Готовый перевод Machine Storm / Шторм машин: Глава 1

В межзвездных войнах Меха-полк E почти в полном составе погиб в бою. Чжао Сяомин, которого сослуживцы по Меха-полку бросили в глухих горных лесах, остался единственным выжившим солдатом этого подразделения. В результате Чжао Сяомин неожиданно для самого себя получил три звания подряд и стал командиром Меха-полка E, получив приказ повести полк на передовую.

Первая глава. Чжао Сяомин становится солдатом-механиком

Раз, два, три, четыре, два, два, три, четыре, три, два, три, четыре...

В зале вербовки Седьмого флота Федеральной народной армии было яблоку негде упасть от толпившихся молодых парней, пришедших на собеседование. Разумеется, присутствовали и девушки, но ростом они не вышли в сравнении с парнями, поэтому в толпе их было непросто заметить.

Это место — армия, а не ярмарка тщеславия. Даже если какая-то из девушек отличалась особой красотой, всеобщего внимания она не привлекала. Всех волновало лишь одно: удастся ли успешно пройти отбор и попасть на службу.

Собеседования, разумеется, проводились не в самом общем зале, а в отдельных просторных комнатах по соседству. Каждая такая комната соответствовала определенному роду войск и представляла собой целый полк, а интервьюерами выступали офицеры этого подразделения.

Почти у каждой двери дежурило по несколько горластых ветеранов, которые надрывались до хрипоты, багровея от напряжения и расписывая во всех красках льготы, почести и прочие прелести своего полка, лишь бы завлечь и обмануть наивных юнцов.

Как правило, те полки, представители которых орали громче всех, не представляли собой ничего особенного. Тем не менее отбоя от желающих не было — добрая половина толпы теснилась именно у их дверей.

Лишь в пару-тройку полков никто не зазывал новобранцев. Причина тому была проста: набор подходил к концу, нужных людей уже набрали, а по традиции оставшиеся вакансии были лишь крохами для заполнения штатных пустот, так что набирать кого-то еще особого смысла не было.

Меха-полк E как раз и относился к числу таких подразделений.

В просторной комнате гуляло эхо — кроме четырех человек, там никого не было. Трое офицеров сидели за длинным столом.

Раз, два, три, четыре, два, два, три, четыре, три, два, три, четыре... Чжао Сяомин изо всех сил старался делать зарядку, надеясь завоевать расположение троих экзаменаторов.

Чжао Сяомин, парень, семнадцать лет. Никаких выдающихся данных, заурядный парень из самой обычной семьи. Примечание: брось такого в толпу — ни за что не сыщешь.

Художественная самодеятельность на грани фола, — трое офицеров одновременно сделали пометки на электронных планшетах. Затем сидевшая посередине женщина-капитан с довольно миловидным лицом бросила Чжао Сяомину: — Стоп. Следующее упражнение.

Следующим испытанием было простоять на одной ноге, выполняя различные движения — как с закрытыми глазами, так и с открытыми.

Раз... два... три... Плюх! Чжао Сяомин грохнулся на пол.

Офицеры вновь постучали по экранам планшетов: — Плохое чувство равновесия.

Госпожа офицер, — покраснев до корней волос, Чжао Сяомин поднялся на ноги. — Я могу попробовать еще раз, на этот раз точно получится лучше.

Женщина-капитан бесстрастно произнесла: — Не нужно, — после чего отбросила в сторону удостоверение личности Чжао Сяомина.

Карта упала на пол прямо перед парнем. Чжао Сяомин с расстроенным видом опустился на колени и подобрал ее, но стоило его взгляду упасть на пластик, как глаза сами собой засияли. Восхищенно выпрямившись по струнке, он отдал троим экзаменаторам кривой, но поспешный воинский салют: — Спасибо, господа офицеры!

Женщина-капитан нетерпеливо взмахнула рукой, давая понять: свободен, можешь уходить.

Чжао Сяомин радостно выбежал из комнаты. Прежде его удостоверение было белым, а теперь превратилось в зеленое — карту кадрового военного.

В душе он был искренне благодарен экзаменаторам, прекрасно понимая, насколько ужасно только что выступил. Раз его все-таки взяли в Меха-полк E, значит, ему просто пошли навстречу. Я буду стараться изо всех сил и вас не подведу, — мысленно пообещал себе Чжао Сяомин.

