинь Чжоу снова скривил губы в ту самую фирмовую улыбку, с которой всегда затевал какую-нибудь гадость. От этого зрелища по спине Сун Шуяна пробежал холодок, и накатывающий страх вновь дал о себе знать.

Однако в конце концов Цзинь Чжоу потребовал лишь одного:

— Отныне каждый раз перед тем, как войти в мою комнату, ты обязан стучать.

Сун Шуян машинально выдохнул с облегчением:

— И делов-то? По рукам.

Сун Нянь с улыбкой заметил:

— Все-таки брат о тебе заботится.

— Ой, да не то слово! Просто золото, а не брат!

Цзинь Чжоу ущипнул его за щеку:

— Подлиза мелкий.

Но на его лице читалась снисходительная улыбка.

Ровно в восемь вечера Сун Шуян затащил Цзинь Чжоу в комнату и вовремя начал трансляцию. Непонятно почему, но стоило им только выйти в эфир, как тут же подскочило несколько сотен зрителей.

— Это еще что такое? Нас что, вывели в рекомендации?

Кто-то в чате подсказал им разгадку: [Пришли с того видео, где парень в черном улыбается и качает головой. Такие милые, просто сил нет, я это шиверю!]

Сун Шуян опустил взгляд. Сегодня на нем была белая футболка, а парнем в черном, очевидно, назвали Цзинь Чжоу. Выходить из трансляции со своего телефона было неудобно, поэтому он протянул руку:

— Дай-ка свой телефон.

Взяв гаджет, он разблокировал его по лицу Цзинь Чжоу, а затем вбил ключевые слова, следуя подсказкам из чата.

Первым же видео оказался классический ролик с озвучкой от группы пиара: [Пользователь случайно наткнулся на музыкальный стрим. Между парнем с гитарой и поющим парнем такая безумная химия! Кто-то спросил в комментариях, пара ли они, а поющий парень так улыбнулся и покачал головой... Моментально проникаешься текстом песни. Кто понимает эту сдержанную любовь?! Кто понимает разницу в росте и комплекции?! Кто понимает это сексуальное напряжение?!]

Видео собрало несколько тысяч лайков, а в комментариях все просто сходили с ума.

Сун Шуяна аж передернуло от отвращения. Если бы кто-то пошутил так раньше, он бы с радостью поддержал шутку в чате, но теперь, когда в его отношении к Цзинь Чжоу обозначилась смутная граница, он тут же поспешил выйти из приложения и вернул телефон Цзинь Чжоу:

— С ума сойти, почему нас кто-то шиверит? Мысль об этом вызывает тошноту.

Повернувшись к экрану, он сурово произнес:

— Хватит нас шиверить, ясно? Мы с ним просто братья.

Чат на мгновение затих, но не прошло и минуты, как половина зрителей покинула трансляцию.

Сун Шуян был шокирован: неужели эта публика настолько меркантильна?

Цзинь Чжоу взял гитару и спросил:

— Продолжаем? Если не хочешь, давай закончим.

— Конечно продолжаем, с чего бы бросать? Давай сюда гитару.

Цзинь Чжоу ответил:

— Пой сам, у меня что-то настроения нет.

И сам собой заиграл Обычных друзей.

Голос Сун Шуяна был чуть звонче, чем у Цзинь Чжоу, и отлично подходил для исполнения R&B, вот только некоторые высокие ноты ему давались с трудом, так что приходилось вытягивать их мычанием. Тем не менее его яркий и приятный голос, а также забавные попытки с улыбкой спрятать фальшь на высоких нотах придавали исполнению игривости, благодаря чему оставшихся зрителей все же удалось удержать.

Под конец трансляции они заработали чуть меньше ста юаней.

Глядя на свой первый в жизни заработок, он быстро выкинул из головы все мысли о шипперах и с широким сердцем перевел Цзинь Чжоу пятьдесят юаней со словами:

— Сходи поешь фастфуда.

Цзинь Чжоу принял перевод:

— Благодарю за милость, о великий правитель!

— Слушай, почему ты сегодня все время играл депрессивные хиты? Ты что, бросил кого-то?

— Я ни с кем и не встречался, с чего бы мне кого-то бросать?

Услышав это, Сун Шуян почувствовал, что странное напряжение последних дней немного отпустило, и ему показалось, что Цзинь Чжоу снова стал прежним.

— Ложись спать пораньше, я тоже пойду, умираю как хочу спать, — он громко зеванул.

— Цзайцзай, — внезапно окликнул его Цзинь Чжоу. — Если тебе станет некомфортно находиться со мной рядом, можешь держаться от меня на расстоянии. Я не стану отдаляться из-за этого.

Млекопитающие наклоняют голову на пятнадцать градусов, когда сталкиваются с чем-то непонятным, словно это помогает мыслительному процессу. Сун Шуян замер в такой же позе и переспросил:

— В смысле?

— Твоя психологическая зрелость катастрофически отстает от физиологической. Именно поэтому в тот день ты без всякой причины сорвался и почувствовал, будто я тебе чужой. Это нормально, ведь ты осознал, что мы уже не дети.

Цзинь Чжоу вздохнул и продолжил:

— Сейчас твои романтические ориентиры еще размыты. До тех пор, пока ты не научишься полностью себя контролировать, не привязывайся слишком сильно ни к кому, кроме мамы. Меня это тоже касается, договорились?

Сун Шуян слушал его как в тумане, единственное, что он отчетливо уловил — это разливающееся внутри чувство потери. В тот же миг его словно обесточило.

— Так бы и сказал, что хочешь провести со мной четкую границу.

Произнося эти слова, Сун Шуян снова почувствовал, как его яркие глаза заволокла пелена влаги, а веки слегка задрожали. Цзинь Чжоу хотел протянуть руку и потрепать его по щеке, как делал бесчисленное количество раз прежде, но в конце концов усилием воли заставил себя опустить руку.

http://bllate.org/book/25532/3045942