Готовый перевод Rebirth of the Prosperous Era's Male Consort / Возрождение: Исправление императора: Глава 21

Услышав новость о том, что Сунь Ци ранен, Фэн Е схватил того адепта за воротник и яростно спросил:

— Что ты сказал?! Что с Сунь Ци?!

— Третий старший братишка, старший брат тяжело ранен, боюсь, он при смерти, — тут же расплакался тот адепт. — Наставник велел мне немедленно оповестить вас, чтобы вы успели повидать старшего брата в последний раз.

Фэн Е оттолкнул адепта и тут же приказал:

— Приведите моего коня и захватите военного лекаря!

— Брат! — Фэн Цинь торопливо удержал Фэн Е. — Сначала успокойся.

Сейчас в войске было немало раненых, и если его брат решит взять с собой военного лекаря, ему придется сделать это тайком. Если же выставлять всё напоказ, это заставит воинов разочароваться и повредит репутации старшего брата.

Фэн Е вперил в Фэн Циня мертвенный взгляд, цепляясь за последние крупицы здравого смысла, чтобы не оттолкнуть его.

При виде такого состояния брата разве мог Фэн Цинь не понимать, насколько важен для Фэн Е Сунь Ци?

Поэтому он тут же велел седлать лошадей, а затем исподволь поручил Ю Синю проводить в Секту Цзуншань лучшего военного лекаря. На словах же он приказал стражникам отыскать в городе лучших врачей и отправить их в Секту Цзуншань, таким образом угодив всем и сразу.

Услышав о случившемся, Цзян И тоже поспешил сюда:

— Я тоже поеду.

Если он отправится туда, то пока у Сунь Ци теплится хоть одна искра жизни, он был уверен, что сможет его выспасти. К тому же Сунь Ци был его другом, разве мог он сидеть сложа руки и смотреть, как умирает товарищ?

Брови Фэн Циня сошлись на переносице: он знал, что Цзян И и Сунь Ци ладили друг с другом. У Цзян И почти не было близких друзей, но с появлением Сунь Ци он и впрямь стал намного веселее. И в такой момент, когда они могли навсегда оказаться по разные стороны черты, отделяющей живых от мертвых, навестить друга в последний раз было вполне естественно. Однако отпускать Цзян И одного он не решался. Его брат сейчас находился в таком состоянии, что явно не смог бы присмотреть за Цзян И, а он сам, будучи главным полководцем, не мог покинуть военный лагерь.

Цзян И ухватил Фэн Циня за рукав:

— Позволь мне поехать, я должен там быть.

Фэн Цинь понимал, что перечить желанию Цзян И невозможно. В этот момент подошел Цзян Ду и произнес:

— Пусть Цзян И едет.

Хоть Фэн Цинь и тревожился, препятствовать он больше не мог, поэтому велел:

— Обязательно будь осторожен в дороге. Я прикажу Гуй Эр и Гуй Саню сопровождать тебя.

— Хорошо, — Цзян И не желал терять ни единой секунды.

Несколько младших учеников Секты Цзуншань, оставшихся в военном лагере, тоже услышали новости, прибежали и потребовали вернуться вместе с ними.

Вскоре привели коней, и всадники помчались к Секте Цзуншань.

Коню было трудно подниматься по ступенькам у подножия горы Секты Цзуншань, поэтому Фэн Е, ухватив Цзян И за одежду, взмыл на вершину горы при помощи легкости шага.

Небо уже посветлело, и у главных ворот Секты Цзуншань их поджидало немало учеников.

Увидав их возвращение, те поспешно доложили обстановку.

Войдя во двор старшего брата, они увидели, что некоторые ученики помладше уже украдкой утирали слезы.

Фэн Е не тратил время на пустые разговоры и поспешно бросился в комнату.

Внутри на кровати лежал Сунь Ци — бледный, с едва заметным дыханием; казалось, грудная клетка больше почти не вздымалась. Кинжал, вонзенный прямо в грудь, зловеще торчал оттуда, пронзая не только плоть, но и саму грань между мирами живых и мертвых.

