Готовый перевод Stand No. 005 / Резервный номер 005: Глава 9: Допрос

Ци Жань понимал колоссальную разницу в их силах. Он не думал о сопротивлении или побеге, лишь слегка изменил позу, чтобы связанным рукам было чуть удобнее.

– Генерал, – вода стекала по волосам, мелкие капли давили на ресницы, приходилось постоянно моргать, чтобы они падали вниз. – Что это значит?

После стремительной и хаотичной потасовки Чжун Чанцзюэ выглядел на редкость терпеливым. Он сидел напротив, его взгляд был испытующим и безучастным.

– Только что вы говорили, что армия не может ставить себя выше закона, а теперь вот так меня связали, – сказал Ци Жань. – Я немного запутался.

– Я хочу поговорить.

Ци Жань звякнул цепью:

– Ваш способ для разговора не очень дружелюбен.

– Нет, сейчас он как раз дружелюбен, – ответил Чжун Чанцзюэ. – Если продолжишь прикидываться дурачком, вот тогда узнаешь, что такое «недружелюбно».

Ци Жань перестал двигаться и перевёл дыхание. Ушибы, полученные при столкновении в ванне, отозвались волнами тупой боли, прижатые к спинке стула.

– В новостях вы идеальный военачальник, в полицейском участке тоже были весьма тактичны, а сейчас…

– Здесь не общественное место, – произнёс Чжун Чанцзюэ. – Публичный образ и частный часто различаются.

– Вы не боитесь, что после того, как я выйду из этой комнаты, ваш публичный образ может измениться?

– По сравнению со мной, твоим словам мало кто поверит, – сказал Чжун Чанцзюэ. – Учитывая твою профессию, мы просто переспали, и только.

Ци Жань прикусил нижнюю губу.

– Подделывая личность, ты должен был предвидеть, что этот выбор доставит тебе неприятности.

Сердце Ци Жаня тяжело упало вниз. Он знал, что его искусство обмана небезупречно. За последние десять лет он всегда сидел взаперти в помещении, будучи инженером. У него не было опыта, не было времени подражать работникам сферы услуг. Само по себе это не являлось большой проблемой, поскольку он мог начать всё сначала в незнакомом месте, но он не ожидал, что прошлое настигнет его так быстро, не дав ему времени подготовиться.

Нет, тут же подумал он, Чжун Чанцзюэ видел его всего два раза, как он мог разгадать его маскировку? Это блеф.

Однако, если он блефует, значит, у него есть подозрения, а подозрения не возникают на пустом месте.

Раскрыл ли он что-то? Или это интуиция 005?

Он понимал, что Чжун Чанцзюэ наблюдает за ним. Слишком долгое молчание неестественно, поэтому пришлось изобразить недоумение:

– Какую личность подделал?

– Ци Жань, – Чжун Чанцзюэ произнёс это очень медленно, словно в этих словах было что-то, заслуживающее глубокого изучения. – Это твоё настоящее имя?

Ци Жань снова моргнул, капли скатились, бесшумно впитавшись в халат и оставив тёмное пятнышко.

– Я на работе использовал много имён, – ответил он. – Дэнни, Лоренс, Райли…

– Тебе не кажется странным, что обычный жиголо спрыгивает на ходу из машины и не получает ни царапины?

Ци Жань внутренне стиснул зубы. Прыгая, он действительно использовал кое-какие приёмы группировки, но кто же мог знать, что Чжун Чанцзюэ это увидит?

Он попытался отделаться первой попавшейся отговоркой:

– Я упал в зелёную зону, там кусты были густые.

– Неужели?

– И ещё, – добавил Ци Жань. – ваши термины немного устарели. Сейчас мы называемся «эскорт высшего класса».

Чжун Чанцзюэ пристально смотрел на него. Ци Жань опустил взгляд и заметил, что из-за недавней борьбы халат совсем разболтался, выставляя напоказ грудь и полоску гладкого плеча.

