Готовый перевод Drowning in Flames / Пламя гасит печаль: Глава 13

— А может, он может… воспользоваться случаем и подтолкнуть его еще сильнее?

Сюань Цзи тут же осознал, что его мысли устремились в недоброе русло, и принудительно включил режим праведника:

— Ой, ну как же так? Откуда у меня такие грязные мысли? Это просто никуда не годится!

Шэн Линъюань тихо рассмеялся и неторопливо произнес:

— Я знаю, что ты не пытаешься выведать секреты намеренно, а просто печешься о ходе дела. Все в порядке.

Видя, что в их хрупком мирном сосуществовании появилась трещина, Сюань Цзи поспешил ее залатать, с искренним почтением добавив:

— Если вам не хочется вспоминать, то и не надо. Э-э… конечно, если вы сможете поделиться опытом или интуицией и дать нам крошечную подсказку, было бы просто замечательно. Я от лица всех полукровок и отбросов Управления по контролю за аномалиями благодарю вас.

Шэн Линъюань отозвался:

— Хм, о чем ты хочешь спросить? Разве ты уже не догадался, что эти бабочки — не природные создания?

На самом деле, то, что Сюань Цзи сказал Сяо Чжэну в штабе, не было чистой воды догадкой.

В его роду хранился древний атлас Тысячи демонов. Вещь была крайне старая, многократно переписанная потомками, ведь оригинал был высечен на камне, который сохранился плохо — от него остались лишь жалкие осколки, где ни рисунков, ни текста разобрать было нельзя. Были ли потом версии на бамбуковых свитках или шелке — неизвестно, но до наших дней они не дошли. Самая полная версия была бумажной, и хотя многие страницы отсутствовали, первые листы с описанием самых опасных существ сохранились полностью. Если бы бабочки Зеркальных цветов и Лунных отражений могли свободно распространяться среди людей, они непременно оказались бы в числе самых опасных тварей.

Но в атласе их не было.

Стоило Шэн Линъюаню заговорить, как в голове Сюань Цзи сами собой всплыли страницы этого атласа. Он тут же насторожился и, пытаясь переключить внимание, силой вытеснил из памяти все, что было связано с книгой.

Шэн Линъюань притворно удивленно воскликнул:

— Я лишь к слову упомянул, вовсе не с целью выведать что-то. Просто удивительно, что в вашем роду хранятся записи о древних тысячах демонов. Маленький демон, а ты, оказывается, непрост.

Старый негодяй решил отомстить!

Шэн Линъюань невозмутимо оправдался:

— Нет, я правда, как и ты, не имел дурных намерений.

Сейчас было не время ссориться, поэтому Сюань Цзи пришлось прибегнуть к глубокому дыханию и улыбке, чтобы сохранить внутреннее спокойствие. Улыбался он так, что у Пань Цяньци по спине побежали мурашки, и она невольно отодвинулась от него подальше.

Только тогда Шэн Линъюань произнес:

— Я не могу вспомнить, но если спрашиваешь о моей интуиции, то скажу: эти бабочки — не столько вид существ, сколько разновидность магического искусства… Кажется, те, кого вы ждали, пришли.

Сюань Цзи поднял голову и увидел, как к условленному месту направляется мужчина средних лет с козлиной бородкой.

Зрение у Сюань Цзи было отличное: даже без бинокля он разглядел, что у мужчины сутулая спина, походка шаткая, лицо болезненное, а выражение глаз — испуганное и настороженное.

В то же время Шэн Линъюань тихо хмыкнул:

— Какая тяжелая кровавая аура.

— Кровавая аура? — опешил Сюань Цзи. — Что это значит? Он убивал людей?

— Нет, — Шэн Линъюань, чей дух покоился в прислоненном к окну тяжелом мече, помолчал мгновение. — Она налипла на него из другого места.

Ло Цуйцуй вышел из машины навстречу мужчине и что-то сказал. Старина Ло выглядел таким несчастным, что, казалось, был рожден для роли убитого горем родственника. Бородач некоторое время разглядывал его, нерешительно кивнул и указал на машину, давая понять, что хочет взглянуть на одержимого.

