Готовый перевод The Way Those Years of Yuri Unfolded / Юри-миры тех лет: Быстрое прохождение: Глава 6

Чжао Минь посмотрела в небо и захлопала глазами:

— Но ведь А-Да и А-Эр уже ушли по моему приказу. Если я сейчас вернусь одна… думаю, это будет крайне опасно.

— Слушай… — у Чжоу Чжижо потемнело в глазах.

Она еще не встречала настолько прилипчивого человека. Пользуясь тем, что Чжоу была мягкосердечной и мало знала о превратностях мира, Чжао Минь вела себя еще наглее:

— Я отослала А-Да и А-Эр только ради того, чтобы нам было удобнее видеться. Сейчас я совсем одна. Ты же знаешь, какая я вредная, у меня бесчисленное множество врагов, так что по дороге меня запросто могут прирезать. Эй, мне все равно, ты должна взять меня с собой.

— …

Чжоу Чжижо от возмущения закатила глаза, но не нашлась что ответить.

Я и сама была поражена бесстыдству цзюньчжу и забыла возразить. Неудивительно, что в свое время она сумела вырваться из окружения четырех красавиц. Одной лишь этой способностью липнуть к людям она могла десять тысяч раз раздавить такую нежную и застенчивую девушку, как Чжоу Чжижо.

Тот, кто в обуви, боится того, кто босиком.

Тот, у кого есть совесть, боится того, у кого ее нет.

В конце концов Чжоу Чжижо пошла на уступки и согласилась взять Чжао Минь с собой на несколько дней.

Мы как раз не планировали возвращаться в секту Эмэй, а собирались отправиться в Удан.

Дело было так: пока этот «пластырь» вис на рукаве Чжоу Чжижо, выпрашивая свое, на плечо Чжоу опустился почтовый голубь.

Что ж, хотя я с самого детства считала передачу сообщений голубями в сериалах полным бредом — ну правда, это же совершенно ненаучный, абсурдный элемент! Куда бы ты ни отправился, голубь всегда тебя находил, это было даже вездесущее, чем сигнал Wi-Fi. А еще скорость голубя оставалась загадкой: сколько бы времени ни прошло с момента отправки, он всегда настигал цель. И самое главное — он умудрялся распознать адресата… Ну просто нет слов.

Но теперь я воочию видела, как передо мной приземлился самый настоящий, добросовестный почтовый голубь.

Чжоу Чжижо поймала птицу, отвязала от лапки записку и отпустила голубку. Развернув листок, она прочитала его, а затем повернулась ко мне:

— Старшая сестра Дин, мастер говорит, что приближается день рождения великого мастера секты Удан Чжан Саньфэна. Раз уж мы все равно в пути, нам велено отправиться туда, поздравить старика, а заодно и мир повидать.

Я уже собиралась согласиться, как Чжао Минь тут же закивала:

— Я тоже хочу мир повидать.

— Какой еще мир ты собралась повидать? — хором спросили мы с Чжоу Чжижо.

— Разве вы не говорили, что у меня нет способностей объединить мир боевых искусств? Вот я и хочу посмотреть, чем же так примечателен этот Чжан Саньфэн, первый человек в мире единоборств.

Наша цзюньчжу снова начала нести чепуху с самым серьезным видом. И что самое удивительное — наша чистосердечная Чжижо ей поверила.

Чжоу Чжижо фыркнула и гордо произнесла:

— Хорошо, пусть сходишь и посмотришь на великого мастера. Тогда ты поймешь, насколько была самонадеянна и невежественна.

Чжао Минь лучезарно улыбнулась:

— Договорились.

Так лиса Чжао и кролик Чжоу радостно решили, куда держать путь.

На самом деле, как сторонний наблюдатель, я чувствовала: если кто-то добровольно позволяет лисе водить себя за нос, значит, в глубине души она к ней неравнодушна.

Стоит помнить, что если Чжоу Чжижо по-настоящему ожесточится, она вполне способна практиковать Когти Белого Костяного Демона не хуже Мэй Чаофэн.

Кстати, я помню, в оригинале была история о том, как Чжоу Чжижо когтями разодрала плечо Чжао Минь. Интересно, как это будет выглядеть в этой истории о любви между девушками?

Конечно, это дело будущего.

Сейчас Чжоу Чжижо, очевидно, уже отдала свое сердце Чжао Минь. Хотя она упрямо отказывалась признавать эти чувства, в глубине души все же хотела проводить с ней больше времени, вот и позволяла ей липнуть, как банный лист.

Она лишь «грозно» пригрозила:

— Если посмеешь вытворять что-то на горе Удан, я тебя не прощу!

Тон был точь-в-точь как у влюбленной девушки, кокетничающей со своим возлюбленным. В противном случае, имея такой статус и возможности, как бы она могла «не простить» Чжао Минь?

