Готовый перевод Pale Affection / Бледная любовь: Глава 16

По мере того как лекарство медленно поступало в вену, Су Юйхуай, несмотря на тяжесть в голове и невозможность разлепить веки, почувствовал, как тело наполняется легкостью. Лишь когда закончился второй флакон и началась третья капельница, он наконец смог приоткрыть глаза. Увидев перед собой ослепительно белый потолок и уловив привычный больничный запах медикаментов, Су Юйхуай невольно напрягся. Он попытался приподняться на кровати, но чья-то рука твердо надавила ему на плечо. Повернув голову, он увидел Цзян Цианя.

Присутствие Цзян Цианя неожиданно успокоило его, хотя тут же нахлынуло чувство неловкости: ведь Цзян Циань когда-то говорил, что если он заболеет, то вмешиваться не станет.

— Решил встать, раз полегчало? — первым нарушил тишину Цзян Циань.

Су Юйхуай промолчал. После укола горлу стало лучше, и он лишь тихо прошептал:

— Я… почему ты здесь?

Цзян Циань поправил ему одеяло, налил воды и вложил стакан в руку Су Юйхуая:

— Я привез тебя в больницу, мне теперь нельзя здесь находиться? Если я уйду, кто будет за тобой присматривать? И почему ты молчал, что тебе плохо?

Су Юйхуай сжал в руках теплый стакан, посмотрел на него и после короткого молчания негромко ответил:

— Ты же говорил, что если я заболею, то не будешь помогать и присматривать за мной, поэтому я… не хотел говорить.

Чем дальше он говорил, тем тише становился его голос, но Цзян Циань всё расслышал. Он и не думал, что брошенные в сердцах слова Су Юйхуай воспримет так всерьез. Его это даже разозлило: он велел ему нормально питаться — тот забыл, просил надевать обувь — тот не послушал, а вот эти шутливые угрозы запомнил до мельчайших подробностей.

Цзян Циань схватил телефон и ключи от машины, поднялся и бросил:

— Ну ладно. Раз ты не хочешь говорить, я, так уж и быть, тоже не буду за тобой следить. Капай дальше сам.

С этими словами он вышел из палаты.

Глядя на удаляющуюся фигуру Цзян Цианя и слушая его слова, Су Юйхуай растерялся. Он хотел что-то сказать, но не смог подобрать слов. Он совсем не то имел в виду. Просто решил, что раз Цзян Циань считает уход за больным обузой, то он сам не хочет болеть, а если уж заболел — то не хочет его обременять. Он не хотел, чтобы другие считали его человеком, за которым нужно постоянно ухаживать.

Чем больше он думал об этом, тем тоскливее становилось на душе. Он начал сомневаться: неужели он и правда способен лишь доставлять людям неприятности? Погрузившись в печальные мысли, Су Юйхуай тупо уставился в потолок, и крупные слезы, размером с горошину, беззвучно покатились из его глаз.

На самом деле, взяв телефон и ключи, Цзян Циань вовсе не собирался бросать его в больнице. Он вспомнил, что Су Юйхуай с утра съел всего пару ложек каши, и решил сходить купить чего-нибудь горячего, чтобы тот согрелся. Он даже не догадывался, до чего успел себя докрутить Су Юйхуай.

Вспомнив советы врача о необходимости восполнить питательные вещества, Цзян Циань купил рисовую кашу с морепродуктами и немного закусок, а затем поспешил обратно.

Вернувшись в палату с пакетами, он увидел, что Су Юйхуай всё так же смотрит в потолок, остекленевшим взглядом. Даже когда Цзян Циань вошел и поставил вещи на тумбочку, тот не отреагировал. Заметив, что кровь из вены пошла обратно в капельницу, Цзян Циань нахмурился и резко спросил:

— Что ты натворил? Почему кровь пошла обратно?