Ло Цуйцуй поспешно распахнул заднюю дверь фургона, демонстрируя Ян Чао.

Внутри было темно. Ян Чао изрядно натерпелся: из-за того, что он не мог прочитать заклинание, над его головой сгустилась тяжелая аура обиды. На первый взгляд он выглядел как типичный одержимый, однако Сюань Цзи заметил, что в момент открытия двери бородач даже не взглянул внутрь — он инстинктивно отпрянул назад.

Что-то не так. Он что-то почувствовал!

Сюань Цзи принял решение мгновенно:

— Хватайте его!

Ло Цуйцуй по команде вцепился в рукав бородача:

— Мастер, куда же вы? Не уходите!

Бородач с силой оттолкнул его, но тут же споткнулся о внезапно разросшиеся лианы плюща. Не успел он восстановить равновесие, как Сюань Цзи преградил ему путь. Тяжелый меч, объятый пламенем, навис над мужчиной, и тот в ужасе вытаращил глаза.

В этот самый миг за спиной бородача из ниоткуда возник огромный черный пролом. Из него вытянулись костлявые лапы: одна впилась бородачу в горло, другие потянулись к мечу Сюань Цзи. Клинки столкнулись с костями, издав неприятный скрежет.

Неизвестно, что это была за нечисть, но при контакте повеяло таким удушливым запахом крови, что огонь на мече мгновенно почернел!

В этот миг Сюань Цзи и Шэн Линъюань сорвали маски, обнажив свои истинные мысли.

Сюань Цзи подумал: «Могу ли я воспользоваться случаем и прикончить этого демона в мече?»

Шэн Линъюань подумал: «Не было бы лучше, если бы этот мальчишка сдох?»

Сюань Цзи, не раздумывая, вогнал меч в костлявые лапы. В тот же миг он почувствовал, как меч прилип к его руке, а по лезвию хлынула скверна, и оскверненное пламя готово было перекинуться на него самого.

Пластиковая дружба — она и есть пластиковая дружба: разваливается в одно мгновение.

Тяжелый меч весил несколько десятков килограммов, это был не легкий веер. Рука Сюань Цзи приросла к рукояти, запястье вывернуло под неестественным углом, и он потерял всякую возможность сопротивляться.

Черное пламя накрывало его с головой. Сюань Цзи пришлось уклоняться, но меч застрял в костлявых лапах, и он оказался в ловушке.

Поняв, что дело пахнет керосином, Сюань Цзи без лишних слов сменил гнев на милость:

— Старший, бес попутал! Я дурак, я негодяй, давайте сначала объединим усилия против общего врага, а?

Шэн Линъюань, всегда вежливый и покладистый, ответил:

— Хорошо.

Сказав «хорошо», они продолжили: один — пытаться сломать меч, другой — использовать напарника как живой щит. В этом их души проявили поразительное единодушие.

Костлявые лапы неизвестного происхождения источали такую мощную кровавую ауру, что было ясно: противник серьезный. Но эти двое… один не моргнув глазом прошел бы сквозь гром и молнии, другой обладал такой мощной янской энергией, что изгонял любую нечисть. Каждый из них был невероятно силен.

К сожалению, никакая боевая мощь не выдержит, если они будут заниматься самопоеданием. Другие горе-напарники, мешая друг другу, делают «один плюс один меньше двух», но эти двое, подставляя друг друга, превращали результат в «минус бесконечность».

Холодное черное пламя жадно охватило Сюань Цзи. В этот момент черная дыра, из которой торчали лапы, создала мощную воронку, которая засосала бородача, Сюань Цзи и запертого в мече Шэн Линъюаня.

На месте происшествия с тихим стуком упала лишь электронная сигарета Сюань Цзи.

Ло Цуйцуй, наблюдавший за всем с близкого расстояния, вытаращил глаза. Он видел, как Сюань Цзи вместе с мечом сам рвался в костлявые лапы, словно заботливый отец, пытающийся впихнуть мясо в тарелку капризного ребенка, и наконец добился своего!

