Готовый перевод I Failed to Escape After Becoming the Villain's Scumbag A's Delicate Wife / Пленница злодея: как я пыталась сбежать от своей судьбы: Глава 11

Цзян Цы таинственным видом отвела Ван Вэня и Гу Мэн в сторонку и шепотом перекинулась с ними парочкой фраз.

Гу Мэн встревоженно спросил:

— Разве так можно? Они согласятся?

Цзян Цы облизала пересохшие губы и посмотрела на Чи Юань, которая неотрывно наблюдала за ними со стороны:

— Можно. Сами правила установили, пусть теперь соблюдают.

Цзян Цы обратилась к режиссеру:

— Режиссер, я хочу подать заявку на использование реквизита.

Под всеобщими взглядами она подошла к ящику с реквизитом, наклонилась и вытащила оттуда вещь — розовый пластиковый таз с изображением маленькой желтой уточки на дне.

Какой толк от какого-то таза? Отбивать им мяч — и то эффективнее было бы действовать руками.

Но Цзян Цы, казалось, вовсе не замечала озадаченных взглядов окружающих. Заняв позицию, она произнесла:

— Можно начинать, режиссер.

Матч возобновился, и не прошло и минуты, как все поняли замысел Цзян Цы.

Волейбольный мяч со свистом рухнул вниз и прямо-таки угодил в таз с желтой уточкой, а Цзян Цы, поймав его, стремглав бросилась к Чи Юань.

— Лови! Лови! — она сильно подбросила мяч, и тот, взлетев из таза, полетел прямо на Чи Юань.

Выбирая лучшие плоды, она потратила немало времени, но ей все равно казалось недостаточно.

Будучи спортсменом по призванию, он обладал отличной физической подготовкой, и вскоре после начала задания его корзина была уже доверху наполнена.

— Раз мяч не коснулся земли, поражением это не считается. Или… неужели ваша съемочная группа решила смошенничать?

Цзян Цань с гордым видом глядела на тяжелую бамбуковую корзину у своих ног, уже представляя, как получит бонусные голоса от старости деревни и вырвется в топ по популярности.

Что это вообще за фокусы такие?

Чи Юань с показной горделивостью задрала подбородок, широко раскинула руки, заключила Цзян Цы в объятия и крикнула ей на ухо:

— Просто потрясающе!

Режиссер с облегчением выдохнул: к счастью, в ящике оказался всего один таз, а остальные трое участников красной команды и не думали брать реквизит.

Но в следующее мгновение они увидели, как Ван Вэнь и Гу Мэн одновременно задрали вверх края своих футболок и подставили одежды, чтобы ловить мяч.

Теперь съемочная группа не могла и слова сказать против: раз уж был прецедент с тазом от Цзян Цы, то почему нельзя ловить мяч в одежду?

Исход был предрешен, но даже после финального свистка Чи Юань все еще не могла наиграться.

Правила ведь снова не нарушены.

Цзян Цы опустила таз, подошла к ней и подмигнула:

— Ну как тебе вкус победы?

Быстро сориентировавшись, Чи Юань мысленно похвалила сообразительность Цзян Цы, взмахнула рукой и уверенно отбила летящий мяч.

Поймала и тут же быстро перекинула Чи Юань.

После того как момо забрала персики, Цзян Цань уже было собралась забросить это задание: в конце концов, у нее была отличная отговорка в виде аллергии на палящее солнце, которой можно было оправдаться, а заодно, глядишь, и пожаловаться на сочувствие случайных зрителей ради роста популярности.

Но ей посчастливилось наткнуться на Гао Яохуэя, который сидел на корточках под деревом и скрупулезно отбирал персики.

Она поправила волосы, одернула одежду и приблизилась к Гао Яохуэю:

— Раз ты уже набрал полную корзину, можешь отправляться к месту сбора.

И зачем… обязательно так язвить-то?

Цзян Цань: …Подавив досаду от того, что ее проигнорировали, она присела на корточки рядом с Гао Яохуэем:

— Я вообще-то с тобой разговариваю.

