Готовый перевод Waking Up Cheating Again / Проснулся — снова неверный: Путь негодяя: Глава 6

Хотя Цинь Юйян был мажором, родившимся с золотой ложкой во рту, по мнению посторонних, его жизнь наверняка состояла из роскоши, ночных гулянок до рассвета, развлечений в окружении красоток и вечных праздников.

На самом деле всё было совсем не так — это лишь домыслы посторонних.

Не то чтобы он совсем не умел гулять; если выпадало неизбежное светское мероприятие, он тоже мог оторваться по полной, причем зажигал сильнее всех.

Принцип Цинь Юйяна заключался в том, чтобы не прикасаться к азартным картам, ставкам и наркотикам, не говоря уже о насилии и жестокости.

На остальное он смотрел по обстоятельствам, но в глазах как старших, так и сверстников он всегда вел себя исключительно примерно.

Девушки из его круга, чье происхождение соответствовало его статусу, охотно шли с ним на контакт.

Насчет того, действительно ли он был так хорош, Цинь Юйян не смел утверждать наверняка, но по крайней мере его совесть была чиста — он не совершал ничего предосудительного по отношению к другим, если не считать вчерашней глупости.

— Сяоцю, я доел. — Тот самый боров, который утверждал, что не осилит еду, с поразительной скоростью подчистил две большие миски до последней крошки.

Су Жаньцю молча подошел, забрал свою тарелку и два опустошенных глубоких блюда, к тому же черная миска для еды оказалась вовсе не нужна, ведь гость ел прямо из посуды для готовки.

— Есть яйца? — Цинь Юйян поднялся со стула и последовал за Су Жаньцю на кухню.

Су Жаньцю как раз мыл посуду и при звуках этого вопроса чуть не выронил тарелку: «…» Не то что подержать у себя какое-то время, даже двух дней хватило, чтобы почувствовать колоссальный стресс!

— Есть, в ящике слева. — Внешне Су Жаньцю все еще держался невозмутимо.

— Ох. — Цинь Юйян взял два яйца и бросил их прямо в воду для купания, которая как раз подогревалась.

Прикинув, что яйца уже почти сварились, он самыми изощренными способами выловил их.

— Сяоцю.

Услышав это, Су Жаньцю тут же отложил пишущую ручку, подпер рукой висок и произнес: — Я не буду, ешь сам. — Он и так был невероятно сыт!

— Это не для еды, — заявил Цинь Юйян, зажав в руках обжигающие яйца и с гримасой боли выкладывая их на стол. — Это чтобы катать по лицу. — С этими словами он завернул оба яйца в бумажные салфетки, чтобы хоть как-то защитить руки от жара.

«…» Су Жаньцю замер всем телом.

Раскаленное яйцо легло на щеку, обжигая жаром и вызывая легкое покалывание.

— У тебя такое маленькое лицо, знал бы — сварил только одно, — проговорил Цинь Юйян, который, судя по всему, рассчитывал размер яиц по собственному лицу.

— Я сам. — Су Жаньцю протянул руку и перехватил яйцо, однако тут же испугался невыносимого жара.

— Не надо, у тебя кожа нежная, не удержишь. — Цинь Юйян, полагаясь на собственную толстокожую выносливость, ни капли не переживал из-за того, что пальцы покраснели от кипятка.

Покатав яйцо таким образом минут десять, Цинь Юйян объявил: — Готово. — После чего, любуясь плодами своего труда и одновременно изящным движением расколов скорлупу, играючи очистил яйцо и съел его.

«…» Съел.

— Иди купайся, вода нагрелась, — напомнил Цинь Юйян.

Конспекты, которые он повторял до этого, вылетели из головы, и в мыслях Су Жаньцю стоял лишь образ Цинь Юйяна, уплетающего вареное яйцо.

После душа воздух стал еще холоднее.

Су Жаньцю прихватил учебник в постель, собираясь почитать еще немного, лежа под одеялом.

— Держи. — Тюбик с мазью прилетел по воздуху, и когда он поднял голову, этот мужчина уже был полностью поглощен игрой в телефоне.

— Убавь звук, — без всяких эмоций произнес Су Жаньцю, ему послышалось знакомое музыкальное сопровождение из игры Candy Crush: «…» Прекрасно, почти двухметровый здоровлэйший мужик сидит перед ним и увлеченно режется в три в ряд.

Тогда он полностью задернул занавеску, отгородив внешний мир от своего уголка.

Затем отвинтил крышку мази и тщательно обработал покрасневшую и опухшую левую щеку.

Около десяти часов вечера Цинь Юйян посмотрел на свой почти разрядившийся телефон и с некоторым сожалением завершил игру.

Ввиду отсутствия других развлечений у него наконец появилось время предаться меланхолии по поводу собственной участи.

Итогом размышлений стало: «…» Да о чем тут вообще сокрушаться, легкомысленно подумал Цинь Юйян, где бы человек ни жил — жизнь есть жизнь.

