Готовый перевод A Century of Rivers and Mountains / Сто лет империи: Драконий рык: Глава 15

Битва у холма Сюнъэр едва завершилась, как из города Лоян прискакал гонец с донесением: во время столкновения двух армий Князь Ко подослал людей в город, подкупил часть городской стражи и под покровом ночи похитил лоянского тайсуя Кан Диньяна. К тому времени, как гарнизон обнаружил пропажу, тайсуй уже был далеко за пределами стен. Вскоре Князь Ко попытался воспользоваться этим, чтобы захватить Лоян, но силы лоянской обороны оказались слишком велики, а Юй Даньбо сразу после окончания битвы у холма Сюнъэр двинул войска к Лояну и отбросил тридцатитысячную армию противника к югу от Жуяна.

Сидя в походном шатре, Сюань Юй подпёрла подбородок одной рукой и не сводила глаз с письма, присланного людьми Князя Ко. В послании от неё требовалось сдать Лоян в обмен на жизнь Кан Диньяна.

— Насколько мне известно, этот Князь Ко и тайсуй Кан Диньян находятся в давней вражде.

— Хм, ничуть не удивлён, — злорадно усмехнулся Гу Чанкун. Он не только не переживал о безопасности Кан Диньяна, но даже был благодарен Князю Ко за то, что тот взял в заложники правильного человека.

— Сюань Юй, что ты намерена делать с этим письмом? — не преминул спросить Жань Ситин. Всё было лишь потому, что чиновники всех мастей в Лояне только и ждали, пожелает ли Сюань Юй спасать Кан Диньяна.

— Я не сдам Лоян, но тайсуя непременно выручу, — ответила Сюань Юй, поднеся письмо к пламени свечи и сжигая его.

Такого ответа никто в шатре не ожидал, и люди вокруг замерли с открытыми ртами.

Жань Ситин рассчитывал, что Сюань Юй воспользуется случаем и чужими руками раз и навсегда избавится от их главного занозы в боку, но он никак не думал... Спасать... спасать его? Да понимает ли она вообще, что говорит?

— Именно так, — спокойно отозвалась Сюань Юй.

Гу Чанкун возмущённо взвизгнул:

— С какой стати нам его спасать?! Спасать Кан Диньяна? Того самого негодяя, который с самого нашего прибытия в Лоян ни единого дня не упускал случая выступить против нас? Ни за что на свете я не стану спасать этого ублюдка!

На лице Сюань Юй не было и тени радости:

— Не с какой-то особой стати, а лишь потому, что он — чиновник, подчиненный мне, главному управляющему Лояна.

— Но... — Гу Чанкун ещё пытался заставить её передумать, но не успел договорить, как наткнулся на холодный взгляд Сюань Юй.

— Я сказала: я спасу его. — Сюань Юй обвела взглядом всех присутствующих в шатре с непреклонным выражением лица. — Всем всё ясно?

Сидевший до этого в стороне и хранивший молчание Юй Даньбо в этот момент поднялся на ноги и с гордо поднятой головой посмотрел прямо на Сюань Юй.

— Я его спасать не стану.

Все удивленно повернулись к нему. Сюань Юй, чьему приказу воспротивились, лишь молча смотрела в его глаза, пылающие жаждой немедленно свести старые счёты. Юй Даньбо, стремясь подчеркнуть твёрдость своего решения, повторил каждое слово с чеканной чёткостью:

— Я не желаю его спасать.

Сколько людей из клана Юй погибло по злому умыслу Кан Диньяна? Все эти годы отцы, дядья и старшие братья гибли напрасно из-за Кан Диньяна, который присваивал чужие заслуги и наотрез отказывался хлопотать за них или выкупать их вину. Заставить его спасать врага семьи Юй? Скорее он отречётся от своей фамилии.

Никто не ожидал, что Юй Даньбо, доселе беспрекословно следовавший каждому слову Сюань Юй, открыто пойдет против её воли. Окатившись холодным потом за смельчака, окружающие торопливо перевели взгляды на бесстрастную Сюань Юй.

Сидя за столом, Сюань Юй внешне оставалась совершенно спокойной. Она вновь и вновь прокручивала в голове затаённую боль Юй Даньбо, сопоставляя её с нынешним делом, от которого зависела жизнь Кан Диньяна. Помолчав немного, она безмолвно занесла этот долг памяти себе в счёт.

— Хорошо, — легко согласилась она.

Юй Даньбо замер — он никак не ожидал такого ответа.

— Сюань Юй? — переглянувшись с Гу Чанкуном, не удержался Жань Ситин.

