Готовый перевод The Apocalypse Has Arrived / Конец света пришёл: Глава 1

1. Взрыв

Как только прозвенел звонок с урока, студенты из учебных корпусов различных факультетов хлынули наружу, образуя на территории кампуса несколько людских потоков.

Ань Жань прикрыл голову учебником, чтобы защититься от палящего солнца, и быстрым шагом направился к выходу из кампуса.

В начале мая погода уже стояла за тридцать градусов, безупречно чистое небо сияло ярко-синей гладью, ни единого дуновения ветерка. Раскаленное солнце пекло землю, отчего открытые участки кожи слегка покалывало.

Когда он подошел к школьным воротам, у обочины припарковался знакомый черный автомобиль — лимитированная версия Роллс-Ройс.

Машина была непростой, и человек внутри, разумеется, тоже.

Ань Жань сделал вид, что ничего не замечает, и прошел мимо автомобиля, но из салона раздался низкий, бархатный голос:

— Садись в машину.

— Что-то нужно? — Ань Жань придержил книгу одной рукой и, склонив голову, заглянул в салон.Юноша был стройным, а на его изящном лице слегка изгибались персиковые глаза, в которые были вплавлены два сапфира. Уголки глаз украшала крошечная черная мушка, и сейчас, когда юноша наклонил голову, это придавало ему еще больше чарующего обаяния.

Мужчина приподнял бровь, глядя на него, и снова повторил: Садись в машину. Его тон был властным и не терпящим возражений.

Ань Жань закатил глаза, открыл дверцу автомобиля и плюхнулся внутрь.

Прохлада автомобильного кондиционера резко контрастировала с палящим зноем снаружи, и Ань Жань невольно испустил вздох удовлетворения в глубине души.

Ань Чиюй бросил взгляд на лениво развалившегося на сиденье юношу, достал из холодильника тарелку с фруктами и протянул ему.

Каждая виноградина была налитой и прозрачной, источая прохладный фруктовый аромат. Ань Жань без церемоний взял тарелку и, поглощая фрукты на ходу, спросил: До ежемесячных сборов еще неделя, зачем искал меня?

Мужчина просматривал документы в руках, даже не поднимая головы: Ляо Чэн приглашает тебя на свою помолвку, дата назначена на следующую среду.

Ань Жань надкусил клубнику, замер на мгновение, склонил голову и произнес: Я понял. Есть еще дела?

Ань Чиюй бросил на него косой взгляд, после чего снова перевел взор на бумаги: Я отвезу тебя домой.

Ань Жань отмахнулся и сказал мужчине, который с момента его посадки в машину не выпускал из рук документы: Не нужно, нам все равно не по пути, я сам доберусь на такси. Дядя Лю, остановите вон там впереди.

Лю Люй посмотрел в зеркало заднего вида в сторону старшего господина и, заметив, что тот никак не отреагировал, припарковался у обобчины.

Ань Жань снова водрузил книгу на голову и улыбнулся сидевшему за рулем средних лет мужчине: Спасибо, дядя Лю.

Что вы, молодой господин.

Ань Жань не стал поправлять его обращение, повернулся к сидевшему рядом мужчине и попрощался: Пока... старший брат.

Мм.

Ань Жань закрыл дверцу машины и зашагал прочь.

Ань Чиюй проводил его взглядом, в его глазах таилась глубокая задумчивость...

Полуденный знойный воздух поднимался от земли словно рябь горячих волн, жара изнуряла, и спина мгновенно покрылась потом.

Когда он уже начал терять терпение от ожидания, наконец показалось такси. Однако, увидев остановившуюся перед ним машину, он почему-то совершенно не хотел садиться.

Словно предчувствуя неладное, Ань Жань нахмурившись долго разглядывал такси и лишь под нетерпеливые подгонявания водителя все же забрался внутрь.

Прохлада в салоне принесла долгожданное облегчение, но на душе ничуть не полегчало. Проезжая перекресток, он увидел загоревшийся красный свет и с тревожным чувством сжал в руке книгу.Ань Жань не был суеверным человеком, но сейчас он и сам не понимал, что с ним творится: с тех пор как он сел в это такси, сердце тревожно колотилось, а руки дрожали так, что их невозможно было унять. Когда до дома оставалось еще немного пути, он поколебался и всё же вышел из машины.

Стоило ему выйти, как чувство тревоги исчезло, словно всё предшествующее беспокойство было лишь плодом его воображения.