В рамках ограниченного выбора достаточно просто позаботиться о себе.

Если бы его братья, отец, сестры, бабушка и дедушка узнали об обстоятельствах, они наверняка пожелали бы именно этого и уж точно не стали бы ждать от него тоски по семье.

Раз он так весело и беззаботно проводит время на воле, родные должны быть только рады.

— Подвинься-ка внутрь. — Цинь Юйян откинул одеяло и задом протиснулся под него.

Су Жаньцю отложил книгу и с недовольным лицом сместился в сторону: — Дальше только стена. — Кровать и так крошечная, лежать на ней вдвоем — в самый раз, но проблема была в том, что один Цинь Юйян занимал места как двое.

— Эта кровать слишком мала, — пробормотал Цинь Юйян, укладываясь в тонкой домашней одежде, и уже через мгновение в постели стало жарко и уютно.

— Выключи свет, — скомандовал Су Жаньцю, только улегшись и заметив, что лампа все еще горит.

Тогда Цинь Юйяну пришлось снова подниматься и покорно плестись к выключателю у двери.

Следующее утро, воскресенье.

Сегодня Су Жаньцю не нужно было в учебное заведение, да и подработок на этот день не планировалось; он поспал на час дольше обычного, а мысль о том, что не придется толкаться в переполненном общественном транспорте, делала настроение вполне сносным.

Утром они позавтракали тостами с красной фасолью, которые принес Цинь Юйян, и свежесваренной рисовой кашей.

— У тебя есть зарядка для фруктофона? — воспользовавшись паузой во время завтрака, Цинь Юйян наконец окончательно посадил телефон.

— Нет. — Су Жаньцю покончил с едой раньше и теперь читал.

— Тогда одолжи свой телефон поиграть, — Цинь Юйян бросил взгляд на лежавший на столе гаджет и с абсолютно честным видом пообещал: — Я просто буду играть в мини-игры, в твои личные вещи не полезу.

Су Жаньцю хотел отказаться, но, пошевелив губами, в итоге промолчал.

Разве Цинь Юйян не понимал, что это означает согласие? — Спасибо. — Он забрал телефон и общеизвестным способом разблокировал экран, однако обнаружил, что в телефоне Су Жаньцю нет любимой Candy Crush, зато установлена Honor of Kings.

Игра была ему совершенно незнакома, но выглядела неплохо, и он решил взглянуть.

Через час раздался телефонный звонок.

Цинь Юйян на мгновение замер, а затем вернул устройство владельцу: — Тебе звонят.

Су Жаньцю тоже опешил, ведь ему звонили крайне редко, разве что за квартплатой, но долги за этот месяц уже были погашены, да и деньги семье отправлены.

— Чжикай? — Су Жаньцю никак не ожидал услышать его: — Что случилось?

Си Чжикай был однокурсником и бывшим соседом Су Жаньцю по комнате на первом курсе: — Жаньцю, какого черта? Как это твой ранг в Королях мгновенно скатился до Серебра? Твой аккаунт что, взломали?

«…» Су Жаньцю остолбенел и медленно повернул голову, бросив взгляд на Цинь Юйяна.

«…» Цинь Юйян поспешно вскочил на ноги и бросился наутек.

— Ах ты ж криворукий гад! — Су Жаньцю, вооружившись тапочками, пустился в погоню, готовый прибить Цинь Юйяна прямо на месте, ведь это был аккаунт, который он собирался продать!

Цинь Юйян вылетел за дверь и на ходу по коридору крикнул: — Я пойду куплю зарядку, остынь! — После чего, прикрыв голову руками, умчался подальше.

Запыхавшийся Су Жаньцю остановился, швырнул тапочки на пол и обулся.

— Жаньцю?

Звонок еще не был сброшен, и Су Жаньцю, переведя дыхание, ответил: — Ничего страшного, какой-то невоспитанный оборванец взял поиграть мой телефон.

— Блин, сочувствую, — произнес Си Чжикай. — За таких оборванцев надо браться ремень в руки, в следующий раз задай ему трепку.

Этот самый оборванец по имени Цинь Юйян добежал до ближайшей лавки сотовой связи и за двадцать юаней приобрел пиратскую зарядку для фруктофона.

— Сяоцю, открывай.

Су Жаньцю отворил дверь и, увидев в руках Цинь Юйяна пакет с овощами и фруктами, почувствовал, как его раздражение немного улетучилось.

— Какой у тебя номер телефона? — вошел в комнату Цинь Юйян. — Я купил новую сим-карту, давай обменяемся номерами.

Су Жаньцю разложил покупки и без особого энтузиазма продиктовал свой номер.

— Отлично, дело сделано, — нагло заявил Цинь Юйян. — Прости насчет игры, вот поднатакую скилл и помогу тебе подняться обратно.

Раздраженный Су Жаньцю бросил: — Не нужно, я сам справлюсь. — Если бы аккаунт удалось продать, это целых 300 юаней дохода, отчего сердце немилосердно ныло.