Глядя на них, я чувствовала смешанные эмоции: с одной стороны, радовалась, что пейринг, которому я помогала, движется в нужном направлении, с другой — чувствовала грусть из-за самой себя.

Да, я люблю Чжоу Чжижо. Искренне люблю.

Однако белое яйцо вспыхнуло:

— Поздравляю, вы выполнили задание и получили 5% прогресса. Теперь ваш прогресс составляет 5,2%. Следующее задание: заставить их поцеловаться.

— …Поцеловаться? — я была в шоке. — Ты ничего не перепутала? Их чувства только начали зарождаться! Для девушек той эпохи слишком рано для поцелуев. Ладно, даже если характер цзюньчжу и дерзкий, но… если Чжоу Чжижо не захочет, ничего не выйдет. К тому же, Система, ты становишься все ленивее, объединяя награду и задание в одном сообщении! Лентяйка!

— Перестань ругать меня про себя, я все слышу. К тому же я вижу твои истинные мысли: ты просто злишься, что я заставляю их целоваться, потому что сама любишь Чжоу Чжижо.

— … — я почувствовала себя ребенком, которого застали за кражей, и поспешила спрятать яйцо обратно за воротник, чтобы оно не продолжало говорить.

Ну что ж, поцеловать, так поцеловать. Я это сделаю!

Этой ночью, подражая персонажам из фильмов про боевые искусства, я взяла кувшин вина и взобралась на крышу, чтобы напиться с горя. Сделав всего глоток, я обожгла язык и расплакалась, глядя на луну и вспоминая маму.

Но той ночью мне приснилась не мама, а другая женщина.

Если подумать, она мне уже знакома — в прошлый раз я тоже видела ее во сне.

Во сне ее лицо по-прежнему было расплывчатым.

Как и в прошлый раз, она плакала:

— Мастер, не надо, умоляю, не надо…

Человек, которого она называла мастером, стоял прямой, как сосна, и оставался непреклонен.

Девушка потянула меня за подол юбки:

— Миньцзюнь, давай вместе попросим мастера, давай попросим! Я не хочу забывать тебя, не хочу, не хочу…

Эти рыдания разрывали мое сердце, я едва могла дышать.

Однако во сне я ответила ей необычайно холодным голосом:

— Перестань устраивать сцены. Выпей со мной это Забвение Чувств, и с этого момента мы станем чужими людьми, наши пути больше никогда не пересекутся.

Я изо всех сил отступила назад, но ее пальцы, словно впились в край моей одежды, намертво схватившись за нее:

— Нет! Миньцзюнь, не надо! Я не хочу забывать тебя, не хочу!

…

Все было точь-в-точь как в предыдущем сне.

Только в этот раз я разглядела лицо той девушки. Это была… Ян Бухуэй!

Она называла Мастера Мэцзюэ своим учителем.

И звала меня Миньцзюнь.

Нет, это невозможно.

Хотя я и не знала Повесть о небесном мече и сабле дракона наизусть, я была ярой поклонницей Цзинь Юна. Когда-то я даже в шутку дала клятву: если кто-то принесет мне в качестве выкупа полное собрание сочинений Цзинь Юна, я выйду за него замуж.

Повесть о небесном мече и сабле дракона — один из моих любимых романов. Основную структуру и фон я помнила. Ян Бухуэй явно намного младше Дин Миньцзюнь. И она никак не могла называть Мастера Мэцзюэ учителем.

Но ведь у Ян Бухуэй мать с таким же лицом… Если во сне была Цзи Сяофу, то это еще имело бы смысл.

Но разве в романе Цзи Сяофу не была глубоко влюблена в Ян Сяо?

Ладно, даже если это мир юри, и в чувствах Цзи Сяофу были свои тайны, все равно… чувствовалось, что что-то здесь не так.

Вспоминая тот взгляд, которым Ян Бухуэй смотрела на меня… мне все казалось, что здесь есть какая-то проблема.

Но в чем именно она заключалась — я никак не могла понять.

Неважно, будем действовать по обстоятельствам. Сейчас главная задача — выполнить задание Системы: заставить Чжао Минь и Чжоу Чжижо поцеловаться.

Что ж, как выполнить это задание, я тоже не придумала. Будем действовать по обстоятельствам.

История не остановится из-за того, что я — Перерожденец.

Чжоу Чжижо, переодев Чжао Минь в служанку, отправилась вместе со мной в Удан.

