Готовый перевод The God of My Dreams, Please Leave Me Alone [Transmigrated] / Бог из романа, отойди! История о случайном попаданце: Глава 18

Главный герой постиг магию света? Главный герой постиг магию света! Гу Янь был просто ошеломлен!

Это не значит, что, получив звериное ядро, он тут же научился бы использовать магию света и огня — у него просто появилась магическая предрасположенность. Но чтобы стать магом, все равно требовалось усердно учиться и тренироваться. Это было похоже на природного гения в точных науках: даже обладай он мозгом Эйнштейна, без учебы на экзамене все равно останется лишь круглая баранка. Особенно магию света постигать было куда труднее, чем любую другую; даже людям из Церкви, которые с рождения поклонялись богу света, требовалось с самого детства купаться в омовении лучами световых элементов, чтобы лишь после шестнадцати лет постепенно проявить свой потенциал световой принадлежности. А многие и вовсе до конца жизни не могли постичь истинный смысл света.

Главный герой, конечно, не мог остаться неспособным постичь его до конца жизни — золотой палец ему выдали именно для того, чтобы он освоил магию света. Но даже в первоисточнике главный герой сначала изучил боевые искусства, а затем магию огня, и лишь когда в возрасте восемнадцати лет он подвергся преследованиям со стороны мелкого босса, то познакомился с обязательным персонажем любого фэнтези-романа — святой девой Церкви света. И только благодаря ее помощи (предательству своего же лагеря) он постиг магию света.

Но сейчас главный герой неожиданно овладел ею без чьего-либо наставления! И пусть после применения он сразу же лишился сил и упал в обморок, судя по тому, как восстановились его собственные раны, это соответствовало силе как минимум епископа Церкви. А ведь главному герою исполнилось всего четырнадцать лет — такой прогресс был чересчур стремительным! Разумеется, можно было предполагать, что после пробуждения у главного героя уже не будет столь мощной силы: в конце концов, в его теле все еще оставалась часть энергии звериного ядра, и призывать элементы света было естественно легче. Когда же энергия звериного ядра полностью усвоилась бы, для повторного призыва световых элементов главному герою пришлось бы приложить собственные усилия. Впрочем, что касалось магии, стоило лишь однажды постичь ее, как в следующий раз все давалось гораздо проще. Одной ногой главный герой уже ступил в чертоги магов света — этот золотой палец был раскрыт чересчур беспардонно, просто бесстыдным образом!

Возмущаться — возмущался, но, помимо удивления, настроение у Гу Яня было вполне спокойным. В конце концов, Чу Хань был главным героем: обретение силы давалось ему так же просто, как взять вещь у себя дома, и сейчас все свелось лишь к тому, что предмет извлекли чуть раньше. Рано или поздно результат был бы тем же.

После лечения магией света все его тело ощущало невероятный комфорт, но из-за пережитых за всю ночь треволнений он смертельно устал и прилег рядом с главным героем. В конце концов, сейчас он сам был грязным и вонючим, так что валяться на земле было уже все равно.

После того как Чу Хань и Гу Янь по очереди улеглись, Лайас наконец тоже рухнул без сил. К счастью, перед отдыхом он не забыл поддержать барьер из Боевой Ци, иначе все трое, пожалуй, отправились бы кормить магических зверей в Джунгли Тысячи Зверей.

Неизвестно, сколько времени прошло, но Гу Янь проснулся от жары. Ему приснилось, будто его привязали к легендарному меддному столбу для казни через изжаривание, и жарят так, что он балансирует на грани жизни и смерти. Он хотел убежать, но его привязали накрепко, так что вырваться было совершенно невозможно. Мечась во сне и отчаянно борясь, он понял: если не сгоришь до смерти в борьбе, то проснешься от этой самой борьбы. Толстяк Гу проснулся весь в поту и обнаружил, что обе руки Чу Ханя накрепко обвились вокруг него, а от тела Чу Ханя исходил жар, словно тот собирался вспыхнуть.

По правде говоря, тот уже вспыхивал ранее: когда Чу Хань с помощью магии огня сжигал Громового пернатого зверя, его волосы и одежда уже полностью сгорели. Так что обнимавший Гу Яня Чу Хань был сейчас совершенно голым.

Мужчина мечты в обнаженном виде обнимал его — при одной мысли об этом сердце начинало слегка трепетать! Хотя этот самый господин Гу уже питал глубочайшее отвращение к так называемым мужчинам мечты, будучи мужчиной, нижняя половина тела всегда действовала быстрее рассудка. Он с некоторым волнением посмотрел на Чу Ханя...

Четырнадцатилетний мальчик, исстрадавшийся от голода да вдобавок с изуродованным лицом...

Гу Янь заявил, что образ его мужчины мечты разрушен окончательно и бесповоротно. Раньше рухнул его характер, а теперь прахом пошла даже внешность.

