Готовый перевод Reborn Mad Doctor / Возрождение странного доктора: Лекарь в мире теней: Глава 4

Гао Сян и Гао Тяньхэн последовал за ними внутрь. Огромный сперва кабинет был набит людьми до отказа, однако из-за невысокого роста южан это ничуть не мешало обоим стоять позади толпы и наблюдать, как Ло Хуун осматривает пациента.

Когда Лю Чжу уложили на кровать, Ло Хуун раздвинул веки больного, заглянул внутрь, а затем принялся разжимать ему зубы медицинским инструментом. Увидев, что челюсти Лю Чжу крепко сжаты, руки сведены судорогой, а тело охватило сильным спазмом, Ло Хуун даже не изменился в лице и пробормотал себе под нос:

— Иньский синдром…

Окружающие не смели задавать вопросы и со встревоженными лицами следили за каждым движением Ло Хуувна. Тот окинул больного взглядом с головы до ног, слегка пощупал его тело и внезапно спросил:

— Он внезапно потерял сознание прошлой ночью?

— Да-да, именно так! — сквозь слезы и сопли ответила Шестая невестка. — Доктор Ло… Его можно спасти?

Ло Хуун ничего не ответил. Он торопливо вытащил из шкафа тканевый мешочек и, развернув его, обнаружил ряды тонких игл. Не поднимая головы и не глядя на собравшихся, он продолжал вести себя так, будто погрузился в собственный мир, недоступный никаким внешним помехам. Достав трехдюймовую иглу и протерев ее ватным тампоном со спиртом, Ло Хуун вонзил ее в точку жэнь-чжун на лице Лю Чжу. Несмотря на то, что лицо Ло Хуувна покрывал пот, а руки сильно дрожали, во время иглоукалывания он действовал уверенно, твердо и предельно точно. Введя иглу, он слегка покрутил ее, а затем вытащил еще несколько игл и поочередно вонзил их в точки бай-хуэй, нэй-гуань, хэ-гу и тай-чун.

Пока Ло Хуун ставил иглы, его взгляд был невероятно сосредоточен. Губы его беззвучно шевелились, словно он читал заклинание. Его непостижимая, стремительная и твердая техника поражала воображение, и люди, затаив дыхание, восхищенно следили за его движениями, мысленно признавая его мастерство.

Вот только каким окажется результат?

И в тот момент, когда все еще сомневались, Лю Чжу вдруг медленно открыл глаза. Первым, кого он увидел, был Ло Хуун.

— О? Доктор Ло? Почему я здесь? — удивленно спросил он.

Все разом выдохнули, громко рассмеялись и принялись наперебой восхвалять медицинское искусство Ло Хуувна. Шестая невестка тут же бросилась к мужу:

— Ах ты глупый мужчина! У тебя же удар случился, это доктор Ло тебя спас!

— Доктор Ло! Вы и впрямь божественный врач! — Шестая невестка повернулась к Ло Хуувну и чуть не рухнула перед ним на колени.

Ло Хуун покачал головой:

— Пустяки. Поставленные мной только что иглы лишь выводят из критического состояния, а чтобы полностью выздороветь, придется пропить курс лекарств.

Шестая невестка утерла с лица слезы и пот:

— Хорошо! Доктор Ло, выписывайте рецепт!

Ло Хуун вернулся к столу, достал бумагу и неожиданно принялся выводить рецепт кистью. Его почерк оказался размашистым, сильным, исполненным живой энергии и истинно мужского характера, что привело стоявших рядом Гао Тяньхэна и Гао Сяна в полное изумление.

Только что продемонстрированное искусство спасения с помощью иглоукалывания уже потрясло их, а теперь они увидели, что этот молодой человек пользуется столь архаичным способом составления рецептов и при этом владеет столь выдающимся каллиграфическим почерком. Настолько молодой и талантливый мастер традиционной китайской медицины — поистине редкое зрелище в этом мире!

Оба уже не могли скрыть изумления и восхищения в глазах. Гао Тяньхэн тихо произнес:

— И впрямь божественный врач!