Изначально в секте Эмэй служанок не было, только две младшие ученицы прислуживали Мастеру Мэцзюэ. Но Чжао Минь не была из секты Эмэй, и если бы она притворилась ученицей, в Удане ее обязательно спросили бы имя. В конце концов, ученицы Эмэй имеют определенный статус в мире боевых искусств. Если бы мы солгали, а потом это вскрылось — было бы плохо. Поэтому Чжоу Чжижо просто заставила Чжао Минь переодеться служанкой, сказав, что та раньше работала на кухне Эмэй, а Мастер Мэцзюэ, беспокоясь за нас, отправила ее присматривать за нашим бытом, чтобы в пути не возникло непредвиденных проблем и мы успели к юбилею великого мастера.

Чжао Минь сначала надулась, но потом согласилась. В конце концов, быть рядом с Чжоу Чжижо было важнее всего.

И если я не ошибаюсь, Чжао Минь отправилась на гору Удан не только чтобы приклеиться к Чжоу Чжижо, но и чтобы воспользоваться случаем и оценить силу секты Удан, особенно силу Чжан Саньфэна!

Чжао Минь согласилась, но вот окружающие — нет. По дороге, будь то постоялый двор или трактир, владельцы и слуги смотрели на нас с подозрением, указывая пальцами: никогда не видели служанку, которая ведет себя важнее хозяйки.

Ну, что касается того, что цзюньчжу требует чай Лунцзин, на обед морские ушко, а получив грозный взгляд от Чжоу Чжижо, все равно обязательно протирает стол и стулья шелковым платком по десять раз… тут я могу сказать только одно: замашки человека, воспитанного в роскоши, не скроешь.

Даже осанка у Чжао Минь была прямее, чем у других. Она с детства была цзюньчжу, привыкла смотреть на людей свысока.

Если даже простые прохожие замечали неладное, что уж говорить о людях из Удана. Чтобы Чжао Минь снова не выдала себя, Чжоу Чжижо «замучила» ее взглядом сотню раз, а напоследок приказала:

— Больше никакой заносчивости, молчи, если не спрашивают, ешь и пей, что дают, не капризничай, от еды еще никто не умирал.

Чжао Минь надула губы, опустила голову и кивнула.

Я смотрела на это с восхищением: пожалуй, даже Чжан Уцзи из оригинала не смог бы добиться от Чжао Минь такого послушания?

Было немного смешно: хотя Чжоу Чжижо сейчас еще была «нераспустившимся бутоном», в ней уже проглядывали задатки будущего главы секты. Вспоминая, как она в оригинале «разорвала красное платье», едва не убила Чжао Минь когтями, а потом вернулась в Эмэй, приструнила Дин Миньцзюнь и остальных, став главой секты… я невольно улыбнулась: если мне посчастливится увидеть, как эта маленькая девочка вырастет в Мастера Чжоу, это будет стоить того.

Любить кого-то — даже если не можешь быть с ним — и просто наблюдать со стороны — тоже неплохо.

Авторитет будущего главы секты был велик: по прибытии в Удан цзюньчжу действительно вела себя смирно, хмурилась, но не протирала посуду, ела и пила, что давали, и почти не открывала рта. Голову тоже старалась держать опущенной.

Так что, хотя окружающие и находили мою служанку какой-то вялой, это уже не вызывало таких подозрений.

Конечно, я видела, что Чжао Минь лишь притворяется апатичной. У этой девчонки энергии хоть отбавляй, чтобы она действительно пала духом, наверное, должен наступить конец света.

Если я не ошибаюсь, внешне она была безразлична, но в уме уже записывала всю полезную информацию.

Я вспомнила, как в оригинале Чжао Минь сначала уничтожила Шаолинь, а потом Удан, расправившись с основными сектами. Оказывается, она не только изучала документы, но и заранее все разведывала.

Если бы она выбрала не того ученика — жадного до денег, который мог бы проболтаться, — ее план провалился бы, и она не только не обезвредила бы Чжан Саньфэна, но и спугнула бы добычу.

В оригинале я больше всего любила Чжао Минь, но и Чжан Саньфэна я тоже очень уважала. Если говорить от чистого сердца, мне было жаль видеть, как его травят ядом, но я знала, что сейчас я — лишь Перерожденец в мире юри и не могу вмешиваться в сюжет. Поэтому я просто наблюдала. В конце концов, Чжан Саньфэн не умер от яда и дожил до глубокой старости, не так ли?

Однако некоторые вещи я понять не могла.

Например, мысли Мастера Мэцзюэ.

Раньше Чжоу Чжижо, как и мы все, носила даосское одеяние секты Эмэй. Но в этот раз, спускаясь с горы, она специально надела зеленое платье. Причем, сделала это еще до того, как я пошла просить аудиенции у Мастера Мэцзюэ.

Значит ли это, что Мастер Мэцзюэ сама велела ей переодеться и с самого начала планировала отправить ее в Удан, а мое появление лишь сделало это более естественным?