Поднявшись из-за стола, Сюань Юй направилась к выходу из шатра. Проходя мимо Юй Даньбо, она на мгновение замедлила шаг и бросила ему негромкий приказ:

— Не забывай сегодняшних слов.

Сердце Юй Даньбо сжалось. Тревожно скосив глаза на неё, он не посмел больше ничего сказать. Сюань Юй лишь кивнула Юань Тяньиню и вышла вместе с ним из шатра, оставив терзаемого смутными предчувствиями Юй Даньбо стоять в одиночестве.

*

После того как Сюань Юй и Юань Тяньинь покинули походный шатёр, на следующий день Сюань Юй и её телохранитель Тан Сюй исчезли из Лагеря Сюаньюань. Как ни старался Юй Даньбо, перерыв весь город Юнцзя, отыскать их он так и не смог.

Как раз в тот момент, когда Лагерь Сюаньюань лишился своего командующего, армия противника, наступавшая на Лоян, неожиданно изменила направление и двинулась на Юнцзя. Видя, что неприятельские силы вот-вот подступят к стенам города, Юй Даньбо, разрываясь между необходимостью распределять гарнизон и отправлять людей на поиски Сюань Юй, вдруг заметил нечто странное. Пока весь лагерь охватила паника из-за исчезновения Сюань Юй, поведение одного человека резко отличалось от остальных.

— Что ты сказал? — придя с отрядом подчинённых в шатёр Юань Тяньиня, Юй Даньбо в упор уставился на него так, будто собрался сожрать живьём.

— Я сказал, что ван намерен сам спасти тайсуя, — невозмутимо повторил Юань Тяньинь, попивая чай из чашки и сидя всё в том же кресле; во всём лагере он был единственным, кто знал, куда направилась Сюань Юй.

— Каким образом? — сквозь зубы процедил Юй Даньбо, помрачнев лицом до неузнаваемости.

Юань Тяньинь бросил на него лукавый взгляд и в прекрасном расположении духа пояснил:

— Этого я не знаю. Мне ведомо лишь то, что ван отправился вести переговоры с тем Князем Ко.

— Он что, с ума сошёл?! — взвился Фу Цинфэн, хватаясь руками за голову. — Да кто станет вести с ним какие-то переговоры? Эти разбойники только и ждут: поймают одного — свяжут, сунутся двое — загребут обоих разом!

Гу Чанкун, позеленев от ярости, яростно вцепился в воротник Юань Тяньиня:

— Почему ты не остановил Сюань Юй?! Случилось такое ЧП, а этот гад не только словом не обмолвился заранее, но теперь ещё сидит здесь и беседы ведёт?!

— Остановить? — с улыбкой переспросил Юань Тяньинь, который даже и не пытался помешать Сюань Юй. — С какой стати?

— Ах ты... — Гу Чанкун уже был готов придушить его, но Жань Ситин, сам метавшийся как на иголках, вовремя оттащил его в сторону.

— Эй, стража! — обуреваемый жаждой как можно скорее спасти Сюань Юй, рявкнул на весь шатёр Юй Даньбо.

— Слушаем! — немедленно отозвались дежурившие снаружи командиры левого и правого отрядов Модао.

Достав из-за пазухи печать с приказом, Юй Даньбо чеканил слова:

— Взять мой приказ, созвать войска! Через полчаса трём армиям Лагеря Сюаньюань собраться у ворот Хайчан и выступить в поход!

— Есть!

— Вы двое — со мной из города, — бросил через плечо направляющийся к выходу Юй Даньбо, обращаясь к Гу Чанкуну и Фу Цинфэну.

Гу Чанкун, всё ещё кипя от злости, с языка сорвалось:

— Ещё бы ты не взял!

Юй Даньбо, уже занёсший ногу за порог, резко остановился, развернулся и в упор тяжело посмотрел на него. Ошеломленный устрашающим видом товарища, Гу Чанкун мгновенно вспомнил о воинской дисциплине и торопливо сложил руки в почтительном желанном поклоне.

— Есть...

Когда большая часть командиров покинула шатёр вслед за Юй Даньбо, готовясь выступить из города, оставшийся внутри Жань Ситин озадаченно посмотрел на Юань Тяньиня, чьё выражение лица совершенно не вязалось с общей паникой.

— Наставник Юань?

— Хе-хе... — Юань Тяньинь, замышлявший всё это вместе с Сюань Юй, покачал веером с тушью, не в силах сдержать улыбку.