Гао Сян кивнул, не сводя с Ло Хуувна глаз и долго не в силах оторвать от него взгляд.

Проводив посетителей, Ло Хуун прислонился к стене снаружи дома и тяжело перевел дыхание. Наконец уголки его губ тронула улыбка — в ней читалось и капелька самодовольства, и глубокое удовлетворение.

Как же прекрасно быть живым! Как же прекрасно лечить людей! — мысленно воскликнул Ло Хуун.

Этим делом он занимался с самого детства, сколько себя помнил. Оно давно проросло в его костный мозг и стало неотъемлемой частью жизни. Он и представить себе не мог, что еще мгновение назад был жалким полумерзплым существом, а в следующее — переродился и получил в дар еще четыре года жизни. Четыре года — срок не такой уж долгий. Если он хочет прожить дольше и успеть сделать всё задуманное, ему необходимо разгадать истинный смысл той загадочной фразы!

Ему нельзя терять времени!

Ло Хуун повернулся и вернулся в дом, намереваясь в тишине еще раз обдумать значение тех слов, но с удивлением обнаружил, что двое посетителей так и не ушли. Это были Гао Сян и Гао Тяньхэн.

Заметив, что Ло Хуун вошел, Гао Тяньхэн торопливо шагнул вперед с улыбкой:

— Доктор Ло, вы просто исцеляющий мир божественный врач! Простите за прежнюю грубость, надеюсь, вы не держите зла.

Ло Хуун слегка кашлянул, прошел за стол, опустился на стул и, наводя порядок на столешнице, ответил:

— Вы слишком вежливы, господин. Я еще не спросил ваших славных имен?

Гао Тяньхэн громко рассмеялся:

— Гляньте на мою память, я ведь даже не представился!

Он вытащил из кармана визитную карточку и протянул ее Ло Хуувну:

— Зовите меня Гао Тяньхэн, а это Гао Сян, я его дядя.

— О, дядя и племянник… — Ло Хуун поднял глаза и окинул их взглядом, чувствуя, что внешне они совсем не похожи.

Затем он взглянул на визитку: Пекинская международная корпорация Аоюй… генеральный директор…

Да он же крупная шишка! Эти двое и впрямь оказались людьми влиятельными и знатными. Неудивительно, что они разъезжают на таких роскошных машинах, держатся с таким достоинством, а их внешность и манеры безупречны — сразу видно выходцев из большого города.

Ло Хуун протянул руку и пожал руку Гао Тяньхэна:

— Господин Гао Тяньхэн, рад знакомству.

— Взаимно, взаимно, — поспешно ответил тот.

— Здравствуй, господин Гао Сян! — Ло Хуун протянул руку Гао Сяну.

Гао Сян прищурился в улыбке и широко протянул руку в ответ. В тот самый миг, когда их руки соприкоснулись, Гао Сян внезапно почувствовал, как от самых подошв кверху поднимается пронизывающий насквозь холод. Его лицо застыло от неожиданности, а глаза мгновенно расширились.

Ло Хуун тоже испугался. Ощущение от ладони было таким, что он чуть не отдернул руку по причине дурного тона, но все же заставил себя довести рукопожатие до конца. Он отдернул руку, сунул ее в карман белого халата и чуть сжал кулак. Обжигающая волна жара стремительно побежала от ладони по всем конечностям, наполняя тело теплом — той самой температурой, которой должен обладать живой человек, теплом, какого он отродясь не чувствовал.

Это заставило его задержать взгляд на молодом человеке по имени Гао Сян. Почему при рукопожатии с Гао Тяньхэном такого ощущения не возникло? Было ли в Гао Сяне что-то особенное?

С безмятежной улыбкой Гао Сян произнес:

— Доктор Ло, у вас и правда ледяные руки, прямо как… — он замолчал, не договорив.

Гао Тяньхэн тут же подхватил:

— Как что?