Высокая температура Чу Ханя не вызывала у Гу Яня беспокойства — это было неизбежным испытанием при усвоении энергии звериного ядра. Чтобы стать человеком выше остальных, даже главному герою приходилось испить до дна всевозможные горькие чаши. Оставалось лишь гадать, не отразится ли чрезмерное использование силы звериного ядра на улучшении его физического телосложения.

На самом деле переживать по этому поводу не стоило вовсе: прямое всасывание через кровь давало куда лучший эффект, чем пероральный прием, а та энергия, которую Чу Хань растратил впустую, как раз и равнялась той части, что при пероральном приеме в первоисточнике уходила в никуда.

Гу Янь окинул взглядом окрестности и понял, что наступил полдень. Схватка со звериной волной происходила глубокой ночью, а в Джунгли Тысячи Зверей они попали в полдень... Выходило, они проспали целые сутки? Неудивительно, что желудок сводило от голода... Впрочем, даже не проспи он сутки, он из-за борьбы с лишним весом вечно испытывал чувство голода.

Чу Хань был без сознания из-за сильного жара и не мог проснуться, а Лайас только что совершил прорыв и растратил все силы, так что восстановиться тоже был не в состоянии, пребывая в полуразобранном состоянии. Когда Гу Янь очнулся, тот таращил глаза, но, лишь взглянув на Гу Яня, отвернулся с бесстрастным лицом — невозможно было понять, о чем он думал, однако двигаться он явно не мог. Гу Янь не обращал внимания на ледяное выражение лица Лайаса: тот изначально был айсбергом, а теперь еще и потерял Айвиль. Учитывая то, с каким отчаянным упорством он до этого шел на верную смерть, то, что он все еще оставался жив и не покончил с собой, уже говорило о его невероятной стойкости. К человеку, у которого рухнул весь мир, Гу Янь относился весьма снисходительно. Тем более, что гибель Айвиль так или иначе была связана с ним самим — если бы он не навязался в отряд к Айвиль...

То Айвиль все равно какими-нибудь окольными путями прихватила бы с собой главного героя, и сюжет точно так же превратил бы ее в пушечное мясо с тем же самым исходом.

А если бы он не попался в этот мир и не изменил часть сюжета...

То Айвиль обманули бы и телом, и душой, отняли бы семейное состояние, перерезали родственников, а в конце прикончили бы ударом меча...

Внезапно Айвиль показалась ему до ужаса жалкой: какой бы ни был поворот, итог все равно неизменно трагичен. Стоит только миновать эту напасть, и от главного героя определенно нужно держаться подальше!

Гу Янь, в чьей душе уже было зародилось некоторое смятение, после очередного мысленного перебора сюжета вновь испуганно вжался в собственную раковину.

Гу Янь умирал от голода: сухой пайток улетел вместе с повозкой, Сяо Си сбежал с Ся Мо, и судьба их оставалась неизвестна, Чу Хань в бреду высокой температуры был беспомощен, а притворяющийся бесстрастным Лайас не мог скрыть тот факт, что сейчас он был лишь пустом местом. Выходило, что единственным, кто был способен решить продовольственную проблему всей компании, являлся он сам — полукалека!

Пошевелив руками, которые непонятно почему стали еще более неуклюжими, Гу Янь горько усмехнулся. Стоило помнить, что на Континенте Магии и Вушу маги по сути считались тыловыми бойцами дальнего боя, а главной ударной силой в отряде являлись воины. Высокий статус и востребованность магов объяснялись двумя их способностями: во-первых, вспомогательной силой — вспомогательная магия младшего мага позволяла поднять боевую мощь каждого воина в отряде на новую ступень; во-вторых, целительными способностями — на поле боя даже крошечная царапина могла оказаться смертельной. Именно поэтому собственная физическая сила магов была не слишком велика, но они все равно оставались центром отряда. Разумеется, это касалось магов рангом ниже Великого Мага-Чародея — достигнув сферы Великого Мага-Чародея, маги обретали пугающе мощную личную силу, поскольку в этот момент они могли обходиться без чтения заклинаний и применять многие смертоносные закзнания напрямую.

Однако Гу Янь, чей предел на данный момент составлял в лучшем случае уровень Высшего Мага, на роли тыловика еще смотрелся, но заставить его добывать дичь было чистейшей воды безумием!

Тем не менее, не пойти на охоту было нельзя: раны, истощение сил и голод — если продолжить в том же духе, он подохнет от голодного истощения вслед за прежним владельцем тела, так что в любом случае стоило попытаться.

Барьер Лайаса становился все слабее. Гу Янь наложил простейшее заклинание магии льда, проделал брешь и вышел наружу, а чтобы обеспечить безопасность оставшихся внутри двоих, запечатал вход ледяной стеной.