Услышав голос, Су Юйхуай наконец очнулся и посмотрел на свою руку — действительно, кровь затекла в трубку. Он перевел взгляд на Цзян Цианя.

Разве он не ушел, злясь на него?

Цзян Циань, видя, что тот молчит, спросил громче:

— Я тебя спрашиваю, как это вышло?

Су Юйхуай убрал руку, покачал головой и тихо пробормотал:

— Не знаю, наверное, неудачно повернулся.

Слушая этот жалобный, больной голос, Цзян Циань вздохнул:

— Больно?

Су Юйхуай снова покачал головой — он ничего не почувствовал. Цзян Цианю ничего не оставалось, как позвать медсестру, чтобы та всё поправила.

Та, закончив работу, улыбнулась:

— Красавчик, больше не дергайся, ладно? Потерпи, осталось всего полфлакона, а потом можешь идти домой.

Су Юйхуай тихо кивнул. Когда медсестра ушла, Цзян Циань сказал:

— Я купил тебе поесть, садись, подкрепись.

Су Юйхуай удивленно моргнул:

— Ты разве не ушел?

Цзян Циань вскрыл контейнер:

— Ушел, чтобы купить еды, раз уж ты с утра ничего не ел, а я не хочу, чтобы ты голодал. К тому же, перед отъездом за границу твой брат просил присмотреть за тобой, как я могу тебя бросить? Да и вообще, сколько мы уже знакомы, если не братьями, то хорошими друзьями мы точно стали.

На сердце у Су Юйхуая внезапно потеплело, он и сам не понял, откуда пришло это чувство.

Подготовив еду, Цзян Циань помог Су Юйхуаю сесть. Поскольку палата была временной, отдельного столика не было, а позволить Су Юйхуаю есть самостоятельно было опасно — вдруг снова кровь пойдет? Встретившись взглядами, они оба поняли ситуацию. Цзян Циань смиренно взял миску с кашей, зачерпнул ложкой, подул на нее и поднес к губам Су Юйхуая.

Тот смутился: кроме Су Чжэна, никто и никогда его так не кормил. Су Юйхуай не знал, как поступить — есть или отказаться. Посмотрев на Цзян Цианя, он негромко проговорил:

— Может… я сам?

— Как ты сам? Рукой двигать нельзя, — парировал Цзян Циань.

Су Юйхуай подумал, что это правда: медсестра только что предупреждала его не двигаться. Видя, что тот всё еще медлит, Цзян Циань с досадой произнес:

— Слушай, я двадцать один год прожил и ни за кем еще так не ухаживал, ты — первый. Давай, окажи честь, а то остынет — будет невкусно.

Су Юйхуай помедлил, опустил голову и послушно открыл рот, принимая ложку каши.

Так, ложка за ложкой, молодой господин Цзян кормил молодого господина Су. Когда всё было съедено, Цзян Циань собрал контейнеры и выбросил их в мусорное ведро. Су Юйхуай посмотрел на него и произнес:

— Тот самый… спасибо тебе.

— Что ты сказал? — Цзян Циань сделал вид, что не расслышал, решив поддразнить Су Юйхуая, зная, какой тот застенчивый.

И всё вышло ровно так, как он и рассчитывал: Су Юйхуай не решился повторить благодарность и поспешил сменить тему:

— А ты сам ел?

Цзян Циань усмехнулся. Он видел, что Су Юйхуай смущен, и решил не отступать: опершись подбородком на руку, он подался вперед:

— Брат Юйхуай беспокоится обо мне?

В таком виде Цзян Циань выглядел опасно притягательно. Су Юйхуай отвел взгляд:

— Нет. Ешь или не ешь — твое дело.

— Ого, какой жестокий брат Юйхуай, я тут целый день с тобой вожусь, ничего не ел.

Су Юйхуай промолчал. Кто просил тебя быть таким глупым и не купить еды себе?