*

Спасение людей не терпит промедления. Юй Даньбо, сколь бы сильно ни тревожился за Сюань Юй, оставался хладнокровным и рассудительным: несмотря на то, что подчиненные сгорали от нетерпения и требовали немедленно двинуть войска на разгром разбойников и вызволение Сюань Юй, он принял решение не идти напролом.

В этот момент разведчики донесли: семидесятитысячная армия разбойников разделилась на три части, занявшие три укреплённых лагеря.

Хотя Юй Даньбо не понимал, что именно произошло в рядах неприятеля, заставившее их силы расколоться, он предположил, что после разгрома у холма Сюнъэр авторитет Князя Ко сильно пошатнулся. Хотя тайсуй Кан Диньян и был захвачен, сделано это было из личных побуждений, что посеяло рознь в лагере мятежников и привело к расколу.

Прекрасно понимая текущую обстановку, Юй Даньбо двинул всю армию на юг, дошёл до Жуяна и остановился лагерем. Сперва он отправил двадцатитысячный гарнизон Управы Хэнань вместе с отрядом Фу Цинфэна углубляться дальше на юг, охватывая город Наньчжао с правого и левого флангов. Тридцать тысяч воинов мятежников планировали занять Наньчжао как опорный пункт, но столкнулись с ожесточенным сопротивлением горожан. Не успели они взять город, как попали в засаду войск Юй Даньбо, окруживших их с обеих сторон. Затем Юй Даньбо приказал отряду из Башни Ласточки перерезать пути отхода неприятеля у Туцзягана. Взяв армию противника в клещи с трёх сторон и объединившись с защитниками Наньчжао, они ударили со всех четырёх направлений и за один раз полностью уничтожили тридцатитысячный отряд разбойников.

После битвы у Туцзягана Юй Даньбо вновь повёл всю армию на юг, занял Шицяо в качестве лагеря и приказал перегородить воду у Бованя, возведя запруду. Спустя три дня шлюзы открыли, и ревущий поток смыл двухтысячный лагерь мятежников в Хунниване. К рассвету Юй Даньбо окружил Хуннивань силами гарнизона Управы Хэнань, вылавливая выживших врагов, пытавшихся забраться на возвышенность.

К тому времени, как армия Юй Даньбо подошла к Наньяну, у мятежников оставалось всего около двадцати тысяч человек. Согласно донесениям лазутчиков, враги уже подумывали об отступлении и собирались вывезти князя Ци и лоянского тайсуя в Синье, прикрываясь ими. Не дав мятежникам добраться до Синье, Юй Даньбо приказал всей армии перестроиться на легкий марш, помчаться наперерез и внезапно атаковать неприятеля, разделив силы на четыре колонны и загнав его в ловушку четырёх дорог — в Вадянь.

Место четырёх дорог — это место, открытое для нападения со всех четырёх сторон. Его следует атаковать, но не оборонять, ибо засесть там в осаду означает обречь себя на неизбежную гибель. Полководец Юй Даньбо, прекрасно знавший законы войны, понимал это отлично, а вот запертый в Вадяне Князь Ко осознал сие с прискорбным опозданием.

— Князь Ко... — в панике обратились к своему господину защитники Вадяня, когда войска Юй Даньбо подошли вплотную к городу и начали штурм.

— Выволоките его наружу! — стоя на крепостной стене, Князь Ко свирепо оскалился и яростно махнул рукой за спину.

Командующий авангардом Юй Даньбо, получив доклад подчинённых о том, что Гу Чанкун и Фу Цинфэн уже у стен города, но неожиданно прекратили атаку из-за того, что мятежники выставили на стену связанного Кан Диньяна, немедленно послал гонца к главному военачальнику за инструкциями: продолжать ли штурм в лоб?

— Генерал? — вытирая пот со лба, переспросил командир левого отряда Модао, ожидая приказа.

— Приказать продолжать наступление, — не моргнув глазом, отдал приказ Юй Даньбо, бросив лишь беглый взгляд на крепостную стену.

Командир левого отряда Модао замялся и пробормотал:

— Но...

— Наступать!

Приказ был отдан, и бедному командиру отряда Модао ничего не оставалось, как передать весть застывшим под стенами Гу Чанкуну и Фу Цинфэну. Лица обоих переменились в тот же миг.

— Если с Сюань Юй что-то случится, я лично прирежу этого ублюдка! — извергая проклятия и вспомнив предупреждение Юань Тяньиня о последствиях неподчинения приказу, Гу Чанкун разъяренно взлетел в седло.

— На этот раз твоя очередь убивать не дойдёт! — с тем же оскалом процедил Фу Цинфэн. Ударив коня пятками в бока, он повёл два отряда Модао на штурм стен.