Цинь Юйян протянул: — Тоже верно, ты играешь лучше меня, может, возьмешь меня в пати?

Сдерживая порыв влепить ему оплеуху, Су Жаньцю в упор посмотрел на него: — Разве тебе не нужно зарабатывать деньги? Какая тебе игра? Мало того, что твоя ситуация хуже некуда?

Или же он вел себя столь легкомысленно потому, что вовсе не воспринимал свое изгнание из семьи всерьез?

А когда припрет к стене, заявится обратно к родителям на шею?

— Способ заработать я уже нашел, просто жду извещения, — ответил Цинь Юйян, загружая игру через заряжающийся телефон. — Говори, какой пароль от вай-фая у соседа?

Су Жаньцю отвернулся: — Не знаю.

— Врешь, — Цинь Юйян бросил на него опасный взгляд. — Я видел, что твой телефон подключен, ты точно знаешь.

В конце концов, ради возможности спокойно почитать книгу, Су Жаньцю со скрипом в сердце выдал пароль от беспроводной сети соседей.

— Какая еще работа? — бросил он между делом.

— Да так… работа, на которой платят кучу денег. — Цинь Юйян жевал маленький помидор черри. — Если все пройдет гладко, мой спонсор отвалит мне два миллиона.

Су Жаньцю широко раскрыл глаза и тоже взял попробовать черри: — Конкретно в чем суть?

Цинь Юйян уже приобрел аллергию на подобные расспросы и бесшабашно бросил: — Продаю себя.

— Кхе-кхе-кхе… — Су Жаньцю тут же поперхнулся помидором.

— Шучу я, — невинным голосом произнес Цинь Юйян. — Разве такой человек, как я, способен продать себя? Чего ты так взволновался?

«…»

В полдень Хуан Мао дозвонился до нового номера Цинь Юйяна: — Приветствую, братец Юй, это Хуан Мао, ты уже встал?

Цинь Юйян взглянул на солнце за окном и подумал, дурак ли тот или он сам: — Говори.

— Люди договорились, сегодня в восемь вечера, двухсотый зал, — доложил Хуан Мао. — Ну как, годится?

Цинь Юйян кивнул: — А твой Тин-гэ и правда нетерпелив.

Хуан Мао пару раз хихикнул в трубку и ничего не ответил.

— Ну, тогда договорились, — сказал Цинь Юйян. — В семь вечера жди меня у того же молочного чайного ларька.

Хуан Мао озадаченно переспросил: — Разве мы не собирались вместе поехать поужинать? Семь часов — это поздновато, времени на совместную трапезу совсем не останется.

— Куда такая спешка, поедим после того, как выиграем, — бросил Цинь Юйян.

— Ладно… — Хуан Мао почесал нос и повесил трубку.

Сквозь уши Су Жаньцю проскользгло слово выиграем, и он тут же вышел из кухни с кухонным тесаком в руке, нахмурившись: — Ты собрался в азартные игры?

— М? — Цинь Юйян обернулся и с полным правом заявил: — У меня вполне законные соревнования, гонки понимаешь? — Реакция у него была заторможенной, поэтому лишь спустя пару секунд он добавил: — Нож очень острый, поаккуратнее, не порежься.

Услышав про гонки, Су Жаньцю немного расслабился: — Главное — не лезь в азартные игры… — Вспомнив неприятные моменты из прошлого, он помрачнел: — Если ты свяжешься с казино, я больше не пущу тебя на порог. — С этими словами он развернулся и ушел обратно на кухню.

Цинь Юйян замер на месте, вспомнив тот вечер двухлетней давности, когда он гонял допоздна и вернулся домой заполночь; его родители, братья, сестры, дедушка и бабушка — вся семья ждала его в гостиной, и когда он переступил порог, ему сказали: — Больше никогда не садись за руль, иначе можешь не возвращаться.

У близких не было к нему никаких требований, кроме одного — не прикасаться к автомобилям.

Вспомнив причину столь категоричного запрета, Цинь Юйян потер нос: из-за своего безумного стиля вождения он уже не раз попадал в опасные аварии на волосок от гибели.

С тех пор он вел себя послушно и два года вообще не подходил к машинам.

— Во сколько выезжаем? — закончив дела на кухне, Су Жаньцю вышел вновь.

— В семь вечера, — ответил Цинь Юйян.

— Я поеду с тобой, — неожиданно заявил Су Жаньцю.

— Ты тоже идешь? — Цинь Юйян приподнял брови, одновременно чувствуя тревогу и недовольство. — Тебе обязательно меня контролировать… Я правда не на ставки еду…

— А то я за тебя не переживаю? — с натянутой улыбкой ответил Су Жаньцю.

Цинь Юйян подумал: ну всё, пипец, и впрямь под надзором. «…» Жить под чьим-то контролем — такое дерьмо.

http://bllate.org/book/24688/2906424