На самом деле трое офицеров и в мыслях не держали никакого снисхождения к парню. Все эти тестовые упражнения были лишь для видимости, и какого бы кандидата ни занесло на собеседование, его бы непременно зачислили в полк — лишь бы не было заразных болезней. Ведь это была последняя вакансия, закрыв которую они наконец смогут передохнуть. Если бы не закрыли, пришлось бы торчать здесь до самого конца призыва Седьмого флота.

Трое экзаменаторов сговорились об этом заранее.

Капитан Димак теперь сиял от уха до уха: — Отлично, на этот раз удалось выбить целую неделю отпуска. Капитан Алиса, имею честь пригласить вас разделить со мной эти прекрасные семь дней.

Капитан Алиса тоже радовалась предстоящему отдыху, но проводить его в обществе Димака вовсе не собиралась — ей и ежедневных рабочих встреч хватало выше крыши. Собирая в сумку свой ноутбук, она бросила с презрительной усмешкой: — Тц, капитан Димак, я прекрасно понимаю, как сильно вы одиноки, и мое сострадание просто не знает границ. Предлагаю разделить это одиночество с майором Графом, уверена, тогда ваша неделя отпуска пройдет просто незабываемо. Ну а я, разумеется, буду прогуливаться по прекрасному пляжу Луфэнь рука об руку с моим принцем.

Кстати, я отправлюсь домой к жене. Будете в наших краях — заходите в гости, — полушутя бросил подлысевший майор Граф, проворно упаковывая свои вещи. В Меха-полку E все знали: ас пилотирования мехов майор Граф не боялся ничего на свете, кроме собственной жены, которая была куда крупнее и массивнее его самого.

Димак с улыбкой повернулся к Алисе: — Алиса, среди бойцов Меха-полка E найдется немало желающих составить конкуренцию твоему принцу из снов. Парни только и делают, что возмущаются: мол, как это главная красавица нашего полка досталась какому-то постороннему? Требуют непременно спасти нашу дорогую принцессу Алису из лап демона...

— Пока-пока, — Алиса уже закончила сборами и, не дослушав Димака, подхватила ноутбук и направилась к выходу.

Димак было собрался что-то ответить, как его компьютер издал короткий сигнал. Бросив беглый взгляд на экран краем глаза, он внезапно изменился в лице и поспешно окликнул девушку: — Алиса, постой, у нас проблемы.

По тону Димака Алиса поняла, что это не шутка, и тут же обернулась, нахмурившись: — Какая еще проблема?

Майор Граф прекратил сборы и тоже заглянул через плечо Димака на дисплей, кивнув: — И впрямь проблемы.

Димак криво улыбнулся и, подняв глаза на подошедшую Алису, сообщил: — Мы превысили лимит призыва.

— Как так? Набрали тютелька в тютельку, — удивилась Алиса.

Димак развернул экран к ней.

Взглянув на монитор, Алиса помрачнела: — Этот командир вечно все испортит! Сказал бы на пару минут раньше — мы бы вон того увальня даже не зачислили. А теперь что? Личное дело этого недотепы уже улетело в главный компьютер... Тц, а ведь мы так чудом выбили эту неделю отпуска!

Оказалось, что командир полка пристроил по знакомству сына одного из федеральных сенаторов. Лимиты самого командира уже исчерпались, поэтому ему пришлось отнимать вакансию у подчиненных.

Майор Граф молча бросил лишь одно слово: — За работу.

Трое экзаменаторов послушно вернулись за стол. Все трое хранили молчание, отлично понимая друг друга. Отказать сынку федерального сенатора, разумеется, было нельзя, а значит, придется вышвырнуть вон кого-то из уже зачисленных новобранцев, чтобы освободить место для блатного мажора.

Просто заявить лишнего человека сверх лимита? Увольте, главный компьютер этого не одобрит, файл с данными моментально получит отбой, и завершить регистрацию не удастся.

Убрать кого-то из новобранцев, чтобы втиснуть нужного человека — процедура возможная, но донельзя муторная. Требовалось составить железобетонное обоснование, отправить запрос в главный компьютер, после чего система начинала засыпать их длинными опросными листами для перекрестной проверки. Стоило человеку получить статус военнослужащего, как за ним закреплялись особые привилегии вроде налоговых льгот после отставки. Лишение же военного статуса аннулировало все эти бонусы разом. Именно поэтому бюрократическая машина была выстроена столь сложно.

На всю эту бумажную волокиту уйдет как минимум трое суток.

Неудивительно, что Алиса была так зла.