Видя, что вражеская армия продолжает наступление, нимало не заботясь о жизни заложника, Князь Ко был вынужден отступить вглубь города вместе с пленником, намереваясь бежать через задние ворота. Однако едва створки отворились, как там их уже поджидал отряд из Башни Ласточки. Воины из Наньчжао под предводительством Башни Ласточки безжалостно отбросили Князя Ко обратно в город.

— Убейте его! — взвыл загнанный в ловушку в самом центре города Князь Ко, поняв, что армия разбита и дело проиграно. В отчаянии он отдал приказ казнить пленника, решив забрать врагов с собой в могилу.

Стоило острому лезвию коснуться шеи Кан Диньяна, как голова палача со злополучным клинком взлетела в воздух, сбитая меткой стрелой. Князь Ко молниеносно повернул голову в поисках стрелка. Долго всматриваясь в ряды нападавших у стен, он с изумлением уставился на прибывших.

— Армия семьи Юй... — Разбойники, годами терпевшие бедствия от карательных походов клана Юй до гибели старого генерала Юя, прекрасно знали армию семьи Юй. Князь Ко думал, что эти люди давно сошли с боевой арены, но никак не ожидал, что они вновь объявятся на свет божий.

Ворвавшись на городскую стену, Юй Даньбо держал в руках фамильный боевой лук старейшин рода Юй и пускал стрелу за стрелой. Обладая невероятной меткостью, он не подпускал никого к Кан Диньяну ближе чем на сажень. Стоявшие рядом с ним искусные стрелки из клана Юй обрушили на врагов плотный град стрел, прикрывая прорыв Фу Цинфэна и Гу Чанкуна, которые ворвались в центр города и стремительно освободили Кан Диньяна.

— Где Сюань Юй? — едва освободив пленника, выпалил нетерпеливый Гу Чанкун, обращаясь к Кан Диньяну. Тот ошеломленно хлопал глазами:

— Князь Ци?

— Разве князь Ци не был заложником вместе с тобой? — не заботясь о том, что Кан Диньян всё ещё опутан веревками, словно праздничный цыцзун, Фу Цинфэн грубо дернул его за воротник.

— С чего бы вану подвергать себя столь безрассудному риску? — раздался за их спинами голос Сюань Юй как раз в тот момент, когда все находились в недоумении.

— Ты... Разве ты не... — заикаясь и осознав, что их нагло провели, Гу Чанкун потерял дар речи.

Под охраной Тан Сюя Сюань Юй подъехала верхом к центру города и спешилась. Позади неё следовал Юань Тяньинь, принявший самое живое участие в обмане. Подойдя ближе, Сюань Юй не стала смотреть на Юй Даньбо, который привёл целую армию ради её спасения, а вместо этого участливо направилась к Кан Диньяну.

— Как вы себя чувствуете, господин Кан?

— Благодарю вана, со мной всё в порядке, — уныло ответил измотанный чиновник. Кто-то поспешно разрезал путы на его теле, и когда Кан Диньян попытался согнуться в поклоне, Сюань Юй поддержала его за локоть, помогая выпрямиться. Поднявшись, спасенный на мгновение замер, а в его глазах блеснул странный, сумрачный огонёк.

Кан Диньян ни на секунду не верил в сказки о том, что Сюань Юй спасла его из чистой благородности или как своего подчиненного. Он не сомневался, что у этого шага есть скрытые мотивы и что даром его никто выручать не стал бы. Отбросив благодарность, он начал лихорадочно соображать, какую цену Сюань Юй затребует с него за это «спасение» и под каким соусом предъявит ему новый счёт в будущем.

— Ван, — с трудом опомнившись, Юй Даньбо подошел к Сюань Юй большими шагами и опустился на колени с повинной.

Сюань Юй холодно и отстраненно бросила:

— Общественное и личное, что важнее, а что второстепенно — теперь тебе ясно?

— Подчиненный осознает свою ошибку. — Понимая, что его близорукость едва не погубила общее дело и жизнь его господина, Юй Даньбо сжал зубы, силой подавляя в сердце остатки былой горечи.

— На сей раз я не стану взыскивать с тебя за неподчинение приказу, но запомни хорошенько: второй раз я этого не потерплю. — Сюань Юй подошла к нему вплотную, глядя сверху вниз леденящим душу взглядом. — Если посмеешь ослушаться вновь — я снесу твою голову с плеч.

Стоявший на коленях Юй Даньбо глубоко вздохнул:

— Слушаюсь.

