Готовый перевод Top Idol's Love-Obsessed Daily Life / Влюблённый идол: будни после камин-аута: Глава 9

Всё вышло именно так, как и предполагалось.

Когда Брат Жань, в своей фирменной бейсболке и с лицом, которое, пусть и выглядело сонным, всё равно оставалось вызывающе красивым, небрежной походкой вошел в кафе и безошибочно направился к их столику — чат трансляции взорвался ядерным залпом!

— А-а-а-а, я знала, что это Брат Жань!!!

— О боже, о боже! Свидание двух топ-звезд в кафе?! (безумно делает скриншоты)

— Объявляю! Друг Тан Цзюэ, ты мой бог! Этот пас просто идеален!

— Я умираю со смеху от того, как резко Цзюэ-бао протрезвел!

— Фанаты пейринга Жань-Цзюэ празднуют Новый год! Кумиры сами подбрасывают нам контент!

— Фанаты-одиночки, хватит строчить! Разве это похоже на отношения людей, которые не близко знакомы?!

— Как Чжоу Жань смотрит на Тан Цзюэ! Взгляд просто плавится! Однозначно плавится!

— Оператору — премию! Снимайте крупным планом! Не останавливайтесь!

Чжоу Жань полностью проигнорировал камеру — или, скорее, привык к ней — и с естественной легкостью отодвинул стул рядом с Тан Цзюэ, чтобы сесть.

Ци Ли тут же принялся строить рожи Тан Цзюэ, всем своим видом говоря: Ну что, я же сказал!

Тан Цзюэ от этого наглого выражения лица стало не по себе, он поспешно громко кашлянул, глазами подавая знак: Брат, мы же на съемках! Сбавь обороты!

Только тогда Ци Ли вспомнил о камере, мгновенно выпрямился и принял серьезный вид: Кхм… Привет, Брат Жань. Будешь что-нибудь пить? Американо?

В этот момент официант как раз принес два кофе и поставил их перед Тан Цзюэ и Ци Ли. Американо в чашке Тан Цзюэ было черным как смоль и дымилось от жара.

Чжоу Жань бросил взгляд на этот чистый черный кофе без сахара, и его брови привычно дернулись. Он, почти не раздумывая, протянул руку, совершенно естественно притянул к себе чашку Тан Цзюэ и сделал большой глоток.

— ???????

— Что я сейчас увидела??? Брат Жань отобрал кофе у Цзюэ-бао?!

— Офигеть! Косвенный поцелуй! Считай, что они уже поцеловались!

— Чжоу Жань: Кофе жены всегда вкуснее (смеющийся смайлик).

— Тан Цзюэ: Глаза в шоке.jpg.

— Где фанаты-одиночки? Выходите, оправдывайтесь! Разве бывшие одноклассники пьют из одной чашки?

— Друг рядом: Как же тяжело сдерживать смех (бьет по столу).

Тан Цзюэ, глядя, как его кофе безжалостно конфисковали, даже лисьи глаза округлил: — Чжоу Жань! Это моё!

Чжоу Жань поставил чашку на место, облизнул уголок рта, на котором остались капли кофе, и с ленцой, присущей ему по праву, ответил: — Знаю. Слишком горько, а у тебя желудок слабый, меньше пей такого. — Тон был настолько привычным, словно он делал это тысячу раз.

Чат окончательно сошел с ума:

— Он помнит, что у него слабый желудок! Как же он его любит!

— Этот привычный тон! Как же вы, ребята, намучились, три года притворяясь незнакомцами!

— Где загс? Я привез его сюда! Поженитесь прямо сейчас!

— Выражение лица друга Тан Цзюэ — это же я в этот момент! Не могу перестать смеяться!

— Режиссер! Эффект программы просто зашкаливает! Доплатите! Обязательно доплатите Чжоу Жаню!

…Ладно, ты победил, доволен?

Тан Цзюэ окончательно сдался и обреченно откинулся на спинку стула.

— Ты зачем приперся? — он сердито зыркнул на Чжоу Жаня. — У тебя нет графиков? Иди занимайся своими делами.

Чжоу Жань пожал плечами, и его привычная леность вернулась: — Нет, сейчас подготовка к новому альбому, я свободен. Кстати, хочешь заглянуть ко мне в студию звукозаписи?

— Пойдем!

Тан Цзюэ даже рта не успел открыть, чтобы отказаться, как сидящий рядом предатель Ци Ли уже хлопнул по столу, соглашаясь за него. Голос его звучал так громко, будто он боялся, что кто-то не услышит.

Тан Цзюэ почувствовал, как в виске снова запульсировало, и метнул в Ци Ли взгляд, острый, как нож:

Я когда-нибудь привяжу тебя к камню и утоплю в реке!

Чжоу Жань, очевидно, развеселился от этой помощи Ци Ли, тихо усмехнулся и бросил ему одобрительный взгляд — мол, отлично сработано.

