В этот момент Сюй Луньбо взревел:
— Это Фан Ижань тебе подарила, так ведь?!
Ай Молань очень хотелось всё отрицать, но, глядя на непоколебимую уверенность Сюй Луньбо, она поняла: с этим браслетом явно что-то не так. Поэтому она холодно ответила уклончиво:
— А если так, то что? А если нет, то что?
Сюй Луньбо воспринял это как признание. Он в ярости рассмеялся — гнев, затуманивший разум при виде браслета «Звезда и Луна», начал отступать, уступая место холодному рассудку.
— Хорошо, просто замечательно! Мы все у Фан Ижань на поводу, как марионетки, — он оскалился в издевательской усмешке. — Эта женщина действует на редкость жестоко!
Ай Молань больше всего на свете не любила, когда Сюй Луньбо порочил Фан Ижань.
— Я не хочу слушать твой бред. Прошу тебя, сейчас же, сию секунду убирайся из моего дома!
Сюй Луньбо не обратил внимания на её слова, пристально глядя на Ай Молань:
— Не знаю, когда ты успела познакомиться с Фан Ижань, но надеюсь, ты понимаешь: она давным-давно знала о наших отношениях. Браслет на твоей руке — вещь с благотворительного аукциона, называется «Звезда и Луна». Я хотел выкупить его для тебя, но Фан Ижань тоже была там. Она до последнего конкурировала со мной и в итоге вырвала право собственности. Я не понимаю, зачем ей дарить тебе такую дорогую вещь, но здесь точно скрыт какой-то заговор!
Будь то тот день, когда Фан Ижань намеренно взяла его под руку, или этот браслет на запястье Ай Молань — всё это было частью её плана, её интриги! Они оба оказались пешками в её руках. А он-то, дурак, считал, что Фан Ижань лишь красивая пустышка!
Слова Сюй Луньбо посеяли в душе Ай Молань смятение, подняв целую бурю, хотя внешне она оставалась невозмутимой, словно его речь её ничуть не задела.
— Выговорился? Если всё, то прошу на выход.
Ай Молань сделала шаг вперёд и положила правую руку на дверную панель.
Видя её непробиваемость, Сюй Луньбо пришёл в ярость и уже хотел было что-то добавить, как из лифта напротив вышла семья соседей.
Мужчина средних лет, высокий и крепкий, уже слышал от своей младшей дочери, что этот человек — тот самый негодяй, о котором сейчас повсюду судачат в интернете. Он грозно нахмурился и, заметив, в каком уязвимом положении находится Ай Молань, спросил:
— Госпожа Ай, вам нужна помощь?
Ай Молань подумала, что соседи вернулись как нельзя кстати. У неё не было ни сил, ни желания продолжать перепалку с Сюй Луньбо, а глядя на его состояние, она опасалась, на что ещё он может решиться.
— Пожалуйста, вызовите полицию. Этот человек пытается проникнуть в частную собственность.
Сюй Луньбо в недоумении уставился на неё:
— Ай Молань!
— Я же сказала: если не уйдёшь, я вызову полицию!
Увидев, что мужчина достаёт телефон, Сюй Луньбо стиснул зубы:
— Твоя взяла!
Он уже опозорился на глазах у всех, и тогда ему пришлось просить отца разгребать последствия. Если его заберут в участок, о репутации можно будет забыть навсегда. С этой мыслью он бросил на Ай Молань полный ненависти и разочарования взгляд и, понурив голову, развернулся и ушёл.
Ай Молань с облегчением выдохнула:
— Дядя, спасибо вам большое.
— Не за что! С такими мерзавцами по-другому нельзя! — отозвалась пятнадцатилетняя девушка. Это она в прошлый раз снимала всё на телефон и выложила в сеть. Зная, что поступает не совсем честно, она решила вмешаться, когда увидела, что подонок снова преследует Ай Молань.
— Да, — через силу улыбнулась Ай Молань.
Вернувшись в квартиру, она позвонила охране и строго наказала больше не пропускать машину Сюй Луньбо. Повесив трубку, она обессиленно опустилась на диван. Взгляд её упал на запястье с браслетом, и, словно в бреду, она полезла в интернет, чтобы найти информацию о нём.