Что значит «идти впереди всех», что значит «самопожертвование» — Ло Цуйцуй сегодня это понял воочию. С ветками плюща, все еще дрожащими на его одежде, он, спотыкаясь, бросился вперед, подобрал сигарету и, прослезившись, пробормотал:

— Это же мученик… Настоящий мученик!

«Мученик» Сюань Цзи вместе со своим проклятым мечом летел в непроглядную тьму. Ноги повисли в пустоте, началось стремительное падение. Бородач давно закатил глаза и потерял сознание, но Сюань Цзи, не растерявшись, ухватил его за шиворот, одновременно выпустив из-за спины огромные крылья.

Ослепительное пламя на перьях прорезало окружающий мрак.

Шэн Линъюань, застигнутый врасплох, был ослеплен этим светом. Его дыхание — если оно у него еще было — внезапно перехватило. Взгляд приклеился к роскошным крыльям, в голове возникла острая боль, словно кто-то пробил череп гвоздем и провернул его в мозгах.

В тот же миг в ушах Сюань Цзи все звуки, издаваемые Шэн Линъюанем, внезапно исчезли. Не успел он обрадоваться, как меч в руке стал раскаленным, обжигая ладонь!

Сюань Цзи сначала не понял, в чем дело — он привык пробовать температуру масла или огня при готовке, и «ожог» для него был чем-то новым. Он подумал, что поранился. Но тут меч словно изменил свою структуру, плотность его сравнялась с нейтронной звездой, и Сюань Цзи полетел вниз — рукоять все еще была приклеена к руке!

Противостоять этой силе было невозможно. Сюань Цзи, словно мотылек в паутине, как ни махал крыльями, был неумолимо утянут вниз.

Ему оставалось лишь мысленно проклинать всех предков Шэн Линъюаня до восемнадцатого колена и, плотно укутавшись в крылья, превратиться в огненную комету, летящую в землю.

С грохотом он приземлился, упругие крылья подбросили его, и он прокувыркался еще десяток метров. Сюань Цзи чувствовал, что лопатки вот-вот раздробятся. Крылья исчезли, верхняя часть одежды превратилась в лохмотья, открывая спину, и все это было покрыто копотью. Перед глазами летали искры, он был на грани потери сознания.

Лишь спустя долгое время Сюань Цзи перевел дух и обнаружил, что его рука наконец отделилась от рукояти. Меч и великий демон лежали рядом — демон был безмолвен, словно мертв, даже мыслей его не было слышно.

Бородач лежал неподвижно. Сюань Цзи пощупал пульс — жив. Он облегченно выдохнул и принялся проверять, не сломал ли чего.

При движении он услышал хруст под ногами.

Что он раздавил?

Он щелкнул пальцами, выпустив крошечный огонек, и осветил землю.

— Твою ж…

Сюань Цзи отпрыгнул в сторону, крылья снова распахнулись, подняв его в воздух.

Огненный свет озарил пространство — оно было огромным. Куда ни глянь, повсюду лежали человеческие кости. Они громоздились слой за слоем, земли не было видно.

Бесчисленные черепа смотрели вверх, и с точки зрения Сюань Цзи казалось, что все они уставились на него — единственное живое существо в этом месте.

— Старший? Эй, алло, вы еще живы? — Сюань Цзи покрылся мурашками, голос его охрип. Он протянул руку, и меч поднялся с земли, увлекая за собой горсть прилипших костей.

Наученный горьким опытом, он не стал хвататься за рукоять, а держал руку в десяти сантиметрах от нее:

— Скажите… скажите хоть что-нибудь, здесь жутко… Эй?

Меч молчал. Когда Сюань Цзи уже решил, что здесь плохая связь, он услышал голос Шэн Линъюаня:

— Не шуми…

Голос звучал глухо, словно через преграду.

Сюань Цзи осторожно подумал: «Подождите, кажется, я больше не слышу его мыслей?»