Под палящим солнцем Ань Жань с горькой усмешкой подумал, что он просто сам себя напугал, с ума сойти можно.

Он пошел по тропинке в тени деревьев, но стоило сделать всего несколько шагов, как он увидел, что ехавшая впереди машина такси потеряла управление, врезалась в несколько стоящих рядом автомобилей, и тут же с оглушительным грохотом взорвалась.

Ань Жань широко раскрыл глаза, сердце, казалось, на мгновение перестало биться. Впереди взметнулись языки пламени, серовато-черный дым окутал багровое заречье, придавая синеве неба зловещие, густые краски…

Осколки стекла сверкали на солнце мелкими бриллиантовыми искрами. Крики прохожих и автомобильные гудки слились воедино, создавая невероятный хаос.

Пешеходы и транспортные средства вокруг взорвавшейся машины пострадали от ударной волны. Он собственными глазами видел, как пожилого человека с сединой в волосах сбил автомобиль, а другая потерявшая управление машина придавила его колесами, превратив в сплошное кровавое мешово.

Когда он, ошеломленный, наконец пришел в себя и услышал, что кто-то поблизости уже вызывает скорую помощь, Ань Жань перестал смотреть на царивший впереди переполох, подобрал упавшую на землю книгу и повернулся, чтобы уйти.

В обход узкими улочками добравшись до дома, Ань Жань выровнял дыхание и зашел в ванную.

Сбросив с себя одежду, он прислонился спиной к прохладной кафельной стене, безмолвно ощущая, как струи холодной воды омывают тело, словно смывая все негативные эмоции.

Едва он вышел из ванной, как телефон настойчиво зазвонил.

Взяв аппарат в руки, он увидел мигающее имя: Ань Чиюй.

Усевшись на диван и включив телевизор, Ань Жань наконец ответил на вызов.

— Алло.

— Ты где?

Ань Жань на мгновение замер. Ему показалось, что в голосе мужчины проскользнули нотки тревоги, и он поспешно ответил:

— Я дома.

— Ты в порядке?

В телевизоре как раз передавали репортаж о недавней автомобильной аварии: пылающие машины, изуродованные тела, багровая кровь, носилки с пострадавшими, которых грузили в машины скорой помощи, отчаянные крики, смешанные с горестным плачем — сцена выглядела невероятно хаотичной.

— Я в порядке.

— Во второй половине дня переезжай обратно домой.

— Не нужно, старший брат, это просто случайность, со мной всё в порядке.

— В три часа дядя Хун заедет за тобой, — тон мужчины был властным, судя по всему, решение уже было принято, и возражения не принимались.

— …Ладно.

Обменявшись еще несколькими короткими фразами, они завершили разговор.

Повесив трубку, Ань Чиюй некоторое время задумчиво смотрел на транслируемую на экране запись места аварии, а затем набрал номер.

— Усильте охрану, следите за тем, чтобы он ничего не заметил.

Ло Юй отложил телефон, вздохнул и с силой откусил кусок от яблока.

— Ай… — Ань Жань поморщился, глядя на след от зубов на большом пальце, и, потряхивая саднящей рукой, как раз услышал репортаж женщины-ведущего по телевизору.

— По предварительным данным, водитель такси внезапно потерял сознание из-за теплового удара… В связи с жаркой погодой напоминаем о необходимости принимать меры предосторожности… — Ань Жань выключил телевизор.

Интуиция подсказывала ему, что внезапный обморок водителя не был главной причиной аварии. Он и сам не знал, почему так думал, но именно шестое чувство только что позволило ему избежать смертельной опасности.

Грохот раскардившегося грома прервал его мысли. Небо, еще минуту назад залитое ярким солнцем, мгновенно потемнело и помрачнело, поднялся яростный ветер.

Ань Жань торопливо выбежал на балкон, чтобы забрать белье, а вернувшись, плотно затворил окна и двери.

Сразу после этого крупные капли дождя забарабанили по стеклу.

Ань Жань стоял у окна: массивные темные тучи сгрудились на небе, полностью затянув синеву, ослепительные вспышки молний прорезали облачную пелену, и за ними неотступно следовали оглушительные раскаты грома.

Шквалистый ветер кружил в воздухе сорванные листья бумаги и обрывки ткани, вокруг то и дело раздавался лязг от ударов предметов друг о друга, а прохожие, кое-как прикрывая головы руками, спешили укрыться.