***
Фан Ижань попросила дядю Ли высадить её у входа в жилой комплекс Ай Молань. Выйдя из машины, она направилась к дому, неся в руках корзину со свежими фруктами, купленную по дороге с работы.
Спустя десять минут она уже стояла у дверей. Фан Ижань перевела дыхание и нажала на звонок. Мелодичный звук вывел Ай Молань из оцепенения. Её тёмные глаза потемнели, в глубине зрачков словно назревал шторм. Она встала, наученная горьким опытом — посмотрела в глазок. Увидев Фан Ижань, она на миг ощутила острую боль в сердце, но, взяв себя в руки, молча отворила дверь.
На пороге сияла лучезарная улыбка Фан Ижань.
— Та-да! Я купила фруктов возле офиса, выглядят свежими. Поужинаем и съедим их вместе?
Ай Молань тихо отозвалась и посторонилась, пропуская гостью. Фан Ижань на мгновение замерла, входя в дом, — она почувствовала, что с Ай Молань сегодня что-то не так. Переобувшись, она прошла в гостиную с корзиной в руках. Ай Молань не проронила ни слова, что показалось Фан Ижань ещё более странным.
— Молань, что случилось? — спросила Фан Ижань, присаживаясь на диван.
Ай Молань села напротив. Их взгляды встретились — в тёмных глазах хозяйки дома читались смятение и глубокая растерянность.
— Ты с самого начала знала, что Сюй Луньбо — мой парень, верно?
***
Сердце Фан Ижань на миг пропустило удар. Она знала, что этот момент настанет, но не ожидала, что так скоро. Ей было любопытно, как Ай Молань догадалась.
Она молчала целых пять минут, и этого времени хватило, чтобы подозрения Ай Молань подтвердились. Раньше она не верила словам Сюй Луньбо, но у любого человека возникли бы сомнения, особенно учитывая, как бурно Сюй Луньбо отреагировал на подарок.
Поиск в сети дал ответы: браслет «Звезда и Луна» — работа известного дизайнера Ан Гуй. Изначально он не предназначался для продажи, но позже был выставлен на аукцион, где ушёл с молотка за пять миллионов. Увидев эту сумму, Ай Молань похолодела. Она сравнила фото в сети со своим браслетом и убедилась: это оригинал. Пять миллионов… о таких деньгах она даже не смела мечтать.
Но это ещё не было окончательным доказательством. Всё встало на свои места, когда она увидела дату проведения того аукциона. Это был тот самый день, когда Сюй Луньбо обещал пообедать с ней, но «продинамил», и в тот же день Фан Ижань не пришла в кафе. Слишком много совпадений.
— Это правда? — снова спросила Ай Молань. Голос её звучал едва слышно, и это отозвалось в сердце Фан Ижань уколом совести. Она могла бы всё отрицать, но не хотела. Она считала Ай Молань другом и не желала её обманывать.
Фан Ижань глубоко вздохнула:
— Да, я с самого начала знала, что твой парень — Сюй Луньбо.
Ай Молань была готова к правде, но, услышав признание из уст Фан Ижань, почувствовала, как внутри всё перевернулось. Глаза защипало от слёз.
— Почему?
Она не понимала: зачем, зная правду, Фан Ижань сблизилась с ней и так долго молчала? В голове всплыл образ Фан Ижань, которая с такой радостью и застенчивостью рассказывала о своём женихе, и мысли Ай Молань окончательно спутались.
Фан Ижань не знала, как объяснить. У неё действительно были личные цели, и она намеренно скрывала, что парень Ай Молань — её жених. Это был её план, и оправданий здесь не было.
— Я… — начала было она, но Ай Молань перебила её:
— Ты правда так сильно любишь Сюй Луньбо?
— Что? — Фан Ижань опешила. Она никак не ожидала такого поворота. С чего бы ей любить этого подонка?
Ай Молань смотрела на неё с подозрением:
— Разве нет? Ты сблизилась со мной ради него, при мне не уставала выражать к нему симпатию. Не для того ли, чтобы в день, когда правда вскроется, я отступила сама?
Фан Ижань: «…»
Её план был иным: она хотела показать Ай Молань, какой Сюй Луньбо на самом деле мерзавец, чтобы та не совершила ошибок из оригинала сюжета и не простила его.
