Готовый перевод She in the Mist / Она в тумане: Глава 5

Она начала декламировать: «Ода павильону Тэнванге, автор Ван Бо. В прежние времена Цзюньцзянь, ныне Хундуская управа. Звезды делят крылья и колесницы, земля примыкает к Хэншаню и Лушаню. Она охватывает поясом три реки и опоясывает пять озер, подчиняет варварские южные земли и привлекает Цоюэ. Сокровища земные полны благодати, драгоценный свет пронзает пределы созвездий Быка и Ковшовой Звезды; люди выдающиеся, земля благословенная, Сюй Жу опускает топчан Чэнь Фаня...»

Ни единого слова мимо, ни единой ошибки, даже произношение было абсолютно безупречным.

Закончив читать, Мин Мэй снова посмотрела на учительницу взглядом, в котором обида смешивалась с легкой мольбой, и тихо произнесла:

— Учитель, теперь вы можете поверить, что я действительно готовилась к уроку?

Учительница словесности слегка удивилась: такое было невозможно осилить с помощью простой «подготовки», если только человек не потратил время на то, чтобы целенаправленно выучить текст наизусть, — иначе просто не получилось бы настолько точно и плавно.

Похоже, она действительно была несправедлива к девочке.

Тогда учительница велела ей сесть, повернулась к старосте класса Фан Ии и сказала:

— Староста, передай после урока нашему классному руководителю, чтобы она запросила записи с камер видеонаблюдения и выяснила, кто пробрался в класс и порвал её учебник.

— Хорошо.

Записи с камер показали, что главным виновником оказалась Дин Сяньтин из шестнадцатого класса второго года обучения.

Хэ Си знала ее: та была прихвосткой Нин Сяодо, вечно таскалась у нее за спиной, кичилась чужим авторитетом и творила всякие грязные делишки.

Если она посмела так вальяжно заявиться в класс и порвать книги, значит, наверняка действовала с молчаливого согласия Нин Сяодо.

Душевное состояние Хэ Си вмиг рухнуло на самое дно.

Она до побеления костяшек сжала ткань школьных брюк, а брови ее сошлись на переносице, образовав морщинку в виде иероглифа «чуань».

Почему все так? Неужели она и впрямь проклятая, как твердили приемные отец с матерью? Неужели всех, кто сближается с ней, постигнет возмездие и их ждет горький конец?

После окончания вечерней самоподготовки Хэ Си, вцепившись в лямки рюкзака и опустив голову, брела домой.

Вдруг в небольшом леске впереди послышался какой-то шумок, и она из любопытства приблизилась, чтобы посмотреть, что происходит.

Она увидела, как Нин Сяодо вместе с шайкой уличных хулиганов зажала в угол девочку в форме Первой средней школы Наньчжоу, горластя, что собирается содрать с той всю одежду, а потом выложить фотографии в интернет.

Хэ Си показалось, что спина этой школьницы странно знакома, и в следующее мгновение девочка повернулась...

Мин Мэй!

Как такое возможно?

Хэ Си тут же захотелось громко позвать на помощь, но она обнаружила, что из нее не вырывается ни звука. Девочка со всех ног бросилась к находившемуся неподалеку отделению полиции.

Однако, когда она вернулась к леску в сопровождении полицейских, там не оказалось ни души.

Она обернулась, желая всё объяснить стражам порядка, но обнаружила, что полицейские тоже исчезли.

Она с недоверием закружилась на месте, озираясь по сторонам в поисках следов Мин Мэй.

Подняв голову, она взглянула на луну и увидела на ее диске улыбающееся лицо Мин Мэй. Подумав, что ей мерещится, она торопливо протерла глаза.

Когда она открыла их снова, улыбка исчезла.

Луна выглядела бледной, призрачной и, словно выцветшая бумажная аппликация, тоскливо висела в небе.

Внезапно вокруг луны клубами поплыл багровый туман, окрасив ее в жуткий кровавый цвет, и в этой дымке Хэ Си смутно разглядела оторванную, истекающую кровью руку и белоснежное мороженое...

— Если бы не ты, твоя мама ни за что бы не умерла!

— Ты убила собственную мать!

— Ты настоящая убийца!

С неба донесся знакомый и в то же время чужой голос — то далекий, то близкий, словно заунывное пение из самого ада.

Пейзаж перед глазами закружился с бешеной скоростью, в голове у Хэ Си невыносимо зашумело. Она зажмурилась, изо всех сил зажала уши ладонями и отчаянно закричала:

— Я не виновата! Не я! Не я!

С резким вздохом Хэ Си резко села — так она очнулась от кошмара.

Она тяжело и судорожно дышала, а лоб ее уже покрылся испариной из мелких капель.

Взглянув на часы, она увидела: на таймере светилось 4:17 утра.

Сон пропал окончательно.

Она соскользнула с кровати, подошла к письменному столу и включила настольную лампу.