Увидев возвращение Фэн Е, наставник похлопал его по плечу. Его лицо выражало гнев и усталость:

— Он все ждал тебя. Побудь с ним в его последний час.

С этими словами он увел за собой остальных учеников.

Цзян И не ушел, а остался стоять чуть в стороне от кровати, словно погрузившись в какие-то раздумья.

Фэн Е присел на край кровати и переплел свои пальцы с пальцами Сунь Ци.

Сунь Ци медленно открыл глаза и, заметив Фэн Е, озарил лицо едва заметной улыбкой — у него, казалось, не осталось сил даже на то, чтобы приподнять уголки губ.

Глядя на Сунь Ци, Фэн Е в этот миг не чувствовал ничего, кроме жгучего раскаяния и боли в сердце.

Сунь Ци совсем тихо произнес:

— Не надо так. У меня короткая жизнь, не суждено мне пройти с тобой этот путь до конца. Надеюсь, ты не станешь держать на меня зла, обретешь спокойную семью, и пусть в будущем тебя окружают дети — разве это не прожитая не зря жизнь?

Фэн Е крепче сжал руку Сунь Ци, его глаза покраснели:

— Без тебя какой мне смысл жить?

— У тебя есть мать, есть младший брат, а еще эта империя...

— Империя? Ха-ха... Я предал тебя ради нее...

— Нет, разве ты не давал обещание... Просто я уже не дождусь...

— Сунь Ци...

— Фэн Е, я никогда не держал на тебя зла и даже предвкушал тот день, когда ты придешь сюда победителем, чтобы забрать меня. Но теперь я не дождусь, и сегодняшний исход предречен. Не разрушай моих надежд: если в будущем все сложится, запомни — стань хорошим императором, и тогда у меня не останется никаких сожалений...

Дабы и рассудительный, и хладнокровный Фэн Е в этот момент потерял всякое самообладание, его слезы капали на руку Сунь Ци — столь горькими и отчаянными были они.

Сунь Ци попытался приподнять руку, но сил не хватило, и он смог лишь прошептать:

— Мужчины не роняют слез по пустякам. На дороге желтых источников, у моста Найхэ, я буду ждать тебя...

После таких слов разве мог Цзян И не понять в чем дело? Он помнил, что в прошлой жизни Фэн Е так и не женился и больше не брал наложниц. Он не знал, был ли тогда жив Сунь Ци, но верил, что всё, что делал Фэн Е, было ради Сунь Ци.

В этот момент прибыл военный лекарь.

Вбежав внутрь и проверив пульс, он покачал головой.

Последняя надежда Фэн Е рухнула. Выпроводив лекаря, он устремил взгляд на меч Сунь Ци, висевший в изголовье кровати.

Цзян И ни капли не сомневался: если Сунь Ци уйдет, в следующую же секунду Фэн Е вытащит меч и покончит с собой.

Сунь Ци к тому моменту уже не мог открыть глаза и, разумеется, не заметил взгляда Фэн Е:

— Не трать силы попусту. Наставник приводил лучших врачей в городе, но все твердят, что спасти меня нельзя. Я цеплялся за жизнь лишь силой лекарств, чтобы дождаться тебя. Теперь, когда я увидел тебя и высказал всё, что хотел, у меня не осталось сожалений.

Цзян И сжал руки в кулаки, подошел к двери, запер ее изнутри и вернулся к постели:

— Князь Сян, я могу спасти Сунь Ци.

Фэн Е мгновенно перевел взгляд на Цзян И, и в его глазах вспыхнули надежда и неверие.

Цзян И произнес:

— Но я прошу князя Сян хранить это в тайне. Если слухи разойдутся, моя жизнь окажется под угрозой.