— Должность главного управляющего армией учреждается лишь на время войны; по окончании оной она упраздняется. — Сюань Юй бросила на Юй Даньбо равнодушный взгляд. — Этот устав тебе знаком?

Услышав о предстоящем снятии с должности, Юй Даньбо вздрогнул всем телом. Он недоверчиво поднял голову, но в холодных глазах Сюань Юй не нашлось и следика сожаления. Скосив глаза в сторону, он заметил стоявшего рядом с ней Кан Диньяна, чьи губы тронула издевательская усмешка.

Фу Цинфэн ошеломленно приложил руку ко лбу — он никак не мог поверить, что Сюань Юй способна произнести такое.

— Да как же так... — Сокрушить стотысячную армию разбойников удалось лишь благодаря неоценимым заслугам и трудам Юй Даньбо, а теперь, когда дело сделано, она собирается всё забыть и выставить его вон?

— Сюань Юй... — Гу Чанкун попытался заступиться за товарища, но слова застряли в горле.

Под торжествующим взглядом Кан Диньяна Юй Даньбо почувствовал, что старая история повторяется с пугающей точностью. Сжав кулаки до боли и не дожидаясь, пока кто-то еще станет просить за него, он гордо выпрямился и громко чеканил каждое слово:

— Как только подчиненный доставит пленных мятежников в Юнцзя, я немедленно верну печать главного управляющего!

— Отлично. — Разобравшись с Юй Даньбо, Сюань Юй отдала приказ: — Эй, проводить господина Кана обратно в Лоян!

— Ван... — Кан Диньян, который никогда в жизни не рассчитывал, что этот ненавистный недруг станет спасать его, хотел было что-то сказать, но Сюань Юй ласково поддержала его под руку и передала подоспевшим подчинённым.

— Вы пережили немало тягот в эти дни, господин тайсуй. Ступайте в Лоян, отдохните с дороги, а все дела обсудим уже там.

Измученный и обессиленный долгим пленом Кан Диньян едва заметно кивнул в ответ. Перед уходом он не удержался и бросил еще один взгляд на всё еще стоявшего на коленях Юй Даньбо.

Когда Кан Диньян удалился, Сюань Юй торопливо наклонилась и лично подняла с колен Юй Даньбо. Тот изумленно моргнул и вопросительно уставился на неё.

— Знаешь, зачем я спасла Кан Диньяна? — сменив гнев на милость, с улыбкой спросила Сюань Юй, стоило посторонним скрыться из виду.

— Ван сам говорил об этом в тот день. — Высвободив руку и отступив на шаг, Юй Даньбо снова помрачнел, едва зашла речь о тайсуе.

— Я спасла его не только потому, что он чиновник моего ведомства. Мне нужно было дать тебе возможность совершить подвиг. — Наконец-то решившись раскрыть истинную причину, Сюань Юй мягко пояснила ему, знавшему всё о его затаённой обиде.

— Подвиг?

— Будучи скромным летописцем, ты не имеешь ни громких заслуг, ни тяжких проступков. Если бы я вздумала возвысить тебя просто так, это выглядело бы необоснованно. Поэтому я хотела, чтобы благодаря этой войне ты одним махом поднялся и встал рядом со мной.

Если упустить этот шанс, другого уже не представится. Именно поэтому, даже понимая, что Юй Даньбо спасает всех против своей воли, она силой заставляла его ухватиться за эту ступеньку к вершине.

Юй Даньбо, никогда не стремившийся к славе и богатству и полагавший, что после окончания войны его, как и прочих предков из клана Юй, используют и выкинут за ненадобностью, никак не ожидал, что Сюань Юй уже давно печётся о его будущем. Она не только вытащила его из пыльных архивов, но и заранее проложила ему дорогу к вершинам чиновничьей карьеры.

— Не бойся, я помню своё обещание, — понизив голос так, чтобы слышал только он, произнесла Сюань Юй. — Я непременно заставлю Кан Диньяна принести публичные извинения твоему клану прямо у порога особняка Юй.

Юй Даньбо молча смотрел на неё, слегка приподняв бровь, в его глазах всё ещё читалось недоверие.

Сюань Юй рассмеялась и подняла три пальца:

— Как только вернемся в Лоян — не пройдет и трех дней, как господин тайсуй будет стоять на коленях перед вашими воротами и каяться перед родом Юй.

Разве такое возможно? Совершенно не веря, что Кан Диньян добровольно признает свою вину и пойдет на столь унизительный шаг, Юй Даньбо не скрывая поморщился.

— Не веришь? — Сюань Юй хлопнула его по плечу. — Что ж, давай подождем и посмотрим сами.

http://bllate.org/book/24790/2932338