Охота — дело тонкое, требующее навыков, особенно в Джунглях Тысячи Зверей, где помимо прочего приходилось остерегаться магических зверей. Нужно было не только следить за тем, чтобы намеченную добычу не утащили магические звери, но и внимательно смотреть, как бы самого не приняли за добычу. К счастью, после звериной волны магические звери в Джунглях Тысячи Зверей были тяжело ранены, и Гу Янь полчаса шагал по лесу, не встретив ни единого зверя.

Но на самом деле, мешают ли магические звери или нет, и сможет ли Гу Янь добыть дичь — это были совершенно разные вещи. Упустив одного крошку, двух фазанов, трех змей и четырех воробьев, Толстяк Гу со свистом втянул воздух и уселся на землю, чувствуя, что не в силах сделать ни шагу. Дело было вовсе не в том, что он не хотел использовать магию для поимки животных: просто когда он начинал читать заклинания, вокруг сгущалось такое колоссальное количество элементов, а скорость сотворения была столь медленной, что добыча не была дурой — как ей не сбежать? А что до ловли добычи с помощью проворной ловкости... для этого сначала нужно было саму эту ловкость иметь!

Может... поискать парочку диких ягод?..

Какая к черту весна, где тут в это время года отыскать дикие ягоды!

Гу Янь впал в некоторое отчаяние: неужели он не погиб от издевательств Гу Чэня над капустными листьями, не погиб от того, что главный герой губил всех богатеев и красавцев своим проклятым нравом, не погиб от звериной волны, а теперь умрет оттого, что у него слишком плохая сноровка и он не может добыть еды? Хотя магические звери — другое дело: они от природы проворные, обладают всякими ультимативными трюками... Вот как этот Зубастый зверь прямо перед ним: хоть движения у него и простоваты, зато имеются острые иглы, дальность поражения достигает тысячи метров, он вполне может...

Погодите, неужели этот Зубастый зверь выгибает спину, чтобы в кого-то запустить иглами?

И спрашивать нечего — в самую жирную и нежную добычу, то есть в Гу Яня!

Гу Янь просто приходил в бешенство при виде игл этого Зубастого зверя. Его задница! Его девственная задница, которую облапали главный герой со школьницей да еще и обступил кругом отряд Лайаса! И теперь этот слепой Зубастый зверь посмел принять его за добычу? Истинная правда: в раю есть дорога, да ты не идешь, а в ад нет ворот, так ты сам ломишься. Какая удача, что он выжил после звериной волны, неужели этот зверь явился доставить ему продовольствие!

Гу Янь хлопнул себя по бедру и тут же применил низкоуровневое заклинание, не требующее чтения заклинаний — водяной шар, окатив Зубастого зверя водой с ног до головы. Магический зверь, собиравшийся метнуть иглы, явно не любил воду и отчаянно затряс телом. Гу Янь воспользовался моментом, чтобы прочесть заклинание продвинутой магии льда — Ледяной мороз, без труда заморозив явно заторможенного Зубастого зверя.

Глядя сквозь ледяные кристаллы на раскормленного Зубастого зверя с пятачком и толстым задом, до боли напоминавшего домашнюю птицу по имени свинья из его прежнего мира, Гу Янь удовлетворенно кивнул: оказывается, не только внешность, но даже уровень интеллекта у него был точь-в-точь как у свиньи!

Зубастый зверь был явно крупнее свиньи, да и холодильник у него имелся для хранения. Одной туши Зубастого зверя им трём должно было хватить дней на семь-восемь. Эх ты, обед, пришедший прямо в руки, радости просто нет предела!

С помощью магии ветра Гу Янь облегчил ледяные кристаллы и в отличном настроении приволок Зубастого зверя обратно к барьеру. Увидев, что те двое по-прежнему лежат — один пластом, а второй бредит в жару, — он немедленно принялся за подготовку обеда.

провозившись добрую половину дня и вспотев с головы до ног, Гу Янь пинком перевернул окоченевшего Зубастого зверя на спину и разъяренно бросил в упор глядевшему на него во все глаза и не двигавшемуся Лайасу:

— Видишь же, что я, хрупкий маг, притащил добычу! Раз уж ты рыцарь, неужели не можешь помочь ее разделать? Или ты не понимаешь, что я со свиньей... то есть с этим Зубастым зверем ничего поделать не могу?!

Услышав его слова, Лайас неожиданно шевельнулся! Пусть это были лишь двинувшиеся вверх-вниз глазные яблоки, но за столь долгий срок это было его первое движение!

Окинув Гу Яня взглядом с ног до головы, Лайас произнес:

— Я вовсе не считаю «хрупким» того, кто лицом до боли смахивает на Зубастого зверя.

Гу Янь:

— ...

http://bllate.org/book/25237/3008729

Обсуждение главы:

Еще никто не написал комментариев...
Чтобы оставлять комментарии Войдите или Зарегистрируйтесь