Женщина в оранжево-желтой футболке в мелкий цветочек подошла с электронными настольными весами в руках и стала высыпать персики из корзин на взвешивание; негодные плоды отбраковывали, и в общий вес они не шли.

Чи Юань принялась подливать масла в огонь, вторя своей половине:

— Да ладно, неужели такая крупная съемочная группа боится проиграть?

Цзян Цы брезгливо покосилась на нее и потерла ухо:

— Ты чего так орешь?

Глядя на то, как разрыв в счете между командами сокращается, режиссер помрачнел.

Но уголки рта, норовившие взмыть вверх, и глаза, излучавшие сдерживаемое веселье, скрыть было невозможно.

Съемочная группа запротестовала:

— Бег с мячом — это нарушение правил!

При этом сам он был перфекционистом: набрав фрукты, он все равно устраивал проверку, вглядывался со всех сторон и, если находил пару недостаточно спелых, сочных или крупных персиков, отдавал их другим сборщикам, а сам продолжал собирать дальше.

Гао Яохуэй держал в каждой руке по персику и, прищурившись, сверял их между собой, сосредоточившись настолько, что даже не заметил приближения Цзян Цань.

Цзян Цань не понимала его логики, полагая, что с ним явно что-то не так.

Ее цель совпадала с целью Цзян Цы — поймать мяч.

Чи Юань размяла запястья, не сводя глаз с мяча в руках противника. Ее переполняло азартное волнение: с каждым разом удары получались все лучше и лучше, от игры по-настоящему захватывало дух.

Не имея выбора, съемочная группа подняла руки в знак капитуляции и разрешила использовать подобный метод.

— Нарушение? — Цзян Цы склонила голову и улыбнулась. — Какое именно правило я нарушила? Способ удара не ограничен, а падение на землю означает проигрыш. Я поймала мяч тазом, разве он коснулся земли?

— Камеры здесь стоят, вы что, хотите отказаться от своих слов?

Игра подходила к концу, и благодаря нестандартным трюкам под предводительством Цзян Цы счет красной команды почти вплотную приблизился к результату команды городка.

И правда, героине, отмеченной удачей, всегда во всем везет.

В то же время в персиковом саду пятеро гостей уже закончили сбор, и оставался лишь финальный этап взвешивания и контроля качества.

Сценарист попытался утешить остальных в стороне:

— Подумаешь, полноценный обед! Ну поедят и поедят. У съемочной группы как раз на каждого по пачке лапши быстрого приготовления — пусть сидят и смотрят, как те уплетают деликатесы.

Режиссер: …

Гу Мэн глянул на перекошенные лица сотрудников съемочной группы и заливисто рассмеялся. Отбивать мячи он, конечно, не умел совсем, но просто ловить их — с этой задачей сложность снижалась ровно наполовину, и с ней он вполне справлялся.

Внезапно свет перед ним заслонили. Гао Яохуэй нахмурился, поднял голову и увидел прекрасную и нежную Цзян Цань, которая озарила его сладкой улыбкой.

Словно задетый за живое, он мгновенно переключил все свое внимание на стоявшую перед ним девушку.

Гао Яохуэй смущенно поскреб в затылке, точно влюбленный юнец, впервые встретивший объект своего воздыхания, и застенчиво произнес:

— Я тут качеством проверяю. Некачественные персики в вес не идут, я хочу отобрать получше.

— По мне, так у тебя вся корзина отличная, должно быть, все пройдут проверку.

— Нет, — насупился Гао Яохуэй. — У этого донышко недостаточно круглое, а у того кончик покраснел на слишком маленьком участке.

Он удрученно вздохнул:

— Я уже полсада обошел, а идеальных персиков так и не нашел.

Цзян Цань: …Да не нужно этого! Есть же свободное время, не лучше ли пойти отсюда?

Она с замиранием сердца наблюдала, как Гао Яохуэй вытаскивает несколько персиков и швыряет их в корзины других садоводов. Ее сердце обливалось кровью: отдайте их мне, отдайте мне!

В этот момент шагавший позади оператор вдруг получил какое-то сообщение, после чего торопливо бросился в другую сторону — судя по всему, что-то произошло.

