Готовый перевод The Bastard is the Assassin God / Тень канцлера: Внебрачный сын — идеальное оружие: Глава 20

Он на мгновение замер кончиком пальца, поднял взгляд на Шэнь Цинцы и тихо произнес:

— Откуда это?

Шэнь Цинцы откинула голову назад и выпустила колечко дыма. Мятный аромат растворил полумрак, а ее голос звучал лениво и уверенно:

— На днях от нечего делать я взломала систему полицейского участка и полистала досье той шайки наркоторговцев, что доставляет нам хлопоты. В материалах дела было указано, что у их главаря на теле набита именно такая татуировка.

Она потушила сигарету, пепел упал в хрустальную пепельницу, а уголки ее губ тронула понимающая улыбка:

— Жун Ичэнь, наверное, уже говорил тебе про ту цепочку?

Жун Ичэнь вернул телефон, потер палец о край бокала и легко кивнул:

— Говорил.

— Похоже, мы попали пальцем в небо и угодили прямо им в ахиллесову пяту, — Шэнь Цинцы откинулась на спинку дивана, и ее взгляд стал чуть холоднее. — Нам нужно продолжать копать под эту наркоторговую организацию.

Жун Ичэнь переплел пальцы, прижался ими к губам и тихо усмехнулся, в то время как в глубине его глаз мелькнул холодный и острый блеск:

— Раз мишень сама идет в руки, грех по ней не врезать.

Дверь в отдельный кабинет с грохотом распахнулась, да с такой силой, что, казалось, даже настенные светильники закачались.

Сунь Тинсун развязной походкой ввалился внутрь, широко раскинув руки, вылитый топорщащийся павлиний хвост:

— Вы чего это тут расселись, почему до сих пор не идете встречать юного господина?

Жун Ичэнь и Шэнь Цинцы синхронно закатили глаза с абсолютно одинаковой точностью, вплоть до миллиметра повторив угол наклона.

На нем были вытертые добела рваные джинсы, поверх которых накинута потертая черная кожаная куртка, а на теле болталось с десяток плюшевых игрушек и серебряных цепей. При ходьбе они звонко брякали, делая его похожим на ходячий лоток с дешевыми вещицами.

Жун Ичэнь нахмурился, скользнув взглядом с его макушки до самых щиколоток, и полным брезгливости тоном бросил:

— Ты в бары теперь пошел товары по фиксированной цене продавать?

Сунь Тинсун яростно зыркнул на него, поднял руку и поправил съехавшую цепочку-подвеску:

— Это называется мода, ничего-то вы не понимаете.

Его слова еще не затихли, а Шэнь Цинцы уже перевела взгляд через него на молча стоявшего позади человека. Зажав между пальцами сигарету, она лениво вздернула подбородок:

— Зачем привел с собой этот хвостик?

Взгляд Жун Ичэня тоже переместился туда; он слегка постучал пальцем по краю бокала и приподнял бровь.

Сунь Тинсун развернулся, приобнял Лу Аня за плечи и самодовольно улыбнулся:

— Этот парень сам напросился, сказал, что хочет лично поблагодарить Ичэня. — Он похлопал Лу Аня по спине, подталкивая того к дивану. — Садись, не стесняйся.

Лу Ань ступал очень легко, медленно приблизился к Жун Ичэню и присел рядом, выпрямив спину стрункой, словно ученик в ожидании нагоняя.

Шэнь Цинцы подалась вперед, и пепел стряхнулся в хрустальную пепельницу:

— С чего это ему тебя благодарить?

Жун Ичэнь приподнял подбородок, указывая на Сунь Тинсун, который как раз усердно изучал меню:

— В тот день его связали вместе со мной, я заодно и этого вытащил.

Лу Ань тут же кивнул, его глаза сияли так ярко, будто в них упали звезды, а в голосе звучало нескрываемое волнение:

— Да, спасибо, что спас меня! Можно называть тебя братом Ичэнем?

Жун Ичэнь почесал заднюю часть шеи и с легкой досадой произнес:

— Ты ведь старше меня, нет?

Лу Ань сжал кулаки с предельно серьезным видом:

— Это знак уважения!

Жун Ичэнь тихо усмехнулся:

— Ладно, как хочешь.

Лу Ань закивал изо всех сил:

— Хорошо!

Шэнь Цинцы смотрела на это с неподдельным весельем и, прикрыв рот рукой, рассмеялась:

— Жун Ичэнь, кажется, у тебя завелся младший браток, ха-ха-ха-ха.

Жун Ичэнь беспомощно скривил губы и снова кивнул в сторону Шэнь Цинцы:

— Не благодари меня одного, это она вычислила наше местоположение, ее тоже поблагодари.