Гао Сян наклонился к самому уху Гао Тяньхэна и что-то шепнул. Гао Тяньхэн нахмурился, бросил на племянника строгий взгляд и пробормотал:

— Тсс, Сян-эр! Не болтай глупости.

Гао Сян лишь криво усмехнулся, ничуть не смутившись.

Придвинув табурет, Гао Тяньхэн сел и посмотрел на Ло Хуувна:

— Доктор Ло, не стану скрывать: мы прибыли сюда по важному делу и очень надеемся, что вы не откажете нам в просьбе.

Гао Сян тоже подтянул стул и присел рядом. Засунув руки в карманы и широко раскинув длинные ноги, он с расслабленным видом наблюдал за ними.

— О? Господин Гао, обещать наверняка я не берусь, но вы все же послушайте, — Ло Хуун не выпил с утра лекарство, и к полудню ему стало нездоровиться. Достав тонкую иглу, он вонзил ее в точку хэ-гу и пару раз покрутил, прежде чем почувствовать некоторое облегчение.

Наблюдая за тем, как Ло Хуун втыкает себе иглы словно бы заурядное дело, Гао Тяньхэн немного отвлекся. Собравшись с мыслями, он продолжил:

— Дело в том, что мой почтенный отец два месяца назад подхватил странную болезнь. Ни в больницах традиционной медицины, ни в западных клиниках не смогли обнаружить ни причину, ни очаг недуга. А отец тем временем мается от боли день и ночь, страдая так, словно жизнь ему не мила. Мы смотрим на это всей семьей, и сердце кровью обливается. Отец уже в годах, долгую дорогу в повозках и лошадях ему не вынести, поэтому я обратился за помощью повсюду, разыскал всех известных лекарей в народе Китая, но до сих пор никто не смог понять, чем болен мой отец. И вот теперь, повстречав божественного доктора Ло, я хочу попросить вас лично съездить со мной в Пекин и осмотреть отца. Излечим недуг или нет, мы щедро отблагодарим вас, будьте уверены.

Ло Хуун мысленно отбросил всю лирику из слов Гао Тяньхэна — сводилось все к простому: «нужна медицинская помощь».

К тому же речь шла о странной болезни, которую после долгих поисков никто не смог вылечить? Вот это поистине удивительное дело! Ло Хуун поспешил осведомиться:

— Скажите, каковы симптомы у вашего отца?

— Болезнь крайне странная: с головы до ног, каждый день и каждый час боль блуждает по разным частям тела, и нигде не задерживается.

— Вы хотите сказать, что если сегодня в полдень у него болит живот, то через час боль может переместиться в голову, а еще через час — в ноги?

— Да-да! Именно так!

Черные зрачки Ло Хуун блеснули, и он удивленно произнес:

— И впрямь диковинный недуг!

— Доктор Ло, эту болезнь можно вылечить?

— Я и сам впервые слышу о подобном недуге. Можно ли его исцелить, станет понятно лишь тогда, когда я взгляну на больного своими глазами.

Гао Тяньхэн взволнованно подался вперед:

— То есть вы, доктор Ло, согласны отправиться с нами в Пекин?

Ло Хуун посмотрел на Гао Тяньхэна, затем бросил взгляд на Гао Сяна, и ответ в его сердце уже созрел. На самом деле в тот самый миг, когда он взял в руки визитку Гао Тяньхэна, он понял: это семейство Гао из столицы должно быть неразрывно связано с той загадочной фразой. Иначе откуда в мире такое совпадение? Это наверняка предопределенная свыше судьба. Он невероятно чудом переродился — как раз в тот период, который упустил в прошлой жизни, когда должен был встретиться с людьми по фамилии Гао. И надо же было такому случиться, что они прибыли именно из столицы, а старейшина Гао страдает странным недугом! Разве это не отзывается прямо в словах: «Драконьи жилы Янь и Хуан, даруют благородство клану Гао»?

Если выполнить эти три условия, то и разгадка строк «Путь вуи, слияние двух драконов, и проклятие падет» окажется совсем близко!

