Готовый перевод When the Wind Rises and Clouds Return / Где ветер стихает, там облака находят покой: Глава 16

Шэнь И медленно собрался с мыслями, обернулся, бросил взгляд на стоявшего на коленях Гао Шоу и тяжело вздохнул, после чего подошел и помог ему подняться:

— Забудь, я знаю, что ты не это имел в виду, я просто…

Шэнь И осекся, в его голове царил полный кавардак.

— Просто немного растерялся. В конце концов, столько лет мы жили тихо и спокойно.

Гао Шоу видел, как тревога терзает сердце Шэнь И, но нынешняя ситуация действительно не располагала к оптимизму:

— Генерал, разве вам не странно? Откуда в тот год Чифу Би узнал, что мы сдаемся понарошку? Кто рассказал ему об этом? К тому же, мы тогда всего лишь отправили одно-единственное письмо, так кто же подлил масла в огонь за нашей спиной?

Шэнь И сжал кулаки. Он не знал, не хотел знать и ни в коем случае не должен был знать. Если бы правда раскрылась, его бы ждала неминуемая смерть.

— Возможно, однажды мы разделим участь Вэй Цзиня, — Гао Шоу закрыл глаза и тихо вздохнул.

Шэнь И взял со стола чашу с вином и сделал глоток — крепкий напиток обжег ему горло.

— Изначально мы были лишь пешками, но наша сила стала слишком велика, и даже Ваше Величество начал опасаться нас.

— Тогда мы сойдем с этой шахматной доски, — твердо глядя на Шэнь И, произнес Гао Шоу.

— Генерал Шэнь, — раздался за дверью голос Линь Чжи прежде, чем Шэнь И успел ответить.

Гао Шоу тут же умолк. Шэнь И слегка нахмурился и сурово спросил:

— Что такое?

Линь Чжи за дверью замялся, прежде чем неуверенно ответить:

— Госпожа Шэнь уже переоделась и изъявила желание присутствовать на банкете. Она еще… — Линь Чжи, испытывая крайнее смущение, умолк, не договорив.

Рука Шэнь И, сжимавшая винную чашу, чуть заметно дрогнула. Он изумленно подумал о том, что раньше на любые пиры, даже на традиционный осенний банкет, куда их лично и настойчиво приглашало Ваше Величество, Няньцю всегда неизменно отвечала вежливым отказом, а он никогда не настаивал. К тому же, если это не был семейный ужин, она никогда не посещала собрания, где присутствовали знатные кланы или принцы из императорского рода. С чего бы ей вдруг проявлять такую инициативу?

Заметив погрузившегося в раздумья Шэнь И, Гао Шоу молча подлил ему вина.

— Что еще она хочет? — услышав, что Линь Чжи замолчал, спросил Шэнь И.

Линь Чжи снова замялся и лишь спустя долгое время нехотя ответил:

— Госпожа желает исполнить на банкете танец.

Шэнь И окончательно потерял нить происходящего. Он знал, что с юных лет Няньцю в совершенстве владела музыкой и танцами, но никогда не выступала перед чужими людьми. Из-за этого Шэнь И всегда считал ее нрав гордым и независимым, поэтому нынешнее известие по-настоящему поразило его.

Гао Шоу тоже слегка нахмурил брови. Опустив голову, он долго размышлял, затем поднял взгляд на Шэнь И, поджал губы, легко улыбнулся и звонко произнес:

— Госпожа Шэнь тоже выросла, раз захотела станцевать на банкете и показать всем, что дети клана Шэнь — один другого талантливее.

Услышав это, Шэнь И невольно согласился, хотя на душе у него все равно оставался смутный осадок. Впрочем, сейчас у него не было времени разбираться с этим; к тому же грядущий банкеты были лишь формальностью, на них вполне могли оказаться те, кто неотступно следил за ним из тени. Он тихо вздохнул и бросил Линь Чжи:

— Ладно, пусть будет так, как она хочет.

Гао Шоу легко улыбнулся и снова подлил Шэнь И вина, но выражение его лица тут же вновь стало суровым:

— Генерал, вам пора готовиться.

Шэнь И тяжело вздохнул и залпом осушил чашу. Обжигающе крепкое вино саднило горло. Он прекрасно понимал, что должен встретить лицом к лицу не только сегодняшний банкет, но и завтрашнюю бурю, и все последующие штормы:

— Пожалуй, пора готовиться, — глухо произнес он.

Тем временем в Резиденции наследного принца Муронг Цяньхань еще не переоделся. Он тихо сидел за столом, погруженный в глубокие мысли, и смотрел на лежавшие на ладони Пилюли Сицзи, которые так и не передал Муронг Цяньюй.

