Готовый перевод The Years I Made Seven Idiots Weep / Дневник позора: как я заставил семерых идиотов рыдать: Глава 20

Глава 19

Чу Сянвань уже приготовился к тому, что его голова сейчас со всего маху врежется в землю, но никак не ожидал, что человек перед ним протянет руку. Эта рука обвилась вокруг его талии и резким движением притянула обратно.

В сменившемся поле зрения он увидел лицо Цзян Ханя — точь-в-точь такое же, как в его снах.

Только вот между ними больше не стоял круглый стол, и в пространстве между их телами кружились лишь лепестки персиковых цветов, посаженных в усадьбе.

В мире уже отцвели апрельские цветы, но персиковые деревья на этой горе как раз буйно цвели. Лепестки один за другим падали им на головы и плечи, украшая алый плащ и отражаясь в серебряных доспехах.

Последнее оставшееся между ними расстояние исчезло: Чу Сянвань прижался всем телом к доспехам Цзян Ханя, ощущая, как узоры на броне сквозь одежду причиняют ему тупую боль.

Из-за разницы в росте, будучи так резко притянутым, молодой хозяин крепости даже был вынужден встать на цыпочки.

В этой безлюдной галерее кружились лепестки персика — поистине судьбоносная встреча.

Однако Чу Сянвань испытывал лишь страх.

Когда он увидел Чжоу Юя, то подумал лишь о том, что этот изящный и благородный юноша в точности похож на человека из его сна, но при виде Цзян Ханя он испугался до такой степени, что у него даже косичка встала дыбом.

Молодой хозяин крепости инстинктивно вспомнил, что в том кошмаре человек перед ним поверил написанному в той паршивой книге, посчитал его одаренным в культивации гением, который начал практиковаться еще во младенчестве, и всей душой жаждал сойтись с ним в поединке.

В этот момент он совершенно забыл, что уже убедился в пустой природе того кошмара, и отчаянно молился про себя: «Только не вызывай меня на бой, только не вызывай меня на бой, только не вызывай меня на бой…»

Цзян Ханя смотрел на этого врезавшегося в его объятия и чуть не упавшего юношу. Как и все остальные, этот юноша боялся его, и сам Цзян Ханя не понимал, почему это он вдруг решил его поймать.

На столь близком расстоянии он смотрел на лицо юноши, в эти глаза, чувствуя смутное ощущение дежавю.

Его взгляд опустился ниже — от напряжения Чу Сянвань со страху принялся грызть собственные пальцы.

Цзян Ханя на мгновение задержал взгляд на его кончиках пальцев и губах, после чего ослабил хватку и отпустил его.

По случаю трехсотлетнего юбилея старосты клана Чжоу Цзян Ханя завершил одно сложное дело неподалеку и лишь после этого поскакал сюда на своем скакуне. Однако, несмотря на ночную скачку, к моменту его прибытия время было уже упущено.

Поэтому, едва соскочив с лошади, он сразу же отправился навестить старшую госпожу и преподнести поздравительный дар, после чего вернулся в гостевой двор Виллы Ясной Луны, чтобы отдохнуть, никак не ожидая встретить здесь такого малыша.

Отпустив его, Цзян Ханя продолжал смотреть на юношу, размышляя о том, что никогда раньше не видел его в клане Чжоу, а значит, тот явно не принадлежал к их роду.

Выходит, он пришел поздравить с юбилеем? И почему же это у него возникает такое щемящее чувство знакомства с этим пареньком?

Молодой хозяин крепости, который во время этого объятия даже не смел вздохнуть полной грудью, только теперь сообразил, что его уже отпустили, и вспомнил, что ранее уже убедился: всё это был лишь сон.

Судя по бесстрастному выражению лица Цзян Ханя, тот явно не узнавал его.

Верно, именно так!

Чу Сянвань мгновенно сориентировался, отступил в сторону, опустил голову и произнес: — Приветствую лорда… лорда Цзяна.

Цзян Ханя: — Неверно.

— А?