Достав из ящика те самые две прозрачные голографические обертки от конфет и глядя, как они переливаются всеми цветами под светом лампы, Хэ Си молча приняла решение.

Она не могла втягивать Мин Мэй в свои проблемы.

Убрав фантики обратно в ящик, она вынула из стола изящный блокнот, выбрала в нем самую красивую страницу и бережно вырвала ее.

Взяв ручку, она вывела посередине первой строки три слова: «Письмо о разрыве отношений».

«Дорогая одноклассница Мин Мэй, мы знакомы не так уж долго, и я благодарна тебе за то, что ты захотела считать меня подругой. Но после времени, проведенного вместе, я поняла, что мы слишком разные. Иными словами, мы находимся совсем в разных мирах. На самом деле нам не подходит быть подругами, и отныне между нами не будет ничего общего. Я лишь желаю нам больше никогда не встретиться».

Внизу красовалось имя: Хэ Си.

Одна слезинка упала прямо на иероглиф «Си», расплывшись чернильной кляксой.

Хэ Си торопливо вытащила салфетку, промокнула глаза, вырвала из блокнота новый лист и переписала всё заново.

Весь день Хэ Си судорожно сжимала в руке это письмо о разрыве, выжидая удобного момента, чтобы лично вручить его Мин Мэй.

К сожалению, рядом с Мин Мэй неотступно крутилась Вэнь Вань, и у Хэ Си никак не выпадало возможности поговорить с подругой с глазу на глаз.

Наконец, на предпоследней перемене перед вечерней самоподработкой Мин Мэй отложила ручку, подошла к ее парте и спросила:

— Хэ Си, в туалет идешь?

Хэ Си бросила взгляд на место Вэнь Вань и увидела, что та усердно скрипит ручкой в тетради.

— А Вэнь Вань с тобой не пойдет?

Мин Мэй пояснила:

— Вэнь Вань еще не доделала домашнее задание по математике, занята вовсю. Ничего страшного, обойдемся без нее.

С этими словами она сама помогла Хэ Си подняться, фамильярно подхватила ее под руку и увлекла по направлению к уборной.

От нее приятно пахло. Хэ Си чуть подалась корпусом вбок и невольно принюхалась: аромат был нежным и свежим, но в голове у нее царил полный кавардак.

Она долго колебалась.

И в итоге так и не передала письмо о разрыве.

Мысленно вздохнув, она про себя подумала: «Подожду еще немного. Дай мне еще капельку времени».

Это «еще немного» затянулось вплоть до окончания национальных праздников.В этот период Мин Мэй и Вэнь Вань успешно прошли собеседование на радиостанции, вступили в школьный радиоузел и стали ведущими.

– Хэ Си! – Мин Мэй протянула Хэ Си листок для заметок и сияющим от восторга голосом произнесла: – Это дата и время моего эфира, обязательно послушай.

– Хорошо.

В каждый назначенный час Хэ Си сидела в классе за домашним заданием и, слушая доносящийся из репродуктора чистый и звонкий голос Мин Мэй, чувствовала, что все невзгоды – сущая мелочь.

Безмятежные дни всегда мимолетны.

Вскоре Нин Сяодо всё же узнала, что Хэ Си сидит за одной партой с Ли Синюй.

В конце октября в городе Наньчжоу резко похолодало. На Хэ Си под школьной формой была надета лишь футболка с коротким рукавом, а на продуваемой всеми ветрами крыше она слегка подрагивала от холода.

Нин Сяодо встала перед ней и с неприязнью бросила:

– Кто разрешил тебе садиться с Ли Синюй за одну парту?

– Это было уже давно, – тихо пояснила Хэ Си. – К тому же я вовсе не сама хотела с ней садиться, просто осталось только то место...

– Ты что, намекаешь, что я слепая? – с вызовом переспросила Нин Сяодо. – Разве я тебя не предупреждала держаться от нее подальше?

– Всё совсем не так...

Не успела Хэ Си договорить, как Нин Сяодо взмахнула правой рукой и отвесила ей звонкую пощёчину, а затем с размаху пнула так, что та рухнула на колени, и завопила:

– Хватит тут из себя строить недотрогу изо дня в день! Сдохни!

Хэ Си почувствовала острую боль и, крепко сжав зубы, уже собиралась подняться, как приспешницы Нин Сяодо толпой бросились на нее.

Хэ Си торопливо обхватила голову руками и сжалась в комок, защищая себя позе эмбриона в утробе матери.

Снова последовал град ударов кулаками и ногами.

– Что вы делаете? Немедленно прекратите! – у входа на лестничную площадку раздался звонкий голос.

Толпа тут же замерла и обернулась на источник звука.

– Кхе-кхе...

Хэ Си была совершенно оглушена избиением и попросту не слышала происходящего вокруг. Заметив, что мучительницы перестали ее бить, она тихонько кашлянула, с трудом выпрямила спину и села прямо на полу.

Обернувшись, она увидела силуэт Мин Мэй.