В связанном положении не получалось поправить одежду. Этот полуобнажённый вид в сочетании с аккуратной военной формой напротив создавал абсурдный контраст.

– Dui mist kora, theoro curex lar (Пасть на поле боя так сладко и почётно), – заметил Чжун Чанцзюэ. – Ты произнёс эти слова в приюте.

Ци Жань содрогнулся от ужаса.

Так вот какая фраза привлекла его внимание? Он говорил это 005-му? Ци Жань лихорадочно просеивал память, но в голове была лишь звенящая пустота. Возможно, и правда говорил, но это было так давно и так редко, что он напрочь забыл.

Чжун Чанцзюэ, конечно, не стал упоминать тот сон, а просто исходил из общеизвестных фактов:

– Ты ещё и читаешь стихи Гоцзи. Для твоей профессии это довольно странно.

– Мой приёмный отец любил Гоцзи, у нас дома было много его сборников, – парировал Ци Жань. – Я слушал его каждый день и выучил наизусть.

Чжун Чанцзюэ не мог опровергнуть это объяснение, но и не мог отказаться от своей интуиции. В тот момент, когда он услышал последние строки, волна дежавю захлестнула его. Интонация, с которой этот человек читал стихи, была так похожа на ту, что во сне, пусть голос другой, лица не разобрать, но это был тот же человек. Без всяких причин, просто потому что его интуиция так подсказывала.

Чжун Чанцзюэ медленно подался вперёд:

– Мне всё время кажется, что ты мне знаком. Мы раньше встречались?

Ци Жань застыл. Неужели он что-то вспомнил? Он поднял голову и впервые с тех пор, как вошёл в комнату, посмотрел прямо в эти глаза, тёмные и глубокие, словно бездна.

Нет, если бы команда стёрлась, и он помнил всё, ему не пришлось бы так окольно, так масштабно допрашивать.

– Вряд ли, – тихо проговорил Ци Жань. – Если бы я с вами спал, такого впечатляющего человека, как вы, я бы обязательно запомнил.

В глазах Чжун Чанцзюэ мелькнул холод, и он снова откинулся назад:

– А ты и впрямь обожаешь играть чужие роли.

Ци Жань вздохнул:

– Генерал, я правда не…

Чжун Чанцзюэ перебил его:

– Ты знаешь, как военная разведка допрашивает подозреваемых?

Ци Жань замолчал. Что это значит? Он действительно собирается пытать его?

Чжун Чанцзюэ смотрел на него:

– Тебя поместят в тесную комнатушку без окон, тысячеваттная лампа будет светить в глаза, не давая спать ночами напролёт, комната раскалится, как печь, выжимая из тебя каждую каплю влаги. Или будут заливать в тебя воду, пока живот не раздуется, как воздушный шар, затем будут давить на тебя доской, чтобы тебя вырвало, а потом снова заливать... После трёх-четырёх раз из носа, глаз, ушей постоянно будет течь вода, точнее вода с кровью.

Ци Жань невольно почувствовал, как мурашки побежали по коже, и не из-за самих описаний, а из-за ровного тона рассказчика, словно это самые обычные вещи.

– А есть ещё самый простой... – Чжун Чанцзюэ достал из кармана формы квадратик размером с накопитель. – Электрошок.

Зрачки Ци Жаня резко сузились. Он прекрасно знал модель C93 и понимал, что этому пульту от наручников достаточно лёгкого нажатия, и холодный металл выпустит ток. Только подумав об этом, мышцы уже напряглись.

– Сначала это будет лишь лёгкое покалывание, – сказал Чжун Чанцзюэ. – Словно ряд тонких игл медленно вонзается в плоть. Потом кожа начнёт гореть, как в огне, глубокие мышцы и сосуды быстро омертвеют, тебя начнёт неконтролируемо трясти, каждый мускул сведёт судорогой и перекрутит. Но не волнуйся, после допроса на теле не останется никаких видимых ран.