Глядя на происходящее, Ань Жань подумал, что погода нынче… поистине переменчива… Пожалуй, переезжать во второй половине дня не придется.

Из-за утреннего происшествия у Ань Жанья пропал аппетит, он перекусил кое-чем на скорую руку и лег спать.

В непроглядной ночной тишине улицы выглядели пустынными, женщина в рабочей форме быстро шла под светом фонарей, явно спеша домой.

Внезапно позади нее возникла темная фигура. Ее шатающийся силуэт казался настолько слабым, что она могла рухнуть в любую секунду.

Услышав шорох, женщина в тревожном испуге оглянулась, и пронзительный крик разорвал ночную тишь.

Фигура сзади резко взвыла, выбросила вперед руки и набросилась на нее, впившись зубами ей в шею. Звук оборвался на полуслове, из раны фонтаном хлынула кровь.Черная тень кусок за куском пожирала плоть женщины, но, услышав какой-то звук, она подняла голову…

Ань Жань с испуганным вскриком резко сел на постели, и крупная капля холодного пота скатилась по его лбу.

Мгновение спустя Ань Жань вытер пот и горько усмехнулся: похоже, полуденное происшествие всё же не отпускало его мысли…

Дом огласил ритмичный стук.

Взглянув на экран телефона, лежащего на прикроватной тумбочке, Ань Жань увидел, что ровно три часа дня. Он потёр глаза, встал с постели и отпер дверь.

Вошёл средних лет мужчина в строгом костюме в сопровождении нескольких служанок, на его лице играла мягкая улыбка:

— Маленький господин.

— Дядя Хун.

Ань Хун был управляющим в семье Ань. Ему уже перевалило за пятьдесят, когда-то он был правой рукой отца Ань Чиюя, а ныне являлся одним из тех людей, кому Ань Чиюй доверял больше всего. Его жена тоже работала служанкой в особняке.

Заметив, что юноша выглядит сонным и то и дело трёт глаза, Ань Хун неодобрительно покачал головой:

— Маленький господин, нельзя тереть глаза, так можно занести инфекцию.

Ань Жань налил стакан воды, поставил перед дядей Хуном и с улыбкой пообещал:

— Хорошо-хорошо, дядя Хун, я понял. Год не виделись, а вы стали ещё ворчливее тети Хун.

Ань Хун мягко улыбнулся:

— Маленький господин, услышь эти слова тётя Хун, и сегодняшних свиных ребрышек в кисло-сладком соусе и тушеной рыбы вам не видать.

Стоило услышать о своих любимых блюдах, как глаза Ань Жана мгновенно засияли.

— Тётя Хун приготовила ребрышки в кисло-сладком соусе и тушеную рыбу? Дядя Хун, вы должны сохранить это в тайне.

Хотя Ань Жань не состоял с семьей Ань в кровном родстве, Ань Хун любил юношу даже больше остальных:

— Хорошо, хорошо, я ничего не скажу.

Поболтав с дядей Хуном еще пару минут, Ань Жань велел служанкам собрать его вещи.

Собирать, по сути, было особо нечего: он забрал лишь несколько самых необходимых предметов обихода, остальноетрогать не стал — задерживаться надолго в доме Ань он не планировал.

Спустившись вниз, он обнаружил, что на улице по-прежнему пасмурно. Воздух был сырым и душным, не давая и намёка на прохладу после дождя.

Бумажные обёртки и газетный мусор влажно липли к земле, в углах кучковалась грязь, перемешанная с опавшими листьями и дождевой водой, а сорванные ветром рекламные щиты беспорядочно валялись на асфальте. Вся улица растеряла свою обычную тишину и опрятность.

Увиденное отчего-то вызвало у Ань Жана неприятное предчувствие, хотя он и сам не понимал почему.

Телохранитель открыл дверцу автомобиля и осведомился:

— Маленький господин?

— Ничего, — Ань Жань сел в машину, и та плавно тронулась с места, направляясь к резиденции семьи Ань.

Особняк семьи Ань представлял собой роскошную трёхэтажную виллу. Миновав резные парадные ворота, машина ещё минут четырёх-пяти катила по ровной и широкой аллее, прежде чем добраться до главного белого здания.

Снова оказавшись перед парадным входом, Ань Жань испытал целую гамму сложных чувств. Он прожил здесь шесть лет, и хотя расстался с этим местом совсем недавно, казалось, прошли уже целые годы. От этих мыслей в его взгляде невольно промелькнула тень ностальгии.