Вскоре сквозь узорные решетки окон проникли лучи закатного солнца, ложась на лицо Муронг Цяньхань причудливыми переливами света и тени, что придавало его облику особую, утонченную красоту.

— Ваше Высочество наследный принц, — не спеша ступая, в комнату вошла Чэнь Лань. Она была облачена в алое платье с пышной юбкой. Этот яркий цвет в лучах заката приобретал мягкое и сдержанное очарование.

Муронг Цяньхань отвлекся от своих дум и аккуратно завернул и спрятал Пилюли Сицзи.

Заметив вошедшую Чэнь Лань и решив, что она пришла поторопить его на банкет, он медленно поднялся, собираясь переодеться, и мягко произвел:

— Я уже собираюсь.

— Я… — заметив, что он уже сделал несколько шагов, Чэнь Лань торопливо окликнула его, но тут же опустила голову, избегая смотреть на Муронг Цяньхань. Уставившись на носки собственных туфель и помолчав добрую минуту, она наконец тихо вымолвила:

— Я решила покинуть дворец.

Муронг Цяньхань замер, остановившись на полпути. Казалось, он даже не сразу осознал услышанное: сколько он себя помнил, Чэнь Лань всегда находилась рядом с ним, минуло уже добрых десяток лет.

Видя, что он молчит, Чэнь Лань закусила губу и виновато пояснила:

— В прошлый раз из-за дела Вэй Цзиня я распустила языки, и Вашему Высочеству пришлось заступаться за меня…

— Ты не виновата, — Муронг Цяньхань с мягкой улыбкой прервал ее, полагая, что Чэнь Лань уходит по какой-то вынужденной или крайне важной необходимости, а вовсе не из-за той давней просьбы о снисхождении. — Это я виноват, — с некоторой самокритикой добавил он. — Заставил тебя вспоминать о прошлом.

— Но… — Чэнь Лань подняла глаза на Муронг Цяньхань и, встретив в его чистых, ясных глазах лишь участливый взгляд, снова потупилась. — То, что Ваше Высочество пострадал — это моя вина.

Она хотела сказать что-то еще, но вдруг осеклась. Подняв глаза на Муронг Цяньхань, она твердо произвела:

— Чэнь Лань приняла твердое решение, и я прошу Ваше Высочество наследного принца не гневаться.

Сердце Муронг Цяньхань сжалось, он уже хотел уговорить ее остаться, но прежде чем он успел раскрыть рту, из темноты с пронзительным свистом вылетела стрела, целясь прямо в Чэнь Лань. Девушка испуганно обернулась, и алые складки ее платья взметнулись в воздухе крутым вихрем.

Муронг Цяньхань даже не успел выкрикнуть слово — осторожно! — как распахнул объятия и прижал Чэнь Лань к себе. Раздался глухой звук удара и резкая боль — оперенная стрела со свистом пролетела в дюйме от его левого плеча, оставив кровавый разрез. Окровавленный наконечник глубоко вонзился в стоявшую рядом красную лакированную колонну, и древко стрелы заунывно завибрировало.

— Ваше Высочество наследный принц! — в ужасе выкрикнула Чэнь Лань, вырываясь из его объятий.

Муронг Цяньхань прижал руку к левому плечу. Ярко-алая кровь пропитала белую парчу и заструилась из-под пальцев.

— Ваше Высочество наследный принц! Я только что видел… — Муронг Цяньфэн в сопровождении своего личного телохранителя Му Е вбежал в комнату, но, заметив кровь на одежде брата, осекся на полуслове.

Муронг Цяньфэн поспешно подбежал к нему, чтобы осмотреть рану, и торопливо заговорил:

— Я только что заметил, как в твою сторону полетела стрела!

Он вытащил из рукава платок и прижал к ранению Муронг Цяньхань:

— Пойти доложить отцу? Пусть он прикажет расследовать, кто посмел проявить такую дерзость!

— Не нужно, — остановил его Муронг Цяньхань. — Банкет начнется через два часа, не стоит портить всем настроение из-за пустяков, к тому же ничего страшного не произошло.

Чэнь Лань тоже с беспокойством смотрела на него, но стояла в стороне, не смея произнести ни звука.

— Тогда я позову лекаря, чтобы он обработал рану.

Платок Муронг Цяньфэна уже полностью пропитался кровью. Обернувшись, он приказал Му Е немедленно привести Ли Ицина.

Вскоре Ли Ицин с аптечки за плечом быстрыми шагами вошел в покои. Увидев кровь на белых одеждах Муронг Цяньхань, он тревожно нахмурился и тут же принялся за дело.

Осторожно разрезав шелк на плече, лекарь увидел довольно длинный порез, из которого непрерывно сочилась кровь.