Ответа не последовало, что подтверждало догадку.

Шэн Линъюаню было не до того. Он замерз. Теплое пламя от крыльев Сюань Цзи, падающее на него, заставляло чувствовать себя еще холоднее, словно в ледяной пещере.

Он не мог вспомнить ничего, связанного с этими крыльями, но они казались ему странно знакомыми.

И они его пугали.

Странно, неужели тот, кто не боялся ни жизни, ни смерти, может чего-то страшиться?

Шэн Линъюань не мог ответить. Под пристальным взглядом тысяч костей голова раскалывалась. Запечатанные воспоминания рвались наружу: крики, стоны, безумные вопли… и чей-то пронзительный визг: «Где ты? Лжец, где ты! Чтоб ты сдох!»

Этот голос, полный боли, полосовал слух, словно терновый венец, готовый разорвать плоть.

В этот момент чья-то рука осторожно обхватила рукоять меча. Пальцы были длинными, не такими тонкими, как у юноши, но и не особенно широкими, не внушающими доверия, однако ладонь была теплой и сухой, полной жизни. Одно прикосновение вернуло Шэн Линъюаня в реальность.

Сюань Цзи:

— Эй, кажется, наша телепатическая связь прервалась, чувствуешь?

Шэн Линъюань:

— …М-м.

Действительно.

Он прислушался — мыслей Сюань Цзи больше не было слышно. Но вместе с этим вновь проснулась жажда крови. У Шэн Линъюаня возникло подозрение:

— Будь осторожен, не пролей кровь на меня.

Сюань Цзи задумался:

— Думаешь, то, что было раньше, из-за крови? Какой принцип?

Шэн Линъюань промолчал, глядя на горы костей под ногами.

Их неприязнь друг к другу была вызвана вынужденной ментальной связью. Теперь, когда все пришло в норму, Сюань Цзи вздохнул с облегчением и стал меньше опасаться напарника. Будучи мастером двуличия, он без тени смущения предложил:

— Слушай, ты подставил меня, я подставил тебя, так что квиты. Я тебя прощаю.

Шэн Линъюань усмехнулся:

— Ваша милость весьма великодушны.

— Пустяки, — Сюань Цзи взмахнул крыльями, поднявшись повыше. — Раз главная проблема решена, а мы оба попали в беду… давай восстановим дипломатические отношения? Как тебе?

Шэн Линъюань счел это неплохой идеей. В любом случае, они оба были мастерами предательства и могли в любой момент ударить в спину, так что никто никому ничего не должен. Легко и необременительно.

— Я знаю, где мы, — сказал Шэн Линъюань. — Задержи дыхание.

Сюань Цзи:

— Заче…

— Тсс, еще не слышишь?

Сюань Цзи вздрогнул. Он затаил дыхание, как велел Шэн Линъюань, и услышал шепот — словно в огромном зале, где собралась тысяча человек, кучка людей сбилась в кучу и что-то тихо гудит.

В то же время он заметил, что бородач, брошенный им в кучу костей, зашевелился.

— Смотри, этот придурок, кажется, встал, — сказал Сюань Цзи, но, почувствовав неладное, взлетел выше.

Свет упал на лицо бородача. Глаза были плотно закрыты, выражение ужаса не сходило с лица, голова склонилась набок — он явно все еще был без сознания. Тем не менее, словно марионетка, он начал дергаться на месте, издавая детское, озорное хихиканье.

Что-то двигалось под его широкой одеждой. Сюань Цзи не сводил глаз: бородач начал танцевать, движения становились все размашистее, и из рукава показался кусок белой кости. Кость недовольно дернулась на земле и юркнула обратно в штанину!

Все тело бородача изнутри поддерживали и заставляли двигаться кости!

— Это Усыпальница колдунов, — тихо сказал Шэн Линъюань.

Сюань Цзи показалось, что в голосе демона прозвучала слабость:

— Ты сказал, что это за яма с костями?