Тан Цзюэ беспомощно наблюдал, как эти двое перемигиваются у него прямо перед носом, и от злости даже зубы заскрипели.

Чжоу Жань, видимо решив, что атмосфера подходящая, повернулся к Тан Цзюэ и, открыв рот, хотел что-то сказать, но не успел вовремя прикусить язык:

— Будешь, дорог…

— Кхм-кхм-кхм-кхм!!!

Едва прозвучало начало слова, как Тан Цзюэ, словно кошка, которой наступили на хвост, начал неистово кашлять. Он покраснел так, будто собирался выплюнуть собственные легкие!

Боже мой!

Спасите!

Что он ляпнул перед камерами?!

Чжоу Жань мгновенно пришел в себя, кончики его ушей на глазах окрасились в алый цвет, и он поспешно, топорно исправился: — …Будешь? Тан Цзюэ? — Он пододвинул к нему ту самую чашку кофе, из которой пил сам и из которой пил Тан Цзюэ.

Тан Цзюэ, продолжая истошно кашлять, отчаянно замахал руками: — Н-не надо!

Но тело будто жило своей жизнью —

Чжоу Жань поднес чашку прямо к его губам, и, прежде чем мозг успел подать команду, Тан Цзюэ машинально пригубил кофе. Движение было настолько естественным… словно они его отрепетировали.

— !!!!!!!!!

— Дорог??????? Он только что сказал Дорог???? Дорог что???? Дорогой????

— Тан Цзюэ: Кашель как производственная травма! Пусть съемочная группа оплачивает расходы на лечение!

— Уши Чжоу Жаня покраснели! Он запаниковал! Он точно запаниковал!

— Будешь Тан Цзюэ, ха-ха-ха, как же неуклюже он исправился!

— Тело так честно! Цзюэ-бао, ты же хотел отказаться до конца!

— Косвенный поцелуй №2! Эта чашка кофе вынесла слишком многое!

— Режиссер! За эту программу нужно доплатить! Двойную цену! Произошел инцидент на трансляции (зачеркнуто), родилась легендарная сцена!

— Жань-Цзюэ реальны! Сами кумиры заставляют нас шипперить! Кто не шипперит, тот не человек!

Трое… точнее, в основном Тан Цзюэ, словно поджарив задницу, допил последние капли кофе, схватил Ци Ли за руку и выскочил наружу.

Чжоу Жань неторопливо последовал за ними, с едва заметной улыбкой на губах.

— Ци Ли! — Тан Цзюэ понизил голос, процедив сквозь зубы: — Я когда-нибудь тебя прикончу!!!

Ци Ли, которого Тан Цзюэ тащил за собой, спотыкаясь, выглядел невинным и обиженным: — Истинное небо свидетель! Я правда не знал, что он вот так возьмет и выпалит это обращение!

Они, переругиваясь и дергая друг друга, забрались в фургон Чжоу Жаня и помчались в его личную студию.

Когда они вошли внутрь, Чжоу Жань надел наушники и начал записывать песню. Съемочная группа знала правила: микрофоны в студии были выключены, запись новой песни не должна была просочиться в сеть.

Вот тут-то зрителям трансляции пришлось несладко — им оставалось смотреть немое кино!

Освободившись от диктатуры микрофонов, Ци Ли наконец дал волю своей натуре. Он прикрыл рот рукой, придвинулся к уху Тан Цзюэ и зашептал, сплетничая:

— Эй! Вы когда помирились? А?

— Заткнись! — Тан Цзюэ толкнул его локтем.

— Ну скажи! Ну по секрету! — Ци Ли не унимался, продолжая подливать масла в огонь.

— Если еще раз вякнешь, я заклею тебе рот скотчем, веришь? — прошипел Тан Цзюэ.

В этот момент Чжоу Жань за стеклом студии начал петь.

Хотя снаружи нельзя было услышать мелодию, было видно, как он полностью погрузился в музыку.

Его тело слегка покачивалось в такт, взгляд был сосредоточенным и пылким, пальцы время от времени постукивали по пульту, и от него исходило ослепительное сияние, совершенно не похожее на его обычную ленивую манеру.

Тан Цзюэ, который до этого пререкался с Ци Ли, невольно перевел взгляд на него.

Он откинулся на спинку стула, молча наблюдая за тем, кто светился из-за стекла, и раздражение на его лице постепенно исчезло, уступая место сосредоточенности.

Ци Ли, заметив это, благоразумно прикусил язык, лишь хитро переводил взгляд с одного на другого с видом знатока.

Зрители трансляции хоть и не слышали ничего, но картинка была более чем красноречивой:

— Как Цзюэ-бао смотрит на Брата Жаня! Взгляд плавится! Однозначно плавится!

— Пусть не слышно, но как Брат Жань поет — это просто гипноз! Я пропала!

— Даже немое кино я могу шипперить! Придумала уже десять тысяч слов!

— Брат Жань в работе такой очаровательный! Совсем другая аура, чем обычно!

http://bllate.org/book/25244/3009386