Готовый перевод Reborn and Uninvited / Возвращение незваного гостя: Вторая попытка на счастье: Глава 6

В сельской местности всегда просыпаются раньше, чем в городе. Стоило первым лучам зари коснуться земли, как петухи и собаки принялись с воодушевлением возвещать о начале нового дня. Сян Юань проснулся, потирая ноющие от усталости глаза: вчера он допоздна размышлял над делами, и теперь это давало о себе знать. Может, дело было в смене обстановки и душевного состояния, но если раньше он мог спокойно работать весь день, поспав всего три-четыре часа, то теперь Сян Юань лишь зевнул, отчаянно желая поваляться в постели подольше...

Перевернувшись на другой бок, он внезапно встретился взглядом с ясными глазами Доудоу. Сян Юань вздрогнул: Доудоу, проснулся? Он потянулся к часам на тумбочке — стрелки показывали немногим больше пяти. Слишком рано.

Доудоу кивнул, откинул простыню, осторожно перешагнул через Сян Юаня и выбрался из кровати. Мальчик послушно натянул футболку. Доудоу был очень худеньким, а футболка оказалась ему велика — широкая и длинная, она болталась на нем, прикрывая половину ягодиц. Сделав пару шагов к выходу, он вдруг остановился, повернул свою маленькую головку к Сян Юаню, лежавшему на кровати, и сказал:

— Вставай быстрее, бабушка утром будет печь лепешки с соленьями, холодными они будут невкусные.

Увидев кивок Сян Юаня, Доудоу развернулся и, шлепая большими тапками, вышел из комнаты. Вскоре послышались голоса Доудоу и дедушки-старосты. Сян Юань сидел на кровати, с улыбкой глядя на утренний свет за окном и обдумывая слова мальчика. Наконец, он кувырком скатился с кровати, с довольной усмешкой поправил торчащую вихром прядь волос и, шаркая такими же, как у Доудоу, тапками, принесенными старостой, отправился умываться.

Желая научиться заботиться о Доудоу, за завтраком Сян Юань сам наполнил его миску рисовой кашей, тщательно остудил ее, очистил яйцо и положил кусочек лепешки с соленьями прямо в тарелку мальчику. Сидевшие напротив староста с женой, наблюдая за стараниями Сян Юаня, довольно переглянулись. Доудоу молча ел то, что положил ему Сян Юань, лишь мельком взглянув на него в самом начале. Даже когда он наелся, а Сян Юань продолжал чистить для него яйцо, мальчик не проронил ни звука. В итоге вмешалась хозяйка дома:

— Сян Юань, сынок, ребенок уже сыт, не чисти больше, а то перекормишь его, животик заболит.

— А? — Сян Юань поспешно остановился и сконфуженно почесал затылок. — Забыл, что дети едят немного.

Он наклонился к Доудоу, который поднял на него глаза:

— В следующий раз, когда наешься, обязательно скажи мне, договорились?

Доудоу, не отрываясь, посмотрел на него и кивнул. Допив остатки каши, он спрыгнул со скамейки и, шлепая тапками, побежал в угол двора играть с большой желтой собакой. Сян Юань тут же подсел к хозяйке:

— Тетя, подскажите, на что мне нужно обратить внимание при уходе за Доудоу?

Тетя вытерла руки о фартук и улыбнулась:

— Хоть сельские дети и не такие изнеженные, как городские, кое-что учитывать все же стоит. Слушай…

Доудоу дали задание проводить Сян Юаня до грушевого сада за деревней — взрослые рассудили, что сейчас самое время налаживать отношения, чтобы мальчику было легче привыкнуть к переезду в город. Солнце уже поднялось высоко и вовсю припекало. Тени от деревьев вдоль тропинки, поначалу бледные, становились все гуще и чернее. Сян Юань в соломенной шляпе, защищавшей от яркого солнца, одной рукой держал Доудоу — на мальчике была точно такая же шляпа, но она оказалась великовата и вечно сползала на глаза. Сян Юань присел на корточки и пропустил завязки шляпы за ушами ребенка:

— Так лучше?

Доудоу поправил головной убор, кивнул и коротко ответил:

— Угу.

Мальчик был немногословен. Его маленькая ладонь утопала в руке Сян Юаня, а сандалии то и дело задевали сочную зеленую траву.

Сян Юань украдкой поглядывал на притихшего ребенка и чесал в затылке: как же сделать так, чтобы Доудоу стал к нему ближе? Вскоре они дошли до холма, где раскинулся грушевый сад. Густая листва деревьев укрывала от палящего зноя. Сян Юань усадил Доудоу у корней дерева, снял свою шляпу и начал обмахиваться ею, а мальчик, опустив голову, принялся перебирать травинки.

— Доудоу, хочешь грушу? — Сян Юань поднял голову: ветви были усыпаны плодами, большинство из них еще оставались зелеными, но некоторые уже начинали желтеть, наливаясь спелостью.