Даже если бы дело не касалось этой тайны, столкнувшись с подобной загадочной болезнью, не встречавшейся с древнейших времен, он непременно захотел бы взглянуть на нее лично. К тому же спасение жизней и исцеление страждущих — это долг каждого медика. С малых лет у него не было иных интересов и увлечений, и дожив до сегодняшнего дня, он остался предан лишь этому единственному пути. Если не заняться любимым делом за эти недолгие четыре года, разве не будет обидно до смерти?

Подумав об этом, Ло Хуун вдруг почувствовал прилив сил и горячей крови в жилах. На его бледном лице проступил легкий румянец. Не спеша вынув тонкую иглу из руки и убрав ее обратно в тканевый мешочек, он поднял взгляд на переполненного надеждой Гао Тяньхэна и с улыбкой произнес:

— Я поеду.

— Ох! Прекрасно! Просто замечательно! — Гао Тяньхэн от радости схватил Ло Хуувна за руку. — Доктор Ло, сердечно благодарю вас!

— Господин Гао, не спешите меня благодарить. Я согласился лишь взглянуть, а удастся ли вылечить больного, поручиться пока не могу.

— Ничего страшного! Главное, что вы согласились поехать. С вашим непревзойденным искусством я верю — у вас все получится! Тогда… не будем терять времени, когда вам будет удобно отправиться в путь?

Ло Хуун призадумался. Судя по смыслу тайных слов, на полное излечение от его собственного недуга уйдет какое-то время, а дела в Аптека Хуэйчуньтан, похоже, придется на какое-то время отложить…

Ему действительно понадобится немного времени на сборы. В конце концов, в Поселок Ухэ так много знакомых односельчан, и если у кого-то случится серьезный недуг в его отсутствие, что же они будут делать без лечения?

— Давайте так: дайте мне два дня. Мне нужно оставить знакомым в поселке несколько рецептов на экстренный случай и собрать необходимые вещи, — сказал Ло Хуун.

— Два дня? Не слишком ли долго? — наконец подал голос молчавший до этого Гао Сян.

Гао Тяньхэн тоже засомневался, с тревогой протянув:

— Два дня…

Понимая их стремление поскорее исцелить близкого человека, Ло Хуун немного смягчил условие:

— Самое большее — два дня. Как только управлюсь, сразу же отправлюсь с вами.

Гао Сян кивнул Гао Тяньхэну, и тот с улыбкой ответил:

— Хорошо, пусть будет по вашему слову, доктор Ло.

Два дня спустя, когда Ло Хуун покидал поселок, провожать его собрались все местные жители. Кто-то вздыхал, кто-то горько плакал, а кто-то совал ему в дорогу вареные яйца, кукурузные лепешки и соленые овощи — вид у всех был такой, будто он уезжает навсегда и больше никогда не вернется.

Растроганный Ло Хуун в то же время находил поведение людей излишне драматичным: он же вернется через некоторое время, к чему такие крайности?

Устроившись в машине Гао Тяньхэна, Ло Хуун всю дорогу оборачивался и махал односельчанам рукой. За те два десятка лет, что он жил здесь одиночкой, эти люди редко заглядывали к нему в гости, но стоило ему покинуть родные места, как они пришли проводить его до единого. От этого на душе у него было несколько смутно. К тому же он впервые за тридцать лет отправлялся в столь дальний путь — это вызывало в нем смесь ожидания и странной, необъяснимой груши.

Машина шла ходко, и «родные» лица быстро скрылись из вида. Ло Хуун уже хотел было отвернуться, как вдруг замер: ему показалось, что перед глазами мелькнула вспышка алого света, словно брызнуло пролитое ведрами алое крово, но тут же бесследно растаяло.

Ло Хуун повел глазами, чувствуя себя так, словно провалился в иное пространство, и беззвучно зашевелил губами:

— Смогу ли я еще вернуться?

Гао Сян искоса взглянул на странно притихшего Ло Хуувна, который так и замер, опершись о спинку сиденья и глядя назад, и фыркнул:

— Ишь ты, колдун недоделанный…

http://bllate.org/book/24540/2878468