— Хорошо, — не задумываясь, согласился Фэн Е. Сейчас, пока оставался шанс спасти Сунь Ци, он был готов пообещать что угодно, и слова свои он сдержал бы.

Сунь Ци тоже испытал потрясение, но сил у него совсем не осталось, поэтому он мог лишь неподвижно лежать.

Цзян И сел на край кровати:

— Сейчас я попрошу вытащить кинжал, а ван пусть поможет мне вытянуть его наружу.

— Хорошо, — торопливо отозвался Сунь Ци.

Не тратя слов, Цзян И поднес ладонь к ране. Медленно в его руке сконденсировался шар теплого зелёного света, который постепенно стал проникать в тело Сунь Ци через ранение.

Сунь Ци почувствовал приятное тепло — исчезли накатывавшие до этого волны холода, будто он погрузился в теплую купель, а боль стала мало-помалу утихать.

— Ван, можете вытащить кинжал, а затем помогите разорвать одежду вокруг раны, — сказал Цзян И.

Фэн Е уже не думал об удивлении и поспешно выполнил то, что велел Цзян И.

Стоило вытащить кинжал, как кровь перестала хлестать фонтаном, а края раны начали затягиваться на глазах.

У Сунь Ци постепенно появились силы. Приоткрыв глаза и заметив сияние перед собой, он лишь на мгновение замер, но ничуть не испугался — в его душе росло лишь ликование.

Прошло около получаса, и рана полностью затянулась, оставив лишь розоватый рубец как напоминание о том, что всё случившееся не было сном.

Цзян И убрал свет и тяжело привалился спиной к изголовью, изнемогая от усталости. Эта способность была дарована ему от рождения — он мог исцелять любые раны, и по мере его взросления этот дар становился все мощнее, а возможностей применения прибавлялось. Об этом знали лишь его отец и брат, и если бы не Сунь Ци, он ни за что не стал бы демонстрировать это перед другими.

Радость от обретения утраченного свела Фэн Е с ума от счастья и заставила многое переосмыслить. Поднявшись, он опустился на колени и отвесил Цзян И глубокий поклон.

— Ван, ну что вы, нельзя же так! — Цзян И не мог принять подобный поклон от князя Сян, но у него совершенно не осталось сил, чтобы поднять его.

— Ты заслужил это, — Фэн Е даже казалось, что простого поклона мало. В будущем ему непременно придется почитать эту будущую невестку наравне с самим Сунь Ци.

Сунь Ци снова тронул уголки губ, и теперь улыбка была куда заметнее прежней:

— Цзян И, спасибо тебе.

— Главное, что ты в порядке. Но теперь мне нужно попросить князя Сян прикрыть меня перед всеми, — Цзян И страшно захотелось спать.

— Не переживай, предоставь это мне, — ответил Фэн Е.

Ухватившись за полог кровати, Цзян И сел прямее и проговорил:

— Сейчас твоей жизни ничего не угрожает, но в вопросах восстановления сил я не мастак — все равно придется позвать врача, чтобы тот осмотрел тебя и выписал подходящий отвар. К тому же, прошу одолжить мне место, где я мог бы немного вздремнуть.

Фэн Е тут же подскочил, помог Цзян И подняться и произнес:

— Пойдем отдохнем в теплой пристройке, там тихо.

Затем он повернулся к Сунь Ци:

— Я провожу его и сразу вернусь, подожди меня немного...

— Мм... — Сунь Ци тоже клонило в сон. В конце концов, потеряв столько крови, он ужасно страдал от головокружения. Но мысль о том, что его спасли, а значит, он снова сможет беседовать с Фэн Е и быть с ним рядом, вдруг прогнала остатки сна.

Стоило Цзян И коснуться постели в пристройке, как он тут же провалился в сон.

Аккуратно прикрыв за собой дверь, Фэн Е поклонился ожидавшему во дворе наставнику:

— Наставник, старшему брату больше ничто не угрожает.

— Что ты сказал?! — изумился наставник. Ведь положение казалось безнадежным, как же могло всё обойтись?