Ци Жань прикусил внутреннюю сторону щеки и уставился на армейские ботинки в поле зрения. В глубине души он не верил, что тот действительно нажмёт на кнопку. Даже если это новая личность 005, они столько лет были вместе, неужели в инстинктах, в подсознании не осталось ни капли жалости?

Он всё ещё блефует.

Только эта мысль возникла, как запястье вдруг пронзила острая боль. Ци Жань вздрогнул от ужаса и вскрикнул.

Чжун Чанцзюэ поднял пульт в руке, дисплей на нём тускло светился в темноте:

– Напряжение было всего десять вольт.

Ци Жань широко раскрыл глаза. С его лба капал пот.

Чжун Чанцзюэ нажал на экран и отображаемое напряжение начало расти.

– Твоя личность, твоё прошлое, твои отношения со мной, – произнёс он. – Тебе лучше хорошенько всё обдумать.

Ци Жань сглотнул. Он мог бы покончить с этим, выложить всю правду, стоит лишь назвать ту последовательность цифр, и всё кончится, но…

Тот уже не был его личным творением, он был генералом Федерации, главнокомандующим фронтом. Никто не мог предсказать, что произойдёт, когда к нему вернётся память. Взмах крыла бабочки может вызвать ураган, что уж говорить о центральной фигуре в армии?

Он не мог рисковать.

Цифра на дисплее поднялась до 50.

Он глубоко вздохнул, стиснул зубы и открыл рот:

– Я не знаю, о чём вы говорите.

Чжун Чанцзюэ изучающе смотрел на него и покачал головой:

– Надеюсь, ты не возлагаешь надежды на мою жалость.

100.

Ци Жань вцепился в подлокотники.

150.

В комнате по-прежнему стояла тишина.

200.

Чжун Чанцзюэ вдруг остановил руку. Цифра застыла. Ци Жань только собрался выдохнуть, как палец собеседника переместился на кнопку пуска.

– Моё терпение на исходе, – сказал он. – Я считаю до трёх. Если ты не хочешь, чтобы завтра утром администратор гостиницы обнаружил тебя мёртвым от удара током в ванне, лучше начни говорить.

Ци Жань на мгновение задержал дыхание. Нет-нет-нет, он ещё не готов к невыносимой боли…

– Три.

Он должен что-то сделать.

– Два.

Тот ещё ничего не вспомнил, если только…

– Один.

Палец медленно нажал на экран.

За мгновение до касания в комнате вдруг раздался спокойный голос:

– Подождите.

Выражение лица Чжун Чанцзюэ смягчилось, казалось, решение Ци Жаня заговорить тоже облегчило ему душу. Он убрал палец с экрана:

– Так быстро сдался? А я думал, ты ещё немного побрыкаешься.

– Я не сдаюсь, просто хочу задать пару вопросов, – ответил Ци Жань. – Оставьте свои предрассудки и просто послушайте. Терпеть не могу, когда меня заранее записывают в виноватые.

Чжун Чанцзюэ посмотрел на него. Страх в глазах собеседника исчез, взгляд стал острым. С Линхэ до приюта этот человек всё время был вежлив, мягок, безобиден, а сейчас вдруг стал напористым. Чжун Чанцзюэ нашёл это даже интересным:

– Знаешь, твои речи всё меньше напоминают лепет жиголо.

– А ваши всё больше тянут на дискриминацию по профессии.

– Мне ничего не мешает нажать на кнопку прямо сейчас.

Ци Жань незаметно втянул руки поглубже в рукава халата, но взгляд не отвёл. За окном послышались слабые гудки машин, далёкий колокольный звон. Уже десять часов.

– Почему вы думаете, что мы встречались? – он смотрел прямо на Чжун Чанцзюэ.

– Что?

– Вы сказали, мы встречались. Где, когда, что мы делали? – Ци Жань пошевелил запястьями, которые уже онемели от застоя крови. – Дайте мне хоть какую-то зацепку, может, и вспомню.

– Роламия, – сказал Чжун Чанцзюэ. – Мы встречались на вершине.