У дверей выстроились служанки в одинаковых белых платьях и телохранители в строгих чёрных костюмах. Синхронно склонившись, они произнесли:

— Добро пожаловать домой, маленький господин.

Ань Жань кивнул и вошёл в гостиную. Он снова здесь.

Отказавшись от помощи дяди Хуна, Ань Жань поднялся наверх с чемоданом и остановился у первой комнаты на углу второго этажа.

Он распахнул дверь: внутри всё осталось по-прежнему. Знакомая расстановка мебели создавала ощущение, будто он никуда и не уезжал.

Закрыв за собой дверь, Ань Жань рухнул на кровать и задумчиво уставился на узоры потолка.

Физически ему сейчас было всего семнадцать, но на самом деле он прожил уже двадцать лет. И всё потому, что он переродился…

Ань Жань был метисом. Его отец умер, когда он был совсем крохой, и мать растила его в одиночку. Когда мальчику исполнилось десять, мать снова влюбилась и решилась на стремительный брак. Избранником женщины стал широко известный председатель Корпорации Ань по имени Ань Чжэнъян.

У Ань Чжэнъяна было двое сыновей: старший, Ань Чиюй, молодой и талантливый, являлся законным наследником Корпорации Ань, а младший, Ань Вэйфэн, был всего на год старше Ань Жана.

Ань Чжэнъян и мать Ань Жана безумно любили друг друга, все триста шестьдесят пять дней в году напоминали у них медовый месяц, однако отношения Ань Жана с братьями Ань не задались и оставались довольно прохладными.

Но счастье длилось недолго. Когда Ань Жаню исполнилось шестнадцать, мать и отчим погибли в автокатастрофе.

Лишившись единственной ниточки, связывавшей его с этим домом, Ань Жань съехал и зажил отдельно.

Жизнь текла своим чередом, но накануне выпуска из университета он угодил в похищение.

Пытаясь спасти его, Ань Чиюй погиб от пули похитителей, да и самого Ань Жана бандиты прикончили…

Очнувшись, он с удивлением обнаружил, что вернулся в свои шестнадцать лет, как раз в тот период, когда только-только покинул особняк семьи Ань…

Разморенный сном, Ань Жань проснулся от голода. Наскоро умывшись, он спустился вниз в поисках еды.

Узнав от дяди Хуна, что Ань Чиюй вернётся только после восьми, Ань Жань сразу же направился на кухню.

Ань Чиюй уделял огромное внимание качеству жизни, поэтому даже повара в их доме передавали мастерство из поколения в поколение, а их стряпня была просто великолепна. Больше всего за время жизни вне особняка Ань Жань тосковал именно по блюдам здешнего шеф-повара.

На кухне вовсю шла подготовка к ужину. Появление Ань Жана заставило всех присутствующих разом обернуться с удивлением на лицах. Шеф-повар Ли первым поднялся из-за стола и спросил:

— Маленький господин, чего-нибудь изволите?

Скрестив руки на груди, Ань Жань неторопливо приблизился. Было всего семь часов, а ужин в семье Ань подавали строго после возвращения Ань Чиюя.

Окинув кухню взглядом в поисках чего-нибудь перекусить, чтобы заморить червячка, Ань Жань бросил шеф-повару Ли:

— Не нужно, я сам.

Шеф-повар Ли вовсе не верил, что маленький господин умеет готовить, а вдруг он ещё и отравится чем-нибудь? Он тут же засуетился:

— Маленький господин, лучше я сам. Что бы вам хотелось?

Ань Жань закатал рукава и выудил из холодильника несколько фруктов и бутылочку майонеза:

— Не надо, я просто сделаю салат.

Ловко орудуя ножом, он нарезал фрукты ровными кубиками одинакового размера, переложил в прозрачную миску, щедро заправил майонезом и тщательно перемешал. Не прошло и минуты, как яркий, аппетитный фруктовый салат был готов.

Всё это время шеф-повар Ли с тревогой наблюдал со стороны, смертельно боясь, как бы острый нож случайно не поранил нежные пальцы маленького господина.

Однако практика показала, что ножом маленький господин владел отнюдь неплохо: движения были быстрыми и уверенными, а разница в размере нарезанных фруктов составляла едва ли три миллиметра.