Лу Ань тут же сообразил, повернулся к Шэнь Цинцы и по всем правилам вежливости произнес:

— Сестра Цинцы.

Шэнь Цинцы приподняла брови, слегка удивившись:

— Ого, ты даже знаешь меня?

Лу Ань с легкой неловкостью почесал затылок и признался как на духу:

— На самом деле, после того как вы оба вернулись на родину, на всяких тусовках вечно кто-то говорил о вас гадости... — Закончив фразу, он тут же испуганно замахал руками: — Я только слушал, ничего такого не говорил! Честно!

Сунь Тинсун, только что оформивший заказ в телефоне, гаденько приподнял голову:

— Ничего, как освоитесь, поймете, что их ругань — это еще цветочки.

Жун Ичэнь подхватил со стола помидор черри и с филигранной точностью запустил им прямо в лоб приятелю, бросив свирепым тоном:

— В тот день мне стоило позволить похитителям сначала исполосовать тебе лицо, а уже потом спасать.

Сунь Тинсун запихнул помидор в рот, с хрустом разжевал и, не забывая строить глазки Лу Аню, пробормотал:

— Видишь, я же говорил, что они оба просто ужасные люди.

Шэнь Цинцы протянула руку, и с громким сухим хлопком отвесила ему затрещину по затылку.

Сунь Тинсун долго хватался за голову, корча рожицы и усевшись на корточках у края дивана, растирая ушибленное место.

Жун Ичэнь сидел на диване, пощипывая фрукты из вазы, и, наблюдая за его жалкой картиной, мысленно подумал, что так ему и надо, при этом неспешно вращая в пальцах бокал.

Он повернулся к сидевшему прямо и чинно Лу Аню и тихо спросил:

— То, что случилось с тобой в тот день, нигде неболтал?

Лу Ань поджал губы, провел пальцем по губам, изображая застегивание молнии, а его глаза светились искренней серьезностью:

— Не беспокойся, брат, держу язык за зубами, ни единого слова не проронил.

Жун Ичэнь слегка кивнул, и настороженность в его глазах немного улетучилась.

Тут Сунь Тинсун наконец натерся, выпрямился, подсел ближе и с ухмылкой затараторить:

— Знаете что? Те похитители потом заявились в полицию и жаловались, что какой-то тип избил их до синяков по всему телу. Только вот ты действовал слишком быстро, а в складе было темно хоть глаз выколи, так что они даже толком описать тебя не смогли. Полиция подняла камеры, но не нашла и следа. Этим тупым похитителям пришлось проглотить обиду и утереться, умора просто!

— Выяснили, кто заказал вас обоих? — Жун Ичэнь вспомнил разукрашенные синяками физиономии похитителей и поинтересовался с легкой улыбкой на губах.

Сунь Тинсун потрогал ушибленный затылок, задумался на секунду и ответил:

— Приказ убрать его отдал тот самый клан Чжоу, с которым у него не задалась помолвка. У самих дела идут из рук вон плохо, вот и захотели отравить жизнь семье Лу. А кто заказал меня — корни пока не нашли, но в криминальных кругах говорят, будто дело не обошлось без Фармацевтической компании Каншэн. — Он сделал паузу и добавил: — Копаем дальше, есть подозрение, что это злобная месть конкурентов по бизнесу.

Услышав название Фармацевтическая компания Каншэн, Жун Ичэнь и Шэнь Цинцы одновременно нахмурились и молниеносно обменялись взглядами.

Сунь Тинсун не заметил их странной реакции и продолжил болтать дальше, одновременно чистя мандарин и невнятно бормоча:

— Мы оба тоже хороши, угораздило же нас нарваться на одного и того же киллера. Он взял заказы на обоих, прихватил нас заодно и едва не сделал парочкой смертников.

Внезапно что-то вспомнив, он со злостью швырнул мандариновую кожуру на журнальный столик, ткнул пальцем в Лу Аня и возмущенно заверещал:

— Вы только подумайте! Награда за голову этого паренька на пятьдесят тысяч больше, чем за мою! С какой стати?!

Шэнь Цинцы скрестила руки на груди и презрительно хмыкнула, полным издевки голосом:

— То, что ты гроша ломаного не стоишь, не новость уже столько времени, чего тут удивляться.

Сунь Тинсун мгновенно взъерошился и свирепо уставился на нее:

— Шэнь Цинцы, я смотрю, ты и правда невероятно ядовитый человек!

Шэнь Цинцы пожала плечами, ехидно протянув:

— Только заметил? А не то давай сходимся в драке, проверим?