Доудоу поднял взгляд, и в его глазах, подсвеченных солнцем, отразилось нескрываемое, жадное желание. Щеки мальчика слегка порозовели, он застеснялся, но едва заметно кивнул.

— Вот и отлично, я тоже хочу. Я полезу наверх, а ты лови внизу, хорошо? — Сян Юань деликатно позаботился о чувствах ребенка, широко улыбнулся и протянул ему свою шляпу. — Держи крепче, лови в нее. Только смотри, не прищеми руки.

В этот момент в Доудоу проснулась детская живость. Он вытянул обе руки, а шляпа, которая была на нем, съехала на спину и повисла на завязках. Глаза мальчика блестели, как рябь на воде под солнцем — чисто и энергично.

Сян Юань в два счета забрался на дерево. Ухватившись одной рукой за толстую ветку, он встал на цыпочки — самые спелые груши висели на самой верхушке. Приходилось прикладывать усилия. Солнечные блики, пробивавшиеся сквозь листву, то и дело попадали в глаза, заставляя их слезиться от напряжения, но Сян Юань лишь довольно улыбался. Ему хотелось воскликнуть: как же все-таки хорошо!

— Доудоу, подними шляпу повыше! — крикнул он, глядя вниз на мальчика, который с нетерпением ждал урожая.

Доудоу послушно поднял руки, и в следующее мгновение в шляпу упал увесистый плод. Заглянув внутрь, мальчик восторженно поднял на Сян Юаня сияющее лицо:

— Поймал!

Сян Юань рассмеялся:

— Молодец! Лови еще одну.

Скоро шляпа была полна груш. Сян Юань не стал есть их сразу, видя, как Доудоу с ожиданием смотрит на него. Он подхватил шляпу:

— Пойдем домой, помоем их и поедим.

В деревне было принято есть фрукты прямо с ветки, слегка обтерев их об одежду, поэтому Доудоу с недоумением посмотрел на Сян Юаня. Заметив, как нахмурились детские брови, Сян Юань терпеливо объяснил:

— Груши нужно мыть, иначе они грязные, от них может разболеться живот. Так что всегда мой их перед едой.

Доудоу был чутким и замкнутым ребенком — прямо как сам Сян Юань в детстве. У таких детей была общая черта: они были невероятно послушными. Поэтому после краткого объяснения Доудоу серьезно закивал.

Сян Юань потрепал его по голове в знак одобрения. Он уже собирался уходить, как вдруг в кармане зазвонил телефон. Доудоу испуганно вздрогнул. Сян Юань достал аппарат и, увидев, что звонит Цинь Вэньян, невольно улыбнулся:

— Вэньян.

Он присел у корней дерева, поставил шляпу с грушами и притянул к себе Доудоу. Ребенка явно заинтересовал телефон — в черных глазах мелькнуло любопытство, и он, прижавшись к плечу Сян Юаня, принялся с интересом разглядывать экран.

— Да, через пару дней вернусь. Кстати, везу тебе груш, домашних, из нашей деревни, без всякой химии!

Цинь Вэньян стоял у панорамного окна. Полуприкрытые шторы скрывали большую часть света, лишь маленький луч падал на его начищенные до блеска черные кожаные туфли. Слушая веселый голос в трубке, Цинь Вэньян тоже невольно улыбнулся. Усталость и раздражение, залегшие в складках между бровей, начали рассеиваться, будто туман под порывом свежего ветра:

— Хорошо. Позвонишь, как приедешь, я встречу.

Сян Юань моргнул, удивленный таким предложением:

— Ты же занят? Я сам на такси доберусь.

Это было странно. Раньше Сян Юаню не требовалось, чтобы его встречали, да и Цинь Вэньян никогда не проявлял такой инициативы. На секунду Сян Юань подумал, что, может, тот скучал по нему, но тут же отмахнулся от этой мысли, усмехнувшись собственной глупости.

Вокруг грушевого дерева с гудением летали пчелы, иногда кружа рядом с Сян Юанем. Доудоу начал махать руками, пытаясь отогнать их. Сян Юань, заметив движение у плеча, обернулся, увидел насупившегося Доудоу и испугался. Он притянул мальчика к себе:

— Доудоу?

Мальчик посмотрел на нахмуренного Сян Юаня, положил ладони ему на плечи и боязливо прошептал:

— Там пчелы.

Сян Юань вздохнул и успокаивающе произнес:

— Я не ругаю тебя, просто это опасно. Жало у пчелы очень больное.

Доудоу захлопал глазами и закусил губу, выглядя одновременно виноватым и послушным. Сян Юань похлопал его по спине и снова поднес телефон к уху:

— Прости, тут небольшая заминка была.