— Ты никогда не слышал о ней? — Шэн Линъюань, казалось, усмехнулся. Помолчав, он добавил: — Оказывается, спустя тысячу лет даже их имен никто не помнит.

Сюань Цзи поспешно ответил:

— Может, это я просто историю плохо знаю?

Шэн Линъюань произнес фразу на языке, который Сюань Цзи никогда не слышал.

Сюань Цзи:

— Что?

— Язык колдунов, — сказал Шэн Линъюань. — Повтори им.

Сюань Цзи помедлил, вспоминая интонацию Шэн Линъюаня, и воспроизвел странное бормотание.

Шэн Линъюань удивился:

— Ты даже не спросил, что это значит, почему вдруг поверил мне?

Сюань Цзи бесстыдно ответил:

— Ой, я человек простой, не люблю много думать.

Шэн Линъюань:

— …

Как у него только язык повернулся?

Впрочем, после их недолгого «единения» они поняли, что одного поля ягоды. Раз теперь они не слышат мыслей друг друга, нет нужды немедленно избавляться от напарника. Чтобы выбраться из меча, Шэн Линъюаню, возможно, понадобится помощь Сюань Цзи. Если он не хочет вечно торчать в мече и служить игрушкой для костей в этой братской могиле, вредить Сюань Цзи ему не стоит.

Кости под одеждой бородача «услышали» слова, медленно повернулись к Сюань Цзи и, пошатываясь, двинулись вперед.

Шэн Линъюань:

— Следуй за ним.

Сюань Цзи:

— Куда?

— Разве ты не спрашивал о происхождении бабочек? — голос Шэн Линъюаня звучал отдаленно. — Источник здесь. Во времена хаоса в Девяти провинциях у каждого клана были свои методы, все было четко разделено. Спустя тысячу лет кровь так перемешалась, что у вас не осталось никаких правил.

Сюань Цзи:

— Ты вспомнил? О, сейчас мы называем это «особыми способностями».

— Особые способности… — Шэн Линъюань попробовал это слово на вкус, помолчал, не зная, что об этом думать.

Сюань Цзи летел за шатающимся бородачом уже несколько сотен метров, но конца костям не было видно. Он не удержался:

— Сколько же тут трупов?

Шэн Линъюань:

— Сорок одна тысяча шестьсот тридцать шесть.

— …А? — Сюань Цзи долго не мог вымолвить ни слова. — Нет, тут же все перемешано, как ты сосчитал? По головам?

— Я знаю, — холодно ответил Шэн Линъюань. — Я убил их лично.

Если кто-то говорит «я убивал людей», он убийца. Если он говорит «я убил тридцать шесть человек», он не просто убийца, а маньяк, достойный стать героем криминальных хроник.

Но если кто-то говорит «я убил сорок одну тысячу шестьсот тридцать шесть человек», обычный человек не испытает страха — это число выходит за рамки здравого смысла, оно не кажется реальным.

Сюань Цзи сначала ошарашенно протянул «а», а затем его мысли ушли в сторону:

— Ты даже забыл, кто ты такой, а такое длинное число помнишь?

Этот демон при жизни был не императором, а древним бухгалтером?

Шэн Линъюань не ответил.

Сюань Цзи подумал и спросил:

— Или ты только что что-то вспомнил?

Спустя долгое время он услышал невнятное «м-м» из меча.

Сюань Цзи чуть не взвыл от досады.

Он чувствовал себя как биржевой игрок, который закупился перед крахом рынка. Как не вовремя! Когда он мог использовать мозг демона как поисковик, тот не помнил даже своего имени. А теперь, когда связь пропала, этот тип заявляет, что память восстанавливается!

Если бы у Сюань Цзи не было своих тайн, он бы от досады кровью харкал на этот меч.

— Тогда… Ваше Величество, — Сюань Цзи, вращая в голове хитрые планы, решил попытать счастья, — во времена войн в Девяти провинциях, когда вы вырезали города, вы всегда так точно подсчитывали головы?

http://bllate.org/book/25141/2989859