— Да, — ответила Фан Ижань, — но делаю я это вовсе не потому, что люблю Сюй Луньбо.
Ай Молань вздрогнула, но лицо её осталось непроницаемым.
— О? Не любишь?
Ай Молань очень хотела в это верить, но та застенчивость, которую она видела раньше, не давала покоя.
— Я признаю, что вначале преследовала свои цели, но не из-за любви к нему. Я просто хотела, чтобы ты увидела его истинное лицо и не дала себя обмануть.
— Тогда почему ты не сказала сразу?
Фан Ижань замолчала. Она не могла признаться, что боялась повторения сценария, где они снова сходятся.
— Почему же? — Фан Ижань подняла взгляд. — Ты не скажешь, так я помогу. Ты боялась, что я снова сойдусь с Сюй Луньбо, верно?
Ай Молань не была глупой. Успокоившись, она связала всё воедино. Оказалось, что Фан Ижань, став её подругой, поняла: Ай Молань ни за что не останется с таким человеком, как Сюй Луньбо. Чего Фан Ижань не учла, так это того, что, преследуя свои цели, она заставила Ай Молань полюбить себя саму.
Ай Молань не могла описать свои чувства. Гнев? Вроде бы нет. Разочарование? Немного. Впервые с того момента, как она узнала правду, она чувствовала странное спокойствие.
— Да… — тихо ответила Фан Ижань.
Ай Молань подняла руку с браслетом и задумчиво посмотрела на голубой бриллиант:
— А как насчёт этого? Зачем ты подарила мне такую дорогую вещь? Чтобы позлить Сюй Луньбо?
Фан Ижань никогда не говорила о цене, но, видимо, Ай Молань уже всё знала.
— Ты всё выяснила?
— Пять миллионов за браслет, это правда?
— Да.
Ай Молань молча сняла украшение.
— Что ты делаешь? — спросила Фан Ижань.
— Это слишком дорого, я не могу принять такой подарок. Я не понимаю, зачем ты это сделала. Чтобы уколоть Сюй Луньбо? Или ради чего-то другого?
— Разве можно забирать подаренное обратно? — Фан Ижань попыталась возразить. Конечно, желание позлить Сюй Луньбо было, но главное — она искренне считала, что браслет подходит Ай Молань.
Ай Молань, не слушая, протянула ей браслет. Фан Ижань поникла:
— Молань, не надо так… Я действительно хотела позлить его на аукционе, но подарок тебе — это искренне. Он тебе идёт, и я от чистого сердца хотела его подарить!
Сердце Ай Молань дрогнуло, но она промолчала. Фан Ижань решила, что та всё ещё злится.
— Я не виню тебя, если ты сердишься, но я хочу, чтобы ты знала: я искренне хочу быть твоим другом.
Искренне? Ай Молань улыбнулась. Она тоже этого хотела, но всё изменилось. Если бы Фан Ижань знала, что она чувствует теперь, захотела бы она оставаться друзьями?
— Можешь ответить на один вопрос честно? — наконец спросила Ай Молань.
— Спрашивай.
— Ты когда-нибудь любила Сюй Луньбо?
Фан Ижань задумалась. Она — нет, никогда. Но прежняя владелица тела — безумно.
— Когда-то любила. Сейчас — нет.
— А ты? — спросила Фан Ижань.
— Больше не люблю.
Ответ прозвучал быстро, но лицо Ай Молань оставалось бледным и бесстрастным. В гостиной снова воцарилась тишина. Фан Ижань боролась с собой: она очень ценила Ай Молань и не хотела потерять дружбу из-за этого подонка. Она понимала, что поступила некрасиво.
Фан Ижань склонила голову:
— Молань, прости. Ты можешь меня простить?
***
Сможет ли она простить Фан Ижань? Ай Молань не знала. Но она точно знала, что всё ещё любит её, иначе не почувствовала бы такого облегчения, услышав, что Фан Ижань больше не любит Сюй Луньбо.
Она продолжала молчать. А Фан Ижань, не смея поднять глаз, чувствовала, как её надежда угасает с каждой секундой.
http://bllate.org/book/25062/2975614
Сказали спасибо 0 читателей