Цинь Вэньян нахмурился, перешел к бонсаю и принялся рассеянно перебирать зеленые листья:

— Я слышал детский голос. Ты с ребенком?

— Ха-ха… Да, это мой драгоценный сынишка. Через пару дней увидишь, он такой послушный и милый! — Сян Юань щурился от солнца, и в его голосе сквозило такое неприкрытое хвастовство и радость, что, казалось, они передаются по проводам.

— Сын? — пальцы Цинь Вэньяна замерли на ветке. Он поднял взгляд, легкая улыбка исчезла с его лица, глаза сузились. Тон оставался спокойным и мягким: — Не припоминаю, чтобы у тебя был сын. Сколько ему лет?

— Я его усыновил, завтра познакомитесь. Ты разве не занят? Сейчас же самое рабочее время, разве нет? — Сян Юань не заметил перемены в настроении собеседника и, ответив, перевел тему на самого Цинь Вэньяна, проявив привычную заботу, которая не менялась уже семь лет.

— А… — протянул Цинь Вэньян. Значит, не родной. Уголок его рта снова пополз вверх. — Скоро будут переговоры по контракту, сейчас как раз свободен.

— Ну тогда отдохни немного. Я положу трубку, тут жарко, пора возвращаться домой с Доудоу.

Услышав прощание, Сян Юань закончил разговор. Заметив, что Доудоу все еще не сводит глаз с телефона, он просто сунул его мальчику в руки:

— Пошли, идем домой.

Доудоу принял телефон, как величайшую ценность, и понес его двумя руками, ступая крайне осторожно — даже с яйцами он обращался не так бережно. Его черные глазки и раскрасневшиеся щеки светились восторгом. Сян Юань внезапно почувствовал легкую зависть: как же легко дети находят счастье, ведь какой-то пустяк может радовать их целый день.

Сян Юань положил свою руку поверх рук мальчика, охватывая и телефон, и ладошки Доудоу:

— Давай быстрее, придем домой — научу тебя в игры играть.

Доудоу склонил голову, глядя на черный корпус телефона, выглядывающий из их сомкнутых рук, и радостно закивал, переходя на полубег. Пот катился по лицу Сян Юаня, в другой руке он нес шляпу, полную груш. Глядя на деревню и рисовые поля впереди, он сам удивлялся тому, что в такую жару может еще и насвистывать себе под нос. Может, дело в знакомых с детства местах? Может, в том, что Доудоу стал доверчивее? А может, в звонке Цинь Вэньяна? Скорее всего, все вместе, только он не мог понять, что именно сейчас перевешивает.

— Тук-тук.

Шу Я постучала и вошла в кабинет:

— Вэньян, представители компании «ХЛ» пришли. Когда ты спустишься на переговоры?

Цинь Вэньян убрал телефон в карман, поднял голову и улыбнулся Шу Я. Тон его был мягким, но слова — холодными:

— Пусть подождут еще час.

Шу Я кивнула, показывая, что поняла, и уже потянулась к дверной ручке, когда услышала голос Цинь Вэньяна:

— Будь добра, принеси мне чашку кофе.

Цинь Вэньян откинулся в черном кожаном кресле, погрузившись в мысли о Сян Юане. Свое внезапное желание встретиться с ним он объяснял стремлением разобраться в собственных чувствах: то ли это нежелание отпускать, то ли уязвленное самолюбие. Именно поэтому он и позвонил. Впрочем, подумал он, усыновление ребенка — неплохая идея, по крайней мере, в жизнь Сян Юаня ворвался глоток свежего воздуха.

Перед ним поставили чашку с дымящимся молоком. Легкий молочный аромат напомнил о чем-то теплом. Цинь Вэньян поднял глаза:

— Я, кажется, просил кофе.

Шу Я, скрестив руки на груди, невозмутимо ответила:

— Сян Юань просил меня хорошо заботиться о тебе. Молоко полезно для здоровья.

Цинь Вэньян усмехнулся, размешал молоко и поднес чашку к губам. В этот момент до него вдруг дошло: Сян Юань больше ничего не требует. Но сам Цинь Вэньян уже оказался на распутье, куда его привел Сян Юань. Он колебался, не решаясь ступить на закрытый для обзора путь, но в то же время испытывал странную привязанность к фигуре, которая продолжала идти рядом. Быть может, это была привычка, которую оставил ему Сян Юань.

В этот миг мучивший его днями вопрос разрешился сам собой. Все неясности и сомнения внезапно отступили. Цинь Вэньян откинулся на спинку кресла, закинул ногу на ногу и расслабился. Его взгляд упал на маленький кактус, который принес Сян Юань, но казалось, что он смотрит сквозь растение — туда, где был сам Сян Юань. Что ж, посмотрим, удастся ли ему влюбиться в такого Сян Юаня, каким тот стал сейчас.

http://bllate.org/book/24903/2947162