Видя, что Су Юйхуай снова отвернулся, Цзян Циань улыбнулся и перестал его мучить:

— Дома есть лапша быстрого приготовления, вернусь и перекушу чем-нибудь.

— Угу, — тихо отозвался Су Юйхуай.

Когда капельница закончилась и медсестра удалила иглу, Цзян Циань помог Су Юйхуаю подняться, и они вышли из палаты.

Врач, проходивший мимо, с улыбкой заметил:

— Твой младший брат только что оправился, неужели нельзя его поддержать?

Цзян Циань оглянулся на Су Юйхуая, который медленно шел, прижимая ватный тампон к месту укола. Почувствовав неловкость от слов врача, он подошел и подхватил Су Юйхуая под локоть.

— Ничего, я сам, — сказал Су Юйхуай.

— Не дергайся, — отрезал Цзян Циань.

Врач улыбнулся и попросил Су Юйхуая открыть рот. Тот с недоумением посмотрел на доктора.

— Просто хочу взглянуть на горло, чтобы понять, нужно ли приходить завтра на укол, — пояснил врач.

Су Юйхуаю ничего не оставалось, кроме как подчиниться. Врач надавил ватной палочкой на язык, подсветил фонариком и сказал Цзян Цианю:

— Завтра пусть снова приходит. Горло еще красное, нужно больше пить воды.

— Понял, — сухо ответил Цзян Циань.

Когда они вышли из больницы, уже стемнело. Дул ледяной ветер, предвещая дождь. От порыва ветра Су Юйхуая пробрала дрожь.

— Холодно? — с сомнением спросил Цзян Циань.

— Нет, — покачал головой Су Юйхуай, но в следующую секунду выдал себя громким чиханием.

Цзян Циань вздохнул. Ему показалось, что с момента встречи с Су Юйхуаем его жизнь превратилась в сплошные страдания. Он отпустил руку Су Юйхуая, снял с себя куртку и накинул ему на плечи:

— Почему ты такой упрямый? Зачем притворяться, что не холодно, если ты болен? Если вернется твой брат или мой, и увидят, что я плохо о тебе забочусь, мне несдобровать.

Он аккуратно поправил куртку на плечах Су Юйхуая. Тот посмотрел на него — в одной рубашке на холодном ветру — и закусил губу:

— А как же ты?

— Мы с Ци Ханем с детства росли в постоянной беготне, закаленные, со мной ничего не будет. Пошли, а то совсем разболеешься на ветру.

Су Юйхуай кивнул. Уже сидя в машине, он вдруг вспомнил:

— А Сюэтуань?

— Яо Вэй за ним присматривает, завтра заберу, — ответил Цзян Циань.

— Угу, — отозвался тот, помедлив.

Подумав о том, что завтра снова нужно в больницу, а дом семьи Су находится на окраине, Цзян Циань предложил:

— Поедем в мою квартиру. Тебе завтра на укол, там ближе.

— Хорошо, — тихо согласился Су Юйхуай. Он не хотел доставлять лишних хлопот, но раз так удобнее…

Цзян Циань завел машину. Поднявшись на лифте в квартиру, он увидел, что там довольно чисто — он периодически заказывал уборку.

Он предложил Су Юйхуаю отдохнуть на диване. Воды в кулере не было, а Су Юйхуаю нужно было запить лекарство, поэтому Цзян Циань поставил чайник и решил заодно заварить себе лапшу.

Су Юйхуаю было не по себе — после высокой температуры тело казалось липким, хотелось в душ. Но это квартира Цзян Цианя, просить неудобно, да и сменной одежды с собой нет.

Пока Цзян Циань возился на кухне, он заметил, что Су Юйхуай выглядит беспокойно.

— Ночуй здесь, завтра после больницы отвезу тебя домой.

Су Юйхуай кивнул. Цзян Циань достал лапшу и, повернувшись, увидел, что Су Юйхуай снял куртку. Он молча подошел и закрыл окно на балконе.