Фэн Е ответил:

— У Цзян И нашлась пилюля, способная мгновенно залечивать раны и восстанавливать плоть. Он случайно раздобыл ее на юге, и она была у него в единственном экземпляре. Он скормил ее старшему брату по принципу лучше сделать хоть что-то, чем сидеть сложа руки, и кто бы мог подумать, что она возымеет такое чудесное действие.

Услышав, что со старшим учеником всё в порядке, наставник перестал расспрашивать о происхождении лекарства. С сердечным облегчением он произнес:

— Вот и слава богу, вот и слава богу. Небеса милостивы к Сяньци.

Узнав, что старшего брата удалось спасти, остальные ученики тожесияли от радости, а тучи тревоги рассеялись.

— Старший брат потерял слишком много крови, сейчас он очень слаб и нуждается в уходе. Пожалуйста, попросите кого-нибудь пригласить лекаря, который разбирается в укрепляющих и восстанавливающих отварах. Военные лекари умеют справляться лишь с внешними повреждениями, а для реабилитации этого маловато, — добавил Фэн Е.

— Хорошо, хорошо. Пятый, ступай ты, — поспешно распорядился наставник.

— Есть, я мигом! — крикнул Пятый ученик и бросился прочь.

Теперь, когда старший ученик был спасен, тяжелый камень упал с души наставника, и он сказал остальным:

— Вы тоже не смыкали глаз всю ночь, ступайте отдохните. Придете навестить старшего брата, когда он немного окрепнет.

— Слушаемся, — откликнулись ученики и один за другим разошлись.

Наставник не ушел, а заглянул внутрь комнаты, чтобы проведать Сунь Ци.

Сунь Ци не сумел побороть накопившуюся усталость и уже спал.

Заметив ровное дыхание Сунь Ци и убедившись, что рана действительно затянулась, наставник окончательно успокоился. С улыбкой он сказал Фэн Е:

— Ты ведь тоже не спал всю ночь, отдохни немного.

— Всё в порядке, я не устал, — теперь, когда Сунь Ци был вне опасности, Фэн Е чувствовал себя бодрым вдесятеро. — Наставник, идите отдохните, а я побуду здесь, пока не придет врач.

— Что ж, ладно. Тогда оставляю его на тебя.

— Слушаюсь.

Когда наставник удалился, Фэн Е снова опустился на край постели. Глядя на безмятежно спящее лицо Сунь Ци, он испытывал безграничное удовлетворение и вместе с тем легкую меланхолию. Раньше он планировал дождаться захвата императорского трона, чтобы с триумфом и почестями забрать Сунь Ци в столицу и объявить императрицей. Но пережитое потрясение открыло ему глаза: оказывается, до осуществления планов будущего еще так далеко, и растрачивать ради них настоящий момент — непозволительная глупость. Если бы сегодня не появился Цзян И и Сунь Ци не стало, к чему тогда был бы весь этот имперский престол?

Поэтому дорожить каждым мгновением здесь и сейчас — вот что важнее всего. Быть может, в дальнейшем Сунь Ци и придется разделить с ним бури дворцовых распрей, но что из того? Он непременно защитит Сунь Ци от любых невзгод. А мысль о том, что наличие наложника-мужчины может помешать гладкому восшествию на престол, больше его не волновала: борьба за власть неизбежна в любом случае, и прошлые опасения теперь казались ему смехотворными, заставив лишь впустую прождать его столько лет. Отныне он во всем будет ставить Сунь Ци на первое место. Что же до трона — он не верил, что их совместные с Фэн Цинем усилия, подкрепленные поддержкой Дома деда по материнской линии и Поместья генерала Пиннань, не принесут победы в этой схватке!

http://bllate.org/book/25020/2958891

Обсуждение главы:

Еще никто не написал комментариев...
Чтобы оставлять комментарии Войдите или Зарегистрируйтесь