Прихватив палочки, Ань Жань с пиалой салата в руках устроился на диване в гостиной и принялся есть, одновременно глядя телевизор.

В этот момент раздался звонок в дверь. Когда служанка отворила створки, в прихожую неспешно вошёл стройный красавец с уверенной осанкой — это был Ань Чиюй.

Молодой, привлекательный мужчина, с глубоким и спокойным взглядом чёрных глаз. Под аккуратным носом с горбинкой чуть заметно сжимались тонкие губы, придавая лицу непостижимое, загадочное выражение.

Сшитый на заказ дорогой костюм подчёркивал его подтянутую фигуру, а стать профессиональной модели заставляла казаться, будто любая одежда сидит на нём идеально.

В свои двадцать семь лет он был богат, хорош собой и слыл самым молодым завидным женихом города С.

Перед глазами Ань Жана вновь возникла картина: пуля пробивает затылок Ань Чиюя, но тот до последнего крепко прижимает его к себе, защищая. Окровавленное лицо из прошлого постепенно сливалось с тем, что стояло перед ним наяву.

Ань Чиюй бросил взгляд на устроившегося на диване юношу, который как раз покусывал вилку, забавно раздувая щеки, перевёл глаза на полупустую пиалу салата на журнальном столике и включенный телевизор, после чего его красивые брови слегка приподнялись.

— Целый год прожил на воле, а научился только телевизор за едой смотреть?

Раздался низкий голос. Придя в себя, Ань Жань поднялся на ноги и негромко поздоровался:

— Старший брат.

— Мм.

Ань Чиюй сбросил пальто, передал его замершей рядом служанке и широким шагом направился к центру дивана.

Ань Жань подвинул салат поближе к себе, как вдруг от прихожей донёсся ещё один голос:

— Младший видит только старшего, второму брату прямо-таки обидно.

Только теперь Ань Жань заметил вернувшегося Ань Вэйфэна. Одетый в светлый повседневный костюм, он излучал ту свободную, обаятельную уверенность, которая неизменно притягивала женские взгляды везде, где бы он ни появлялся.

Ань Жань бросил на него равнодушный взгляд:

— Второй брат.

Ань Вэйфэн был старше всего на год. Ровесники, они с самого детства вечно дрались, и их отношения никогда не были хорошими. Одной из причин, почему Ань Жань съехал из особняка, стали брошенные некогда Ань Вэйфэном слова: это дом семьи Ань, и ты не достоин носить фамилию Ань.

Тогда, не совладав с эмоциями, они сошлись в последней драке, после чего он собрал вещи. В последующие годы, случайно встречаясь, они обменивались лишь дежурными кивками.

Уловив чужой холод в голосе, Ань Вэйфэн растерял всё своё весёлое расположение духа. Молча бросив на брата взгляд, он опустился на диван.

— Старший, насчёт сотрудничества корпорации Ань с группой Тэнфэй...

Братья принялись непринуждённо обсуждать дела, и даже выражение лица Ань Чиюя смягчилось куда сильнее обычного.

Сидевший в стороне Ань Жань машинально ковырял вилкой салат, испытывая лёгкую горечь на душе. Подобного тепла в братских отношениях ему изведать так и не довелось.

Наконец фрукты в его тарелке превратились в неаппетитную кашицу, и когда объявили об ужине, Ань Жань решительно отставил пиалу в сторону и направился к обеденному столу.

Ужин прошёл в тишине. Пока Ань Чиюй и Ань Вэйфэн продолжали обсуждать рабочие вопросы прямо в гостиной, Ань Жань поднялся со своего места и ушёл к себе в комнату.

Пусть Ань Вэйфэн и казался порой ветреным мажором, на деле он уже вовсю работал в семейной корпорации, получая элитное образование и проходя через личное наставничество Ань Чиюя.

Вернувшись в комнату, Ань Жань наскоро принял душ, включил компьютер и открыл почту.

Одно из новых писем мигало не переставая. Взгляд Ань Жана мгновенно ожесточился: он кликнул мышкой, бегло просмотрел текст и тут же удалил сообщение.

Откинувшись на спинку кресла, он тяжело выдохнул. Потратив целый год на поиски и отсеяв большинство кандидатур, он наконец-то вышел на главного подозреваемого, который в будущем с наибольшей вероятностью мог бы похитить его, чтобы шантажировать Ань Чиюя.

http://bllate.org/book/24776/2929157