Чжао Сяомин вполне предсказуемо оказался тем самым неудачником, которого собирались выставить за дверь ради сенаторского сынка.

У этого парня нет за душой никаких связей. Пойдет, — Димак еще раз проверил личное дело Чжао Сяомина, убедившись в отсутствии у того влиятельной родни. Ошибаться здесь было нельзя: мало того, что парень изначально не дотягивал до стандартов Меха-полка E, так еще и в случае наличия у него скрытых покровителей подобное увольнение могло обернуться крупными неприятностями.

Без проблем, — подтвердил и Граф.

Алиса тяжело вздохнула, мысленно прощаясь с тремя днями потерянного отпуска, и процедила сквозь зубы: — Ладно, запускайте процедуру удаления личного дела.

Процедура удаления означала передачу досье из ведомства вооруженных сил обратно в гражданские структуры. Для ее запуска требовалось присутствие как минимум трех офицеров в звании не ниже капитана: каждый должен был ввести номер своей военной карты, а затем подтвердить операцию одновременно. Под словом одновременно подразумевалось попадание в крайне узкий временной интервал. К тому же система закладывала случайный процент успеха, так что даже с первого раза запустить процесс удавалось далеко не всегда.

С первой попытки — сбой.

Со второй — снова неудача.

На третий раз — опять ошибка.

Алиса взбесилась окончательно: — Какого черта этот придурок Чжао Сяомин вообще приперся на собеседование именно в Меха-полк E! — она совершенно забыла, что они сами утвердили кандидата, не соответствовавшего жестким стандартам полка.

Бедняга Чжао Сяомин тем временем радостно околачивался у входа в Корабельный корпус C, с нетерпением поджидая товарищей. Почему он не подался в тот же корпус? Да потому что остальные парни провалили отбор в Меха-полк E. Изначально они все метили туда вместе, но из-за отменной физической формы друзей пустили вперед, а жесткие критерии отбора Меха-полка E быстро срезали их.

Вскоре из дверей показались пятеро парней — все выглядели довольными, судя по всему, у них все прошло гладко.

Эй, Сяомин, как успехи? — небрежно бросил самый рослый и крепкий из них.

Чжао Сяомин с гордостью выпятил грудь: — Теперь я боец Меха-полка E!

Пятеро приятелей вытаращили глаза так, что они чуть не выпали из орбит, а челюсти отвисли до самой земли. Лишь спустя добрую минуту один из них неуверенно пробормотал: — Да ну? Они там что, объелись чего-то?

Самый высокий и здоровый наконец пришел в себя, расхохотался и хлопнул себя по бедру: — Ну ясное дело, Меха-полку E тоже нужны повара! Требования к кухаркам у них явно пониже.

От этих слов воодушевление Чжао Сяомина слегка увяло.

Стоявший рядом худощавый парень по имени Ли Ша шутливо треснул здоровяка по макушке: — Ван Пэй, не мели чепухи, — а затем повернулся к Сяомину: — Неважно, повар ты или нет. Двести тридцать лет назад великий маршал Федерации Сирс тоже начинал рядовым поваренным мальчишкой, а дослужился до главнокомандующего. — Он тоже невольно поддержал версию Ван Пэя: в конце концов, пилотами мехов становились далеко не все, особенно если речь шла о Чжао Сяомине — в его успех не верил никто.

Пухляк Е Чжун добавил: — Повар — это даже отлично! Научишься вкусно готовить, после отставки откроешь ресторанчик — и налоги платить не надо, мигом разбогатеешь! — этот парень был главным гурманом среди всей шестерки.

Остальные двое, Чу Сюань и Чжан Хэн, отличались молчаливостью и просто молча хлопнули Сяомина по плечу в знак поддержки.

Сам Чжао Сяомин на самом деле не сильно расстраивался. Он прекрасно знал о своих слабых физических данных: пусть в других полках стандарты и были чуть мягче Меха-полка E, но не настолько же, чтобы он легко их прошел. Устроиться хотя бы поваром — уже неплохо, да к тому же числиться в самом Меха-полку E. Можно сказать, крупно повезло.

Незаметно для себя Чжао Сяомин и сам уверовал в версию Ван Пэя.

И все же глубоко в душе теплилась крохотная искорка надежды: а вдруг однажды ему удастся по-настоящему сесть за штурвал меха?

Покинув зал вербовки Седьмого флота, шестерка друзей отправилась в расположенную неподалеку флотскую столовую, чтобы отпраздновать за щедро накрытым столом. Обладая статусом военнослужащих, они теперь имели на это полное право.