— Окно нараспашку, еще и куртку снял, — буркнул он.

Су Юйхуай, которому стало жарко и душно, пробормотал:

— Жарко… хочу помыться.

Он сказал это так тихо, что не был уверен, услышал ли его Цзян Циань. Но тот лишь усмехнулся, прошел в ванную и стал набирать воду. Вспомнив, что у Су Юйхуая нет одежды, он достал из шкафа новую пижаму. Пока вода наполняла ванну, Цзян Циань замер в задумчивости: зачем он вообще всё это делает? Почему так заботится о нем?

Когда ванна была готова, он позвал:

— Иди мойся, я всё подготовил.

Су Юйхуай опешил — он и не думал, что Цзян Циань всё услышал.

— Чего застыл? Вода остынет, — поторопил тот.

— О… хорошо, — ответил Су Юйхуай и скрылся в ванной.

Цзян Циань усмехнулся и принялся за свою лапшу.

В горячей воде Су Юйхуай почувствовал, как уходит липкость и тревога, даже на душе стало тепло. Он даже не заметил, как уголки его губ приподнялись.

Так как Цзян Циань был выше, пижама оказалась Су Юйхуаю великовата. Когда он вышел из ванной, Цзян Циань уже доел лапшу и сидел на ковре, уткнувшись в телефон. Услышав шаги, он обернулся и протянул лекарство:

— Иди сюда, выпей.

— Угу, — отозвался Су Юйхуай. Он сел рядом и начал пить. Пижама сползла, обнажив изящные ключицы.

Проглотив таблетки и запив их целебным отваром, он сглотнул. Кадык на тонкой, белой шее дернулся, и Цзян Циань почувствовал, как в горле пересохло.

— Что-то не так? — тихо спросил Су Юйхуай, заметив, что Цзян Циань пристально смотрит на него.

Тот опомнился, неловко кашлянул и достал из кармана конфету, которую получил в магазине как бонус:

— Съешь, а то опять скажешь, что я обманщик.

Он вспомнил прошлый раз, когда заставил Су Юйхуая выпить горькое лекарство под предлогом, что оно сладкое. Су Юйхуай лишь в недоумении посмотрел на него: когда это он называл его обманщиком?

Цзян Циань не стал спорить.

— Я пойду помоюсь. Позвони брату, он звонил, когда ты еще спал, а потом связался со мной.

Он скрылся в комнате. Су Юйхуай достал телефон — действительно, Су Чжэн звонил. Он набрал номер, и брат тут же ответил:

— Юйхуай, ты где? Почему трубку не брал?

— Я… плохо спал ночью, вот и проспал весь день, — соврал он, не желая волновать Су Чжэна.

— Ну ладно. Как самочувствие? — спросил тот.

— Брат, всё в порядке, — ответил Су Юйхуай.

— Хорошо. У Цианя нормально всё?

— Да, — Су Юйхуай помедлил и, смущаясь, добавил: — Он… очень добр ко мне.

Су Чжэн усмехнулся на другом конце провода. За столько лет он редко слышал, чтобы брат кого-то хвалил. Услышав «проваливай» в трубке от кого-то рядом с Су Чжэном, Су Юйхуай спросил:

— Что случилось, брат?

Су Чжэн пробормотал, что всё в порядке, велел ему поладить с Цзян Цианем и поспешно завершил разговор. Су Юйхуай остался в недоумении.

Он вздохнул, убрал телефон и подошел к балкону, приоткрыв окно. За окном сияли тысячи огней. Его взгляд упал на рамку с фотографией, стоявшую на шкафчике у телевизора.

Двое парней и девушка.

Су Юйхуай подошел ближе. Трое на фото улыбались. Он сразу узнал Цзян Гэ и Цзян Цианя — они почти не изменились, просто выросли. Но вот девушку он не знал. Он никогда не слышал, чтобы у них была сестра.

http://bllate.org/book/24602/2888441