Сунь Тинсун тут же сник и придвинулся ближе к Жун Ичэню:

— Жить надоело? Драться с тобой — это самоубийство!

Шэнь Цинцы невинно захлопала глазами, многозначительно усмехнувшись:

— Расслабься, половину собачьей жизни я тебе оставлю.

У Сунь Тинсун по всему телу пробежали мурашки, он заерзал на диване, пересел еще ближе к Жун Ичэню и намертво вцепился в его рукав:

— Братан, если Цинцы решит меня побить, защитить сможет только ты.

Жун Ичэнь с откровенным отвращением оттолкнул его:

— Такой огромный кабинет, а тебе обязательно тесниться со мной? Держись от меня подальше.

Сунь Тинсун, словно не боящийся кипятка мертвый поросенок, вцепился еще крепче:

— Не хочу!

Шэнь Цинцы указала на него и с улыбкой посмотрела на Жун Ичэня:

— Послушай-ка, если дело дойдет до драки, как думаешь, он за тебя заступится или за себя?

Сунь Тинсун фыркнул и зарылся лицом в локоть Жун Ичэня, притворившись мертвым.

Лу Ань смотрел на их шумную возню и невольно улыбнулся уголками губ:

— У вас такие хорошие отношения.

Сунь Тинсун тут же поднял голову, гордо задрав подбородок:

— Еще бы, мы прошли через огонь и воду, четыре года за плечами!

Лу Ань бросил взгляд на Жун Ичэня, осторожно вытащил из кармана маленькую коробочку и протянул ее:

— Это подарок в знак благодарности, спасибо, что спас меня.

Жун Ичэнь протянул руку, взял ее и открыл. Внутри лежали искусно отполированные запонки с сапфирами, которые отливали глубоким синим цветом в свете ламп.

Он с улыбкой посмотрел на Лу Аня, говоря мягким голосом:

— Спасибо, очень красиво.

Лу Ань расцвел от радости, прикусил губу и перевел взгляд на Шэнь Цинцы, которая все еще пикировалась с Сунь Тинсуном, и немного смущенно произнес:

— Сестра Цинцы, я не знал, что вы тоже придете, и подарок для вас не подготовил, но в следующий раз я обязательно наверстаю упущенное.

Услышав это, Шэнь Цинцы подняла глаза, махнула рукой и улыбнулась:

— Ой, главное — внимание, не нужно так церемониться.

Но Лу Ань проявил твердость, покачав головой:

— Нет, подарок должен быть обязательно.

Сунь Тинсун встрял в разговор:

— Да брось ты его, этот парень упертый до ужаса, раз сказал — значит, сделает.

Шэнь Цинцы беспомощно улыбнулась:

— Ну ладно, тогда я заранее тебе благодарна.

Лу Ань поспешно замахал руками:

— Ничего страшного, абсолютно ничего!

Постепенно все устроились поудобнее, Сунь Тинсун с воодушевлением принялся травить байки о различных сплетнях, услышанных им во время адвокатской практики. Жун Ичэнь и Шэнь Цинцы слушали с совершенно серьезными лицами, а Лу Ань навострил уши и ловил каждое слово, из-за чего атмосфера в кабинете стала непринужденной и оживленной.

Как раз в тот момент, когда рассказ подходил к самой кульминационной точке, дверь кабинета тихо отворилась.

Четыре пары глаз дружно уставились на стоявшего на пороге официанта.

Сунь Тинсун первым нахмурился и осведомился:

— В чем дело?

Официант мялся у входа, выглядя несколько скованно, и лишь после долгих колебаний тихо проговорил:

— Не могли бы уважаемые гости перейти в другой кабинет? К нам тут пожаловали посетители, компания большая, и они требуют именно этот номер.

Лицо Сунь Тинсуна вмиг помрачнело:

— У вас что, других кабинетов нет? Этот номер я забронировал заранее и уже оплатил, с какой стати нам уходить?

Тут в комнату вбежал менеджер и с низким поклоном зачастил перед ними:

— Уважаемые гости, приносим искренние извинения, но все большие залы у нас забиты. Мы можем полностью вернуть вам деньги, а вы вчетвером перейдете в маленький кабинет, или можете просто уйти, если пожелаете.

Сунь Тинсун от услышанного рассвирепел еще сильнее, хлопнул по столу и вскочил:

— Ты знаешь, кто я такой? Так нагло выставлять людей вон — что такое, пришедшая банда твои предки на корпоративе?

Менеджер прищурился, оценивающе оглядывая компанию из четырех человек.

http://bllate.org/book/25205/3002466

Обсуждение главы:

Еще никто не написал комментариев...
Чтобы оставлять комментарии Войдите или Зарегистрируйтесь