В тот же миг Хэ Си отвернулась и поспешно опустила голову: подсознательно ей не хотелось, чтобы Мин Мэй видела ее в таком жалком, растерзанном виде.

Дин Сяньтин поспешно подошла к Нин Сяодо и тихо спросила:

– Нин-цзе, что делать?

Нин Сяодо протянула руку, призывая ее замолчать, а затем посмотрела на Мин Мэй с крайне озадаченным выражением лица:

– Это еще почему ты? Зачем пришла?

Мин Мэй нахмурила брови и потребовала ответа:

– Почему вы издеваетесь над одноклассницей?

– Какое твое собачье дело, вали отсюда по-хорошему! – Дин Сяньтин пренебрежительно покосилась на нее. – Смотри, как бы за компанию и тебе не досталось!

– Я разве разрешала тебе говорить? – Нин Сяодо повернулась к Дин Сяньтин, крайне недовольная.

– Нин-цзе... – Дин Сяньтин опешила и уже хотела было пожаловаться, но, увидев выражение лица Нин Сяодо, тут же плотно сжала губы и умолкла.

– Я советую вам поскорее уйти, иначе я пойду к завучу Цзяну! – Мин Мэй нахмурилась, глядя на них с суровым видом.

Нин Сяодо бросила на нее косой взгляд, вспомнив наставления Ли Буфаня, тяжело вздохнула и, словно принимая непростое решение, махнула своим приспешницам:

– Уходим!

После этого вся компания стройным рядышком обошла Мин Мэй и направилась вниз с крыши.

Мин Мэй с замиранием сердца скосила глаза, боковым зрение следя за их передвижениями, и только когда они полностью скрылись из виду, облегченно выдохнула – от слабости в коленках она едва устояла на ногах. Увидев, что Хэ Си по-прежнему сидит на земле, она хотела подойти и помочь ей подняться.

Однако затылок Хэ Си словно обзавелся глазами: даже стоя к ней спиной, она почувствовала ее движение.

– Не подходи, – остановила ее Хэ Си.

Сейчас она выглядела слишком жалко, и ей не хотелось, чтобы Мин Мэй видела ее такой.

Мин Мэй замерла на месте, не зная, сделать ли шаг вперед или отступить.

– Ты в порядке?

– Я в порядке, – упрямо произнесла Хэ Си. – Не обращай на меня внимания.

Мин Мэй посмотрела на ее хрупкую спину и с тревожным вздохом произнесла:

– Я подожду тебя в классе.

С этими словами она тоже ушла с крыши.

Убедившись, что позади никого нет, Хэ Си решительно сжала задние зубы и, превозмогая резкую боль, резко вскочила на ноги. Даже не отряхнув пыль с брюк, она хромая поплелась вниз.

Спустившись на один пролет ниже, стали появляться люди. Не желая, чтобы кто-то видел ее в столь плачевном состоянии, она стерпела боль и изо всех сил постаралась шагать ровно и уверенно, чтобы никто не заметил ничего странного.

В класс она не пошла, а направилась в беседку возле дорожки, усыпанной жасмином.

Сев на каменный табурет в беседке, она наклонилась и, закатив штанину, осмотрела ноги – они сплошь покрывались синяками. Хэ Си нажала пальцем на самый большой синяк и тут же скорчилась от пронзительной боли.

– Почему ты мне ничего не сказала? Ведь это, должно быть, не впервые?

Рядом внезапно раздался знакомый голос. Хэ Си обернулась и увидела Мин Мэй – оставалось только гадать, когда та успела оказаться рядом.

Хэ Си промолчала, а та молча подошла к ней и, нахмурившись, продолжила:

– Тебе не нужно притворяться сильной. Я знаю, что тебе очень больно, хочешь плакать – плачь, я не стану над тобой смеяться.

Хэ Си по-прежнему хранила молчание.

– Не плачешь? Ну раз ты не плачешь, тогда я заплачу.

Мин Мэй моргнула, и в ее глазах заблестели слезы.

Увидев ее заплаканное лицо, Хэ Си почувствовала, как ее сердце невольно смягчилось, и поспешно произнесла:

– Да пустяки всё это, я крепкая, для меня это сущие пустяки.

– И в такой момент еще шутишь.

Мин Мэй присела на корточки и аккуратно взяла Хэ Си за лодыжку. Заметив легкое сопротивление с ее стороны, она лишь крепче прижала ее ногу за обувь, завернула штанину школьных брюк и принялась что-то шарить по карманам.

Улучив момент, Хэ Си спрятала голень под каменный табурет и смущенно пробормотала:

– На штанах пыль, грязно... не трогай.

Мин Мэй вытащила из кармана флакон перекиси водорода и пачку ватных палочек и, серьезно глядя на Хэ Си, произнесла:

– Всё остальное ладно, но места, где кожа содрана и идет кровь, обязательно нужно обработать.

http://bllate.org/book/24549/2879837