– Я не был в этом месте, – произнёс Ци Жань. – Можете проверить мои билеты: самолёты, скоростные поезда, беспилотники. Вы ведь уже давно раздобыли моё досье, не так ли?

Взгляд Чжун Чанцзюэ помрачнел.

– Мы не виделись раньше. И да, я действительно Ци Жань, – продолжил он. – Моя внешность, мои отпечатки доказывают это. Говорите, что я подделал личность, только вы. Генерал, вам не кажется, что вероятность того, что вы ошиблись человеком, выше? Или вы можете привести какие-то доказательства?

Чжун Чанцзюэ не ответил. Его доказательством был сон, но говорить об этом было бы смешно.

– Генерал, – Ци Жань в упор посмотрел на него, – вы пытаетесь опровергнуть неоспоримые данные архива, опираясь на одни лишь фантазии. Мы вообще-то в правовом обществе живём.

– Любые записи можно подделать. Чем совершеннее технологии, тем больше способов их обойти. С начала войны индустрия кражи личных данных процветает как никогда.

– Кража личности тяжкое преступление, срок от пятнадцати лет и выше, – отрезал Ци Жань. – У меня нет ни денег, ни связей, чтобы проворачивать такие махинации.

– Кто знает, какие ресурсы у тебя были раньше? – произнёс Чжун Чанцзюэ. – Даже если были, то проблемы, заставившие тебя рискнуть всем, сменить личность и пуститься в бега, явно были немалыми. Если тебя что-то тревожит, скажи мне. Я могу решить эти трудности. Я могу тебя защитить.

Услышав последнее слово, Ци Жань криво усмехнулся.

– Это невозможно, – опровергнул он. – не пытайтесь меня обмануть.

Чжун Чанцзюэ нахмурился из-за этого обвинения:

– Осторожнее в выражениях.

Ци Жань сжал губы и посмотрел на него прямо:

– Зачем вы уничтожили свой терминал?

Чжун Чанцзюэ на мгновение замер.

– Я могу понять, зачем вы уничтожили мой терминал и заставили меня сидеть в воде. – Ци Жань не сводил с него глаз. – Вы хотели допросить меня и боялись, что у меня припрятано какое-то устройство. Но зачем вы сделали то же со своим собственным терминалом?

Он попал в точку, подумал Чжун Чанцзюэ, его сердце дрогнуло. Этот человек был далеко не так прост, как казалось, но кем же он был на самом деле?

Мозг лихорадочно работал, в хаосе нащупывая следы. Это отчаяние, когда знаешь, что ответ существует, но не можешь его найти, сводило с ума.

– Вас прослушивают? – продолжал допытываться Ци Жань. – Во всей Федерации есть лишь один человек, способный шпионить за командующим армией. Вы уничтожили терминал, чтобы избавиться от его контроля и поговорить со мной. Но если вы сами перед ним бессильны, то как вы собрались защищать меня?

Чжун Чанцзюэ резко перехватил его запястье. Сила, способная переломить стальную балку, сдавила кость.

– Так ты признаёшь? Признаёшь, что у тебя есть секрет, который нужно защищать?

– Я лишь напоминаю, что у меня есть зачатки логики, – Ци Жань попытался вырваться, но, разумеется, тщетно. – Хватит пытаться поймать меня на блефе, придумывая нелепые предлоги. В чём истинная причина того, что вы не считаете меня Ци Жанем?

Чжун Чанцзюэ обеими руками упёрся в подлокотники, холодно глядя на него сверху вниз. Их лица разделяли всего несколько сантиметров. Сквозь тонкую пелену ночи Ци Жань слышал только гул собственного сердца.

В этот момент раздался стук в дверь.

Автору есть что сказать:

Ци Жань: Я тут единственный персонаж, который знает всю правду от и до… так почему мне достаётся больше всех?

Комментарии переводчиков: 

потому что ты знаешь спойлеры

– bilydugas

Но Ци Жань достаточно праведный человек, чтобы ими не делиться)

– Далия

http://bllate.org/book/25384/3026189