Пятеро из них попали в один и тот же полк и даже на один космический корабль, и лишь Чжао Сяомин оказался в другом месте. К концу застолья неизбежно примешалась горечь предстоящей разлуки.

Расклеившийся от выпитого пухляк пустил слезу: — Сяоминчик, братуха... После этой разлуки и не знаешь, когда еще свидимся... У-у-у... — он принялся трясти Сяомина за плечи, утирая сопли и слезы прямо о его мундир.

Вторая глава. Наследник

Новобранцев Корабельного корпуса C распределяли по лагерям на космической базе. Новобранцы отправлялись туда партиями, и Ван Пэй с Ли Ша и остальными уехали уже на следующий день.

Проводив друзей, Чжао Сяомин несколько дней ходил сам не свой от тоски. Хотя вечных праздников не бывает, после такого расставания и впрямь было неизвестно, когда доведется увидеться снова и удастся ли вообще.

Когда набор в Седьмом флоте завершился, новобранцы потянулись к местам службы. Вернувшись через некоторое время в зал вербовки, Чжао Сяомин застал его пустынным и тихим — былой суеты как не бывало.

Новобранцы Меха-полка E отправлялись последними. Позади здания выстроилась шеренга просторных беспилотных транспортеров под номерами, и новобранцы один за другим стали подниматься на борты.

Затерявшись среди призывников, Чжао Сяомин заметно выделялся — он был на голову ниже остальных. Закинув за спину огромный вещмешок, он взобрался в одну из машин.

Учебный лагерь Меха-полка E располагался на расстоянии более тысячи километров, дорога заняла всего два часа. Из динамика автотранспортера зазвучал перекличный список: те, чьи имена называли, прикладывали к считывателю у двери свои удостоверения личности и выходили наружу, чтобы построиться на плацу.

Чжао Сяомин прождал до самого конца, пока в салоне не остался он один, но своей фамилии так и не услышал. Он начал недоумевать.

Хлоп! — двери машины захлопнулись, и транспортер тронулся с места, покидая территорию лагеря.

Эй! Эй! Я еще не вышел! Стойте, остановитесь! — принялся кричать Чжао Сяомин. Однако машина была беспилотной, на его вопли не реагировала и продолжала катить вперед. Отчаявшись, парень забарабанил по стеклу, призывая кого-нибудь на помощь.

Это заметил дежурный капитан, стоявший на плацу. Ему тоже стало любопытно, почему внутри машины остался еще один новобранец, и он отдал приказ остановить транспорт и открыть двери.

Вот только створки транспортера разъехались лишь на узкую щель, сквозь которую Чжао Сяомин никак не мог протиснуться. Он принялся судорожно возить военной картой по считывателю у проема, но толку от этого не было никакого.

Озадаченный капитан подошел ближе. Он и сам не понимал, почему дверь открылась лишь наполовину — возможно, приключилась какая-то поломка. Так или иначе, сначала нужно было оформить прибытие этого новобранца.

Добравшись до двери, офицер приложил карту к внешнему считывателю, и створки с шумом распахглись настежь. Чжао Сяомин кубарем вывалился наружу и принялся торопливо отдавать капитану честь.

Давай сюда свое удостоверение, — потребовал капитан. Взяв протянутую пластиковую карту, он провел ею по небольшому терминалу на ладони.

Ась? — офицер странно глянул на мигающий экранчик в руке, после чего поднял глаза на Чжао Сяомина.

Заметив, как у капитана дрогнул угол рта и на лице проступила жалостливая улыбка, Сяомин почувствовал, как у него внутри все оборвалось.

Вернув карту владельцу, капитан отдал приказ: — Садись обратно. Ты распределен в другое место.

Так точно, господин капитан, но... но как же... — Чжао Сяомин занервничал. Разве он не новобранец? Где же еще ему отмечаться, если не здесь?

Капитан оборвал его на полуслове: — Рядовой, приказ есть приказ. Назад в машину. — Не дав ему опомниться, офицер широким движением затолкал парня обратно в салон. Створки вновь со щелчком захлопнулись. На этот раз открывать их никто не собирался.

Пройдя около сотни километров, транспортер начал углубляться в горную цепь.

Сидя внутри, Чжао Сяомин с упавшим сердцем разглядывал проплывающие за окном мрачные крутые склоны, думая про себя: неужели меня хотят бросить где-то в глуши?