Услышав это, молодой хозяин крепости поднял голову и посмотрел на него. Всё же правильно: лицо точь-в-точь как во сне, сидит рядом с Чжоу Юем, неужели у Цзян Ханя есть брат-близнец?

Кто же знал, что Цзян Ханя протянет руку и ткнет его в грудь со словами: — Ци движется неправильно.

Чу Сянвань опустил голову, проследил взглядом за тем местом, куда тот указал пальцем, и озадаченно выдал: — О-о-о!

Оказывается, он имел в виду это!

И верно, по идее, если Усилие Разгона Облаков освоено как надо, не то что при столкновении с человеком — даже врезавшись в стену, сможешь увернуться, никак нельзя было оплошать так, чтобы дважды наступить собственной левой ногой на правую.

Длинный палец Цзян Ханя не отнимался, а вместо этого прямо на груди юноши принялся вычерчивать линии циркуляции ци.

Сквозь одежду Чу Сянвань ощущал властную первородную силу, исходившую от чужого кончика пальца — казалось, эти пути циркуляции ци пытаются высечь прямо на его теле.

Эта первородная сила увлекла за собой его собственное дыхание, заставив молодого хозяина крепости помимо воли завершить один малый небесный круг.

Дождавшись, пока циркуляция завершится, Цзян Ханя убрал руку и увидел, что юноша перед ним уже сжал оба кулака, раскрасневшись от возбуждения, а его глаза песика восторженно и ярко сияли, глядя на него так, словно перед ним стоял его кумир.

Цзян Ханя бесстрастно посмотрел на него пару мгновений, заметив, как юноша слегка сжался, словно испугавшись его ледяного взгляда и растеряв весь свой пыл.

Чу Сянвань немного сбавил свой восторг, не ожидав, что ему посчастливится получить наставления от самого Цзян Ханя!

Счастье привалило настолько внезапно, что он на мгновение позабыл, сколь неприступен Цзян Ханя.

В глазах смертных Лорд города Фэйсин походил на гордого белого волка с заснеженных вершин — стоило лишь попытаться приблизиться к нему, как его взгляд тут же заставлял отступить в страхе.

Но тем сильнее было желание подойти ближе.

Стоило только мысленно отделить его от образа из того кошмара, как молодой хозяин крепости тут же вернулся к состоянию человека, встретившего своего кумира.

Кто бы мог подумать, что за эту поездку он не только познакомится с мечтой тысяч девушек, но и увидит кумира тысяч юношей!

Когда он постареет и, сидя у камина, станет рассказывать об этом внукам, соседские дети обзавидуются до слез!

Цзян Ханя отвел взгляд и ушел, даже не спросив его имени.

Молодой хозяин крепости стоял на месте, глядя, как алый плащ вздымается красными волнами вслед за его шагами, и воображая, как этот потрясающий бог войны носит такой цвет на поле боя — даже если прольется море крови, никто и не заметит. Вот это поистине настоящая мужская романтика.

Кумир удалился так решительно и прямо, словно просто мимоходом помог какому-то незнакомцу, оставив Чу Сянваня в одиночестве кипеть от восторга в этой пустой галерее, пока живот снова не подал голос, напомнив, что вообще-то он собирался пообедать.

Все гости, прибывшие поздравить с юбилеем и оставшиеся на Вилле Ясной Луны, трапезничали вместе, и к моменту прихода Чу Сянваня за столами уже собралось много людей.

Узнав, что Лорд города Фэйсин Цзян Ханя прибыл сегодня и, едва соскочив с лошади, еще не успев снять доспехи, преподнес свой подарок, все оживленно обсуждали, что же именно он подарил.

Молодой хозяин крепости сидел за столом, закидывая в рот еду и прислушиваясь к их спорам: — Лорд Цзян взял ядра Небесных Демонов, сплавил их воедино и велел мастерам вырезать три звезды Фу, Лу и Шоу, которые и преподнес старшей госпоже.

Окружающие дружно ахнули, и молодой хозяин крепости даже прервал трапезу.

Послышался восхищенный вздох кого-то за соседним столом: — Во всем мире, кроме Лорда Цзяна, кто еще посмел бы поступить так?