Улучив момент, Цзян Цань заговорила с Гао Яохуэем:

— Вечером же будут выбирать старосту деревни, ты уже решил, за кого будешь голосовать?

Гао Яохуэй:

— Еще нет. Все хотят стать старостой, борьба наверняка будет жесткой.

Цзян Цань:

— Но за себя-то голосовать нельзя, так что старостой станет только тот, у кого лучше всего складываются отношения со всеми девятью участниками.

Гао Яохуэй:

— Мы только пришли на шоу, толком еще не знаем друг друга, как тут голосовать?

Цзян Цань пододвинулась еще ближе, наклонившись к самому уху Гао Яохуэя. От нее исходил легкий аромат гардении, от которого у парня вспыхнули щеки.

Цзян Цань:

— Хотя я сама очень хочу стать старостой, на вечернем голосовании я отдам голос за тебя.

Гао Яохуэй глупо улыбнулся, сочтя это прекрасной возможностью проявить себя перед богиней.

— На самом деле я не так уж рвусь в старосты. Если ты хочешь победить, я обязательно тебя поддержу.

Цзян Цань в восторге вцепилась в рукав Гао Яохуэя и подпрыгнула:

— Правда? Как здорово! Огромное тебе спасибо!

— Пустяки, если будут проблемы, обращайся. Мой голос всегда твои.

Цзян Цань восторженно кивнула, но спустя мгновение вновь уныло опустила голову:

— Но… боюсь, одного твоего голоса будет мало. Сестрица Цзян и момо, кажется, нравятся абсолютно всем.

— Это все из-за моей излишней застенчивости, я никак не могу найти общий язык с остальными, иначе мне не пришлось бы переживать, что за меня никто не проголосует.

Гао Яохуэй поспешил ее утешить:

— Да ты что! Ты же первая заговорила со мной, когда я пришел в Деревню персиков и слив, ты чудесная.

Цзян Цань покачала головой, в ее глазах блеснули слезы, готовые сорваться в любой момент:

— Этого мало. Посмотри на мою корзину, в ней нет ни единого персика, ууу… Наверное, я точно провалю задание и не получу бонусных голосов.

Видя, как горько плачет богиня, Гао Яохуэй принялся суетиться и утешать ее:

— Не плачь, хочешь, я отдам тебе свои персики?

Прикрыв лицо руками, Цзян Цань победно улыбнулась уголками рта, но тут же вновь напустила на себя хрупкий и жалобный вид:

— Разве… можно так? А как же ты?

— Я могу собрать еще. Качество этих персиков вполне приличное, их хватит, чтобы обойти остальных. Я верю, что ты обязательно получишь дополнительные голоса.

Гао Яохуэй поменялся с Цзян Цань корзинами и, не оглядываясь, скрылся в персиковом саду, оставив после себя образ героя, чьи заслуги останутся в тени.

Цзян Цань презрительно усмехнулась:

— Дурачок!

И вприпрыжку направилась к месту сбора.

Теперь место старосты у меня в кармане!

Женщина, проверяющая качество, взвешивала корзину за корзиной. Предсказуемо оказалось, что корзина Цзян Цань была лучшей по качеству — практически каждый персик соответствовал стандартам.

Заместитель режиссера взял рупор и приготовился объявлять результаты:

— Во-первых, учитывая опасное поведение Гу Нина, залезавшего на дерево за персиками, съемочная группа единогласно решила, что он не имеет права претендовать на пост старосты. Поэтому сегодня вечером Гу Нин не сможет участвовать в выборах. Надеемся, остальные извлекут из этого урок.

В толпе Гу Нин понуро опустил голову, готовый сквозь землю провалиться от стыда. Он ведь полез на дерево всего разорок, как тут же подоспевший оператор стянул его за ногу вниз. Зрелище тогда вышло донельзя неловкое.

После вынесения предупреждения...

Заместитель режиссера продолжил:

— А теперь оглашаем результаты задания. Во время сегодняшнего сбора все проявили себя великолепно. В этом упорном труде и богатом урожае мы прочувствовали все хлопоты садоводов и радость от долгожданных плодов.

— Так что независимо от того, кто победит в итоге, этот опыт бесценен.