Почему Мастер Мэцзюэ хотела, чтобы Чжоу Чжижо принарядилась перед поездкой в Удан? Когда я увидела зачарованный взгляд Сун Циншу, у меня по спине пробежал холодок: только не говорите мне, что это было намеренно.

Почему у меня такие мысли?

Потому что Чжоу Чжижо — очень сдержанная девушка, и по логике не стала бы сама искать общения с Сун Циншу. Но с тех пор как мы прибыли на Удан, она часто появлялась перед ним, постоянно попадала в «беду» и жалобно просила Сун Циншу о помощи. Сун Циншу — сын Сун Юаньцяо, второго по старшинству ученика Удана и исполняющего обязанности главы — почти наверняка будущий глава секты третьего поколения. Естественно, он мог использовать свое положение, чтобы решать все ее проблемы, получая при этом удовлетворение своего мужского тщеславия.

Чистая, несравненная красавица, попавшая в беду и просящая тебя о помощи, а потом искренне благодарящая… Наверное, это лучший способ для красавиц поймать мужчину на крючок?

Так думала не только я, но и Чжао Минь.

Она была недовольна и надула губы:

— Ты говорила мне не разговаривать, а сама вовсю болтаешь с этим Сун Циншу.

Лицо Чжоу Чжижо стало белым как мел, и она с раздражением ответила:

— Что ты мелешь?

— Разве я неправду сказала? Посмотри на Сун Циншу, каждый раз, когда он смотрит на тебя, его глаза готовы прожечь твою одежду!

— Ты… — Чжоу Чжижо, повзрослев, тоже стала острой на язык, но сейчас, будучи еще «бутоном», не умела оправдываться. Услышав такое от Чжао Минь, она покраснела от стыда и гнева. — Хватит болтать!

На последнем слове ее голос дрогнул. Она больше не могла сдерживаться, закрыла лицо руками и убежала.

— Эй… — Чжао Минь была одновременно зла и расстроена, не зная, стоит ли бежать за ней.

Я похлопала ее по плечу:

— Позволь мне.

Когда я догнала Чжоу Чжижо, она плакала в лесу на горе Удан. Она так увлеклась, что даже не услышала моих шагов.

Я вздохнула:

— Это мастер велела тебе так делать, да?

Она вздрогнула и подняла заплаканное лицо:

— Ты… что ты такое говоришь…

Моя малышка сегодня превратилась в попугая?

Я горько усмехнулась:

— Ты сама знаешь, что Чжао Минь не лгала, и я тоже.

Она широко открыла глаза, растерявшись, открыла рот, но не знала, что сказать.

Я глубоко вздохнула, нашла чистое место и села рядом с ней:

— Мастер хочет прославить Эмэй, поэтому хочет, чтобы ты привлекла Сун Циншу и заставила его с готовностью использовать всю мощь Удана для помощи тебе, верно?

Когда я попала в точку, растерянность в глазах Чжоу Чжижо усилилась, она опустила голову.

— Чжижо, тебе нравится такая жизнь?

Хотя я знала, что сюжет не изменить, но при мысли о том, что ей придется и дальше подчиняться приказам Мастера Мэцзюэ, снова соблазнять Чжан Уцзи ради Сабли Повелителя Драконов и обречь себя на трагедию всей жизни, у меня сжималось сердце. Плевать, это девушка, которую я люблю, и сюжет — будь то изменяемый или нет — должен быть изменен! Я должна убедить ее остановиться.

— … — она снова подняла на меня глаза. Взгляд был сложным: сомнение, удивление и что-то еще. Очевидно, она все еще опасалась меня, старшую сестру, которая часто ее обижала. Я знала, что все те пощечины не забыть в один миг, и мой образ злодейки прочно засел у нее в голове. Но бороться все равно стоило.

— Чжижо, ты еще мала, впереди долгий путь. Сегодня есть Сун Циншу, но кто даст гарантию, что завтра не появится другой… ну, еще один Сун Циншу? Ты снова будешь использовать этот метод? — искренне сказала я. — Я не буду судить о поступках мастера, но, боюсь, она делает это не впервые. В свое время она настаивала на браке Цзи Сяофу и Инь Литина из Удана, боюсь, преследуя ту же цель. Сейчас Цзи Сяофу мертва, она умерла так жалко, так печально, так и не получив в жизни ничего своего. Неужели ты хочешь повторить ее судьбу, лишиться любви, стать одинокой пешкой и в итоге погибнуть?

Хотя в оригинале не говорилось, что Мастер Мэцзюэ преследовала такую цель, но, сопоставив факты, у меня были основания так предполагать. И неважно, правдивы ли мои догадки, важно убедить эту глупую девочку, сбившуюся с пути.

Однако Чжоу Чжижо удивленно посмотрела на меня:

— Ты… ты все вспомнила?

http://bllate.org/book/24722/2914491