Чу Сянвань вспомнил, как только что собственными глазами видел живого Цзян Ханя, и, продолжая уплетать обед, согласно закивал вместе со всеми.

Вчерашнее преподнесение картины уже прославило его среди гостей.

Замок Гонящих Облака бесшумно и незаметно явил подлинное творение Святого Воровства, да еще и подгадал идеальный момент для подношения, так что сегодня все охотно звали его за свои столы.

Заметив, что Чу Сянвань тоже кивает, говоривший за соседним столом человек поинтересовался: — Сколько еще молодой хозяин крепости Чу собирается пробыть в Городе Тяньнань?

Чу Сянвань прожевал еду, отложил палочки и ответил: — Я путешествую, так что, наверное, через несколько дней уже отправлюсь в путь.

Услышав его слова, все сочли этого юношу баловнем судьбы, который не ценит своего счастья: окажись на его месте любой из них, имея рядом такого спутника, как Юй Гунцзы, они бы, пожалуй, до конца жизни отсюда не уехали.

Доев первую пиалу риса, Чу Сянвань попросил добавки еще на две, пока наконец не почувствовал насыщение и не прекратил есть.

Он зевнул и неторопливо побрел обратно в свой дворик, размышляя по пути о траектории циркуляции ци, которую Цзян Ханя только что начертил на его теле.

— Если в полдень придет старший брат, я смогу задать ему еще пару вопросов.

Бормоча себе под носом, молодой хозяин крепости остановился перед воротами двора.

На середине склона горы находилось два дворика: в одном поселились они, а второй поначалу пустовал, но теперь судя по всему, там появился жилец.

Гости на Вилле Ясной Луны и впрямь прибывали нескончаемым потоком — если бы такое творилось в их Замке Гонящих Облака, они бы просто не справились с приемом.

Подумав об этом, Чу Сянвань толкнул ворота и вошел внутрь.

После обеда он вздремнул. Оказавшись в собственной комнате впервые, молодой хозяин крепости с любопытством оглядел убранство, все везде облазил и потрогал, после чего наконец улегся на кровать и подумал, что аромат благовоний здесь очень похож на тот, что исходил от старшего брата.

Сон выдался на славу. Проснувшись во второй половине дня, он чувствовал себя полностью отдохнувшим и сразу же принялся за тренировки прямо во дворе.

Чжоу Юй за весь день так и не появился, зато четверо его дядей вернулись после прогулки по Городу Тяньнань.

Все четверо выглядели абсолютно довольными: в Городе Тяньнань к ним относились точно так же, как в Городе Блаженства, куда бы они ни направились, везде их принимали как самых почетных гостей.

Трое из них наперебой заговорили о том, что картина Мэй Саня окупилась сторицей, а затем, глянув во двор, с удивлением обнаружили, что молодой хозяин крепости тренируется здесь уже полдня, причем судя по стойкам, его мастерство продвинулось еще на ступень выше по сравнению с утром.

Четверо невольно замерли, переглядываясь: за каких-то полдня такой стремительный прогресс, превосходящий все его успехи за годы тренировок в Замке Гонящих Облака — неужели его кто-то наставлял?

— Определенно, — изрек Фэн Сы. — Сам по себе молодой хозяин не смог бы дойти до такого.

Он высказался настолько уверенно, что тренировавшийся во дворе Чу Сянвань крайне недовольно прервал занятия.

Изначально молодой хозяин крепости собирался покрасоваться перед дядьями, но никак не ожидал, что они настолько не верят в его способность к постижению. Хорошо еще, что это движение он действительно не сам придумал, иначе бы и впрямь умер от злости.

Утерев пот, он обратился к четверым: — Дядья вернулись! Как вам Город Тяньнань, весело?

— Ничего особенного, — Чжу У качнул золотыми счетами. — Если говорить о веселье, с Городом Блаженства ничто не сравнится.

Зато у Города Тяньнань богатая история, лавки сплошь старые и проверенные временем, так что они накупили немало редких вещей, которые никак не могли найти раньше.