Однако, приглядевшись, Ли Ицин заметил, что кровь у краев раны слегка почернела, но тут же вновь покраснела и потекла обычным ручейком. Ликарь нахмурился, и в его памяти всплыли строки из медицинских трактатов: кровь того, кто отравлен Ядом, Разъедающим Сердце, способна нейтрализовать любую другую заразу.

Ли Ицин слегка перевел дух: раз Муронг Цяньхань был отравлен отравленной стрелой, но остался невредим, значит, противоядие уже подействовало. Он продолжил обрабатывать рану, но вдруг резко замер. Ужасная догадка молнией пронзила его сознание: тот, кто выпустил стрелу, намеренно смазал ее ядом, чтобы проверить, в порядке ли Муронг Цяньхань, и тем самым выяснить, действительно ли принц поражен Ядом, Разъедающим Сердце!

Сердце Ли Ицина ухнуло вниз. Он уже хотел опустить баночку с мазью, но рука его дрогнула, задев другие склянки, и в тишине комнаты раздался резкий звон.

Муронг Цяньхань слегка повернул голову, бросив на него мимолетный взгляд — к счастью, лекарство не пролилось.

— Ваше Высочество, — Ли Ицин закончил перевязку и заговорил нерешительно, взвешивая каждое слово. Если он скажет, что принц в порядке, то подтвердит подозрения недоброжелателей, если они действительно устроили эту проверку, — Ваша рана… я все завязал. Прошу Ваше Высочество поберечь себя несколько дней и избегать резких движений.

Муронг Цяньхань кивнул. Подумав, что времени до банкета осталось мало, он велел проводить Ли Ицина обратно в Императорскую врачебницу.

— Ну как? Тебе лучше? — спросил Муронг Цяньфэн.

Муронг Цяньхань улыбнулся и мягко ответил:

— Пустяковая царапина, ничего страшного.

Муронг Цяньфэн оглянулся на дверь — за окнами расстилались плывущие по небу облака, окрашенные отсветам заката.

— Банкет скоро начнется, Вашему Высочеству пора переодеваться.

С этими словами он попрощался и вышел.

— Ты действительно решила уйти из дворца? — глядя на Чэнь Лань, в чьих глазах читалась невысказанная тоска, спросил Муронг Цяньхань, не смея настаивать, но всё же пытаясь переубедить ее.

Чэнь Лань задумчиво смотрела на оперенную стрелу, вонзившуюся в красный лакированный столб, и лишь услышав голос принца, слегка вздрогнула:

— Вашему Высочеству пора переодеваться.

Вернувшись в свои покои, Муронг Цяньфэн приказал Му Е наглухо закрыть двери, подошел к столу, налил себе чашу вина и залпом осушил ее.

— Все произошло ровно так, как я и предполагал, — уголки его губ изогнулись в хищной усмешке, а в глазах плескалась неприкрытая злоба.

— Этот ход Вашего Высочества был невероятно рискованным, — Му Е наполнил чашу заново.

— Ха-ха-ха-ха… — Муронг Цяньфэн разразился диким смехом. — Рискованным? Возможно. Но только делая рискованные ходы, можно получить то, чего по-настоящему желаешь.

Му Е посмотрел на него и тоже усмехнулся:

— И всё же, на какую долю успеха рассчитывал Ваше Высочество в самом начале?

Муронг Цяньфэн сделал еще один глоток:

— Ни на какую, — глухо бросил он.

Му Е приподнял бровь:

— Тогда Ваше Высочество…

— Зато теперь у меня есть полная уверенность, — перебил его Муронг Цяньфэн. — Ради этой уверенности я и затеял эту рискованную игру.

Му Е восхищенно покачал головой:

— Ваше Высочество поистине мудры. — Он на мгновение замолчал, а затем добавил: — Так, может, пустить слух о том, что Муронг Цяньхань отравлен Ядом, Разъедающим Сердце? Тогда во дворце начнется смута, и вы сможете воспользоваться моментом… — он понизил голос до шепота.

— Э-э, — Муронг Цяньфэн снова оборвал его. — Не спеши. Шахматная партия только началась, впереди еще много интересного, к чему нужно хорошо подготовиться.

Му Е кивнул, но тут же вспомнив кое о чем, доложил:

— Ваше Высочество, сегодня на банкет пожалует и госпожа из клана Шэнь.

— О? — в голосе Муронг Цяньфэна прозвучал живой интерес. — Та самая Шэнь Няньцю, чьим талантом восхищаются наравне с Вэньцзи, а красотой — с Чжаоцзюнь, но при этом обладающая столь гордым нравом, что она никогда и никуда не ходит?

— Именно она, Ваше Высочество, — подтвердил Му Е.

Муронг Цяньфэн медленно поднял чашу, осушая драгоценный напиток до дна, и приподнял бровь:

— Как занимательно. Похоже, Шэнь И тоже начал действовать.

http://bllate.org/book/24542/2878615