Цзян Цань уже порядком утомилась: замрежиссера развел такую тягомотину, столько всего наговорил, а к сути переходить не спешит.

— Победительницу этого этапа мы должны встретить самыми бурными аплодисментами, потому что она перевыполнила задание. Давайте поздравим момо — она получает бонусный голос на выборах старосты!

Мимика Цзян Цань мгновенно вышла из-под контроля: она застыла с приоткрытым ртом, глядя на улыбающуюся и кланяющуюся момо, не веря собственным глазам.

Да что за бред?! Как обладательницей первого места может быть не я!

Заместитель режиссера указал на корзины перед момо:

— Это четвертая полная корзина, которую собрала момо. Выполнив норму, она не остановилась и продолжила работать.

Цзян Цань взвизгнула от злости и указала на момо:

4

— Она схитрила! В задании было сказано — собрать одну корзину.

Момо посмотрела на нее с обиженным видом:

— Съемочная группа не говорила, что нельзя собирать больше. Я просто видела, как дяди и тети собирают плоды под палящим солнцем, и подумала, что было бы здорово хоть чем-то им помочь. Сестрица Цзян, только не сердитесь на меня, пожалуйста.

Цзян Цань: Твою мать, эта девица оказалась еще лицемернее ее самой, вот это она нарвалась на соперницу!

На контрасте с приторной атмосферой в персиковом саду, в красной команде царило полное взаимопонимание.

Обещанный съемочной группой роскошный обед оказался на высоте. Поскольку городок примыкал к морю, здешние дары моря славились изобилием, а вкус свежепойманной рыбы, креветок и крабов в несколько раз превосходил изысканные банкетные блюда пятизвездочных отелей.

Ван Вэнь, вытягивая языком нежное мясо из крабьей клешни, сочувственно покосился на сотрудников съемочной группы, сидевших за соседним столом и уплетавших лапшу:

— Вы что, серьезно лапшу едите? Заказали бы еще один стол, и делов-то.

Рейтинги Деревни персиков и слив всегда держались на стабильно высоком уровне, то и дело взлетая благодаря хайпу, так что шоу превратилось в постоянное летнее развлекательное шоу для многих интернет-пользователей. Инвесторы каждого сезона не скупились, и проблем с бюджетом отнюдь не возникало.

Конечно, съемочная группа обожала выкидывать всякие фортели именно по этой причине — денег куры не клюют, вот и жируют.

Чи Юань чистила креветки и решительно замахала рукой на Ван Вэня:

— Не жалей капиталистов, они точно не рассчитывали на нашу победу, а эта лапша заготовлена специально для нас.

И то верно: если бы не богатырская силушка Чи Юань и «бег с мячом» на грани фола от Цзян Цы, сейчас несчастными поедателями лапши сидели бы они сами.

Гу Мэн втянул порцию лапши, размышляя о том, что официальный микроблог Деревни персиков и слив наверняка уже выложил тизер, и достал телефон.

Но чем дальше он листал ленту, тем мрачнее становилось его лицо. Наконец, он поднял взгляд на Чи Юань:

— Сестрица Чи, вы с преподавателем Цзян попали в тренды.

Примечание автора:

Мини-сцена: будни воспитания ребенка после свадьбы Чи Юань и Цзян Цы.

Выпуск «Крута ли мама?»

Чи Юань прижимала к себе годовалого Цю Цю, указывая на экран iPad, где транслировалось ее собственное грациозное движение во время игры в пляжный волейбол.

— Цю Цю, смотри, это мама! Крута я или нет?

Цю Цю поморгал глазками, некоторое время разглядывал экран, а затем внезапно ткнул в него перепачканным слюнками пальчиком и выдал детским голоском:

— Мами, мами.

Чи Юань: …

Сидевшая рядом Цзян Цы тихонько рассмеялась, наклонилась и поцеловала Цю Цю в лобик:

— Какой же ты у мами послушный малыш!

Чи Юань тут же бросилась к ним:

— Я тоже хочу поцелуйчик!

Автор: Большое спасибо всем за поддержку, в дальнейшем вас ждет еще больше мини-сцен!

http://bllate.org/book/25233/3007881