— Кстати, я должен вам кое-что сообщить, — Чу Сянвань вспомнил о важном деле. — Вчера, после того как вы уснули, заходил старший брат и сказал, что упорядочит сокрытую в картине «Магу поздравляет с днем рождения» технику и отдаст ее нам.

— Правда? — услышав это, Мэй Сань от радости чуть не сошел с ума. — А-а-а-а — !!!

Увидев, как он задрал обе руки выше головы и принялся ими бешено размахивать, остальные тут же бросились его сдерживать.

Лэй Эр поинтересовался: — А молодой хозяин крепости поблагодарил Юй Гунцзы?

— Поблагодарил, — Чу Сянвань стоял посреди двора, потирая подбородок. — Но благодарить его просто словами как-то неискренне, а я даже не знаю, что можно подарить старшему брату.

Мэй Сань: — Ха-ха-ха-ха-ха-ха-ха!

Пытавшийся удержать его Фэн Сы предложил: — Тогда пусть третий снова пошарит по сусекам, авось найдется еще какое-нибудь подлинное творение Святого Воровства, вытащим всё и отдадим Юй Гунцзы.

Мэй Сань прекратил бесноваться и гневно вырвался из чужих рук: — Ты думаешь, подлинники Святого Воровства валяются на дороге как капуста?! Сказал — и сразу нашел?!

Чу Сянвань посмотрел на них, почесал щеку, чувствуя себя беспомощным, и тут его живот снова издал отчетрливое урчание.

Он вздохнул: — Я пойду искупаюсь.

Иначе весь в поту, за ужином будешь чувствовать себя неловко.

Четверо мужчин отмахнулись: — Иди, иди, мы ждем тебя к ужину.

Надев старенький халат Мантии Гоняющих Облака, Чу Сянвань толкнул дверь и вышел, направляясь по вчерашней тропинке в бамбуковую рощу за двором, чтобы искупаться в горячих источниках.

Вчера, едва он вошел туда, как обнаружил кого-то внутри, но сегодня почему-то доносился лишь плеск воды, а слуг поблизости не было видно.

Молодой хозяин крепости остановился, подумав, что в такое время все наверняка ушли ужинать и здесь никого не осталось, так что он вполне может обслужить себя сам.

Поэтому, поступив точно так же, как вчерашний слуга, он взял халат и полотенце и шагнул внутрь.

В глубине бамбуковой рощи журчание источника казалось тихим и безмятежным; приближался вечер, в горах похолодало, и туман над горячим источником стал еще гуще.

Подойдя к краю бассейна, он уже собирался было раздеться и войти в воду, как вдруг услышал всплески.

Пальцы молодого хозяина крепости все еще лежали на поясе, он поднял голову и сквозь пелену тумана увидел стоявшего в воде человека: широкие плечи, узкая талия, длинные мокрые волосы прилипшей прядью лежали на спине.

На этом безупречном мужском теле каждый дюйм мышц был словно выверен до идеала, но всю кожу пересекали бесчисленные шрамы — их было даже больше, чем те, что Чу Сянвань видел на теле своего отца.

Молодой хозяин крепости так и замер на месте.

Уловив чужое присутствие, стоявший в источнике Цзян Ханя повернул голову, и боковым зрение заметил, как замеченный им сегодня в галерее юноша спешно и суетливо пятится назад.

— Извините, извините, я не знал, что вы здесь...

С испугу он даже применил Шаги, Разгоняющие Облака и исчез в мгновение ока, словно след его простыл.

В горячем источнике больше никого не оставалось. Цзян Ханя вышел из глубины купальни, подошел к краю и сел на мелководье.

Прислонившись спиной к обжигающе горячему камню, он вспомнил, как видел этого юношу днем, а теперь встретил снова — ну вылитый пугливый зверек, который безумно боится, но все равно почему-то норовит подобраться поближе.

http://bllate.org/book/25266/3012483

Обсуждение главы:

Еще никто не написал комментариев...
Чтобы оставлять комментарии Войдите или Зарегистрируйтесь