Скорость машины снизилась. Петляя по горным серпантинам еще добрых полчаса, транспортер наконец остановился, и двери с шипением разъехались в стороны. Солнце уже клонилось к закату, сумерки быстро сгущались.

Снаружи, прямо у подножия скалы, притупилось крошечное строение. Рядом с его дверью на шезлонге валялся какой-то боец и подставлял лицо лучам заходящего солнца — кому вообще придет в голову загорать на закате?

У Чжао Сяомина сердце ушло в пятки: в такой глуши, куда и макар телят не гонял, служба обещала быть хуже участи корабельного повара. Последняя искра надежды сесть за штурвал меха окончательно погасла. Натерпевшись тоски в транспортере, он с тяжелым сердцем и крайней неохотой вытащил свой вещмешок наружу.

Загорающий боец мгновенно вскочил на ноги. Лицо его выражало такое оживление, будто он ждал манны небесной, а глаза при виде транспортера прямо-таки загорелись.

Только сейчас Чжао Сяомин заметил, что на плечах этого солдата отсутствовали любые знаки различия, а форма висела мешком, хотя и выглядела более-менее чистой. Лицо его было испитым и осунувшимся, щеки ввалились от явного недоедания, а на подбородке виднелись свежие порезы — похоже, бриться ему приходилось редко и неумеко.

Это что, солдат? Из Меха-полка E? — с возрастающим подозрением подумал Сяомин, приближаясь к нему.

Не дожидаясь, пока парень заговорит первым, тот перевел взгляд с машины на новобранца и отчеканил скрипучим, хриплым голосом человека, который давным-давно ни с кем не разговаривал: — Рядовой, предъяви удостоверение.

Чжао Сяомин извлек карту, нерешительно колеблясь, стоит ли ее отдавать. Солдат холодно хмыкнул, сам выхватил пластик у него из рук и кругом направился в домик.

Сяомин поспешил следом.

Внутри самого домика солдата не оказалось. В стене темнел проем, судя по всему, уходящий вглубь скалы. Судя по всему, незнакомец скрылся там, и Чжао Сяомин последовал за ним.

За проемом обнаружилось еще одно помещение квадратной формы, чуть просторнее первой комнатушки.

Там и впрямь нашелся тот самый боец. Он как раз проводил картой Чжао Сяомина по терминалу на столе, держа в другой руке собственное удостоверение.

Увидев карту сослуживца, Сяомин немного успокоился — по крайней мере, этот человек действительно числился в армии.

Прогнав обе карты через считыватель несколько раз и услышав радостный писк системы, солдат швырнул карточку Чжао Сяомина обратно на стол. Не удостоив новобранца ни единым взглядом, он молча двинулся на выход.

Фух... — выдохнул он на ходу, запрокинув голову так, будто только что отбыл каторжный срок и наконец обрел долгожданную свободу.

Эй... Эй, господин военный, подождите! — почуяв неладное, Чжао Сяомин бросился за ним.

Но тот двигался с удивительной проворностью. К тому моменту, как Сяомин выскочил из домика, дембель уже устроился на сиденье транспортера. Машина уже набирала ход.

Эй! Остановите... — кричал на бегу парень, но разве машина собиралась останавливаться? Набрав приличную скорость, транспортер в мгновение ока скрылся за поворотом скалы, а когда вновь показался в поле зрения, до него было уже несколько километров.

Пробежав всего пару десятков метров, Чжао Сяомин со всего маху врезался во что-то невидимое и плотное. Бум!

Когда машина въезжала внутрь, защитное поле было отключено, и парень никак не ожидал наткнуться на высоковольтный барьер.

Тело взмыло в воздух и рухнуло на землю. Чжао Сяомин отключился на месте, изо рта сочилась кровавая пена, а половина армейского мундира обуглилась от разряда.

Когда он пришел в себя, над головой уже сиял холодный диск луны.

Глава третья. Кладбище мехов

Даже последнему дураку стало бы очевидно, что дело швах. Зачем ставить высоковольтный барьер прямо посреди охраняемой зоны, если не для того, чтобы запереть людей внутри и не выпускать наружу? Что это за место? Тюрьма? Как ни назови, а предназначено оно для изоляции. Неудивительно, что у того загоравшего типа было лицо амнистированного каторжника.

Ну а почему именно его, Чжао Сяомина, упрятали в эту дыру — вопрос риторический, ответ крылся в тех самых трех днях отпуска капитана Алисы.

http://bllate.org/book/24477/2870468